Две правды и одна ложь (гет)

— Еще пятнадцать минут — и с тебя было бы воспоминание для Омута памяти, как Малфой признался тебе в любви, — улыбнулась Джинни, приветствуя Гермиону.

— Да ладно тебе, я опоздала всего на десять минут. Ну ладно, пятнадцать, — та обняла подругу и устроилась за столиком кафе. — С каких пор ты так непримирима к опозданиям?

— Вот родишь маленького Малфоя, поймешь, каково это — отпрашиваться у матери, чтобы выйти куда-то. Впрочем, нет, не поймешь. У тебя же будет армия домовиков, нянь и прочего.

Джинни потянулась к чайнику и разлила чай по чашкам.

Гермиона заметно смутилась.

— Кажется, ты торопишь события. — Она спряталась за чашкой. — Просто-таки очень-очень торопишь. Мы встречаемся всего две недели.

— Не, ты не думай, что я завидую. — Джинни с видимым удовольствием отправила в рот пирожное и зажмурилась. — Но иногда я скучаю по прежней жизни. Джеймс требует столько сил и внимания, ты не представляешь.

Гермиона сжала руку подруги.

— Держись. А ты сама как? Высыпаешься хоть иногда?

— Да нормально все, привыкла за два года. Но у меня всего три часа свободы, точнее, уже два часа сорок минут, и последнее, что я намерена обсуждать, — это зубы, кормление, синяки и простуды. Я требую свежих новостей и самых провокационных подробностей твоего романа.

Гермиона усмехнулась. Она прекрасно понимала, как подруга соскучилась по их посиделкам и разговорам. Джеймс был непоседой, и хотя Молли с Артуром периодически брали внука к себе, материнские заботы заметно сказывались на Джинни.

— Ну? Как у вас там? До сих пор не могу поверить, что вы все-таки сделали это! Грейнджер и Малфой — пара. Уму непостижимо!

— Вы же с Гарри сами меня все время поддевали, что мы друг к другу неравнодушны.

— Это было очевидно. Но вы такие разные... — Джинни мечтательно вздохнула. — Как в романе, честное слово.

— Сама до сих пор не верю, — призналась Гермиона.

— И как он тебе? Без одежды еще красивее, чем в ней?

— Джинни! Прекрати! — Гермиона едва не поперхнулась чаем и поспешно поставила чашку на блюдце.

Джинни несколько секунд смотрела на нее, а потом удивленно распахнула глаза.

— Ты... Вы еще не?..

— Не хотим торопиться.

Гермиона отвела взгляд. Джинни с интересом посмотрела на нее, но развивать тему не стала.

— Вполне разумно. А в остальном? Как он себя ведет?

— Он... — Гермиона задумалась и отпила чай. — Драко словно ходит по тонкому льду. Так боится все испортить.

— Думаю, у него есть для этого причины, — протянула Джинни.

— Да, тоже так думаю, — улыбнулась Гермиона.

— Значит, оставим Малфоя пока в покое, все равно ничего интересного из тебя не вытащить. — Джинни потянулась за вторым пирожным. — Кстати, ты же помнишь, что в субботу мы отмечаем день рождения Гарри?

— Конечно, помню, — отмахнулась Гермиона. — Подарок давно купила.

— Не сомневаюсь, — рассмеялась Джинни. — И даже не думай приходить без Малфоя.

— Джинни...

— Что? Мне нужно наконец увидеть это своими глазами.

— Хорошо, мы придем, если ты считаешь это хорошей идеей, — не очень уверенно проговорила Гермиона.

— Если ты про Рона, то не бойся. У него уже месяц бурный роман с Демельзой Робинс.

— Но я же приду не просто с парнем, а с Малфоем.

— Все будет в порядке, не переживай.

— Угу. Верю, — пробормотала Гермиона своей чашке.

* * *

Панси придирчиво всматривалась в свое отражение. Короткое черное каре и без профессиональной укладки лежало хорошо, но сегодня ей хотелось выглядеть по-особенному. Она повернула голову сначала в одну сторону, потом в другую, оценивая четкую линию волос у подбородка.

— Вытяни, добавь немного объема у корней и чуть подкрути концы внутрь.

— Да, мисс Паркинсон, — кивнула Ромильда с улыбкой. — Свидание?

Панси чуть наморщила носик — ох уж эта пустая болтовня, — но улыбнулась и кивнула.

— Да, ужин.

— Тогда вы будете самой красивой, — улыбнулась Ромильда и приступила к работе.

Час спустя Панси уже сидела и в нетерпении теребила кулон на тонкой золотой цепочке.

— Красивый, — заметила Ромильда.

— А? Да... Подарок Блейза. Пытается меня впечатлить. Мило. Хотя и немного банально, — улыбнулась Паркинсон.

Ромильда потянулась за следующей прядью и вдруг дернула чуть сильнее, чем следовало.

— Осторожнее, — поморщилась Панси.

— Простите, мисс Паркинсон, рука соскользнула. Последний штрих, — порхала вокруг нее Ромильда, орудуя уже не инструментами, а палочкой. — Во-о-от так!

Панси взглянула на себя в зеркало и ахнула — волосы лежали идеально, и от них, казалось, исходило едва уловимое свечение. Волшебное. Надо будет потом как-нибудь выведать у девчонки секрет — отличный эффект. Но сейчас время уже поджимало: Панси еще планировала сменить наряд.

— С вас один галлеон.

— Спасибо. — Она оставила деньги и ушла.

* * *

— Благодарю, — Драко кивнул официанту, поставившему перед ним и ничего вокруг не замечающим Блейзом две чашки кофе.

Он протянул руку и взял свою чашку.

— Эй, вернись ко мне, — помахал он рукой перед лицом друга. — Кофе стынет.

— Да, да, — Блейз послушно принялся за свой напиток.

Сделав глоток, он взглянул на часы. В десятый раз с начала встречи, длившейся не более четверти часа.

— Аппарация мгновенная, забыл? Ты не опоздаешь.

— Я и не собираюсь опаздывать. — Блейз залпом осушил оставшийся кофе и поставил чашку на стол.

— Впервые вижу, чтобы ты волновался перед свиданием, — усмехнулся Драко.

— Я не волнуюсь. Я... — Блейз взял пустую чашку и попытался сделать глоток.

— Морально готовишься, — невозмутимо закончил Драко.

— Кто бы говорил, — проворчал Блейз и впервые осознанно посмотрел на друга.

— Приветствую, — протянул ему руку Драко. — Наконец ты почтил меня своим вниманием.

— Малфой, прекрати.

Драко присвистнул. Блейз переходил на фамилию, когда действительно нервничал.

— Это всего лишь Панси. Наша Панси. Мы знаем ее с детства.

Зря он это сказал. Ой, зря... Блейз бросил на Драко такой взгляд, что тому захотелось забрать свои слова обратно.

— Я не это имел в виду. Я про то, что она же своя, из нашего круга.

— Не то что твоя Грейнджер, хочешь сказать? — фыркнул Блейз и бросил взгляд на часы.

— Ну да. Но не переводи разговор. Чего ты так боишься?

— Подался в исповедники, Малфой?

— Это эксклюзивное предложение, между прочим. — Драко усмехнулся и откинулся на спинку кресла.

Блейз несколько секунд молчал, глядя в чашку.

— Ты правда не понимаешь? — сдался он.

— Я просто тебя слушаю.

— Тебе бы понравилось, что о твоих чувствах рассказал твоей девушке кто-то другой? Да еще и при всех? Взял и огорошил, еще и демонстративную проверку устроил? Что я должен делать после такого?

— Понимаю.

Драко не стал напоминать другу, что они с Поттером занимались почти тем же самым несколько месяцев. Впрочем, нет. Намеки, подколы, шутки — это одно. Когда же перед тобой появляется сам бог любви — Купидон — и стреляет в тебя стрелой... Да, это определенно другое.

— Он лишил меня... всего. Все должно идти своим чередом. Симпатия, свидания, признания... Да я никогда и никому не делал таких признаний. Девушкам хватало моего обаяния и подарков. А тут...

— Страшное слово любовь, да еще и без гарантий взаимности и долговечности, — закончил за него пламенную речь Драко.

— Неправильно все это. Понимаешь? Я теперь как будто обязан. Она же ждет. И знает.

— Панси девушка умная. Думаю, она все понимает.

— Понимает! Много ты знаешь о девушках?

— Может, и немного. Но ты должен решить, готов ли от нее отказаться из-за того, что произошло, или же вспомнишь, что ты слизеринец, и используешь любое обстоятельство себе на пользу.

— Драко, ты в отношениях всего две недели, а пафоса в твоих словах на двадцать лет опыта, — рассмеялся Блейз.

— Вот теперь узнаю Блейза Забини, — Драко рассмеялся в ответ и посмотрел на часы.

— Тебе пора.

Блейз тоже взглянул на время и подскочил.

— До встречи, — и поспешил к выходу.

— Цветы не забудь, — крикнул вслед Драко.

Он расплатился и неспешно направился к выходу. До встречи с Гермионой у него еще было время, как раз успеет купить что-то милое.

* * *

Панси аппарировала за квартал от ресторана, решив, что немного пройтись пойдет ей на пользу. Это было третье свидание с Блейзом после встречи с Купидоном. У нее до сих пор не укладывалось в голове, что Арчер Купер, маг из Италии, с которым они работали вместе, оказался настоящим богом любви. Она, конечно, видела, что он необычный, но чтоб настолько...

Купидон сказал то, что поразило ее до глубины души: Блейз любит ее.

С ума сойти.

По-настоящему любит. Иначе стрела Купидона, выпущенная Блейзу в грудь, не озарилась бы золотым светом.

Любит.

По-настоящему.

Сердце замирало от счастья и тут же начинало биться чаще. В их кругу браки обычно заключались по расчету, и любовь редко имела к этому отношение. Но Панси всегда втайне надеялась, что однажды встретит человека, который полюбит именно ее — не ее фамилию, положение или состояние.

Панси невольно улыбнулась. Блейз ей нравился, но сама она пока не могла разобраться, что именно чувствует. Они знали друг друга с детства, давно привыкли быть рядом, и теперь ей предстояло понять, достаточно ли этой симпатии, чтобы однажды назвать его своим мужем. На меньшее она не согласилась бы.

— Панси? Привет.

Она обернулась. К ней из книжной лавки спешил Теодор Нотт.

— Тео, привет. Какими судьбами? Не знала, что ты в Лондоне.

Он остановился рядом, улыбнулся и по-дружески обнял ее, легко коснувшись щекой ее щеки. Панси ответила на объятие и отступила на шаг.

— Вернулся несколько дней назад, еще мало кого видел.

Она тайком разглядывала бывшего однокурсника, которого не видела пару лет. Тео возмужал и, кажется, стал еще привлекательнее, чем в школе.

— Рада тебя видеть. Какие планы? Ненадолго к нам или насовсем?

— Какая ты любопытная, — рассмеялся Тео. — Мне нравится.

— Люблю быть в курсе событий, — пожала плечами Панси.

— Меня пригласил Кингсли, контракт на год, а дальше посмотрим. Мне нравится во Франции, но и домой тоже хочется.

— Рада за тебя.

— А ты как? Все еще в Лондоне?

— Пока да. И, кажется, никуда не собираюсь.

— Тогда, может, еще увидимся.

— Обязательно.

Панси улыбнулась и первой попрощалась, заметив, что до встречи с Блейзом осталось совсем немного времени.

* * *

Панси заметила Блейза через окно ресторана. Он уже сидел за столиком, листая меню. Увидев ее, отложил его и поднялся.

— Привет, — он улыбнулся и протянул ей небольшую корзину с цветами, обвитую лентами.

— Анютины глазки? — выдохнула она, принимая подарок. — Мне их никогда не дарили.

— Как такое возможно при таком имени⁽¹⁾?

Он наклонился и вскользь поцеловал ее в щеку, а затем помог занять место.

— Очень мило, спасибо. — Панси расправила платье и поставила корзинку с цветами на край стола. — Наверное, не самые аристократические цветы, — она пожала плечами, — но мне нравится.

— Рад, что тебе пришлись по вкусу.

Блейз подозвал официанта, и тот разлил вино, предварительно продемонстрировав им бутылку.

— Мое любимое, — улыбнулась она, покрутила бокал в руке и вдохнула аромат. — Значит, помнишь.

— Мы знакомы слишком давно, чтобы не знать, — усмехнулся Блейз.

— А я думала, ты специально выбрал его, чтобы произвести впечатление.

— Хотел сделать тебе приятное. — Он поднял бокал, и она осторожно коснулась его своим. — Если бы хотел впечатлить, выбрал бы что-нибудь подороже.

Панси лишь усмехнулась в ответ. Что бы ни говорил Блейз, она точно знала, что тот же Драко не смог бы назвать даже цвет вина, который ей нравится, не то что марку и сорт.

— Ты уже заказал что-нибудь?

— Нет, ждал тебя. Мне рекомендовали обратить внимание на рыбу в этом ресторане, но спешить не стал.

— Хорошо. Давай посмотрим, что там...

Панси довольно быстро заметила, что Блейз сегодня непривычно внимателен. Несколько раз спросил, нравится ли ей блюдо, сам подливал вино и даже отодвинул вазу с цветами, чтобы та не загораживала ему ее лицо. Обычно за ужином он был гораздо проще и в такие мелочи не вдавался.

Она невольно стала присматриваться к нему. Блейз старался. И, похоже, очень хотел ей понравиться.

Когда она в третий раз изменила заказ, он даже не съязвил, только позвал официанта. А когда Панси попросила попробовать его десерт, молча подвинул тарелку.

Блейз несколько раз пытался завести разговор о чем-то возвышенном: то о новой постановке в театре, то о какой-то книге, которую недавно прочел. Панси вполне могла поддержать разговор и о литературе, и о театре, и о многом другом, но сегодня все это звучало как-то неуместно. Словно он заранее приготовил темы, которые, по его мнению, должен обсуждать с ней мужчина на хорошем свидании. Она отвечала, поддерживала разговор, но с каждой минутой все сильнее скучала по обычному Блейзу, с которым можно было час спорить о какой-нибудь ерунде и в итоге так и не прийти к единому мнению.

Сначала Панси это нравилось. Очень. Ей хотелось именно такого отношения, и она с удовольствием принимала его заботу. Но чем дольше длился ужин, тем отчетливее чувствовалось, что что-то не так. Все было правильно — слишком правильно. Даже улыбка Блейза казалась непривычной: чуть осторожной, будто он каждый раз сначала вспоминал, как следует себя вести, и только потом улыбался. Она улыбалась ему в ответ, чтоб не обидеть, но раз за разом выходило все хуже и хуже.

Едва Панси протянула руку, чтобы взять салфетку, как Блейз подскочил и подал ее. Это стало последней каплей.

— Так. Стоп. Блейз! Прекрати! — прошипела Панси настолько тихо, насколько было возможно, но не скрывая злости.

— Что случилось? — Блейз отпрянул от нее, но через секунду вновь нацепил на лицо маску максимальной вежливости и учтивости.

— Я тебя сейчас каким-нибудь заклятием приложу, честное слово. Это просто невыносимо.

Блейз замер на несколько секунд, глядя Панси в глаза, а потом расхохотался. Искренне. Как умел только он.

— Прости. Но я старался. Честно.

— Вот именно! Так старался, что у меня уже зубы сводит, — раздраженно продолжила она. Посмотрела в его глаза и добавила тихо, совсем другим голосом: — Не делай так. Пожалуйста.

Блейз давно перестал смеяться, лишь грустно смотрел ей в глаза и молчал.

— Это невыносимо. Правда.

— Я хотел как лучше, — повинился Блейз. — Видимо, ничего у нас...

— Блейз, прошу, остановись. — Она протянула руку через стол и сжала его кисть. — Давай все обсудим.

Панси сама не совсем понимала собственного порыва, но чувствовала, что если сейчас позволит ему завершить вечер, то это конец. Возможно, даже их дружбе.

— Хорошо. Еще вина? — Блейз заметно расслабился.

— Давай, — Панси подала свой бокал и улыбнулась.

Они медленно сделали несколько глотков, собираясь с мыслями. Оба понимали одно: Купидон раскрыл то, что Блейз, возможно, еще долго не решился бы сказать сам. И теперь Панси знала то, что должна была узнать от него — когда он будет к этому готов.

— Думаю, ты чувствуешь то же, что и я.

— Поясни.

— Тот вечер. Он все испортил.

— Купидон?

— Да. Он лишил нас самого главного — права выбора.

— Да. Я чувствую себя...

— Обязанным. Я вижу. И не хочу этого.

— Ты предлагаешь... все это прекратить?

На лице Блейза отразилась боль.

— Нет. Давай просто забудем все, что наговорил этот дурак, и начнем все с начала. Сами. Только будь собой. Таким, каким я тебя знаю. С кем дружу много лет.

— И от кого готова принять ухаживания?

— Да. Только если ты будешь привычным, а не рафинированным Блейзом Забини. С твоим юмором, сарказмом и прочим.

— А что. Мне нравится.

Блейз улыбнулся так, что у нее что-то екнуло внутри.

— Может, потанцуем? — Панси протянула ему руку. — А потом ты расскажешь мне все-все новости про Драко и Грейнджер.

— Ты хочешь узнать, не поменял ли он фамилию Малфой на мистер Грейнджер? И можно ли его уже считать девственником, если учесть период его воздержания?

Панси прыснула от смеха.

— Да! И в подробностях!

Блейз уже вел ее на танцпол. И она улыбалась ему, потому что это был ее Блейз, а не неизвестный ей сноб.

1) Pancy — (англ.) анютины глазки

Вернуться к тексту

— Чудесный вечер, — улыбнулась Гермиона, когда они вышли из ресторана после ужина. — Может, еще погуляем?

— Конечно. — Драко подхватил ее за талию. — Здесь недалеко набережная.

— Звучит отлично.

Они свернули к Темзе и пошли вдоль воды, разглядывая огни на другом берегу. Через несколько минут Гермиона заметила у причала прогулочный кораблик и остановилась.

— Ты когда-нибудь катался на таком?

— Если честно, то нет, — признался Драко.

— Тогда идем, уверена, тебе понравится.

Драко улыбнулся и позволил ей потянуть себя к причалу. Они поднялись на палубу, и Гермиона сразу подошла к борту, разглядывая отражения огней в темной воде. Драко встал рядом и облокотился на перила. Когда кораблик тронулся, Гермиона улыбнулась, глядя, как берег медленно отдаляется.

— Красиво, правда?

— Очень.

— Там есть сидячие места, если хочешь.

Она взмахнула рукой, чтобы показать, но Драко поймал ее кисть и поднес к губам.

— Мне и здесь нравится, — проговорил он и обнял ее со спины.

— Мне тоже, — она подалась к нему.

Драко чуть сильнее притянул ее к себе, и Гермиона почувствовала у виска его дыхание. Несколько секунд они молчали, наблюдая за проплывающими мимо огнями, но теперь ей было совершенно не до Лондона. Она повернула голову, встретилась с его взглядом и сама потянулась к его губам.

Он легонько поцеловал ее в губы, потом в висок и выпрямился, крепче прижав ее к себе.

— Дразнишься, значит, — усмехнулась она. — В эту игру можно играть вдвоем.

— Мы же хотели посмотреть Лондон. Вот смотрим, — с улыбкой проговорил он ей на ухо и коснулся его губами.

Гермиона приняла вызов, потому слегка пошевелилась в его объятиях, подаваясь назад, якобы случайно далеко не невинно касаясь его. Драко крепче прижал ее к себе.

— Что ты творишь? Думаешь, твои магглы не заметят, если я аппарирую нас к тебе домой?

— Не понимаю, о чем ты, — тихо рассмеялась она, продолжая этот невинный трюк. — Вот нисколечко.

Напряжение между ними нарастало, и красота Лондона все больше и больше уходила на второй план. Гермиона видела, что Драко явно набросил на них чары отвлечения внимания, да и вели они себя относительно прилично. Пока.

— Грейнджер, я не хочу провести ночь в маггловской полиции за непристойное поведение. Или писать докладную на имя Кингсли, почему применил Обливиэйт вне работы, — шептал Драко, пока его руки блуждали по ее талии. — Я вообще не имею право...

Гермиона поняла, что еще немного, и она сама аппарирует их сразу к ней в спальню.

— Может, сядем? — предложила она.

— Хорошо. — Драко помог ей пройти к сидячим местам.

— Кстати, Джинни напомнила про день рождения Гарри. Ты знаешь, что мы приглашены вместе?

Гермиона всеми силами искала нейтральную тему.

— Конечно. Ты бы видела, какое представление из него сделал Поттер.

— Ну почему же. Вполне, — Гермиона покачала головой. — И не важно, что ты и так уже пару лет как ходишь на его вечеринки.

— Но теперь мы там будем с тобой. Как пара.

Гермиона заметила, как порозовели его щеки, и сама почувствовала приятное волнение.

— Да. Но почти все были готовы к этому намного раньше нас.

— Это точно, — Драко откинулся на спинку сиденья. — Разве что Уизли будет бычиться как первокурсник.

— Джинни обещала взять Рона на себя, — Гермиона пожала плечами. — И он будет со своей новой девушкой.

Она внимательно посмотрела на Драко. Их с Роном непродолжительные отношения они еще не успели толком обсудить, и Гермиона понятия не имела, как он к этому относится.

— Если он что-то будет иметь против, это его проблемы, — отмахнулся Драко. — Я могу на него даже не смотреть.

— Думаю, это лишнее. — Гермиона повернулась к реке, пряча улыбку. — Кажется, мы возвращаемся, — сказала она, заметив, что кораблик снова приближается к причалу.

— Жаль. Я только начал привыкать к твоим маггловским развлечениям.

— В следующий раз покажу что-нибудь похуже.

Драко посмотрел на нее с подозрением, а Гермиона невинно улыбнулась.

* * *

Ромильда аппарировала по указанным координатам и оказалась в небольшом переулке. Дальше, согласно записке от Джинни Поттер, нужно было сразу повернуть направо, и через двести метров будет площадь Гриммо. Дом двенадцать. Она попросила приехать сделать ей укладку на дому, чтобы не оставлять сына.

Что ж. Обычная услуга, еще и за дополнительную плату. Ромильда — отличный мастер и могла справиться с любыми запросами клиенток. Только было одно "но". Всего несколько лет назад ее клиентки были ее однокурсницами. Но жизнь разделила их, и вот теперь жена Гарри Поттера смотрела на нее свысока, отдавая распоряжения и вызывая на дом.

Взглянув на часы, Вейн поспешила вперед — не следовало опаздывать.

Через несколько минут Ромильда наконец увидела нужный дом. Она остановилась перед дверью, еще раз проверила номер и пригладила волосы.

Дверь открылась почти сразу.

— Ромильда! Наконец-то. — Джинни выглянула на улицу и тут же отступила в сторону. — Заходи. Я уже боялась, что ты заблудилась.

Ну конечно, усмехнулась про себя та. Она же не способна пройти двести метров в указанном направлении.

— Добрый день, не переживайте, сейчас все сделаем, — улыбнулась Ромильда, переступая порог.

Дом, как она и ожидала, оказался довольно пафосным и мрачным, хотя здесь явно был сделан свежий ремонт в светлых тонах. Но все же что-то было здесь такое... Сложно сказать, но она бы точно здесь все оформила иначе.

— У меня времени в обрез. Гости будут уже через полтора часа, Джеймс начнет носиться по всему дому, а родителей скосил грипп...

Миссис-мать-ее-Поттер что-то еще тараторила, усаживаясь перед зеркалом, но Ромильда пропускала ее треп мимо ушей. Вот же дуреха. У тебя муж — герой, у него денег хоть на завтрак ешь, а ты не можешь нанять себе няню?

Расческа летала в руках Ромильды, следом в ход пошли специальные средства, плойка и утюжок. Она быстро укладывала волосы, когда в комнату прибежал маленький мальчик.

— Мам! — он потянулся к Джинни.

— Иди сюда, малыш, — та посмотрела на сына через зеркало. — Только тихонько, мама почти закончила.

Мальчик недовольно засопел и начал хныкать. Ромильда тут же поймала его взгляд через зеркало.

— А кто это у нас такой серьезный? — протянула она, продолжая работать с волосами. — Покажешь, какой ты большой?

Мальчик заинтересованно посмотрел на нее и постепенно перестал хныкать.

— Смотрите-ка, — удивилась Джинни. — А он у нас обычно так быстро не успокаивается.

Ромильда только улыбнулась и продолжила укладку.

— Очень красиво. — Джинни повернула голову, разглядывая себя в зеркале, когда Ромильда закончила.

— Вам идет. — Ромильда убрала инструменты.

Джинни взглянула на часы.

— Слушай, а ты сегодня вечером свободна?

— А что? — насторожилась Ромильда.

— Останешься с Джеймсом до вечера? Мне будет спокойнее, если он будет под присмотром. Я заплачу десять галлеонов.

Ромильда замерла. Десять галлеонов. Это почти ее недельная выручка.

— Это все как-то неожиданно, но хорошо, — ответила она. — Конечно, останусь.

* * *

Панси вошла в дом Поттеров — бывший дом Блэков — вслед за Блейзом и сразу огляделась. Она никогда не была здесь, но хорошо себе представляла подобные дома. Здесь веками жили темные маги, и появление Поттера и его жены здесь вряд ли смогло что-то сильно изменить.

Впрочем... Да, рука новых хозяев определенно здесь ощущалась. Никакого привычного темного или красного дерева, старинных диванов и прочего. Часть мебели точно была новой, а та, что явно осталась от прежних хозяев, вписывалась на удивление гармонично.

В гостиной было шумно: на столах стояли блюда с закусками, бутылки и бокалы, вдоль стен горели свечи, а из соседней комнаты доносилась музыка. Гарри уже успел собрать вокруг себя почти всех друзей, и теперь Рон Уизли что-то оживленно рассказывал Демельзе, пока Джинни разговаривала с Драко и Гермионой.

— Наконец-то, — Гарри заметил их и подошел поздороваться. — Я уже начал думать, что вы решили не приходить.

— Мы не могли лишить себя удовольствия весь вечер наблюдать за Малфоем и Грейнджер, — рассмеялась Панси, поздравляя именинника.

— Боюсь, это теперь не так забавно, когда они вместе, — доверительно проговорил Поттер, пожимая руку Блейзу.

— Надеюсь, ты не рассчитываешь, что их место займем мы, — усмехнулась Панси.

— Мерлин упаси, — рассмеялся Гарри. — Второй раз я не выдержу бесконечных щенячьих взглядов и споров ни о чем.

— Ты в курсе, Поттер, что я не так далеко стою, чтобы тебя не слышать? Я ведь могу тебя проклясть даже в твой день рождения.

— Ты последний в этом доме, Малфой, чьи угрозы способны меня напугать, — отмахнулся Поттер и разлил всем шампанского.

— Конечно, ведь ничто не пугает тебя больше, чем гнев твоей жены. — Драко поднял бокал и отсалютовал всем присутствующим.

— Ничего, Малфой, хорошо смеется тот, кто смеется последним. Уверен, когда ты женишься, то будешь ходить по струнке: смирно, строго на работу и домой, — поддел его Поттер.

— И помни, Малфой, — к ним подошел Рон, — ты сам это выбрал.

— Что ты имеешь в виду, Уизли? — спросил Драко, медленно оборачиваясь.

— Ничего. Но готов сделать ставку на то, что ты и до Нового года не продержишься.

— Мальчики, не начинайте, — к ним уже спешила Джинни. — Прошу всех к столу.

* * *

После ужина было решено поиграть в "Две правды и одну ложь".

— Правила предельно просты, — заявила Джинни, левитируя перед собой огромную чашу с пуншем. — Каждый говорит три утверждения о себе. Два правда, одно нет. Мы должны угадать, что было ложью.

— И что будет тому, кто угадает? — проворчал Рон.

— Ничего, — Джинни пожала плечами. — Просто проверим, кто из нас лучше знает остальных.

Она поставила чашу на стол и начала разливать пунш по бокалам.

— И кто первый? — спросил Рон.

— Именинник, разумеется, — предложила Гермиона.

Гарри взял бокал и оглядел собравшихся.

— Ладно. Две правды и одна ложь. Начнем с простого, — он задумался ненадолго. — Я ни разу не сбегал с работы пораньше, чтобы провести вечер с Джинни. Я умею играть в шахматы с пяти лет. Мне всегда нравился аромат цветочного шампуня.

— Я же говорил — подкаблучник! Поттер, все твои утверждения и кната ломаного не стоят, — фыркнул Драко.

— Это не ответ, Малфой, — рассмеялась Джинни.

— Я сам лично трижды прикрывал его побеги к тебе, так что первое утверждение — ложь.

Гарри кивнул, признавая поражение.

Рон взял бокал с пуншем, сделал глоток и устроился поудобнее.

— Ладно, теперь моя очередь. Я однажды провел целый день в Хогвартсе в женской мантии. Я люблю кошек. И я умею готовить только яичницу.

— Второе, — почти сразу сказала Джинни.

— Почему?

— Потому что ты ненавидел Живоглота.

Рон недовольно покосился на сестру.

— Вообще-то ложь была последней. Я действительно умею готовить. Просто не люблю. А кошки мне всегда нравились. Живоглот же был чудовищем, полукниззлом, это не считается.

— Нет, так скучно. Загадывайте что-то более пикантное.

— Поддерживаю, — Блейз откинулся на спинку кресла. — Мы все здесь достаточно давно знакомы, чтобы не ограничиваться кошками и кулинарией. Давай, Драко, удиви нас.

Драко покрутил бокал в пальцах, оглядывая компанию.

— Хорошо. Я однажды провел ночь в авроратской камере. Я умею готовить пасту. И я ни разу не ревновал Гермиону.

— Ну нет. Как ты ее не ревновал, — Панси изобразила кавычки пальцами, — мы все видели. Меняй утверждение.

— Тогда я никогда не ревновал Гермиону к Поттеру.

— Малфой, — Панси рассмеялась, — ты хотя бы иногда выбирай ложь, в которую можно поверить.

Драко усмехнулся и сделал глоток.

— Ладно. Третье: я ни разу не приглашал Гермиону на свидание первым.

Гермиона, сидевшая рядом, медленно повернула к нему голову.

— Это уже интересно, — заметил Блейз. — Так что из трех ложь?

— Ответ очевиден, Забини. Малфой должен изменить все три утверждения, — Джинни покачала головой.

— Это уже какая-то исповедь Малфоя, — фыркнул Рон. — Звезда вечера!

— Завидуй молча, Уизли, — Драко поставил бокал на стол. — Тогда попробуем еще раз. Я однажды сбежал с официального приема, чтобы встретиться с Гермионой. Я уже выбрал ей подарок на Новый год, хотя впереди еще почти полгода. Я никогда не танцевал с Гермионой.

— Ну вот, Поттер, а ты говорил, что будет не так интересно, — Панси отпила напиток. — Драко ни о чем другом же думать не может, это так мило.

— Мило? — подскочил Рон. — Прости, Гарри, но у нас срочные дела.

Он подтолкнул Демельзу, заставляя ее тоже встать.

— Мы уходим.

— Рон! Так нельзя, — попыталась урезонить его Джинни.

— Прости, сестренка, но в вашем доме критично превышена концентрация слизеринцев.

Рон наскоро попрощался и увел с собой явно недовольную Демельзу. Останавливать его никто не стал.

— И что было ложью? — вернула всех в игру Панси.

— Танец. Уверен, что остальное все правда! — сделал ставку Гарри.

— Ты что, собираешься подарить ей яйца дракона? Или ткань, сотканную из лунных нитей, смоченную слезами девственниц? Какой подарок требует столько подготовки? — не сдержала любопытства Панси.

— Если ты захочешь, я тебе и не такое подарю, — прошептал ей Блейз, но услышала не только Панси.

— Если я начну загадывать подарки, ты полжизни на это потратишь, — ответила Панси, пряча улыбку.

— Так вот почему я, — рассмеялся Блейз. — Ты неравнодушна к специалисту по магическому снабжению Министерства магии. А я-то размечтался...

Джинни позабавило, как вспыхнула всегда невозмутимая Паркинсон.

— Никогда не думала о тебе в таком ключе, — пробормотала та.

— Хочется верить, — улыбнулся Блейз. — Еще пунша?

Он подхватил бокал Панси и свой и подошел к столу с чашей. Вернувшись, он поставил бокал перед Панси, а свой оставил рядом. Гермиона тоже взяла свой и сделала небольшой глоток. Панси последовала ее примеру. Блейз отпил из своего бокала и снова устроился в кресле. Разговор тут же вернулся к игре.

— О, привет, — Блейз наклонился и заглянул под стол. — Что ты здесь делаешь?

— Джейми, вот ты где, — в гостиную выбежала взволнованная Ромильда. — Простите, миссис Поттер, я лишь на минуту отвернулась, а он...

— Да, он это умеет, — как можно спокойнее проговорила Джинни, скрывая раздражение. — Вылезай, Джеймс. Соскучился по маме?

Джинни вытащила сына из-под стола и прижала к себе.

— Проголодался?

— Нет, — тот прижался ненадолго к маме, но быстро соскочил и бросился бежать из комнаты.

— Я догоню, — крикнула Ромильда и поспешила за ним.

Джинни с нежностью посмотрела на удаляющегося сына.

— Такими темпами мы никогда не узнаем страшную тайну Малфоя, — с наигранным огорчением произнесла она.

— Поттер прав. Это танец. Теперь очередь Гермионы, — сказал Драко, поворачиваясь к ней.

— Я? — Гермиона на миг задумалась и густо покраснела.

— О-о-о-о... — воскликнул Блейз. — Я уже хочу услышать пикантную правду.

— Мое первое утверждение: я никогда не нарушала школьных правил ради друзей.

— Про ваши приключения и как ты не нарушала правила, знали даже на Слизерине, — усмехнулся Блейз. — Меняй. Не считается.

— Хорошо. Я не умею играть на пианино.

— Грейнджер, это же скука смертная. Давай, постарайся, — подначивал Блейз.

Гермиона покачала головой, но спорить не стала. Панси, сидевшая рядом с Блейзом, сделала еще один глоток пунша. Блейз тоже отпил, не сводя с Гермионы любопытного взгляда.

— Мне было стыдно за то, что я врезала Драко тогда, на третьем курсе.

— Драко, я сейчас же требую подробностей! Как ты мог скрывать от меня это? — возмутилась Панси.

— Если ты и правда хочешь узнать эту тайну, готов продать тебе ее за три свидания в бассейне, — предложил ей Блейз.

— Вообще, Забини, тебя там не было. А я был, — широко улыбнулся Гарри.

— Боюсь, аврорат лишится блестящего аврора, если ты возьмешь с Панси ту же цену. Такая глупая и нелепая смерть от рук собственной жены, — притворно вздохнул Блейз.

— Может, вы дадите Гермионе хотя бы закончить? — Драко бросил на них предупреждающий взгляд.

— Давай, Грейнджер, мы хотим еще откровений, — веселился Блейз.

— Третье утверждение: на чемпионате мира по квиддичу Драко защитил меня, хоть и сделал это в грубой форме.

Гермиона посмотрела в глаза Драко, а тот заметно смутился, отведя взгляд.

— Так ты поняла? Тогда?

— Конечно. Иначе зачем бы ты вообще оказался в нашей стороне лагеря? По крайней мере, всегда так думала.

Малфой, сидевший рядом, притянул Гермиону к себе. Она прильнула к нему без всякого стеснения.

Панси на секунду замерла, а потом тихо присвистнула.

— Вот это уже действительно пикантно, — заметила она, переводя взгляд с одного на другого.

Джинни покачала головой, явно довольная тем, как далеко зашла игра. Гарри только усмехнулся, наблюдая за Драко, а Блейз довольно откинулся в кресле.

— Блейз, теперь ты, — Джинни подлила ему еще пунша.

— Моя мать согласна, чтобы я сам выбрал, на ком женюсь.

— Звучит отлично, — бросил Драко.

— Я никогда не считал Панси просто подругой, но знал, что на такой девушке, как она, можно только жениться.

Панси ахнула, резко повернувшись к нему. На ее лице впервые за весь вечер не осталось привычной насмешливой уверенности.

Блейз продолжал как заведенный:

— Купидон сказал правду, и я рад, что Панси ее знает.

На несколько секунд повисла тишина. Драко медленно поставил бокал на столик, а Гермиона с удивлением посмотрела на Панси. Джинни приоткрыла рот, явно не ожидая такого поворота. Гарри перевел взгляд с Блейза на Панси и едва заметно усмехнулся.

— Теперь давайте я, — Панси выпрямилась. — Я всегда уважала Поттера и Грейнджер. Даже в школе. Не любила, да, но... Вот так.

Все замолчали. Странное утверждение для игры.

— Я рада, что мы теперь друзья.

— Паркинсон... — выдохнула Джинни.

— Мы тоже, — проговорила Гермиона. — Хоть и непривычно до сих пор.

Панси сделала еще один глоток пунша.

— Я всегда хотела, чтобы моим первым мужчиной стал Блейз.

Блейз застыл. Улыбка исчезла с его лица, а Панси, кажется, сама не сразу поняла, что только что сказала. Драко резко посмотрел на нее, затем на Джинни. Гермиона замерла с бокалом в руке.

— Что происходит? — Блейз подошел к Панси и заглянул ей в глаза. — У нее зрачки расширены. Панси, ты в порядке?

Он опустился на колени перед ней, чтобы видеть ее лицо. Что-то звякнуло под ногой.

— А вот это уже плохо, — Гарри наклонился и достал из-под стола фиал. — Веритасерум, судя по надписи. Откуда он здесь?

— Мне кажется, он был в пунше, — упавшим голосом проговорил Драко, водя палочкой над напитком.

— Панси, сколько ты выпила? — Блейз взволнованно взял ее за плечи. — Нам надо в больницу.

Он подхватил ее на руки.

— Дай руку, — Гарри протянул руку и аппарировал, едва Блейз его коснулся.

— Во сколько ее отпустят? — Драко взглянул на часы и перевел взгляд на Блейза. — Ты же говорил, в пять. Сейчас еще только четыре.

— Не люблю опаздывать.

Блейз встал и пошел к выходу из кабинета. Делать вид, что он работает, сил не было, поэтому Блейз договорился с руководством, что уйдет сегодня пораньше. Панси провела в больнице двое суток, но он так переволновался за нее, что должен был быть там, рядом с ней. Особенно после ее слов. И его.

Веритасерум вытащил на свет очередное его признание. Что делать дальше, Блейз просто не знал. Решил: будь что будет. Они встретятся, а там он разберется по ходу.

Блейз вошел в больничный холл и сразу увидел Панси. Он уже хотел окликнуть ее, когда заметил рядом Нотта.

Тот стоял слишком близко и явно наслаждался ее вниманием. Панси что-то сказала, и Нотт рассмеялся, наклонившись к ней.

Блейз остановился. Ревность мерзкой липкой тварью пробежала по нервам.

Прекрати.

Они просто разговаривают.

Блейз медленно пошел к ним. Нотт в школе был бабником, вряд ли сейчас что-то изменилось. А Панси всего лишь вежлива.

— Может, выпьем как-нибудь кофе? Или сходим поужинать? — вещал Нотт.

Блейз остановился. Его практически не видно было за колонной и цветами, особенно если так внимательно смотреть на собеседника, а не по сторонам.

— Кофе? — Панси взглянула на Нотта из-под опущенных ресниц, протянула руку и провела пальцем по плечу и вниз по руке соблазнителя. — Я подумаю. И пришлю тебе сову, если ты не против.

— Не против. — Тот поймал ее руку и поднес к губам. — До встречи. Буду ждать сову.

Нотт ушел, к его счастью, в противоположную от Блейза сторону.

— Простите, где здесь уборная? — спросила Панси у проходившего мимо колдомедика.

Блейз проводил ее взглядом и остался стоять в полной растерянности.

— Блейз, вот ты где. — Спустя пару минут к нему подошла улыбающаяся Панси. — Не слишком долго ждал? Я задержалась.

Он вдохнул. Выдохнул. И решил не устраивать скандал в общественном месте. Блейз вообще не выносил скандалы.

— Как себя чувствуешь? — холодно, но вежливо спросил он.

— Получше, спасибо, — явно разочарованная его холодностью, ответила Панси.

— Видел здесь Нотта, не знал, что он вернулся.

— Да, я тоже его видела. Говорит, его Кингсли пригласил на работу.

Блейз внимательно следил за реакцией Панси — ни вины, ни воодушевления от упоминания Нотта он не заметил.

Покинув Мунго, он проводил ее до места аппарирования.

— Мне нужно вернуться на работу, — солгал он. — Отпросился только, чтоб встретить тебя.

— Блейз, что случилось? Ты злишься на меня. Но почему?

— Тебе показалось. Трудный день. Забудь.

— Ясно, — бросила Панси. — Увидимся.

И аппарировала.

— Да чтоб тебя! Напиться, что ли? — выругался Блейз и аппарировал.

* * *

Проторчав дома добрых полчаса, Блейз окончательно решил, что хочет в бар. Отправил Драко сову, что будет ждать его в "Поющем гриндилоу", и аппарировал.

Бутылка огневиски и столик в углу — отличная компания. Спустя время он даже забыл, что пригласил Драко.

Женщины! Все как всегда из-за них. Вот говорил же он: будь проще, никакой любви, только желания. И как последний дурак влюбился. И в кого? В слизеринку до мозга костей. А значит, на первом месте у нее расчет. Пусть и казалось, что это не так. Что его Панси другая.

И на вчеринке она сказала такое, что он до сих пор не пришел в себя.

Точно дурак.

Третий бокал огневиски исчез так же быстро, как и первые два.

— Здесь свободно? — раздался над ним женский голос. — О, так это же Блейз Забини. Разреши присесть.

Он поднял голову. Перед ним стояла девушка, привлекательная и, кажется, знакомая. Точно, няня Поттеров.

— Ромильда Вейн, — протянула та руку и улыбнулась.

— Блейз Забини. Впрочем, вы уже знаете.

— Знаю. И давно хотела с вами познакомиться поближе.

Она села на свободное место.

— Вот как?

— Интересные мужчины — редкость. К сожалению, таким девушкам, как я, сложно привлечь к себе внимание.

Она улыбнулась и придвинулась чуть ближе.

— Вы молоды, красивы, не думаю, что для вас это проблема.

— К сожалению, это не так. Пока я работаю, время уходит, тик-так, тик-так... Вот и приходится брать инициативу в свои руки.

Блейз усмехнулся.

— И какую же инициативу вы решили проявить сегодня?

— Пригласить вас на ужин.

— Смело.

— А вы откажете?

Блейз покрутил бокал в пальцах.

— Думаю, сегодня я не в том состоянии, чтобы быть хорошей компанией.

— А я не боюсь плохой компании.

Ромильда улыбнулась и наклонилась к нему.

— Может, продолжим вечер у меня?

— Боюсь, меня это не интересует.

Блейз резко встал, порядком утомленный навязчивой девицей. Покачнулся. Чуть не упал. Та подскочила и подхватила его.

— Я помогу.

— Не стоит.

Он словно со стороны наблюдал, как к его телу прижималась красивая девушка. Ромильда удержала его за руку.

— Ты пьян. Я могу аппарировать тебя домой, если скажешь адрес.

Она жалась к нему, заглядывая в глаза, и улыбалась.

— Прости. Я не посылка. А ты не сова.

Он с трудом отцепил от себя ее руки и зашагал к выходу.

В проеме стоял Драко, оперевшись плечом о косяк. И медленно, демонстративно ему аплодировал.

Гад.

— Думаю, сова тебе все-таки понадобится, — проговорил он и подхватил друга под руку.

* * *

Гермиона сидела у камина и пыталась читать. Сегодня Драко предупредил, что Блейз забрал его провести вечер вместе, так что она осталась одна. В последнее время они почти каждый вечер проводили вместе, и теперь дом казался непривычно пустым.

Зато было время подумать. Обо всем. И о том, что они сказали во время этой дурацкой игры. Теперь он знал, что она думала о нем еще в школе. И не считала чудовищем. Так, мелким засранцем, который давно перерос все эти глупости.

Тихий стук в дверь заставил ее вздрогнуть. На пороге был он.

— Что-то случилось? Быстро ты.

— Поработал магическим такси и к тебе, — улыбнулся Драко.

Он вошел, закрыл за собой дверь и несколько секунд просто смотрел на нее.

— Ты о Блейзе? Что там с ним?

Драко прошел в комнату, но садиться не стал.

— Точно не знаю. Когда я пришел, он уже был пьян. И его клеила одна девица.

Гермиона поморщилась.

— А он?

— Выстоял. Точнее, отшил и ушел. А ведь Ромильда ему предлагала поехать сразу к ней.

— Ромильда Вейн? Парикмахер?

— Да, та самая, что на дне рождения Поттера бегала за Джеймсом.

— Никогда бы не подумала, что она на такое способна.

— Блейз у нас красавчик. Вокруг него всегда вьются девушки.

— Как и вокруг тебя?

Драко медленно подошел к ней и встал совсем близко. В его глазах мелькнула насмешка.

— Ревнуешь?

— Констатирую факт.

— Жаль.

— Почему?

Он пожал плечами, изображая полное равнодушие.

— Так неинтересно.

Гермиона улыбнулась и посмотрела на него внимательнее.

— Хочешь, чтобы я ревновала?

— Да нет. — Драко задержал на ней взгляд. — Я хочу совсем другого.

Драко протянул руку, коснулся ее щеки и мягко привлек к себе.

— Думаю, я и так заставил тебя слишком долго ждать.

Он поцеловал ее.

Гермиона ответила почти сразу, но через несколько секунд сама чуть отстранилась.

— Немного, — прошептала она с улыбкой. — Что изменилось?

— Ты сама знаешь.

Он снова привлек ее к себе и легко поцеловал в висок.

Гермиона почувствовала, как внутри все сжалось от предвкушения. Неужели он наконец решился?

Драко провел пальцами по ее волосам и на секунду замолчал.

— Прежде, чем все случится, я хочу, чтобы ты знала...

— Да? — Гермиона замерла.

Он словно собирался с духом.

— Я люблю тебя.

Она несколько секунд просто смотрела на него. Потом почувствовала, как к глазам подступили слезы.

— Дурак. Напугал!

Гермиона шлепнула его по плечу, одновременно смеясь и вытирая выступившую слезу.

— Исправлюсь.

Он снова поцеловал ее.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала Гермиона.

Драко на мгновение замер, будто хотел убедиться, что действительно услышал эти слова. Потом его лицо осветила совершенно мальчишеская улыбка.

Он подхватил ее на руки.

— Давно хотел спросить: а где у тебя спальня?

Гермиона рассмеялась и обвила руками его шею.

— Там.

Она указала на неприметную дверь. Драко открыл ее, стараясь не выпустить Гермиону из рук.

— Пора осваивать новую территорию, — проговорил он.

— Давно пора...

* * *

Утром Блейз с трудом оторвал голову от подушки, с трудом вспоминая, что вчера было и, главное, чего не было.

Он с ужасом осмотрелся — его постель была пуста. Значит, он не притащил ту девушку к себе домой. На душе стало спокойно.

Потом злодейка-память подкинула ему воспоминание, с чего он вообще напился. Черт!

В окно постучала сова. Он впустил ее и прочитал записку:

"Я так больше не могу. Нам надо все обсудить. Сегодня в ресторане "Стрела Купидона" в семь.

Панси"

Он со злостью смял записку, но уже точно знал, что пойдет.

Не может не пойти.

Пора все прояснить.

* * *

Панси покрутилась перед зеркалом и улыбнулась. Еще в больнице она для себя все решила и теперь хотела поговорить с Блейзом, расставив все точки над i. Она отправила ему записку и была абсолютно уверена, что он придет.

До свидания оставалось еще несколько часов, и она отправилась к Ромильде — слишком ей понравился эффект светящихся волос в прошлый раз.

— Сегодня мне нужно что-нибудь особенное, — сказала Панси, усаживаясь перед зеркалом.

Ромильда улыбнулась и взялась за расческу.

— Для особого вечера?

— Именно. Идем с Блейзом в ресторан "Стрела Купидона".

— Мы торопимся? Или есть время? Могу предложить одну новинку.

— Мне к семи, так что мы все успеем, — улыбнулась Панси.

Ромильда уже ловко отделяла пряди.

— Обещаю, сегодня вы будете выглядеть безупречно.

— Конечно. Ты же умница.

* * *

Блейз пришел в ресторан без четверти семь. Выбрал столик, заказал вино — не смог выбрать то, что Панси не оценит, — и долго листал меню, чтоб занять себя.

— Привет.

Он заметил ее, как только она вошла, но намеренно не поднимал головы.

— Привет. Отлично выглядишь.

— Спасибо.

Блейз взял бутылку, чтобы налить ей вина, но та скривила носик.

— Белое? Я всегда любила красное, — проканючила она.

Блейз лишь вздохнул и подозвал официанта.

— Красное, сухое, пожалуйста.

— Не хочу эту кислятину, давай полусладкое или вообще шампанское. Розовое.

Сомелье продемонстрировал винную карту, предложив несколько вариантов.

Блейз выбрал полусладкое шампанское, не выказав эмоций.

— Что предпочитаешь на ужин?

— Не знаю, на твое усмотрение.

Блейз хмыкнул про себя и сделал заказ.

— Хорошее шампанское, — Панси сделала глоток. — Кстати, ты знаешь, что в прошлом месяце в "Пророке" писали про новый ресторан в Косом переулке? Я хотела туда сходить, но все никак не получалось.

— Панси, мы же хотели поговорить...

Блейз вдруг понял, что не готов терпеть всю эту болтовню, пока они не поговорили о главном.

— И еще мне надо будет купить новое платье. Это, конечно, красивое, но я уже третий раз его надеваю в свет, а больше трех уже неприлично. Ты же мне его купишь?

Блейз открыл рот, но она тут же продолжила:

— А после ужина можно прогуляться. Только недолго, я сегодня устала, весь день на ногах. Кстати, ты помнишь ту лавку с украшениями возле "Флориш и Блоттс"? Я там видела потрясающие серьги.

Он несколько секунд смотрел на нее, потом снова попытался вставить слово.

— Панси...

— Что?

— Ничего.

И она тут же продолжила щебетать, перескакивая с одной темы на другую. Подали еду, и Блейз с нескрываемым удовольствием погрузился в дегустацию, предоставив ей говорить.

— Знаешь, в наше время нельзя просто сидеть и ждать, когда тебе повезет. Вот и приходится брать инициативу в свои руки. Время-то идет, тик-так, тик-так, — рассмеялась Панси.

Блейза словно током ударило от ее последних слов.

— Слушай, а помнишь, как мы устраивали в гостиной Слизерина те закрытые вечера с частным оркестром? Только для своих, с шампанским из Франции и карточной игрой, где один вечер мог обойтись в несколько сотен галлеонов? Ты еще однажды заказала себе устрицы Белон из Италии, а потом отказалась их есть, потому что тебя тошнило от одного их вида? И я купил тебе потом лобстера.

— Конечно, помню, дорогой. Это было... забавно. И лобстер... м-м-м... просто ням.

Блейз взглянул на часы — без пары минут восемь.

Панси тоже проверила время и засуетилась.

— Я на минутку, попудрю носик, — нелепо улыбнулась она.

— Давай лучше потанцуем.

Он встал, подхватил ее под локоть и потащил на танцпол.

— Я не умею, пусти. Я не хочу, — взвизгнула она.

— Не забывай, что мы в высшем обществе, здесь не принято кричать и привлекать к себе внимание, — злобно прошипел он. — Заодно узнаешь, что устрицы Белон — из Франции. А на лобстера у тебя аллергия.

Та лишь пискнула и попыталась вырваться. Молча.

— Ну же, давай узнаем друг друга поближе. Ты же давно хотела, правда, Пан-си? Ведь интересные мужчины — редкость.

Та еще раз дернулась и замерла, с ужасом глядя, как меняются ее руки, удлиняются и меняют цвет волосы.

— Ромильда Вейн. Не удивлен. Где Панси?

Дверь с шумом распахнулась, и на пороге появилась Панси Паркинсон. Блейз бросился к ней.

— Ты в порядке?

— Да. Эта мразь усыпила и заперла меня. Но отобрать палочку не посмела.

Ромильда, словно затравленный зверь, попятилась к выходу.

— Передай привет Нотту! — крикнул ей вслед Блейз. — Может, с ним у тебя получится.

Он вновь повернулся к Панси.

— Хотя вряд ли.

— Блейз. — Она прильнула к нему и поцеловала.

Он сжал ее в объятиях и с жаром ответил на поцелуй.

— Какие же мы глупые, — усмехнулась она. — Прямо как Малфой и Грейнджер.

Блейз рассмеялся неприлично громко. А затем прижал ее к себе.

— Думаю, нам хватит испытаний. Как считаешь?

— Согласна.

Он вновь поцеловал ее. Его Панси.

* * *

Ромильда аппарировала в свою маленькую квартирку. Она закрыла дверь, сняла платье и устало присела на кровать. Несколько минут просто смотрела в стену, прокручивая в голове события этого вечера. На подоконнике остывал чай. Она надела свитер. Она проиграла. Опять. Все, что можно, уже случилось, но не с ней.