Северус и василиск Слизерина (джен)

Когда Северус увидел у себя на двери окаменевшую Минерву в кошачьей форме, он, вызвав директора и мадам Помфри, мгновенно спустился к Хранителю и изложил ситуацию: окаменения кошек, отсутствие следов, удар по Минерве.

Василиск ответил не сразу, словно перебирая варианты. Да, василиск способен на такое воздействие — это его природа. Но лично он не стал бы так безобразничать, а других василисков в замке нет. Затем он добавил: есть и иные способы добиться окаменения. Во-первых, есть заклинание, родственное Petrificus Totalus, но значительно усиленное — не паралич, а полное окаменение. Однако для этого требуется очень сильный волшебник — уровня Дамблдора — и точный контроль. Во-вторых, раз пострадали именно кошки, то это может быть воздействием артефакта. Артефакты, настроенные на определенных существ, например, докси, бандимунов, или крыс, способны действовать только на них, зато тихо и быстро, если их правильно активировать.

Снейп молча кивнул. Картина не прояснилась — но стали появляться возможные направления поиска.

Хранитель добавил ещё одно: в подземельях нет артефактов подобного рода. Ничего, что могло бы действовать скрытно и последовательно, поражая кошек.

* * *

Моуди тем временем пришёл к Альбусу. Он не стал ходить вокруг да около и прямо обвинил Оливию Скиммерс: та, по его версии, расчищала пространство для своей кошки, вот и избавлялась от других кошек, а Минерва попала под удар случайно.

Альбус не стал спорить. Он вызвал миссис Скиммерс. Та вошла спокойно, выслушала обвинение без видимых эмоций и ответила коротко: это не она. Затем сама предложила подтвердить это под веритасерумом. Альбус лишь кивнул и попросил Снейпа принести зелье. Миссис Скиммерс без колебаний выпила стакан воды с тремя каплями веритасерума и, когда зелье подействовало, повторила то же самое — ровно, без пауз: она не имеет к этому никакого отношения.

Моуди, однако, отказался даже подходить к флакону с веритасерумом, заявив, что Пожиратель Смерти вроде Снейпа может подмешать в него что угодно. После этого он развернулся и вышел, не дожидаясь окончания разговора.

Скиммерс проводила его взглядом, усмехнулась, затем спокойно сказала:

— Думаю, джентльмены, я могу вам помочь найти тех, кто нападает на кошек.

Она объяснила просто. Если это не зелье — а Снейп уже был уверен, что нет — и если воздействие направлено именно на кошек, значит, можно попытаться найти источник через саму цель. У неё есть кошка-фамильяр. Фамильяры, как известно, чуют магию гораздо сильнее, чем люди. Она поговорит с ней и попросит её поискать магический сигнал — волшебника или артефакт, который «охотится» на кошек. А чтобы сама кошка не попала под удар, на время поиска она будет держать её у себя на руках, не выпуская, под защитными чарами.

Это был первый конкретный шаг, который не строился на догадках.

Снейп тихо сказал Люциусу — которого вызвал Замок из-за нападения на заместителя директора: в подземельях ничего нет, проверено Хранителем, и Люциус предложил Дамблдору начинать поиск сверху — с башен.

Директор, Снейп, Малфой и миссис Скиммерс с кошкой на руках сначала зашли в Гриффиндорскую башню — чисто. Потом Рейвенкло — то же самое. Старые чары, книги, перья, лёгкий фон учебной магии, много артефактов — но ничего, что могло бы бить по кошкам.

Они двинулись дальше, в Северную башню.

Едва они поднялись по последнему витку лестницы, кошка миссис Скиммерс резко напряглась, уши её прижались, хвост стал жёстким. В следующую секунду она вырвалась из рук хозяйки, мягко приземлилась на камень за ее спиной, зашипела и отступила назад.

Это было у самой двери в покои Сибиллы Трелони.

Они постучали несколько раз — ответа не последовало. Тогда директор открыл дверь, и все, кроме миссис Скиммерс и кошки, вошли внутрь.

Гостиная Трелони выглядела как обычно: полумрак, тяжёлые занавеси, разбросанные вещи, стол, заставленный мелочами. Сама Сибилла сидела за столом, рядом стояла бутылка хереса. Она подняла на них испуганный взгляд.

— Сибилла, прошу прощения за вторжение. Это вопрос безопасности Замка. Скажите, у вас есть что-нибудь, сильно влияющее на кошек? — спросил Дамблдор.

Она молчала, словно не понимая, о чём он спросил. Директор не стал повторять вопрос, вместо этого взял со стола салфетку и лёгким движением превратил её в кошку. Кошка тихо мяукнула — в ту же секунду дёрнулся один из ящиков комода, и кошка застыла, окаменев.

Альбус провёл рукой в воздухе — ящик сам выдвинулся на несколько дюймов, и изнутри вырвалось что-то маленькое и тёмное; короткое движение — и артефакт уже был у него в руке. Ещё один, почти незаметный взмах палочки — и артефакт потух, лишённый действия.

* * *

Вот, значит, как. Сибилла, бесталанная пророчица, которую он приютил в школе! А Минерва ведь сказала: «Вы поддаётесь благородным порывам, а разбираться с их последствиями потом мне». И вот ещё одно подтверждение.

— Господа, я хотел бы поговорить с Сибиллой один на один, — сказал он спокойно.

Люциус кивнул и вышел. Снейп последовал за ним. Когда они с Трелони остались вдвоём, Дамблдор задал единственный вопрос:

— Зачем вы это сделали?

Она не ответила.

Дамблдор усмехнулся и сделал короткое движение палочкой, вычерчивая древний знак, давно забытый большинством британских магов. Такой знак требовал значительной личной силы волшебника и заставлял человека отвечать, лишая его возможности лгать. Мерлин в свое время любил применять этот знак, допрашивая врагов короля Артура.

И Трелони заговорила.

— Ну… Минерва меня не любит. Никогда не любила. А теперь ещё и стала мне указывать, сколько мне пить.

Она зло усмехнулась.

— А я давно заметила, что она каждую ночь с полуночи до двух ходит по школе кошкой. И давно купила этот артефакт — против кошек. Фермеры используют такие — от диких, что таскают кур. Я стала вечером класть его в коридор, где она обычно проходит. И в конце концов она попалась.

Она равнодушно пожала плечами.

— Ничего страшного. Два месяца — и мандрагоры вырастут, она придёт в себя, а я отдохну пока. А Снейп… он тоже неприятный, никогда не улыбается. Я решила, пусть подумают, что это он.

Дамблдор не стал повышать голос. Решение уже было принято.

Во-первых — артефакт. Он провёл над ним палочкой, проверяя, что артефакт окончательно обезврежен, убрал его в небольшой футляр и положил в карман.

Во-вторых, Трелони.

— Сибилла, останьтесь в своих комнатах до моего разрешения.

Он слегка повернул палочку — и на дверях и окнах сомкнулись границы, которые невозможно было пересечь.

В ту же ночь через камин директора ушло несколько коротких сообщений по неофициальным каналам, и к утру в школу прибыл закрытый контейнер — тяжёлый, опечатанный магией, с песком на дне. Египетские мандрагоры, полностью зрелые. Помона сразу занялась ими. В теплицах усилили чары: влажность, тепло, ускорение экстракции. Снейп работал рядом — быстро и точно. Корни резали под заглушающими заклинаниями, сок собирали в зачарованные сосуды, где он не терял силы. Зелье начали варить в тот же день.

Уже к следующему утру и Минерва, и кошки были в порядке.

Днём Альбус собрал деканов и коротко сообщил: инцидент с кошками завершён, источник устранён. Дополнительную защиту замка от незарегистрированных артефактов он разработает вместе с Филиусом.

Затем он вернулся к Сибилле и положил на стол портключ.

— Я не вижу необходимости отправлять вас в Азкабан. Но и в школе вы не останетесь. Вот портключ на Косую аллею.

Наутро Трелони уже не было. Впрочем, она явно отвела душу перед тем, как уйти. В её покоях были выбиты все стёкла, мебель разломана, а стены залиты какой-то краской.

Моуди ещё какое-то время ворчал, что преступнику место в Азкабане, затем махнул рукой и пошёл играть в подрывного дурака с заметно повеселевшей мисс Кеттл.

* * *

Вопрос с кошками Минерва закрыла отдельно. Oна поговорила с Маффи и Миссис Норрис в своей кошачьей форме — на их языке, где границы понимаются сразу.

Миссис Норрис закрепили за служебными помещениями — Филч получил чёткое право не допускать туда посторонних животных. Маффи, в свою очередь, ограничили комнатой мисс Кеттл и гостиными Хаффлпаффа, Слизерина и Рейвенкло. В башню Гриффиндора её больше не пускали: Полная Дама получила прямое указание не делать исключений.

Коридоры считались территорией миссис Норрис. Маффи разрешалось там пройти, но без задержек или остановок.

Обе кошки приняли это к сведению, и столкновения прекратились.