Уизли: Дети кукурузы (джен)

— Зачем ты это сделал? — прошипел Гарри. Он сидел на задней парте на уроке истории магии и разговаривал с мальчиком, которого до сегодняшнего утра считал своим первым другом. В свете последних событий он активно пересматривал своё мнение на этот счёт.

— Сделал что? — обычным тоном спросил Рон. Они оба игнорировали занудное бормотание профессора Бинса (что после первого же занятия начали делать абсолютно все) и яростный, возмущённый взгляд Гермионы Грейнджер, которая, казалось, воспринимала их равнодушие к восстаниям гоблинов как личное оскорбление.

— Ты согласился на дуэль с Малфоем!

— И?

— От моего имени!

— Ну, у тебя, похоже, возникли трудности с официальными формулировками, так что я решил помочь.

— Ты сказал: «Он будет ждать тебя там. Я его секундант, а кто твой?» — это никакие не официальные формулировки! — Гарри сделал паузу. — А кто вообще такой секундант?

— Так называют того, кто вступает в бой после твоей смерти.

— Смерти?

— На дуэлях такое случается, знаешь ли.

— Но я не хочу драться на дуэли!

— Слушай, я всю жизнь имел дело с задирами…

— Я тоже!

— И они никогда не отступают, если их просто игнорировать.

— Уж мне ли не знать, — пробормотал Гарри. — Постой. Я думал, твои родители тебя л… любят.

— Любят. Но я живу в одном доме с братьями. Мама не может быть в нескольких местах одновременно, понимаешь. Так вот, я говорил: единственный способ заставить их отступить — это пустить им немного крови.

— Крови? — вскинулся Гарри.

— Ну да. Большинство таких людей терпеть не могут вид собственной крови. Лучше надейся, что он из таких. Другие просто сатанеют, если их ранить, и в следующий раз набрасываются на тебя ещё яростнее. Есть и третий тип, но Билл сказал, что не расскажет мне, пока я не достигну совершеннолетия.

— Прекрасно. То есть шанс, что Малфой отступит, когда я с ним сражусь, — один к трём?

— Ага. Всё равно лучше, чем стопроцентный шанс, что он продолжит докапываться, если ты ничего не сделаешь.

— Только одна проблема, Рон.

— Да?

— Я не умею драться на дуэли! — нахмурился Гарри. — Понимаю, что это звучит как мелкое неудобство, но мне почему-то кажется, что это необходимое условие для всего процесса. В смысле, я только-только научился применять Жалящее заклятие.

— И?

— А Малфоя, скорее всего, магии учил его отец.

— Весьма вероятно. Малфои — те ещё тёмные маги, большие друзья Сами-Знаете-Кого в своё время. Мой папа думает, что отец Малфоя стоит за многими гадостями, которые творятся в нашем мире. Просто ему никак не удаётся это доказать.

— Думаешь, у них в доме заходила речь о дуэлях?

— Может быть. Старик Малфой не славится мастерством в этой области. Никто не упоминает его имя, когда заходит речь о великих бойцах последней войны. Но вся их семейка — скользкая и подлая. Если они и вступают в бой, будь уверен: они станут жульничать и наверняка нарушат парочку законов.

— Так ты думаешь, Малфой так и поступит?

— Не знаю. С одной стороны, он Малфой, а значит — тёмный подонок. С другой стороны, он же Малфой-младший. Ты видел, чтобы он делал хоть что-то, что не выставляло бы его самым напыщенным идиотом во всей школе?

— Ну…

— Вот и я о том же. Так что тут шансы пятьдесят на пятьдесят, на самом деле.

— Снова лотерея?

— Вроде того.

— Прекрасно.

— Я вам двоим не мешаю? — прорычала Гермиона Грейнджер.

— Нисколько, — ответил Рон. Он снова повернулся к Гарри: — Всё будет хорошо. Поверь мне.

* * *

Гарри проснулся оттого, что его кто-то тряс. Точнее, он очнулся из-за того, что его не просто скинули с кровати, но ещё и вылили на голову ведро воды. Жизнь у Дурслей выработала в нём поразительную способность спать как убитый практически в любых условиях. И хотя он умел просыпаться ровно в нужный момент (чтобы никогда не опаздывать с приготовлением завтрака), в остальное время добудиться его было невозможно. Его родственники не отличались деликатностью, а даже если бы и отличались, им доставляло удовольствие донимать его, поэтому они шли на всё, лишь бы усложнить ему жизнь.

— Блин, Гарри, — прошептал Рон, когда Гарри сел, отплёвываясь от воды. — Мы опоздаем!

— Опоздаем? — пробормотал Гарри, пытаясь прочистить лёгкие. — Зачем ты вылил мне воду на лицо?

— Надевай мантию, — скомандовал Рон, начиная запихивать Гарри Поттера в упомянутый предмет одежды.

— Ещё не утро, — прорычал Гарри.

— Ну да. Мы должны быть там в полночь.

— О чём ты говоришь? — спросил Гарри, пока Рон выталкивал его из спальни в сторону общей гостиной.

— Малфой?

Гарри замер.

— Я не буду драться с Малфоем.

— Конечно, будешь. Ты же не хочешь, чтобы он называл тебя трусом после того, как ты принял его вызов. Это очень дурной тон.

— Я не принимал!

— Для него всё выглядит иначе, — Рон дёрнул друга за руку, и Гарри, спотыкаясь, вывалился за ним через проём за портретом. — Добрый вечер, — помахал Рон Полной Даме.

— Рановато начинаете, я смотрю, — проворчала она. — Пытаетесь побить рекорд своих братьев по самому раннему наказанию?

— Ага. Будем считать, что так.

— Если кто спросит — я вас не видела. Как и их.

— Спасибо. Пойдём, Гарри.

— Рон! Я не умею драться на дуэли!

— Ну и что?

— Малфой сделает мне больно!

— Не-а. Ты просто попадёшь под первое же заклинание.

— Что я сделаю?

— Попадёшь под первое заклинание. Обязательно подставься. Неважно под какое. Потом притворись, что помираешь, и в дело вступлю я.

— Это и есть твой план?

— Он сработает. Доверься мне. — Рон указал на двери Зала наград. — Видишь? Мы уже на месте.

— Это ужасная идея.

— Цыц. — Рон втащил сопротивляющегося Гарри в галерею и заметил Малфоя. — Забавно, Гарри как раз ожидал, что ты струсишь.

— Он что?

— Я что?

— Он сказал, что ты — трусливая девчонка, которая шагу не может ступить, не прячась за папочкину мантию. Но я ответил ему, что ты, как Малфой, не будешь безвольным дураком и сдержишь слово, ведь тебе явно не хочется, чтобы твоему отцу пришлось публично признавать своего сына трусливым трепачом.

— Что? — в один голос произнесли Гарри и Малфой.

— Дуэль начинается через три секунды. Три. Два. Один. Бой!

— Риктусемпра! — выкрикнул Малфой и пустил в Гарри тусклый луч света, который пролетел бы далеко мимо, если бы Гарри сам не бросился прямо под него. Он рухнул на пол, схватившись за живот и издавая в точности те же звуки, что и тогда, когда Дадли избивал его крикетной битой.

— Полагаю, теперь моя очередь как секунданта, — сказал Рон.

Он выхватил палочку и начал произносить длинную серию заклинаний. Когда Гарри поднял голову, он увидел, что Рон невозмутимо стоит, прислонившись к стене.

— Думаю, всё в порядке. Хотя они зачем-то и Гойла с собой притащили.

Неподалёку на полу лежали три фигуры, отдалённо напоминавшие человеческие существа, но опознать их мог лишь тот, кто знал, какими они были изначально. Однако главной их проблемой стало наличие жабр при полностью сросшихся ртах и носах.

— Они могут дышать? — спросил Гарри.

— Наверное, — зевнул Рон. — Я вымотался. Пойдём спать.

— Разве мы не должны их расколдовать?

— Думаешь, они бы ради нас стали напрягаться?

— Нет.

— Вот тебе и ответ. Пойдём.

* * *

— Ага! — Гермиона Грейнджер и Невилл Долгопупс выскочили из-за доспехов. Точнее, Грейнджер выпрыгнула сама, а Невилла наполовину вытащила, наполовину вытолкнула, так что он едва не упал. — Вы идёте на дуэль с Малфоем, я права?! — обвиняюще спросила она.

— Эм… — начал Гарри.

— Не-а, — покачал головой Рон. — Глупости. Мы слышали, что Малфой вызвал на дуэль какого-то злобного семикурсника из Слизерина. Сказал, что после этого разберётся с нами.

— Что? — спросил Гарри.

— Так что я решил, что на дуэль мы не пойдём, — продолжил Рон, обнимая Гарри за плечи и незаметно зажимая ему рот ладонью. — Но я не хотел, чтобы Гарри упустил шанс хотя бы посмотреть на ночной Хогвартс.

— Вы не дрались с Малфоем?

— Когда там должен был быть злой семикурсник? — фыркнул Рон. — Ты не только заноза, но ещё и с приветом. Ты ведь именно на это и надеялась, да, Грейнджер? Спорим, хотела застукать нас на дуэли.

Невилл выглядел разъярённым.

— Ты сказала мне, что у них будут неприятности, если мы им не поможем!

— Так и было бы! — отрезала Гермиона.

— Зачем ты вообще его в это втянула? — Рон склонил голову набок. — В любом случае, мы устали, правда, Гарри? — Он надавил Гарри на затылок, заставив того кивнуть. — А вы двое можете сами объяснять Полной Даме, почему разгуливали так поздно.

— А вам разве не придётся? — прошипела Гермиона.

— Не-а.

* * *

— Рон! — рявкнул Гарри, когда они вернулись в общую гостиную. — Малфой не мог дышать!

— Может быть. Слушай сюда: мы скажем учителям, что подслушали, как Малфой говорил, что собирается драться с каким-то семикурсником в галерее. Они пойдут его искать.

— Но разве у нас не будет неприятностей за то, что мы выходили?

— Почему?

— Потому что мы это видели?

— Что видели?

— Что Малфой в беде.

— Ничего мы не видели. Мы просто слышали, что они собираются драться, и что учителям стоит это проверить.

— У нас будут неприятности за то, что мы гуляли ночью!

— Почему?

— Разве нам не придётся оказаться вне спальни, чтобы кому-то об этом рассказать?

— Утром? Не вижу причин.

— С ним всё будет в порядке к утру?

— Конечно. Иди спать, Гарри.

* * *

Фред и Джордж плюхнулись на скамью по обе стороны от Гарри и Рона.

— Ну-ну, братец, — сказал Фордж.

— До нас дошли интересные новости.

— Да? — Рон положил в тарелку кашу и начал добавлять мёд и сливки.

— Двое первокурсников из Башни Льва прошлой ночью разгуливали по замку, — сказал Гред.

— И теперь у них большие неприятности, — добавил Фордж. — Ты в порядке, Гарри? — спросил он у внезапно остолбеневшего мальчика.

— Кто это был? — поинтересовался Рон, разрезая сосиску.

— Грейнджер и Долгопупс. Единственные, кто оказался вне постели после отбоя, — сказал Фред.

— Мы в тебе разочарованы, братец, — добавил Фордж.

— Ну, не всем же быть неудачниками, — невозмутимо ответил Рон, приступая к еде.

— Кстати, о неудачниках, — сказал Гред.

— Вы слышали о Малфое?

— Что с Малфоем? — пискнул Гарри.

— Он пошёл на дуэль с каким-то семикурсником, — объяснил Фордж.

— А какие-то первокурсники из Гриффиндора пошли и всё рассказали МакГонагалл. Видимо, беспокоились за его здоровье.

— С… с ним всё в порядке? — сглотнул Гарри.

— Не-а, — весело отозвался Фордж.

— Когда его нашли, оказалось, что он мёртв ещё с полуночи.

Гарри издал сдавленный писк.

— Зато эти двое студентов получили по сто очков каждый за «проявленную заботу об учениках другого факультета», — сказал Гред.

— Блин, круто, — пробормотал Рон.

— Ага. Доброе утро, Идеальный Перси.

Подошёл Перси и, наклонившись, похлопал Рона по плечу.

— Я очень горжусь тобой, Рональд.

Он широко улыбнулся. Увидев в его глазах искреннее восхищение, Гарри побледнел.

— Но… но… я-ты-мы…

— Ешь свой тост, Гарри, — сказал Фордж, ловко запихивая ему в рот кусок хлеба.