Я не волшебник... (джен)

Плагиат на Лукьяненко:

Данный текст запрещен к распространению как порочащий дело Света.

Данный текст запрещен к распространению как порочащий дело Тьмы.

Плагиат на Толкиена:

Данный текст запрещён к распространению на территории Валинора как искажающий историю Арды.

Данный текст рекомендован книжным клубом Шира как ужастик столетия. Ибо где это видано, чтобы хоббита второй раз за жизнь убедили покинуть родную нору и приключаться по всему Средиземью.

* * *

Антона уже мало что способно было удивить. В конце концов, он светлый маг вне категорий, с такой же сильной и страшной в гневе женой-волшебницей, дочкой — Абсолютной Светлой — и по самые гланды увязший во всех этих дозорно-сумеречных играх.

Последние лет десять ни одно мало-мальски значимое событие мира Иных не обходилось без его, Антона, участия.

А все потому, что не надо было тогда соглашаться на оперативную службу. Сидел б и дальше аналитиком третьего уровня, работал бы почти по специальности программистом. Не встретил б Свету, не появилась б Наденька... Так, ладно. Последние два события все же со знаком плюс.

Семью Городецкий любил. Да и чего самому себе врать — оперативную работу тоже.

А уж как его любили всевозможные приключения... Порой хотелось простого человеческого... Побыть снова человеком. Без этих многих и очень печальных знаний о мире, о его уродливой изнанке.

Вариант напиться и забыться для Иного тоже не особо подходил. Во-первых, придется сильно постараться, во-вторых, начальству понадобишься — выпишет пенделя животворящего, проблюешься и как огурец будешь.

Никакого тебе "в законный выходной имею право, уже выпил, ищите другого дурачка" . Никогда такого не было, чтобы Городецкий не понадобился "вот прям щас", и это было понятно даже по угрожающему сигналу мобилы. Звонок, к слову, всегда один. Но он и раньше-то улавливал тонкие нотки грозящей беды, сейчас и подавно.

Ночной Дозор сказал: надо! Антон выехал, самостоятельно проведя с собой антипохмельные действия.

Удивить его вообще-то можно было мало чем. Но то, что вызвали его на кражу у ведьмы Арины... Таких самоубийц мало. Учитывая, что последняя кража из ее дома обернулась попыткой геноцида Иных, понятно почему вызвали именно его.

Но все же полезть в логово ведьмы... Тем более такой могущественной, как Арина... Ещё и после всего — это надо быть не просто самоубийцей, а ещё и извращенцем.

Вообще-то Антона мало чем можно было удивить. И пока он рассматривал место происшествия под бормотания откровенно взвинченной Арины (украли Сферу для переноса сквозь любое пространство), внезапно запнулся о наваленный в избе хлам и полетел прямо на какую-то Алую, раскрытую посредине от удара книгу...

Казалось бы, подумаешь. Не Фуаран же, тот в атмосфере сгорел, но нет. Книга осветилась, и страницы начали засасывать в себя Антона...

Вцепившаяся в него, точно в репку, Арина отпустила его, когда Антон наполовину скрылся... Вдогонку он услышал:

— Не боись, дозорный, вытащим тебя!

Честно, глядя на окружающий пейзаж места, куда он прибыл, Городецкий засомневался.

Его мало чем можно было удивить. Но вот ослепительно яркой зеленой травой, маленькими холмиками-домиками и высовывавшимися из них на него поглядеть маленькими человечками с босыми и волосатыми ногами — да.

Недавно ж только "Властелин колец" в кинотеатре смотрели и Дозором смеялись над тамошними магами и их лишними движениями. А теперь что же получается?

Антон обратился к Сумраку, тот послушно ответил, он и сам Гэндальфу в конкуренты невольно вписался?

* * *

Антон тихо сидел на крылечке и старательно курил трубку. Выдыхаемые им колечки, повинуясь лёгкому вмешательству мага, меняли цвета и даже формы. Вот на радость ребятне получился жираф, вот слон, вот кот... Гэндальф, скорее всего, тоже так умел. Просто не счел нужным тратить силы на такие фокусы. Ограничивался фейерверками на потеху толпе.

Антону же нужно было доказать, что он волшебник и вообще племянник Гэндальфа. Главное было убраться до того, как явится сам Серый маг. А пока можно было воспользоваться гостеприимством хоббитов. И немного потравиться табаком.

Несмотря на то что Антон в части травли организма был за водочку, этот способ давал ему больше шансов сойти за местного волшебника.

И да, правы были те, кто сказал, что чем старше мы становимся, тем больше мелких дурных привычек приобретаем. Будто цепляемся за малейшие проявления своей природы — а нет якоря надёжнее, чем порок, вот Гэндальф и курил. Сколько ему лет было? Больше, чем Гесеру и Завулону.

Хотя что отличало Иных от истари? Последние такими родились. А Иные все когда-то хоть сколько-нибудь были людьми. Даже если почти забыли...

В общем-то, Антон не был склонен проверять это лично. Не то чтоб он верил, что Арина ради него все перевернет и найдет способ вернуть его, но он верил в то, что ведьма испугается последствий... И, да, к его возвращению будут приложены все усилия.

Все же не обычный Иной пропал. Дочка, хоть и маленькая, но Абсолютная. У Инквизиции он на хорошем счету. Света лично придет избушку с землей ровнять... Кому-то это надо?

Да никому. Ни Темным, ни Светлым, ни тем более конклаву ведьм.

Удивительно другое. Почему ни одна линия вероятности про это не говорила. Ни малейшая. Он ведь Вне категорий. Должен был заметить. Молчал ведь и плеер, чья магия случайного воспроизведения раньше не подводила.

Это было, как минимум, странно. Как и то, что Антон прожил у хоббитов уже год и его никто так и не нашел. Да, он вкусно ел, пил, много спал, его глаз прекратил дергаться, а вино хоббитов, как и прочая снедь, было чудесным... Антон ощущал себя попавшим в отличный санаторий. Люди рядом душевные, а не душные. Правда, не совсем люди, но... Вокруг все цветет и пахнет. Здоровье прибавляется, но скучно.

Дико скучно.

Быть волшебником для мирного народа, которому в основном от него всякие мелочи лишь только и нужны. Подсобить в "высотных" работах да обеспечить магическую красоту на днях рождения взрослых и детей, свадьбах и прочих праздниках.

Антон себя не отличным спецом, аналитиком и опером, магом вне категорий ощущал, а всеми любимым, но шутом на ярмарке, фокусником и прорабом-высотником на половину ставки. Скучно дико.

Хорошо, но скучно. Хоть вой, пусть и не оборотень.

Так что, скорее всего, не вышло у Арины его вернуть, и легла та на дно — хорониться от Наденьки, от Светы, от Гесера и, чем черт не шутит, Завулона... А Городецкий остался тут куковать под личиной племянника волшебника.

И ведь был тут и другой племянник известный. Фродо, совсем маленький и пока живущий с родителями. И Бильбо ещё не старый, а вполне удалый. У которого маленькие хоббиты обожали слушать истории из его странствий.

Гэндальф за время, пока Антон тут обживался, ни разу не навестил Шир. И хорошо... Иначе пришлось бы убегать. А было б жаль, хорошо в Шире...

Но скучно. Антон все чаще смотрел на Бэггинсов. Человеком он был неплохим программистом. А основное правило программиста: работает — не ломай. Только вот не смог он удержаться. Почуяв беду, помог. Спас родителей Фродо. А теперь в ужасе метался. Если Бильбо не вырастит Фродо, то кто понесет Кольцо?

Антон Городецкий оказался бабочкой размером с птеродактиля. Средиземье срочно нужно было спасать. И нет разницы, вытащат ли его к себе или же нет, надо было помочь народам Средиземья.

Они не виноваты, что Антон решил поиграть в героя и не дал осиротеть одному из героев Кольца. Ключевой фигуре.

Благо, и Кольцо было тут. Его давящую Силу Антон ощущал с первого своего дня в Шире. И все же лично его Единое к себе не манило. Или боялось, или не понимало его. В любом случае, он не боялся общаться с Бильбо. Весьма по-дружески общаться...

Тем сильнее было удивление Бэггинса, когда он пришел к нему с тем, что он, Антон, — пророк и что, если кольцо не вернуть в Мордор, Шир ждет пожар, чума, война и голод. Антон сгущал краски, отчаянно пугал, что сам Бильбо превратится в подобие Голлума через пару сотен лет и что от орков можно избавиться раз и навсегда...

Может, Антон за этот год в роли ведущего праздников и поднаторел в актерской игре. Может, он просто неосознанно использовал силу убеждения. Но Бильбо пошел с ним...

После оказалось, что Антон на сутки разминулся с Гэндальфом...

И хорошо. С Тьмой нельзя играть в поддавки. Нельзя идти у нее на поводу. И тем более принимать у нее дары. А Гэндальф хранил одно из эльфийских колец.

Именно поэтому Антон смотрел линии вероятностей и строил маршруты подальше от Элронда-Полуэльфа, Владычицы Галадриэль... Правда, в Темнолесье они повстречали Радагаста Бурого. Местный странный Сумрак, который не имел на своем шестом слое ни единой тени Иного, как втайне надеялся Антон, чтобы передать послание своим... В общем, Сумрак его не предупредил.

А вот Радагаст, похоже, хоть и не ходил по слоям, но видел и Сумрак, и Антона насквозь, кажется.

Чинить препятствий маг не стал. Только таинственно сказал:

— Тебя не могут найти потому, что не там ищут. И потому, что твое будущее пока не случилось. Алая книга должна быть написана.

Кажется, Антон понял Радагаста...

В отличие от Роулинг, описавшей мир Иных на иной, как ни каламбурно, лад, Толкин, скорее всего, видел всеми позабытое прошлое.

Внезапно стало очень грустно. Ладно орки и гоблины... Ну пафосные эльфы, сварливые гномы... Хоббитов-то за что? Да и люди, как они Эру прогневали, что появились средь них Иные? Пьющие из других или кровь, или энергию? И живущие, словно эльфы.

Было грустно. Но зато понятно, откуда Сумрак и почему он пуст. Если Антон тут умрёт, то на многие тысячи лет станет единственным узником шестого слоя.

— Может, подбросить вас на орлах? — спросил Радагаст.

— Нет. — Городецкий мотнул головой. — У простых решений обычно сложные последствия. Линии вероятности на этот счет туманны.

Ну вот он и заговорил, как Йода магистр.

Впрочем, добрались они почти без приключений до самого Мордора. Пока там их не сцапал наместник Гондора. И как только донесли? Антон мог скрыться вместе с Бильбо, мог положить гондорцев. Вместо этого он почему-то задвинул пламенную речь, в которой убеждал тех отвлечь Око врага, чтобы они с Бильбо успели прошмыгнуть в Мордор незамеченными.

— И помните, выбор за вами, — обратился он скорее к страже, чем к наместнику. — Никто за вас не решит: ни король, ни командир, ни добрый волшебник. В конечном счете определяете только вы. Подчиниться или, возможно, умереть и стать героем — тоже выбор.

— Так и так сдохнем, — крикнул кто-то из собравшейся немаленькой толпы зрителей.

— Ну так, а вы попробуйте не! Позовите Рохан... — отчаянно перебирал даты в уме Антон: вроде пока между королевствами все ровно. — Вместе и Саурона бить веселее.

В общем-то, сработала харизма Высшего Иного. Когда уже покинули Белый город, Бильбо его аккуратно так спросил:

— Антон, а ты всегда такой?

— Какой? — аж немного встрепенулся Городецкий.

— Законченный оптимист! — применил у Городецкого же почерпнутое слово Бильбо.

— Ну так... — почесал в затылке Антон. Не признаваться же, что он тут всеведущий почти что Попаданец всем на зависть. — Помирать — так хоть с юмором!

— Предпочту все же написать ту Алую книгу, через которую ты к нам попал и про которую упомянул Радагаст.

— А ещё лучше женись, Бильбо. Сразу жить станет веселее и про прелесть забудешь.

— Почему забуду? — удивился хоббит.

— Потому что твой мозг уже будет пилить жена, а не Единое кольцо. А это все ж получше... От жены и пользы больше, и детишки... Я ж видел, как ты местную ребятню привечаешь.

— А у тебя, Антон, семья есть? — внезапно спросил Бильбо.

— Есть. Жена и дочка. — Городецкий вздохнул. — Так что Алую книгу тебе придётся написать.

Больше они не говорили. Каждый молчал о своем...

Зато уже на вершине вулкана, который не выглядел спящим, а скорее готовым в любой момент их расплавить, Антон понял, что щупальца Единого кольца уже успели отравить разум Бильбо...

И пока он размышлял, сможет ли Бильбо написать книгу одной рукой, в голову ударила замечательная идея...

Можно ж использовать заклятие реморализации. Но не на самом себе, как однажды сделал Антон, чтоб принять правильное решение, а на Бильбо!

Тогда тот точно сам бросит его в жерло Роковой горы.

Не экономя силы, Антон от души долбанул реморализацией к Свету по Бильбо... Задев и Кольцо. Следовательно, и Саурона...

А дальше Черная книга Арды нервно курила в стороне. Потому что на Саурона подействовало. Так подействовало, что назгулам заменили плащи с черного на белый, а оркам велели засеивать Мордор зерновыми и бахчевыми культурами. А ещё цветами. К тому, чтоб все это росло, прикладывал руку лично майар, уже не Саурон, а как он просил себя называть, Майрон. Рыжий, такой приятной внешности волшебник... Оказалось, ему возвращения к свету и не хватало, чтоб вернуть себе плоть. А орки... На орков тоже рикошетом подействовало.

Антон сам видел, как один из них нюхал ромашки и улыбался оскалом...

Эльфы были в шоке, ругаясь, они собирали вещички подальше от дурдома в Валинор. Правда, не все. Трандуил договорился с Майроном о бартере: один Майрону вино, второй — орков для строительства и сбора паутины... Из той поры лихолесцы научились делать верёвки и ткань.

Что до Бильбо, то он сдержал обещание шокированному Антону и написал Алую книгу, где отразил всю-всю правду. А когда закончил, то Городецкого затянуло домой...

Признаться, Антон очень боялся, что своим эффектом птеродактиля все изменил, но... Все было как раньше. В голове вспыхнули слова Радагаста уже после всего свершенного:

— А с чего ты взял, что ваш Иной, увидевший прошлое, не привнес ничего своего? Не закончил историю идеологически правильно — героической победой Добра и Света над вероломной Тьмой? Дружба и народное единение — что может быть идеологически правильнее? Только не всегда и не везде. Тебе ли не знать, Антон? Что и правда может стать оружием Тьмы?

Тяжело было не согласиться... В нашем мире многое бывает перепутано. Порой таким замысловатым образом, что Тьма использует методы Света, а Свет марается ложью, стравленный друг с другом. Порой и горькой правдой стравленный! Кое-какие тайны лучше не открывать. Даже если все это лишь бесконечная война почти с самим собой... Игры в подлецов и героев.

Городецкий вздохнул. Какая-никакая, а жизнь. И есть в ней и однозначно хорошее.

Вот и сейчас, ощутив, как к нему, сминая слои Сумрака, бежит уже почувствовавшая его возвращение дочка, Антон широко улыбнулся.

В эту минуту он был так счастлив, словно джинн, выпущенный из бутылки. Антон был готов делать что угодно: ловить вампиров, подбивать отчеты, сидеть на скучных совещаниях, программировать, писать фанфики по миру Средиземья.

Он был счастлив. И, как надеялся, Бильбо тоже послушал его советы...

И все же... Было любопытно, куда делись остальные народы Средиземья? Кроме эльфов?!

Впрочем, это совсем другая история.