Безопасность техники (джен)

Разумные удивительны. Все. Нет, серьёзно. Ведь только разумному существу могло прийти в голову со всей дури выкручивать до упора вентиль, у которого была предупреждающая голограмма с подробно описанными последствиями действий не по инструкции. А для малограмотных — и в картинках тоже, и вовсе не схематичных, нет. Изображения после его, доктора Горста, рапорта, к счастью, решили выполнить строго по законам реализма, а то бывали прецеденты. Впрочем, они и сейчас...

Доктор вздохнул. Очередные удивительные личности, когда он смог-таки откачать этих придурков, искренне очень изумились и сказали, что сочли все ужасы, которыми их пробовала запугать та предупреждающая голограмма, предназначенными только для людей или не для них, так для представителей ещё пары-тройки самых распространённых народов галактики. О!.. Да, определённо, только разумные способны на такие и подобные им выводы.

И сторонники всего хорошего (они же — противники всего плохого) ещё имели наглость (хотя доктор Горст был готов поставить свой годовой оклад на то, что это скорее глупость) утверждать, будто при прочих равных империя трудоустраивала в первую очередь людей исключительно из-за расизма. Ну да. Можно подумать, в их, сторонников всего наилучшего, драгоценной республике этого расистского банта пуду не водилось. Как же!..

Например, он, доктор Ганс Горст, будучи ребёнком, очень хотел стать доктором и приносить пользу республике. И он бы давно уже миллионером сделался, если б получал по датарию каждый раз, когда то снисходительно, то куда более злобно ему, тогда ещё не доктору, заявляли что-то вроде этого в ответ на его совершенно искренние слова о том, кем же он мечтал стать, когда вырастет: «Составишь конкуренцию хо'динам? Ты? Человечек, ну-ну. Как же!» Или: «Мальчик, где ты, а где — арканианцы с их пониманием биологии вообще и анатомии в частности...» А то и вовсе: «Малыш, ты со своей мечтой ошибся веком. Сейчас всех лечат медицинские дроиды, понимаешь? Ну... или почти всех».

Прошли годы. Республика приказала долго жить, а его мечта — нет. Сбылась! Правда, не совсем так, как он когда-то думал, что она сбудется, но... его работа действительно была связана с медициной. И на самом деле спасала бессчётное количество жизней, которые в противном случае могли пострадать, а то и вовсе — прерваться, и отчего? Из-за жадности и злобы каких-то отморозков, которым не жилось мирно и законно.

Правда, он, доктор Горст, приносил пользу империи, но жалеть о той республике, какой запомнил её в детстве, Ганс Фридрих Горст не собирался даже мысленно. Потому что лишь махровые идеалисты да клинические идиоты отказывались делать правильные выводы, получив бесценный жизненный опыт.

Впрочем, как показывала практика его самого и значительно более опытных коллег, одни и те же пациенты имели тенденцию попадать в обе группы личностей, которые с упорством, достойным лучшего применения, отказывались думать, получив даже так много жизненного опыта, что на десятерых бы хватило и ещё осталось. Что ж. Кто им в таком случае доктор? Уж точно не он. В отличие от тех несчастных уборщиков, которые зачем-то проявили излишнее любопытство, а потом долго благодарили за спасение их жизней.

Что же до службы безопасности нового объекта, куда начальство отправило его поработать на днях... вероятно, премии в этом квартале здесь многим светят. В отличие от взысканий.

— А разным... деятелям приятного аппетита. Вот же сволочи!..

Доктор Горст поглядел на то место в предоставленном для работы помещении, где совсем недавно стояла коробочка с пирожным. Для супруги выбирал, как раз она вернётся из командировки сегодня — а дома пирожное. Из её любимой кондитерской.

А предварительное и корректируемое в процессе работы изучение поведенческих особенностей этой парочки, что нагрянула, пока он во время перерыва на обед ходил за пирожным для своей драгоценной жены, чем дальше, тем отчётливее приводило к выводам закономерным и, увы, печальным: некоторых отучить брать чужое крайне трудно. Практически невозможно. Да, не сказать, что случай уникальный. Нет, скорее — наоборот, типичный.

Обнаглевшая и потомственная к тому же мелкая шушера, которая решила, что мнимое превосходство сначала над республиканскими гражданами, а потом и над подданными его величества — не миф, а реальность, и... аппетиты шушеры стали расти.

Как заметил непосредственный руководитель его, Горста, которому лейтенат Миро из ИББ присвоила кодовое наименование Стержень, для обкатки скорости реагирования охраны на ещё нескольких объектах шушера сойдёт, а потом с той публикой нужно заканчивать. Но какова наглость: мало тем двоим якобы взрыва и якобы убийства сегодня, они ещё и пирожное чужой жены украли!..

Доктор Горст убрал шлемофон в футляр, предварительно переместив свежий биоматериал с тех поверхностей, к которым прикасалась Бикс Калин, в стерильный микроконтейнер для промежуточного контрольного исследования.

Разумеется, незваных гостей обнаружили задолго до подхода к зданию. Разумеется, его, доктора, страховал отряд спецназа, а взрывчатые вещества нейтрализовали, пока те двое смотрели, как злой доктор Горст вроде как страшно мучился от звуков, воспроизведённых шлемофоном, так что прощальный «фейерверк» был совсем из других компонентов и куда менее разрушительной направленности.

А спецназ, не ту взрывчатку и бутафорские страдания его, Ганса Горста, эти дилетанты банально... да, не заметили. Упиваясь своей жестокостью и мнимым превосходством в моменте. Неприятные персонажи. И пусть это мелкие паразиты, но всё-таки опасные для общеста. Расслабляться нельзя.

Опухоль в организме империи ещё не уничтожена, с которой доктор Горст дал клятву бороться, чем и занимался. Как и его начальство, и коллеги из разных отделов, да, включая прекрасную миссис Горст, которая имела в псевдореволюционных кругах репутацию ярой ненавистницы империи и трудилась под прикрытием. А эти погонщики нерфов украли её пирожное. Гады!..

Доктор Ганс Горст перепроверил, всё ли оборудование в норме. Ему сегодня ещё отчёт писать. И успеть просто необходимо после работы заскочить в кондитерскую за новым пирожным. Взгляд невольно зацепился за футляр с шлемофоном. И за типовой хронометр. Настенный. Нет, он точно успеет ещё раз в кондитерскую, лишь бы городские пробки!..

Но как, в сущности, примитивно мышление пары, которая решила, если данные с камер наблюдения и полученные воздухоуловителями анализаторы гормональных состояний не ошиблись. Эта преступная парочка действителтно поверила, что смогла успешно нанести империи очередной удар. Эти двое!.. Нет, разумные правда удивительны. Все. В том числе вот такие, с не очень блестящим умом, вероятно, коллективным. То ли одним на двоих, то ли на всю их компанию, его жена не дала бы солгать.

Шлемофон тихо лежал в своём футляре, обрабатывая новые данные для дальнейшего анализа ситуации. Разумеется, его датчики зафиксировали присутствие постороннего лица без права доступа, стоило преступнице Калин его схватить. Так что шлемофон сегодня озвучил тому лицу, у которого право доступа было, тот файл, который и должен был в таком случае воспроизвести, а именно — файл с записью случайно произошедшей драки на ежегодном собрании племён дезонитов, которые не поделили охотничьи угодья. Не очень приятные звуки, да, но вполне терпимые.

Доктор Горст вывел на экран рабочего датапада соответствующий сегодняшнему мероприятию файл с бланком отчётности, который предстояло заполнить. Шлемофон воспитанно сигнализировал, передав соответствующий аудиосигнал доктору на датапад, что предварительный анализ данных завершён. Вот и хорошо. Да, времени сегодня хватит на всё. В том числе на то, чтобы слетать за новым пирожным. Успеть получится точно!