Охота вчетвером (джен)

— Ну вот, собственно говоря, и всё, — Гарри глубоко выдохнул, встал, но тут же опустился на скамейку снова. — Я упал и после не помню ничего до того момента, когда очнулся в больничном крыле Хогвартса. Там я узнал, что меня нашёл Дамблдор... Один из приборов в его кабинете подаёт сигнал, когда моя жизнь в опасности, и он прибыл на место, как только смог... После моего выздоровления он позволил мне жить в "Дырявом котле", где мы с тобой и встретились. В номере меня ждали мои вещи и Букля.

Гермиона молчала. Её губы пересохли, глаза наполнились слезами, руки дрожали. Она не могла поверить. Гарри, её лучший и любимый друг Гарри, в то время, пока она отдыхала на французском пляже, нежась под тёплыми лучами солнца и отходя от своей встречи с василиском, скитался в компании трёх синигами — слово почему-то казалось ей знакомым — по всей магической Британии в поисках осколков души Волдеморта, чтобы убить его, дружился со своими спутницами, а после стал свидетелем их гибели от полученных травм. Теперь поведение друга уже не вызывало вопросов: его съедало горе.

— Ты был с ними настолько близок? — спросила она. — Но по твоему рассказу этого не сказать.

— Я о многом промолчал, Гермиона, — ответил он, остановившись и повернувшись к ней, и девочка увидела стоящие у него в глазах слёзы. — Мы большую часть времени провели в пути. Говорили, ели во время стоянок, шутили... Если я вспомню их всех, я не выдержу. Они стали мне почти семьёй. И их убил Том Реддл клыками той змеи. Я пытаюсь забыть и не могу. Я вижу их по ночам во сне, когда дементор вошёл в вагон, я увидел их тела... В тот миг, понимаешь?

Его голос дрогнул. Пальцы сжались в кулаки. Гарри торопливо отвернулся и почти побежал к выходу.

— Прости, Гермиона... — произнёс он, уходя к замку.

Гермиона стояла на месте, не пытаясь ни побежать следом, ни окликнуть его, ни удержать. Она понимала: ему нужно побыть одному.

* * *

Потому, пока остальные готовились идти в Хогсмид, он просто стоял, провожал друзей и весьма вяло реагировал на предложение Рона отдать документ на подпись Макгонагалл.

— С чего бы ей подписывать это разрешение? — спросил Гарри, снимая очки, чтобы протереть их. — Она не мой опекун.

— Но она любит тебя! Она купила тебе метлу на первом курсе! — не унимался Рон.

— Да-да, кричи об этом погромче, может, она услышит и жалость её возьмёт, — буркнула Гермиона, но тут же пожалела об этом: лицо Уизли просветлело, как от озарения, и он набрал в лёгкие побольше воздуха, чтобы последовать её совету. К счастью, ему помешал другой крик:

— Гарри, привет!

Поттер застыл. Медленно обернулся и ахнул. Удивлённая такой реакцией Гермиона посмотрела в ту же сторону. К ним от замка шли профессор Дамблдор, профессор Люпин и четверо незнакомцев. Впереди всех была голубоглазая молодая женщина с густыми волнистыми рыжими волосами, за ней следовала смуглая девушка с острыми чертами лица. Тёмно-фиолетовые волосы были завязаны в тугой хвост. В стороне, хромая, шла молодая девушка-брюнетка, возможно, чуть старше их, с тёмными глазами. Её поддерживал светловолосый мужчина в странной одежде.

— Быть не может, — произнёс Гарри, а потом бросился навстречу. — Живы! Вы живы!

— Конечно, живы, — смуглянка обняла его. — Мы смогли перенестись в свой мир, и уже там нас лечили. Прости, что не дали весточки, но мы были совсем без сил.

— Ничего, — выдавил из себя Гарри. — Теперь это неважно.

— Да, Гарри, неважно, — Дамблдор улыбнулся, достал из кармана свёрток и протянул ему. — Они прибыли неделю назад, но зайти повидаться не могли: даже верховный чародей Визенгамота может лишь сбавить нашу бюрократию при оформлении документов об усыновлении.

— Что? — переспросил Гарри.

— Мы официально усыновили тебя, — светловолосый мужчина затряс ему руку. — Хотя скорее уплемянничили, твоей матерью ни одна стать не захотела, зато у тебя теперь есть тётя, кузина, одна сестрёнка и дядя в моём лице. Кстати, моё имя Кискэ Урахара. Можешь звать меня по имени, если от дяди противно, мне не жаль!

— Гарри, это же замечательно! — Гермиона, до того не участвовавшая в их беседе, в порыве радости за друга обняла его. — Теперь ведь всё изменится.

— Ну я бы не стал утверждать, что прямо всё...

— И правда, дорогой! — Момо взяла его под локоть. — Сразу и всё ничего не изменится. А почему тут столько народу?

— Прогулка в близлежащую деревню. Только у Гарри разрешения нет.

— Нет, так будет, — Рангику подтолкнула Урахару вперёд. — Опять бумаги. Пойдём подпишем. Только вспомнить бы, как тут наши имена пишутся.

— Отлично! — Гермиона побежала вперёд, ловя взглядом счастливое лицо друга. — Догоняй, Гарри!

Она бежала, не оглядываясь, зная, что вскоре услышит его шаги. Беспокойство отступило, уступая место радости.