Тополиный пух (джен)

Тополиный пух медленно кружился над Москвой, оседая на плечи. Неправильное, жаркое майское солнце плавило город, заставляя людей прятаться в тени и замедляться. Лишь невысокий, но жилистый парень с выгоревшими русыми вихрами быстро шел по Большой Дмитровке. Удобные джинсы, черная футболка с загадочной надписью: "No Alex! Sasha" и ехидной мордой дракона. На все это великолепие была накинута красная клетчатая рубашка с длинными рукавами. На спине болтался рюкзак.

Саша же шагал по раскаленному центру города, игнорируя окружающий мир, потому что беззастенчиво пользовался охлаждающими заклинаниями — удобная рубашка, палочка в рукаве и невербальные чары. Собственно, шел он, что-то насвистывая под нос, в магазин метел. Для того, чтобы туда попасть, нужно было войти в магловский букинистический магазин, пройти в отдел мифов и легенд, взяться за весьма потрепанный сборник Куна — только тогда за стеллажами появлялся проход, по которому и совершался переход к метлам.

Самым сложным для Сашки было не зависнуть среди книг — впрочем, сегодня он себе это позволил. Предпоследний день отпуска, а родители все равно вчера упорхнули. Отец всегда брал отпуск в мае — чтобы отдохнуть перед самыми сложными играми сезона.

Саша любовно погладил несколько редких изданий, полистал несколько книг. Одну попросил отложить, надо было идти за метлой.

Для хозяина магазина-мастерской метел Саша был двойственным клиентом — с одной стороны, он был постоянным, регулярным, в каждый свой отпуск в России, то есть раз в полгода, заходил. С другой стороны, причиной этого была не любовь к новым метлам, а редкий талант ломать их. Однако работать пусть даже и зельеваром, но в самом крупном, не считая одного китайского, драконьем заповеднике на континенте, без метлы нельзя. Аппарировать в драконьих зонах запрещено — стоят антиаппарационные чары, чтобы бедолаг по ошибке не заносило в заповедник. В зоне, где живут люди, работают порталы, но только «всех впускать, никого не выпускать». Каминная сеть очень нестабильна в зонах, где много драконов. Когда только построили заповедник, его попробовали подключить к каминной сети — всех заносило куда угодно, только не куда следует. Таким образом, самым стабильным средством передвижения оказывались метлы, подружиться с которыми у Саши никак не выходило. Они ломались в самый неподходящий момент. Выпадали прутья, раскалывалось древко, заканчивались чары. Если в партии был брак, то он доставался Саше. Отец, профессиональный игрок в квиддич, ныне один из тренеров национальной сборной, шутил:

— Сашок, ты меняешь метлы порой чаще профессиональных игроков — те едва ли два раза в сезон. А у тебя рекорд — четыре месяца максимально спокойных полетов!

Мама, научный сотрудник одного из исследовательских магических институтов, поставила себе задачу выяснить причину столь уникальных способностей сына. Начала приводить сложные формулы и бросаться фразами вроде «дестабилизации полей», потом посмотрела на Сашу, который честно пытался вникнуть в ее выкладки.

— Шур, ты для метел как волшебная палочка в зелье. Несовместимы вы. Не знаю, чем тебе помочь. Медитируй в полете, что ли.

Саша взял сборник Куна и прошел через ход. Возникла дверь с табличкой "Мастерская Киврина В.С."

— Вилен Степанович! — позвал он, зайдя в просторное светлое помещение мастерской.

Под потолком парили метлы разных моделей, на длинных больших столах лежали метлы различной степени разобранности.

— Балбес! Каким был, таким и остался! И как ты только варишь свои зелья? — вместо приветствия проворчал старый мастер волшебных метел Киврин Вилен Степанович, выходя из угла, где его раньше не было.

Это был сухощавый мужчина с лицом без возраста, с яркими карими глазами и орлиным носом. Возраст мастера выдавали руки, морщинистые, но крепкие, и волосы — короткие серебристые.

— Как-то, — ухмыльнулся Сашка, не любивший разбора его полетов. — Я вот вам старого огденского огневиски купил, — он вынул из рюкзака бутыль, — и драконьей чешуи. И зелья, о которых вы просили.

— Сообразительный балбес. Я починил твою метлу, — вздохнул мастер Киврин, — но любой твой эмоциональный взбрык дестабилизирует поле. Как ты вообще летаешь на дальние расстояния?

— Криво, с попытками медитациями, — задумчиво протянул Сашка

— Ну-ка.

Старый мастер внимательно осмотрел Сашку, неожиданно выгреб остатки пуха из прически, зацепив при этом несколько волос.

— Иди-ка пока погуляй, мальчик, где-то с часик. Чтобы я тебя не видел и не слышал!

Саша, несколько озадаченный, хотя и полагал себя привычным к выкрутасам Вилена Степановича, вернулся в букинистический магазин. Провести там час — не проблема. Проблема — как не потратить больше запланированного.

Спустя полтора часа он зашел к мастеру, неся одно из раритетных иллюстрированных изданий гоголевских «Вечеров на хуторе» — будет чем повеселить народ в заповеднике зимой.

Английское произношение Саши все еще оставляло желать лучшего, но в мультиязычном заповеднике ажиотажа не вызывало. А художественный пересказ всегда давался ему без проблем.

— От как есть балбес, — цокнул языком Вилен Степанович. — Ну держи метлу-то. Надеюсь по этому поводу тебя больше не видеть. А без повода — заглядывай, как от своих драконов оторвешься.

* * *

Перелет Москва-заповедник прошел на отлично. Саша даже смог применить парочку отцовских советов, чего ему в жизни не удавалось. А еще впервые понял, почему Чарли так говорит о полетах. Это чувство было не такое, когда получается идеальное зелье, не та красота, но нечто другое, заставлявшее его как мальчишку замирать от восторга.

Чарли, заменявший его в лаборатории на время отпуска, не смог скрыть удивления:

— Алекс, ты весь светишься. После перелета.

— Мне починили метлу, — отозвался Сашка чуть медленнее, чем обычно — так было всегда после отпуска: его мозгу требовалось время, чтобы перестроиться на английский.

Чарли фыркнул — мол, метлу тебе и так часто чинят, обычно ты не такой счастливый. Саша пожал плечами, походил по лаборантской. Вытряхнул из заварочного чайника заплесневевшую заварку.

— И она нормально теперь летает, Чарли! Не знаю, что там сделал мастер

— Так это не твой эксперимент, — облегченно выдохнул Чарли, наблюдая за очищением чайника.

Саша тем временем зажег спиртовку под чайником, куда налил воды из зачарованной баклажки — набирал партиями тут на роднике, куда ходил в свободное время.

— Я просто забыл про заварку. Выведением чудиков не занимаюсь. Чай будешь?

— Ты по-прежнему варвар в отношении чая, мой беспокойный друг. Сыграешь со мной в квиддич на неделе, раз метла летает?

— Ты все еще веришь, что мне перепало что-то от моего отца? — усмехнулся Алекс , задумчиво ероша волосы. — Не умри со смеху, мой хладнокровный друг.

— Не дождешься, Sasha, — Чарли хлопнул его по плечу. — Я к раненой венгерке, раз уж ты здесь.

Саша кивнул, крутанулся на каблуках. Выгреб из карманов остатки тополиного пуха — не смог удержаться, прихватил из Москвы, раз уж тот был везде и никому не нужен. Мастер Киврин как-то говорил, что часть тополей в Москве была посажена магами, и те приобрели необычные свойства. Мама подтверждала, что факт посадки был. И что да, иногда в тополином пухе бывают всплески магии, но какие именно тополя и стоят ли они до сих пор — некому не ведомо. Саше показалось, что мама знает больше, чем говорит. Уже потом до него дошло, почему — не так давно был принят новый статут, и согласно международному праву все магическое следовало максимально изъять из доступа обычных людей.

Саша подержал пух, мягко щекотавший ладонь. Может, мастер и знал, какой пух добавлять в его метлу. Он положил остатки пуха в дубовый шкаф со стеклянными дверьми, на единственную свободную полку, бывшую таковой еще при его предшественнике. Саше как-то она была и без надобности, система хранения была выстроена нормально, и полка оставалась пустующей.

Вечером, занимаясь заготовкой для зелий в лаборатории, Саше услышал странные звуки из лаборантской, однако несколько диагностических заклинаний ни к чему не привели. На всякий случай — надо будет потом поговорить с Чарли и Генри, что могло такового завестись там! — Саша навесил дополнительные чары на лабораторию.

Следующее утро встретило Сашу неприятностями. Дверь в лаборантскую была открыта, а ее саму устилал тополиный пух, которого будто бы стало больше. Он равномерно покрывал руины комнаты. Все было вышворнуто из шкафов, погнуты ножки у стола, поломаны полки в шкафу, их содержимое валялось на полу в малопригодном для дальнейшего использования виде. Единственное, что осталось нетронутым — полка, куда он вчера положил тополиный пух. Вернее, сам пух разлетелся по комнате, а вот полка была цела. Чайник с чаем был разбит, и теперь столешница была залита чаем.

Саша еще раз проверил заклинаниями, оглядел укромные уголки — докси, что ли, завелись? Но никого не было. Вздохнул и принялся за уборку. Он провозился почти час, занимаясь сортировкой. Заием связался с Чарли. Генри, их общий друг, был в отъезде. Чарли также ничего не нашел.

— Может, ты кому насолил и тебе чей-нибудь домовой эльф пакостит? — Чарли помогал убрать тополиный пух в мешок из драконьей кожи. — И почему ты полагаешь, что тут замешан тополиный пух?

— Пока я его не положил на полку — мою лаборантсткую не громили, — вздохнул Саша и задумчиво почесал бровь.

— Логично. Хотя после — не значит вследствии.

— Не значит...

Саша оглядел комнату, в которой о недавнем разгроме напоминали лишь опустевшие полки. Что-то из вещей и ингредиентов удалось спасти, а что-то пришлось уничтожить.

День прошел спокойно, правда, на лаборатории Саша и Чарли навесили дополнительную защиту.

— Прямо как во время войны, — тихо сказал Чарли, и Саша, хотевший брякнуть что-то легкомысленное, заткнулся.

На следующий день лаборатория была цела, хотя на защите имелись следы взлома.

Сашка планировал слетать вместе с Чарли к раненым драконам в дальний вольер. Часть зелий для них необходимо было доваривать прямо на месте — остывание и дальнейшая ферментация могла свести эффект на нет. Когда они подошли к метлам, Саша с негодованием отметил попытки разломать свою метлу. Кое-где были вынуты прутики, пахло чем-то паленым. И снова вокруг валялся тополиный пух. Сашка с тревогой ощупывал свою метлу — мастер Киврин оторвет ему голову, если она сломалась, пусть даже и не по Сашиной вине. Чарли тем временем осматривал остальные метлы.

— Нет, все остальные в порядке. Как твоя?

— Вроде тоже чисто внешние повреждения, — выдохнул Сашка. — Но следующего раза защита не выдержит.

— Это не докси. Это что-то разумное и имеющее зуб на тебя, Алекс.

— Знать бы, что это и как поймать. — Сашка поскреб подбородок, на котором начинала выступать щетина — второй день побриться руки не доходили.

— Сделаем ловушку на твою метлу. — Чарли кивнул на нее, трепетно прижимаемую Сашкой.

— Чарли! — прошипел недовольно тот. — Меня Вилен Степанович прибьет!

— Кто прибьет? — уточнил Чарли — имя мастера Саша произнес по-русски. — Какой Вилен?

— Мастер Киврин, — пробурчал он.

— Алекс, мы не можем подставлять лабораторию или твой дом. Начальство уши оторвет.

— Мне все еще не нравится эта идея. Может, как-то само оно рассосется?

Чарли молча вздохнул и оседлал свою метлу.

Поздно вечером, когда Сашка подошел к своему дому, он обнаружил расцарапанную дверь и попытки вскрыть защиту. К двери была приклеена бумажка с надписью на ломаном английском:

«Свабода Джай!»

Под запиской была намалевана страшная рожа. Чарли, уже почти зашедший в свой домик, оглянулся на Сашку.

— Алекс, что там у тебя?

— Пляшущие человечки, — мрачно отозвался тот. — Кто такой Джай?

— Не знаю. Идем ставить ловушку?

— Идем, — со вздохом согласился Сашка. — Но, может, на дом?

— Метла — твое самое уязвимое место. А снимать защиту с дома — глупо. Да и метлу могут снова атаковать. Могут, Sasha.

— Ладно, пойдем ставить, — смирится тот с вероятной потерей метлы и гневом мастера Кервина.

Чарли что-то сосредоточенно колдовал, не давая никаких комментариев. Сашка с интересом наблюдал за его сосредоточенным лицом. Наконец Чарли встал, убрал палочку, отряхнул руки усталым жестом.

— Поставил как на драконов и браконьеров. Должно сработать.

Утром Сашка забежал за Чарли — ему очень хотелось проверить ловушку. Но идти туда самому было неразумно — он только вляпается в ловушку. Чарли только усмехнулся.

В ловушке, ставшей видимой как голубой купол, сидело недовольное существо, отдаленное напоминающее человека. Нечто подобное Чарли видел в Праге, у своей подруги Дафны. Она называла это существо домовым эльфом. Но это было чуть другим — чуть меньше глаза, другой нос, более приплюснутый. Существо сидело и грязно ругалось. Оно было тощим и грязным.

— Ямбо! — присвистнул Чарли. — Не ожидал.

— Кто, прости? — поднял брови Алекс.

— Дикий домовой эльф из Африки. Обычно хулиганит и вредит.

— Тебя Джай зовут? — Алекс присел на корточки.

Существо фыркнуло. Ловушка Чарли подозрительно затрещала. Он нахмурился и сделал несколько пассов. Существо злобно выругалось, и ловушка продолжила трещать.

— Давай его освободим? — неожиданно для себя предложил Сашка. — Или хотя бы покормим.

И Чарли, и существо удивленно на него посмотрели.

— Ты в себе? — осторожно произнес Чарли после паузы.

— Нет, но это после Колдостворца. Мы все такие, — отмахнулся Сашка. — Акцио!

Из домика медленно прилетел сендвич, который был заботливо приготовлен на обед. С чесночным соусом, с нежной домашней говядиной — мама приготовила целый шмат мяса.

— Ну просунь ему как-нибудь, — грустно посмотрел на сендвич Сашка.

Чарли только вздохнул и сделал пасс палочкой. Сандвич оказался у ямбо. Тот его быстро обнюхал, отщипнул кусочек, покатал в лапках. Несмело откусил, чтобы тут съесть его двумя большими кусками.

— Откуда ты только взялся? — вздохнул Саша, не ожидая ответа.

— Джай сидеть на полке. Джай заточить злой. Джай проснуться от белый пух. Он добрый. Джай сделать его больше. Джай хотеть свобода! — внезапно проскрипело существо.

— Мы не можем с ним поступить как с обычным эльфом, — вздохнул Чарли.

— А Джай что-то хочет, кроме свободы? — Саша даже не стал комментировать про обычного эльфа — это к Дафне, а не к нему.

— Джай хотеть свобода и еда. — проскрипел Джай.

— А что ты будешь делать на свободе? — спросил Чарли, пока Саша приманивал еще что-нибудь съедобное из своего дома.

— Джай путешествовать. — важно ответил ямбо.

— Джай не хочет остаться в заповеднике на зарплату? — внезапно предложил Чарли.

— Джай получать галеоны?

— Да. Ты хорошо справляешься с чарами.

— Джай согласиться на месяц. Если Джай не сращать с полка.

— Ни в коем случае! — фыркнул Сашка, отрезая от мяса кусок с помощью «Диффиндо».

— Договор? — серьезно спросил Чарли.

— Договор.