Теперь Лидия стояла у завешенного тяжелой шторой окна, выходящего на старые римские стены у моря... когда локтя коснулась холодная рука и голос, подобный вздоху ветра, шепнул:
– Сударыня?
Сегодня днем, вспоминая слова сонета, она не знала, как теперь говорить с ним и можно ли с ним вообще говорить. Но сейчас в беспощадном свете электрических канделябров он даже и не пытался прикидываться живым. Таким он, должно быть, видел себя в зеркале. Иллюзия исчезла, чары развеялись.
Под плащом у него был вечерний костюм. Лидия даже хотела съязвить: «А косу и песочные часы вы оставили в передней?» – но не съязвила. Потому что увидела его глаза.
Ellinor Jinn:
Строго рекомендуется тем, кто знаком с расширенным каноном! Вся затаённая любовь-страсть, любовь-одержимость противоречивого, переосмысленного (не такого уж толстого, прямо секси, забудьте Невинного!)...>>Строго рекомендуется тем, кто знаком с расширенным каноном! Вся затаённая любовь-страсть, любовь-одержимость противоречивого, переосмысленного (не такого уж толстого, прямо секси, забудьте Невинного!), харизматичного Весельчака У к сильной женщине как на ладони в этих стройных рифмах и ритме!