Бриллиант Имперской Пропаганды (джен)

Дедра Миро не прослужила в Имперском Бюро Безопасности и года, поэтому чувствовала себя крайне неуверенно на большом внутреннем корпоративном мероприятии, посвященному Дню Империи. Женщин тут было буквально по пальцам пересчитать, а среди секторальных инспекторов только она и старая перечница инспектор Гранди — так что какую-то женскую солидарность даже не вообразить. И, вдобавок ко всему, мероприятие такого масштаба обязательно предполагало парадную форму: юбка и каблуки! Очевидная сексистская насмешка системы над служащими женщинами. В обычные будни Дедра более менее может чувствовать себя равной офицерам-мужчинам хотя бы благодаря одежде, то здесь она словно выставлена на публичное посмешище, ещё немного, и кто-то что-нибудь сболтнет какую-нибудь омерзительную чушь про "украшение коллектива"!

Дедра тогда за себя не ручается. Да уж, та ещё будет сцена, если в этом мире мужчин первой драку на корпоративе затеет она, вот прямо так, в юбке и на каблуках! По-бабски расцарапает ногтями лицо.

Единственные люди, дружелюбные к ней в этом гадюшнике, верные аттенданты Хирт и Корв, начавшие служить одновременно с ней, тоже чувствовали себя первоначально неловко и из дружеской солидарности первое время старались держаться к ней поблизости. Однако стоило им увидеть многочисленные рюмки и бокалы с напитками и коктейлями, их глаза смотрели только туда, и Дедре ничего не оставалось, как милосердно их отпустить наслаждаться вечером и потеряться в толпе таких же серых мундиров. Жаль, в белом сделать то же самое проблематично, потому что белых куда меньше, и они куда более заметны...

Тем не менее, Дедра очень скоро следует примеру подчиненных и решает, что в посещении корпоратива нет никакого смысла, если хорошенько не насладиться халявной качественной едой и напитками, поэтому она опустошает рюмку за рюмкой, мысленно поставив себе грань, за которую переступать не стоит, но она находилась достаточно далеко. Пьёт уж она точно не хуже мужиков: кажется, кого-то из инспекторов уже чуть ли не волочат до туалета.

Ха-ха, вот вам и сильный пол.

Бокал, другой. Рюмка четвертая, пятая, шестая. Тарталетка, брускетта, часть фруктовой нарезки. Односложный ответ кому-то. Хирт и Корв, заметив, что она начала пить, радостно возвращаются и нашептывают, где ещё чего можно попробовать, и женщина охотно прислушивается, всё больше и больше изучая предложенный организацией в честь государственного праздника алкогольный рай.

И заходит в этом изучении всего на чуть-чуть, на крупицу дальше, чем следовало и когда, на мягких ногах и с приятным теплом в голове и груди, изгоняющим все дурные мысли, идет прочь от одного стола к следующему, какой-то пьяный идиот спотыкается рядом с ней, и ей не хватает координации отступить от него так, чтобы не упасть самой. На пути так некстати возникает ножка стула, и, запнувшись и выругавшись, Дедра летит на пол, а пьяный идиот неловко задевает ботинком её ногу, делая зацепку, а следом за ней, при соприкосновении женщины с полом, по ноге мгновенно расходится широкая и уродливая стрелка.

Упав, Дедра слышит ожидаемый хохот, и вполне справилась бы с унижением, если бы среди смеющихся не оказалось бы человека, которого она бы меньше всего хотела бы видеть в свидетелях конфуза.

— Кажется, тебе хватит, Миро, — ехидно ухмыльнулся инспектор Блевин, наклоняясь над ней и вынуждая созерцать из положения лежа его отвратительную физиономию. — И колготочки придется снять. Не очень удобно служить Империи на каблучках и в юбочке, не так ли?

Да как он смеет? Да щас она как даст ему этим каблуком по яйцам...

От опрометчивых действий её спасает мигом подоспевший Хирт, помогая подняться и обтряхнуть китель, но настроение было безнадежно испорчено. Крифф их всех раздери, юбка и каблуки это часть парадной, а не повседневной формы! Все мигом забыли, как она выглядит в штанах?? Что она должна такого сделать, чтобы перестать быть вечно унижаемой мужчинами в структуре чисто за факт своего существования среди них?

Настроение не исправляется даже когда женщина возвращается домой, принимает прохладный душ и укладывается в постель. Чтобы хоть как-то отвлечься и разгрузить мозг, Дедра берет телефон и решает полистать рилсы в Голонете. Смешные и милые лот-коты, дурацкие случаи на технических работах, природа... И вдруг, словно насмешка, попадается короткое видео, судя по качеству изображения и одежде людей на ней, давности так тысячелетней! И правда, военная форма ещё дорусаанских времен, когда у Республики была регулярная армия. Подпись к ролику, что-то вроде: "помнит ли кто-то этот хит?". И Дедра не поверила своим глазам: на ролике пели и плясали три бравые девчонки... в военной форме! Также состоящей из кителей и юбок, а вокруг них приплясывало и восхищенно наблюдало множество таких же ребят в форме, но в центре внимания они, женщины. Первая мысль: "и здесь гребаный армейский сексизм"! — и Дедра в сердцах едва не пролистнула мимо, ну просто закон подлости! Но нечеткий тычок пальца в сенсорный экран открыл не следующий рилс, а комментарии, и брови женщины медленно поползли вверх.

Ей открылась любопытная история. Видео действительно оказалось дорусаанских времен, и, по утверждениям знающих, эта популярная в то время песенка и образы певиц, в свое время, неплохо так улучшили отношение населения Галактики к регулярной армии и правоохранительным органам. Вот такой вот нехитрый метод: музыка, песня и задорный ритм заставили людей теплее относиться к тому, чего по определению всегда опасаются. Увидели, что и в правоохранительных структурах людям не чужды ни музыка, ни творчество, ни веселье, и главное, они заразили этим остальных.

И в пьяной голове Дедры Миро возникла идея.

Блевин обалдеет с того, как эффективно можно послужить Империи на каблучках и в юбочке. Ещё и будучи блондинкой.

В конце концов, пропаганда тоже часть работы Имперского Бюро Безопасности.

Читателям: этот клип https://www.youtube.com/watch?v=-ScjucUV8v0&list=RD-ScjucUV8v0&start_radio=1 к просмотру обязателен, а то не поймете, что нашло на автора)) Это всё Дедра и имперцы тусят!

_________________________________

Несмотря на абсурдность пришедшей в мозг идеи, Дедра решила от неё не отказываться, даже когда проснулась на трезвую голову. Слишком ярким и назойливым в голове был образ того, что она хотела сделать, и слишком сильным было желание выйти за установленные рамки и принести таким образом пользу Империи. Если уж что-то взбрело в голову, то она доведет это до конца!

Дедра предварительно скачала и ещё несколько раз пересмотрела полное видео попавшегося ей перед сном клипа, нужно ведь ей что-то продемонстрировать аттендантам, прежде чем начать реализацию! И что-то ей подсказывало: эти её обязательно поддержат.

И она оказалась права.

Сначала, правда, Корв и Хирт посмотрели на неё как на сумасшедшую, когда она взяла и заявила что хочет снять пропагандистский музыкальный клип с собой в образе гламурной блондинки в главной роли, но стоило им увидеть то, что Дедра отдаленно хотела увидеть в результате, парни не удержались и начали громко восторженно ржать. И она поняла: всё, помощники у неё в кармане.

— Погодите! — стараясь отдышаться от смеха, выдавил Хирт. — Их же тут три: блондинка, брюнетка и рыжая... Вы хотите быть одна или вам ещё в компанию двух девочек найти?

— Будет очень весело, если всеми тремя вы и будете! — тут же загорелся всегда угрюмый и молчаливый, но сейчас безудержно весёлый Корв. — Парики просто разные, и всё, три гламурные дамочки в форме готовы!

— Слушайте, а ведь отличная идея! — искренне восхитилась Дедра. Она не планировала съемку в трех образах, но предложение было и в правду отличным. — На монтаже будет выглядеть просто замечательно... Хирт, я знаю, ты в этом шаришь, — одобрительно кивнула она второму подчиненному.

— Есть такое, — самодовольно признался Хирт. — А что с музыкой, нам нужно найти кого-то, кто будет петь, или... И музыка, брать готовую или писать что-то?

— В детстве я немного пела, позанимаюсь ещё, — призналась Дедра, мысленно отметая нерадостные воспоминании о не самой радостной творческой самодеятельности в стенах детского дома, и в то же время зацепившись за неловкую мысль, что она впервые хочет получить от подобного занятия настоящее удовольствие. — Песня должна залететь, поэтому должна быть оригинальной. Есть у кого знакомые, кто балуется написанием текстов и песен? Идея, если что, у меня уже есть.

— Найдутся, — быстро поддержал Корв. — С сегодняшнего дня, как решим повседневные дела, займемся реализацией проекта...

— Кстати, как мы его назовем? — с веселым азартом поинтересовался Хирт.

— Проект назовем "Сладенький", — прыснув, заявила Дедра. — У старой песни был максимально приземленный смысл про парнишку-музыканта-неудачника, думаю, нам не стоит отходить от похожей идеи, так веселее. Тоже, что-нибудь про сладенького мальчишку, которого героиня безумно хочет.

— Не могу поверить, что мы и правда такое будем делать, — пробормотал Корв.

— Поздно, — фыркнула Дедра. — Вы уже подписались. Покажем всем, как можно развлекаться в строгих имперских структурах!

* * *

Дедра и её подчиненные ответственно выполняли все стоящие задачи по работе в руководимых ими секторах, но каждый день, вечерами, после смен, находили время на реализацию своего внезапного творческого проекта. Азарт и желание увидеть результат как можно скорее были такими, что задержки на работе никак не сказывались на настроении, а наоборот, неизбежно поднимали его. И мотивация выполнять основные задачи была просто зверской, чтобы поскорее перейти к другой: безудержно веселой, творческой и желанной, всегда сопровождаемой долгим безудержным ржачем, шумным хлюпаньем сладким кафом и опустошением местных буфетов.

С песней проблему решили быстро: Корв нашел своих знакомых, балующихся написанием текстов и музыкой, и всего за неделю песня "Сладенький" была написана и записана, во многом благодаря тому, что Дедра не пожалела денег, вознаграждая добрых людей, решивших ей помочь. И хорошо, что записывала она песню без присутствия аттендантов — они бы все умерли со смеху и ничего не записали, потому что текст вышел просто убойный.

...Я повстречала его за обедом однажды в пятницу

Увидела его, и у меня разыгрался аппетит,

А уж его татуировки на руке...

Нет ничего опаснее, чем обаятельный мальчик

В нём есть всё, что нужно, перед ним трудно устоять!

Он так сладко говорил, сладенький мальчик...

Ух, да, да...

Пела она смело — знала, что на студии потом поправят все огрехи. Вживую она это нигде исполнять не собирается. Она не вынесет с серьезным лицом петь дальнейший текст, где лирическая героиня рассуждает о том, что замерев со своим сладеньким мальчиком в танце, ей кажется, что её трусики вот-вот спадут... и уже представляет, как будут подыхать Хирт и Корв, слушая её голос на записи. Дедра чувствовала, эти двое теперь её просто обожают, и ей нравилось это чувство.

Ничего. Настолько наивный, глупый, попсовый и бабский текст в сочетании с великолепной имперской формой даст эффект взорвавшейся бомбы за счет божественной игры абсолютных противоположностей.

Подчиненным и правда понадобилось очень много времени, чтобы проржаться, отпустить все смешные комментарии, за которые Дедра убила бы в Бюро любого другого, но не их. Им можно.

Буквально кататься со смеху по полу прямо в Бюро Безопасности им тоже можно. Дедра ни за что не думала, что однажды увидит их в таком состоянии

Но пора было приступать к съёмке!

— Мне кажется, будет шикарно, если мы привлечем больше штаба, — наконец, сумев мыслить серьезно, негромко озвучил свою мысль Корв, пока Дедра примеряла парики. Прически будут не совсем как по уставу, она собиралась сделать блестящие локоны на всех вариантах цветов — так будет ещё более гламурно, вызывающе и стереотипно, так, как нужно. — Чтобы прямо была толпа!

— Идея хорошая, — кивнула Дедра, подбирая перед зеркалом варианты, как помадой сделать более пухлыми от природы тонкие губы. — Вот только удастся ли нам держать всё это безумие тогда в секрете?

— Насчет этого не волнуйтесь, — быстро успокоил Хирт. — По штабу и так уже ходят слухи, что мы тут после смен страдаем какой-то фигней, но когда мы наберем ещё людей, они будут также как и мы желать того, чтобы это для всех было неожиданностью. Наберем не болтливых, обещаем!

— Хорошо, пусть так!

Людей привлекли с их штаба, для этого, на всякий случай, зарегистрировали свою шалость как настоящий проект, зная, что однажды именно так за него и отчитаются, и соблюли все формальности, подписав необходимые договоры о неразглашении, за несоблюдение которых любого ждут последствия. Но никто не возражал. Задорная идея очень быстро заразила всех.

Со временем Дедра и её помощники поняли, что кривляться только в одних образах для задорного клипа будет довольно скучно, поэтому решили, что можно протестировать разные не менее гламурные и стереотипные блондинистые образы, уже для взаимодействия с массовкой. И возникла новая идея.

— Слушайте, — предложила Дедра в перерыве на чай. — А помните, девчонки в том старом видео у бара? Может, тоже сделать что-то такое? И позвать девчонок разных рас, спросить, у кого какие знакомые... а то Империю СМИ вечно обвиняют в ксенофобии. Будем сидеть с коктейльчиками, покачивать ножками, а потом танцевать и позировать!

— Шикарная идея, — воодушевлённо ответил Корв. А Хирт с энтузиазмом записывал это всё в сценарий.

В самом штабе решили не снимать даже после смен — велик риск утечки информации. Сняли зал, и вот там уже началось настоящее безудержное веселье! По идее ребят из массовки позвали на фон трубный оркестр родианцев, которые будут кривляться с инструментами позади соблазнительной героини сюжета, разумеется, наряженной в парадную белоснежную форму. Дедра развлекалась от души, чередуя то черный, то рыжий парик, то снимаясь с собственными природными волосами, оформленными локонами, позируя, танцуя и попадая губами в ритм записанной песни. Никогда она бы не думала, что можно получить такое удовольствие, тряся плечами и вертя задницей перед камерой, отстукивая веселый ритм высокими каблуками и каждую минуту заражаясь азартом и весельем всех окружающих её, заряженных идеей людей. Конечно, приходится ждать, когда ещё не привыкшей к творящемуся беспределу толпе просто необходимо дать проржаться, особенно когда Дедра в образе соблазнительной стереотипной блондинки в форме картинно отдает честь или посылает пухлыми алыми губами воздушный поцелуй.

Но нужно отдать всем ребятам должное — проржавшись, они очень быстро стали выполнять то, что требовал сценарий: от души, но по команде, в ритм песни тусовались, качались, хлопали и подначивали её продолжать "петь" и танцевать на камеру.

Съемки в новом образе, в коротеньком черном платье, которое нужно было для того, чтобы танцевать уже непосредственно среди массовки, а не на подобие сцены, дались несколько сложнее, потому что потребовался танцевальный номер, и даже хореограф, который, подписав тучу бумажек о неразглашении, конечно, знатно обалдел с того, где именно участвует. И, главное, для танца нужны были партнеры. Ничего особенного, несколько добровольцев из их штаба нашлось с легкостью.

Они вновь смеялись до упаду, когда один из них буквально падал и подъезжал к ней на коленях, а затем ещё громче, когда один из сержантов громко предложил:

— А давайте теперь вы шлёпнете меня по заднице!

После того, как все достаточно просмеялись, они дополнили сцену и тем, как красиво после шлепка парень должен "вылететь" из кадра, и как соблазнительно и легкомысленно Дедра должна после этого поджать ножку.

Осмотр даже ещё сырого материала показывал: это будет нечто грандиозное и спонтанное.

Не обошлось и без значительных корректив в саму песню. Например, аттенданты выяснили, что среди ребят тоже есть те, кто неплохо поет и предложили скорректировать запись и дополнить мужскими "подначивающими" голосами. Идея того, как это будет здорово смотреться в итоге, если и парни из массовки в кадре будут "петь" оказалось настолько соблазнительной, что Дедра решила не пожалеть средств и времени на небольшую перезапись.

А они пока успели снять сцены в баре с девочками разных рас, и там Дедра уже оделась с брюки и завязанную на груди, открывающую живот, яркую блузу, в аналогичное оделись и другие девочки. Три'лечка, тогрута, панторанка, мириаланка, ещё несколько, но, главное, были собраны самые популярные. И все они потрясающе сочетались между собой, снимая совместные сцены, синхронно танцуя, жестикулируя, забираясь на барные стулья и вертя бедрами. Понадобилось немало времени, но результат того стоил. Попробуйте после этого обвинить Империю в ксенофобии!

Последняя идея пришла вновь спонтанно, но стоило ей прийти, и Дедра уже не могла от неё отделаться:

— Хочу чтобы была ещё сцена в каком-нибудь ангаре. Чтобы на фоне были СИД-истребители, штуки четыре, и небольшой отряд штурмовиков на подпевку и подтанцовку! Без шлемов, чтобы были лица.

— Хотите продрать дурацкие плакаты из Голонета, где полуголые девицы призывают граждан записываться в штурмовики? — рассмеялся Корв.

— Именно. И этой полуголой девицей буду я.

Аттенданты уже к тому времени успели привыкнуть к абсурду, который они совместно с ней творят, но в этот раз вновь не выдержали. И к новому придуманному образу Дедра решила взять белый топ и короткие черные шортики, чтобы максимально соответствовать стереотипному образу. Ещё и пуш-ап наверх. Раз уж идет образ сексапильной полураздетой блондинки, в определенных местах стоит прибавить весу. Как же долго придется снимать момент, когда она модельной походкой выходит из-за ребят....

Чем больше они потом вечерами с Хиртом сидели над монтажом, тем больше понимали: это прекрасно. Самое главное, чтобы руководство ИББ пропустило это в Голонет, а значит, Дедра должна будет представить это проект непосредственно ему.

Ничего. Всё это задумалось как вызов сексистам-коллегам, и Дедре будет не стыдно посмотреть им в лицо, явив это свое детище.

Что ж. Этот день настал. Видео было готово. Каждый участник процесса жаждал получить себе собственную копию и затем, затаив дыхание, наблюдать за реакцией общественности на данный творческий перформанс.

Но они всё ещё в Империи. И даже то, что делалось для её же блага, обязано пройти проверку. И Дедра, разумеется, волновалась. Не сочтут ли её собственную самоиронию за насмешку над режимом? Да уж, если она вместе со своими аттендантами и половиной штаба укатит за такое батрачить где-то на Внешнем Кольце — это будет довольно бесславный конец. А с другой стороны, может оно того и стоит.

— Слушаю вас, Дедра, — привычным сдержанно-мягким тоном обратился к ней Партагаз на очередном заседании. — Кажется, вы хотели представить нам какой-то очередной проект.

— Совершенно верно, сэр, — почтительно склонила голову Дедра. — Однако как и сказала вам раньше, это довольно... необычный проект.

Инспекторы за столом удивленно переглянулись, и Дедра спиной почувствовала, как занервничали за её спиной аттенданты. Она же, на удивление, чувствовала себя конкретно сейчас совершенно спокойно. Перед смертью не надышишься, и раз уж она уже начала говорить об этом и представлять, то всё, назад дороги нет.

— И чем же? — довольно буднично поинтересовался Партагаз, явно не ожидая совершенно ничего особенного.

— Данный проект был осуществлен мной и моими подчиненными в нерабочее время, дабы не забирать время с основном работы по секторам, но был, как и всё, направлен на будущую здоровую атмосферу в государстве. Люди часто подвергают сомнению привычные методы пропаганды, и очень мало что по влиянию на их сознание может сравниться с различным культурным медиа...

— К чему вы клоните? — Партагаз заинтересовался уже заметно больше.

— К тому, что люди часто критикуют имперские структуры за, по их мнению, излишнюю дальность от их обыденной жизни, уверенные, что мы не знаем, чем они живут, и... не способны ни на какую самоиронию, — во всех парах глаз в зале без исключения сверкнуло удивление, и Дедра не сдержалась и легонько фыркнула. — Наш проект может вызвать довольно неоднозначную реакцию, но он направлен исключительно на более дружелюбное и теплое представление контролирующих имперских структур в глазах общества, как людей, любящих и умеющих веселиться и даже в чем-то посмеяться над собой. А также некоторое развенчание мифа о ненависти государства к экзотам и дискриминации по половой принадлежности, — на последних словах Дедра едва не закатила глаза, потому что ни имперская ксенофобия, ни сексизм не были мифами, тем не менее сказать это было нужно. — Идея пришла из похожего опыта, что был опубликован в Голонете ещё до Русаанской Реформации, и, который, между прочим, был очень тепло принят обществом и улучшил его отношение к республиканской регулярной армии. Разрешите представить на экране?

— Признаться, я заинтригован, думаю, присутствующие здесь тоже. Выведете на экран проект... — старый майор пробежал датапад глазами вниз и брови его удивленно дернулись вверх. — "Сладенький"?..

Чей-то невольный смешок тут же был заглушен кашлем, но Дедра и бровью не повела.

— Так точно, сэр.

Ну, всё.

Секунда, другая, и вот на главном экране был выведен результат их кропотливой нескольконедельной внеурочной работы. Сначала, как только заиграла музыка и появилась веселая толпа, никто ничего не понял, все подумали, что это какая-то шутка. На самом деле, это, конечно, шуткой и было, только грандиозной и полезной. А глядя на лицо Партагаза, Дедра искренне пожалела, что у неё нет под рукой камеры, потому что то, как постепенно оно вытягивалось и замирало от увиденного, нужно было видеть. Никто никогда не видел старика в таком шоке и изумлении, и, самое главное, Дедра чувствовала и видела, что достигла желанного результата: губы старого майора начали дрожать и норовить дернуться уголками вверх, а лицо краснеть от сдерживаемых эмоций. Как только Дедра начала в кадре вертеться и трясти бедрами, облаченными в парадную юбку, в ритм драйвовой песни с абсолютно дурацким смыслом, смешки по залу начали раздаваться все более очевидные. Кто-то пытался прикрыть рот рукой, кто-то уже уткнулся лицом в стол, а кто-то сидел с выражением полного шока с очевидной мыслью на лице: "а такое вообще можно?".

Хирт и Корв позади неё тихо стонали от подавленного хохота и в глазах их стояли слезы. Партагаз смотрел клип всё также сосредоточенно, но уже полностью закрыв себе ладонью рот. Лагрет открыто хихикал в кулак, не то от веселья, не то от стыда за увиденное, а Лонни Янг... а этому вообще было хорошо, он открыто улыбался и слегка пританцовывал под ритм на месте, и был такой не один. Ну а что, песня получилась драйвовая. А Блевин просто смотрел, разинув рот, очевидно, абсолютно не понимая, как ему на это отреагировать. Так ему, гаду, и надо.

Окончательно лопаться инспекторы начали на моменте, когда появился отряд парней-штурмовиков, спускающихся вниз и прикладывающих в своему лицу ладони полурупором, подпевая песне, и ребята колонной начали выполнять забавные танцевальные движения с каменным выражением лиц. Давно уже вслух ржали чужие аттенданты, особенно когда к штурмовикам, комично замершим на фоне четырех СИД-истребителей присоединилась Дедра в шортах и топе, в ещё более вызывающем и легкомысленном образе и, не переставая, продолжала петь:

Сладкий, как сахар, сладенький

Он — мой берег, он возбуждает меня, ммм...

Сладкий, как сахар, сладенький

Он — мой берег, и кажется, что здесь становится жарко, не останавливайся...

Партагаз уронил лицо в ладони и Дедра чувствовала, что даже если сегодня её отправят в ссылку на Внешнее Кольцо — она сегодня победила.

Вся закончилось, и в зале воцарилась гробовая тишина. Затем старый майор оторвал раскрасневшееся лицо от ладоней и невозмутимо посмотрел на Дедру:

— Идею вашу я понял, Дедра, — севшим от подавления эмоций голосом выдохнул Партагаз. — Но могу ли я поинтересоваться, КАК вы вообще до такого додумались?

— Разумеется, сэр, — гордо вскинула голову женщина. — На самом деле, здесь, чисто за идею, я готова публично выразить благодарность своему коллеге инспектору Блевину, поскольку на День Империи он выразил мысль, что в каблуках и юбке я не способна послужить на благо Империи, — Дедра весело подмигнула обомлевшему коллеге. — Теперь мы посмотрим.

— Конченая дура! — не удержался и взорвался Блевин. — Сама же выставила себя на посмешище!

— Не советовал бы вам спешить с выводами, Блевин, — осадил офицера Партагаз. — Кажется, я понял, но что именно вы сделали отсылку Дедра... в этом есть смысл. Добро. Заливайте это в Голонет...

— Так точно, сэр.

Дедра едва сдерживала торжествующую улыбку. Никто из этих придурков точно не ожидал, что все те вещи, которыми они бы хотели её принизить, она обернет себе же на пользу. Станет стереотипной блондинкой, наденет каблуки, юбку и сотворит нечто абсолютно глупое, совершенно женское, и в то же время сделает этим для Империи гораздо больше, чем они все вместе взятые.

Так и произошло. Ролик взорвал Голонет, разлетелся на отрывки, мемы, и затем, по общим показателям, отношение гражданского населения к имперским структурам гражданского правопорядка стало заметно теплее.

* * *

— Лио, Лио, стой!

Партагаз замер в коридоре, заметив, что к нему на всех порах мчится, взметая за собой широкий белоснежный плащ, директор Орсон Кренник, держа к нему развернутым экран телефона, на котором было поставлено на паузу то самое заветное видео, которое сам майор после того рокового заседания сам пересматривал раз сто:

— Дааа?..

— Это твоя крошка? — отдышавшись, спросил Кренник, тыча пальцем в телефон.

— Да, это моя крошка, — с гордостью признался Партагаз, — Самая главная и эпичная из всех крошек!

Кренник рассмеялся в голос и хлопнул в ладоши:

— О, звёзды! Это же просто восхитительно! Я и подумать не мог, что у кого-нибудь из высокопоставленных военных чиновниц когда-нибудь хватит воображения и самоиронии сделать нечто подобное!

— Я и сам бы не подумал, — тоже посмеялся Партагаз, — Но случилось то, что случилось, и считаю, что работа была проделана просто отличная. Момент со штурмовиками — мой самый любимый, я чуть не умер, когда его увидел.

— Я тоже! — с чувством ответил Кренник, — А знаешь, сколько уже строят конспирологических теорий по поводу этого ролика? Мои люди читали, обалдели: кто-то уже предполагает, что блондинка — это собственно сама Дедра Миро, рыжая — адмирал Натаси Даала, а брюнетка — губернатор Аринда Прайс!

— Ой, чего люди только не надумают! — махнул рукой Партагаз, — Но зато какое внимание...

— И не говори! Знаешь, мне кажется, с таким ярким подходом и умением обратить собственные слабости в силу, твою крошку ждет просто блестящая карьера... Это же просто Бриллиант Имперской Пропаганды!

Лио Партагаз никогда в этом не сомневался.

* * *

Однажды раздуться от гордости за предприимчивую фантазерку-сотрудницу пришлось и полковнику ИББ Вуллфу Юларену, когда он однажды встретился с гранд-адмиралом Трауном, и чисс, к его огромному удивлению, решил затронуть эту тему:

— Должен отметить, полковник, что вашу сотрудницу стоит отметить не только за абсолютно нестандартный подход к популяризации образа Империи в культуре, но и её высокую эрудированность. Крайне редко можно встретить офицеров, которые способны припомнить а использовать культурный опыт тысячелетней давности и адаптировать во что-то яркое и современное. Вам стоит ценить такие кадры.

— Мы и ценим, — гордо отозвался Юларен. — Ещё как!

Плевать, если кто вдруг кривит рожу на затею одной предприимчивой умной женщины. Таркин там, находящий данный способ пропаганды не достойным офицеров, или крысы из Убиктората, скорее всего, облезающие с зависти. Бюро Безопасности знает — лучше всех о благополучии Империи заботятся именно у них!

* * *

А в Бюро с тех пор все знали: с Дедрой Миро нельзя шутить. Ведь с ней любая шутка может стать правдой и тем навсегда обеспечить ей место в истории. Навсегда оборотить её слабость в силу.

И она безмерно этим гордилась, напевая на подступи к Бюро свою веселую сладкую песенку.