Огонь-баба (гет)

Звон разбитых стёкол далеко разносился в ночной тишине. Ленка снова и снова подбирала с кучи щебня, так удачно лежавшей рядом, камни поувесистее и с размаху кидала их в окна дома, где, как она точно знала, сейчас её благоверный затаился вместе со своей шлюхой — Нинкой Матюшиной.

Эта Нинка жила вдвоём с матерью, тётей Лидой. Только тётю Лиду ещё вчера в больницу увезли с давлением. Так что Ленка не боялась напугать старушку, которая, впрочем, тоже была виновата, что воспитала дочку-шлюху. А как ещё назвать бабу, которая по женатым мужикам таскается? Кого только у неё уже не перебывало! Мёдом там, что ли, намазано? Или она чего такое умеет, что другим бабам недоступно?

Ленка долго терпела. Только ленивый не попытался открыть ей глаза на похождения мужа. Пока трезвый — мужик мужиком. Как выпьет — из дома бегом, приключений искать. И ладно бы по-тихому, чтоб от людей не так стыдно было. Так ведь нарисуются с этой Нинкой проклятущей так, что хрен сотрёшь.

Сегодня Ленка решила, что с неё хватит. Когда Генка не явился с работы вовремя, она заподозрила, что опять выпил с мужиками в гараже. Дело обычное, она уж привыкла. Хотя раз от разу пьяный муж бесил все сильнее. Но терпела, любила его как кошка. Всё прощала окаянному. И в то, что он ей изменяет, долго верить не хотела, пока однажды сама не увидела, как он Нинку прямо на улице приобнял вроде как шуткой, а та и рада. Ленка тогда ему такой скандал дома закатила! Божился, что всё не так, что ей показалось, что ничего такого, просто пошутил. Она долго брыкалась, злилась, но заставила себя поверить. Они тогда полночи мирились. Так сладко было, что Ленка потом неделю счастливая по селу летала, никого не слушала, кто Генку поносил.

А сегодня, когда не дозвонилась до Генки и пошла его в гаражи искать, узнала, что напился он опять и с Нинкой ушёл с работы. Она сама за ним притащилась, сказала, что мамки дома всю ночь не будет. Все слышали. Генка пьяный — совсем дурак, ничего не боится, ни от кого не прячется.

Ленка этими же ногами помчалась к Нинкиному дому. Хотела вытащить изменщика за шиворот, в глаза его бесстыжие посмотреть. Только свет в окнах не горел. Двери были изнутри на засов закрыты, никто не открывал. Ленка долго стучала, кричала на всю улицу, чтоб Генка выходил, грозила всеми карами небесными. Но Генка выходить, похоже, не собирался. Злость и ревность застилали глаза. Ленка ни о чём думать не могла, только живо представляла картинку, как Генка обнимает худые Нинкины плечи, как оглаживает костлявую спину, под юбку её забирается теми же руками, которыми ещё утром Ленку обнимал. Как так-то? Мерзко! Как же это мерзко!

И вот тогда она заметила кучу щебня у соседского забора. Подхватив камень, Ленка с силой запустила его в окно соперницы. Звон разбитого стекла музыкой прокатился по до предела натянутым нервам. И вроде бы стало чуть легче. Ещё один камень — ещё одно стекло. И снова. Как хорошо! Так ей и надо, шалаве проклятой! Сама виновата!

Ленка методично, одно за другим, била стекла, пока не осталось ни одного целого. А потом открылась дверь, и на пороге показался наспех одетый Генка.

— Лен, ты чё, совсем свихнулась?

— Я свихнулась? Я? — заорала Ленка. — Ты ничё не попутал, Геночка? Или спьяну жены не узнаёшь? Или я права не имею твоей шлюхе окошки разбить? Да её, суку, убить мало! Чё она затаилась там? Боится выходить? Правильно боится! Иди скажи, чтоб сидела тихо, а то следующий камень ей в рожу бесстыжую прилетит.

— Уймись, дура! — зашипел Генка, решительно хватая Ленку за занесёную уже для следующего броска руку. — Она же сейчас ментов вызовет. Сядешь, идиотка!

— Значит, я дура? Я идиотка? — рассвирепела Ленка. — Тогда иди обратно к Нинке своей любимой. Она небось поумнее. С таким, как ты, жить не станет. А я и вправду дура, если до сих пор тебя не вытолкала взашей, бабника и алкаша.

— Лен, хватит уже. Всех соседей перебудила. Давай дома поговорим, — принялся увещевать Генка, оттирая Ленку от Нинкиного забора. — Идём. Давай, пошли отсюда.

Ленка ещё попыталась отбиться, но вяло, уже без огонька. Позволила себя увести. А утром всё село обсуждало, какая она молодец. За мужика вон как билась! Спуску шалаве не дала.

Генка тоже ходил посмеивался. Ишь как за него бабы дерутся! Герой! А что на Нинку кинулся, так с кем не бывает? Мужик же! Дело обычное. А только Ленку свою он ни на кого не променяет. Огонь-баба!