Драконы - дело тонкое (гет)

Летний поздний закат, казалось, плавил окна, заливая янтарным светом комнату, более всего напоминавшую кабинет. Дубовые резные панели, дубовые резные шкафы. Молодая худощавая светловолосая женщина в изящном изначально палевом платье гневно прошлась по комнате, комкая письмо. Заходящее солнце причудливым образом отражалось от светлой ткани, создавая эффект объятой пламенем фигуры. Только оценить это могла лишь домовушка, с умилением смотревшая на хозяйку. Та же развернула письмо, нервно пытаясь разгладить заломы, перечитала и снова скомкала, после чего метко запустила в корзину для бумаг.

— Эксперимент им нужен, видите ли. Расчет не внушает доверия, видите ли! Флакон с экспериментальным зельем маловат! И их не смущает, что журнал называется "Теоретическое зельеварение"?! Профессора Снейпа на них нет!

Одинокий портрет пожилого мужчины в старинной мантии встрепенулся:

— Эти крики не соответствуют славному роду Гринграсс, Аполлония! Достоинство и разум, вот наш девиз.

— Я Дафна, да и Мерлин с родом! — экспрессивно отозвалась женщина, а портрет, презрительно хмыкнув, покинул холст. — Жаловаться maman пошел. — Дафна посмотрела в окно и вздохнула. — Что же, отзывать теперь статью?

Она подошла к письменному столу чипендейловского стиля, повертела резную фигурку бурундука с гипертрофированно большими глазами, со стуком поставила ее на место.

— Все еще не понимаю Драко с его связью бурундуков и мебели. И рецензента тоже!

— Мисси Дафни, — тихо произнесла домовушка. — Мисси Дафни, может, стоит провести эксперимент?

— Солти, где я им дракона достану? — вздохнула Дафна Гринграсс. — И как я дракону волью свое зелье? Ложечку за мамочку, ведерко за папочку? — Помолчала, покрутилась на носках. — Солти, очень хочется отозвать статью! Не хотят, ну и не надо! Но... Но надо, да и право на рецепт тоже хочется!

— А это ваше право никак не получить без статьи?

— Никак, мой ушастый друг, никак. — Она села на стол, скинула туфли, поболтала ногами. — А знаешь, что самое обидное? Что мне самой очень хочется и сварить зелье, и проверить его. И если плотоядных слизней можно достать и сделать из них экстракт, и шкура бумсланга добывается. Бадьян — не проблема. И даже чешуйки дракона можно, наверное, исхитриться получить. А вот ингредиент, который я обозначила переменным, что ускользнуло от внимания многоуважаемого рецензента, — голос Дафны обрел лекторские ноты, она активно зажестикулировала, сверкая зеленовато-голубыми глазами. — Так вот, вот этот переменный компонент, в качестве которого могут быть использованы волосы гриндилоу, вымоченные в настое люпина подлунного, или, например, сухожилия пикси, вываренные в рябиновом отваре. Или еще несколько ингредиентов... — и осеклась, заметив жалобный вздох Солти. — Что? Привычка. Стажировка в Праге, необходимо было вести занятия. Увлеклась.

Дафна раздраженно соскочила со стола, снова покрутила бурундука. За окном стемнело, и ее платье стало переливаться оттенками синего.

— Нахальный, как мой зять, даром что не блондин.

— Мисси Дафни, но эти ингредиенты как-то же можно достать?

Домовушка аккуратно забрала у хозяйки фигурку, нежно погладила носик и поставила на самый край стола. Щелкнула пальцами, зажигая свечи в лампах.

— Можно. Но вот другой рецензент утверждает, что переменный компонент можно заменить слезами лепрекона, что повысит результативность зелья. И вот эта сволочь. — Тут Солти очень укоризненно посмотрела на Дафну, которую это не смутило. — Солти, если это сволочь, то я так и буду ее называть. Я двадцать пять лет была благопристойной леди. Чтобы что?

Влетевшая в окна неясыть прервала ее монолог, бросив письмо прямо в руки. Презрительно ухнула и улетела, не дожидаясь ответа.

— Ну вот и письмо от родителей. — Она снова прошлась по комнате. — Мне тридцать лет, а родители все еще пытаются меня воспитывать.

— Мисси Дафни, но письмо-то надо прочитать.

— Надо. — Дафна села за стол, резким движением палочки вспорола печать и глубоко вздохнула. Затем произнесла с непередаваемой трагедией в голосе: — Maman ожидает меня на ленч завтра.

— Но вы давно не были у родителей, мисси Дафни. Наверняка, будет и мисси Астория с мастером Скорпиусом.

— Да, и очередная лекция на тему, Дафна, как так вышло, что ты ведешь неправильный образ жизни? Дафна, вот Рия — умница! — Дафна рассеянно взмахнула волшебной палочкой, притягивая перо и бумагу. — А Скорпи научился делать, — голос приобрел насмешливую интонацию, — что-то согласно возрасту!

Солти лишь вздохнула, пошевелила лапками, и перед Дафной возник горячий шоколад с грушевым пирогом.

— Мисси Дафни, вы пропустили пятичасовой чай и обед.

— Спасибо! — Та задумчиво посмотрела на чашку с напитком.

— Вы всегда говорили, что горячий шоколад делает любую ситуацию лучше. Солти помнит.

Дафна с наслаждением отпила из чашки, отломила вилочкой кусок пирога и выдохнула. Да, быстро опубликовать статью с расчетом зелья для драконов не выйдет. А ведь зелье должно выполнять две функции. Первая — успокаивать нервных рептилий, немного повышая их уровень доверия к человеку. Вторая — улучшать заживляемость их ран. Идея этого амбициозного проекта пришла, когда она читала о проблемах добывания драконьей крови. Казалось бы, усыпить дракона и сцедить у него мензурку-другую крови не должно быть проблемой для магов. Но кровь, взятая у спящего под заклинаниями дракона, всегда оказывалась хуже, чем кровь бодрствующего — доказано еще АПэВэБэ Дамблдором, и Дафне не хотелось думать, как директор собирал материал для исследования.

— Да, как говорил Алекс, драконы — дело тонкое. С ним, что ли, поговорить?

— Солти не знает вашего ухажера Алекса. — Темно-синие глаза Солти подозрительно сверкнули. — Солти следует приготовить романтический обед?

— Спаси Моргана от ухажера-драконолога! Алекс, вспоминай, Солти, он же к нам в Праге, где мы вместе учились, регулярно обедать приходил. Ну, у него еще акцент был забавный, "р" такое мощное.

— Мисси Дафни имеет в виду того ужасного типа, который требовал звать его "SashA"? Который варварски пьет чай?

— Да, его! Он и у тебя требовал звать его так?

— Мисси Дафни точно хочет звать его на обед?

— Мисси Дафни хочет связаться с ним и поговорить насчет экспериментов. Правда, это все равно не решает проблемы со слезами лепрекона. Второй рецензент-то сослался на первого и потребовал улучшенного эксперимента, с-сволочь!

— Зачем мисси Дафни шипит, если все равно парселтанга не знает? А Солти все равно не боится.

— Лепрекона пугать готовлюсь, чтобы наплакал мне в пробирку, — пробурчала Дафна. — А Алекс сейчас в румынском заповеднике, хоть скажет — можно провести эксперимент или нет.

* * *

Следующую неделю Дафна провела в томительном ожидании ответа от Алекса. Вернее, краткий ответ от него пришел быстро — он обещал посмотреть, что можно сделать. Даже прислал чешуйки дракона, разные, на выбор.

Дафна тем временем занялась основой под зелья, сделав все заготовки. В ее маленькой лаборатории кипело несколько котлов, отвратительно воняли сухожилия пикси — за них пришлось отдать кругленькую сумму. Слез лепрекона она не нашла, а ее поставщик, толстый добродушный мистер Теренс, лишь посочувствовал:

— Мисс, так это же один венгр их нарочно в рецензии к рецептам вставляет. У меня три клиента из-за них в истерике. А один решил поставщика менять. Написал аж в Америку. А ему предложили все вплоть до яиц птицы гром, да только не слезы.

Дафна лишь вздохнула. Патентное агентство ответило ей, что оформление и выдача патента возможны только после публикации. Редактор журнала вежливо сослался на рецензентов. Родители продолжали свою песню, что патенты — это все пустое, тем более, что не выходит. А женщине бы замуж, дети, хозяйство... смотреть на младшую сестру, короче. Содержанием, правда, не пугали — у Дафны было наследство от двоюродной тетушки Розье, да и зелья приносили стабильный доход. Но имей она собственный патент, это были бы совсем другие условия!

Наконец, спустя полторы неделя первая партия зелья была готова. Часть заготовок была отправлена под мощные консервирующие чары — а вдруг ей удастся раздобыть слезы лепрекона?

Пришло еще одно письмо от Алекса, он писал, что нашел несколько "жертв", но руководство питомника требует, чтобы автор рецепта присутствовал и нес за все ответственность. Выхода у Дафны не было — пришлось собираться в Румынию, к ужасу Солти.

— Мисси Дафни не может сидеть на месте. Солти мотается за хозяюшкой уже добрую дюжину лет. То мисси учится, то стажируется, то экспериментирует, — ворчала домовушка, проверяя вещи хозяйки — сама Дафна больше беспокоилась за сохранность зелий.

Родителей она решила не волновать своей поездкой — папа еще начнет лезть, давать ценные указания по технике безопасности. Мама будет вздыхать, чтобы Дафна не увлеклась драконологами. Да и потом, столько бюрократии нужно было оформить для поездки: разрешение на въезд, опись зелий, согласие питомника, бюрократия двух стран. Затем дурацкое перемещение порталом — и вот Дафна и Солти уже стояли у стен питомника, ожидая Алекса.

— Хей, снежная королева, ваш верный Кай у ваших ног. — Тот появился сзади.

Алекс не изменился — худощавый, скуластый, с непослушным вихром светло-каштановых волос, не слишком высокий — лишь на дюйм выше самой Дафны.

— Здравствуй, Алекс. Как-то в сказке, что ты рассказывал, Кай не был ей верен.

— Кай не был, а я — очень даже. И да, я не ответил на твой вопрос в письме, я помню. — Алекс усмехнулся. — Ничего ты мне не должна. Но если тебе легче — пришлешь баночку тех волшебных груш, которые твой domovenok делает. Ну, если и этого мало, то разреши называть тебя Dasha. — Он нахально улыбнулся. Потом посмотрел на невозмутимое лицо Дафны и добавил: — Только груши, успокойся, Дафна.

К ним подошел коренастый мужчина с длинными рыжими волосами. Он слегка подволакивал правую ногу, на лице была пара шрамов от ожога. Он чем-то напомнил Дафне Алекса, хотя она и не могла понять, чем — разное телосложение, разное выражение лица. Подошедший был задумчиво хмур, когда Алекс был оживлен, активно жестикулировал, словом, вел себя как привычный ей Алекс. Солти уверяла, что именно общение с ним так подействовало на выработанную с детства привычку Дафны держаться отстраненно.

— Даф, это мистер Уизли, он будет давать драконам зелье и наблюдать за результатом. Именно в его группе ранено несколько самок, и именно он еще более авантюрен, чем я. Драконы, Дафна, дело тонкое. Чарли, это Дафна Гринграсс, моя одногруппница по пражской академии и просто хороший человек, хоть иногда и шипит, как Горгона Медуза. Или заморожена. — Алекс тараторил с огромной скоростью, не давая собеседникам вставить и слова.

— Здравствуйте, мисс Гринграсс. Что шипит — не удивлен, — Чарли ухмыльнулся, — факультет обязывает.

— От вас следует ожидать рычания, мистер Уизли? — Дафна насмешливо вскинула брови.

— О, сильнее, чем драконы, я рычать все равно не смогу, мисс. Не переживайте. Давайте к делу. Я проверил ваши выкладки. Есть надежда, что вы правы. По крайней мере, навредить не должно. Вы можете наблюдать за защитным барьером, как я даю зелье контрольной группе. За барьер — не соваться. Уши оборву, если дракон не спалит.

При пассаже про уши Дафна и Алекс изумленно посмотрели на Чарли. Тот и не подумал смутиться.

— Прониклись? Прекрасно. Далее, Алекс упоминал, что вы хотели делать двойной комплект зелий. Так?

— Да, но не вышло. Слезы лепрекона не достать, — Дафна решила подражать его рубленой манере речи.

— Да, это редкая вещь. Алекс, покажи, где ей можно разместиться. Хорошего дня, мисс. К вечеру жду от вас первую порцию зелья.

* * *

Ей отвели небольшую комнату в гостевом домике, Солти тут же начала наводить порядок и ворчать по поводу размеров, а Алекс предложил провести экскурсию по питомнику.

— Значит, вот тут, где мы находимся — жилая территория. — Он махнул в сторону невысоких домиков поодаль. — Вот там мы живем, вот там, — Алекс показал неширокое одноэтажное здание, — лечимся, там же и лаборатория для зелий. Тебе, под мою ответственность, обещали сделать доступ. Будем там зельеварить, — он шкодно улыбнулся. — Как тебе наша звезда?

— Ты про мистера Уизли? Нормальный, — мрачно отозвалась Дафна, раздосадованная, что не Алекс будет проводить эксперимент.

Она не совсем понимала, чего ей ждать от Уизли. Нет, наверное, он не будет запарывать эксперимент, но вдруг просто решит не давать ее зелья драконам?

— О, наша снежная королева недовольна. — Алекс подвел ее к большой карте. — Смотри, где зеленая зона — можно гулять спокойно. Не смотри так выразительно, да, зеленая зона — нет драконов. Где желтые участки — там обитают небольшие виды драконов, с несильным огнем, неконфликтные. Вот сюда только со мной, поняла, Дафна? Где красная зона — видишь, они разделены все — это барьеры, только если Чарли разрешит тебя в составе большой группы. Где фиолетовые — там самки с кладками, туда ни с кем и никогда, иначе и твой холод тебя не спасет.

— Очень смешно, Алекс. А вот тут что? — Дафна ткнула в белую зону, стоящую поодаль от всего остального заповедника.

— Это лазарет для раненых или просто больных драконов, Даф. А за ним кладбище, не все же утилизировать вам на зелья.

— Это в лазарете Чарли будет проводить свой эксперимент?

— Смекаешь.

Дальнейшее общение с Чарли Уизли было своеобразным. Вечером он спокойно принял у нее зелье, с редкой дотошностью уточнил стадии его готовности, отлил в мензурку, велел Алексу проверить определенные реакции. Все было справедливо и правильно, но почему-то раздражало Дафну.

На второй день пребывания Дафны в Румынии после того, как была пройдена несколько раз вся зеленая зона, она плотно обосновалась у Алекса в лаборатории, помогая ему варить зелья для нужд людей и драконов. Причем если с зельями для людей Алекс почти не контролировал Дафну, то с витаминными зельем для драконов — несложный рецепт, не требующих длительных заготовок, — он чуть ли не нос в котел совал, периодически напоминая Дафне профессора Снейпа своей въедливостью.

— Не кипятись, Дафна, — он внимательно посмотрел на зелье. — Драконы — дело тонкое.

Это фраза уже завязла в зубах у Дафны. Шел пятый день, а началом экспериментов и не пахло. Зато в лаборатории находился Чарли, появлявшийся здесь сразу после обеда и наблюдавший за варкой зелий. Дафну немного нервировал пристальный взгляд его карих глаз. И веснушки на носу у взрослого человека раздражали. И манера молчать, но периодически подавать остроумные реплики Алексу. И помогать с открытием панцирей соплохвостов: этих пугающих ее с четвертого курса тварей Дафна с удовольствием вскрывала бы сама, но не хватало физических сил, а посторонняя магия в виде палочки в зельях — декан явится, где бы он сейчас ни находился!

— Завтра начнем эксперимент, — неожиданно произнес Чарли. — У вас есть огнеупорный плащ?

Дафна кивнула, не отвлекаясь от помешивания очередной порции витаминного зелья. Как назло, от резкого движения из пучка вылетела шпилька, и на лицо упала прядь. Дафна не успела даже выругаться, как Чарли аккуратно подколол волосы.

— Не отвлекайся. А то убежит.

Его руки — в мозолях — были неожиданно нежными, а дыхание возле уха — теплым. Дафна едва не вздрогнула.

Чарли отошел, бросил на прощание:

— Завтра в девять, — и скрылся.

Алекс поднял голову от своего котла.

— Chto deetsa', chto deetsа'.

На следующее утро — было весьма прохладно для середины августа — Дафна куталась в огнеупорный плащ и делала вид, что не думает о Чарли Уизли. Делать вид получалось хорошо, а вот не думать — не выходило вовсе. И нет ничего особенного в одном из Уизли! Особенно в Уизли!

Он подошел, они поздоровались и, кажется, даже завязали ничего не значащий разговор о погоде. Чарли нес тяжелую сумку с зельями, крутил в руках палочку, и Дафне, как совсем юной девушке, хотелось, чтобы это мгновение длилось вечно.

Когда они подошли к первому лазаретному вольеру, Чарли строго сказал:

— Помни про уши.

— Да уж забудешь такую страшную угрозу, — насмешливо фыркнула Дафна, напоминая себе, что ей давно не шестнадцать.

А потом он вошел за барьер, и Дафна увидела поворот к нему огромной головы венгерской хвостороги. Дафна нервно сглотнула, а он начал чесать хвосторогу под подбородком и что-то тихо говорил. С тихой ласковой интонацией — слов не разобрать. Потом вливал ей зелье и вместо того, чтобы вернуться к Дафне — а вдруг зелье не подействует! — этот Уизли продолжил чесать дракона. Дафне стало холодно, несмотря на плащ и согревающие чары. Хвосторога же милостиво позволила намазать ужасающего вида рану — несмотря на то, что Чарли, кажется, был готов к удару, дракон и не вздрогнул. При этом он не спал, реагировал на человека. Дафна где-то на подкорке отметила, что зелье работает, но сейчас ей было важно, чтобы Чарли вышел из-за барьера. Пока он шел, дракон и Дафна следили за ним с одинаковым напряжением.

— Хей, ты чего? — Он подошел гораздо ближе. — Смотри, твое зелье работает. Эй, ты что, плачешь?

Он стер слезинку с ее щеки.

— Ты знаешь, что твои глаза как чешуя сицилийского водного дракона?

Вместо ответа Дафна поцеловала его в уголок губы, туда, куда сползла неправильная веснушка. И Чарли с удовольствием ей ответил, обнимая ее.

— А ты знаешь, — когда они закончили целоваться, спросил он, — что я добыл слезы лепрекона?

— Вот действительно, драконы — дело тонкое! — отозвалась Дафна, проводя пальцами по шраму над его левым глазом.