Нейросеть

Рон Уизли, Тедди Люпин

А потом, в Рождество, Рон придёт в Нору в том же костюме и с полным мешком подарков. И толпа юных рыжих Уизли облепит его со всех сторон, с восторгом ловя каждое слово и стараясь устроиться на коленях Санты раньше других

Нейросеть

Джеймс стоит на стуле у стола, засыпанного мукой. Он счастливо хохочет и расклеивает измазанные в тесте ладошки, показывая их в камеру. Раз за разом, словно аплодируя самому себе — великому повару.

Нейросеть

Гарри снова это делает. Он думает, что Джинни не замечает того, что происходит. Снова берёт ночные дежурства в аврорате, засиживается допоздна с отчётами, убегает спать на диван в гостиной, едва ему покажется, что Джинни уснула. На все её вопросы и замечания мягко улыбается и убеждает, что всё в порядке и ей просто показалось.

Нейросеть

Не слушая заполошно стучащее сердце, Рон скорее лезет вниз. Пока он доставал веник и снова забирался на кастрюлю, лягушка куда-то подевалась. Рон растерянно смотрит по сторонам.

Нейросеть

Не слушая заполошно стучащее сердце, Рон скорее лезет вниз. Пока он доставал веник и снова забирался на кастрюлю, лягушка куда-то подевалась. Рон растерянно смотрит по сторонам.

Нейросеть

Рон Уизли, Невилл Лонгботтом

— О чём ты думал, когда я подошёл? — спрашивает Невилл, и Рону кажется, что вот именно Невилл, всегда такой мягкий, отзывчивый, преданный Невилл сможет его понять.

— Думаю уйти из аврората, — неожиданно для самого себя выдает Рон.

Нейросеть

Джинни Уизли, Алекто Кэрроу

— Раз, два, три, четыре, пять. Я иду искать. И кого же мы тут видим? — хихикает Кэрроу.

Нейросеть

Джинни Уизли, Алекто Кэрроу

Наши враги умирают, но продолжают жить в наших кошмарах. Это же не навсегда?

Нейросеть

У Молли настроение. Она печёт пирог. Особенный пирог.

Нейросеть

Муж далеко, да и жив ли. Тоска по нему сердце гложет, тело томит. Змей огненный поможет. И пусть в могилу сведет потом, но хоть узнает баба, каково оно - в мужниных объятиях стонать да от сладкого крика заходиться.

Нейросеть

Молли Уизли, Артур Уизли

Они женаты уже четверть века. Так много и так мало.

Нейросеть

Рон Уизли, Артур Уизли

Рону всего пять. Он мечтает летать на метле. Кто же поможет, если не папа?

Нейросеть

Драко выныривает из омута памяти. Его трясет, руки дрожат, глаза слезятся. Да-да, это не слезы, просто… Просто. Как же он жил? И Драко ведь ничего не знал о нем. Он думал, что у Поттера было нормальное детство… Да, он знал, что его родители умерли, но как-то не задумывался над тем, где рос и воспитывался Поттер. Он был уверен, что добренький дедушка Дамблдор не дал бы его в обиду. А оказывается, в...>>сем было плевать на то, что творилось с ребенком, о котором знал весь магический мир и на которого возлагали столько надежд? Никто не помог ему, не защитил, не научил и не подсказал, что он волшебник, что «эти штуки», как уже догадался Драко, первые стихийные выбросы магии. А когда Гарри, наконец, узнал, что он — нормальный, что он даже круче всех этих магглов — он волшебник — Драко сам, своими руками, строил ему пакость за пакостью, проходу не давал, говорил столько гадостей только потому, что тот не захотел… Драко решительно тряхнул головой, отгоняя свои собственные воспоминания, и снова нырнул в омут.

Нейросеть

Гарри Поттер, Драко Малфой

И Поттер с такой надеждой смотрел на него, словно умолял: «Скажи мне, Драко!».

Нейросеть

Дорогой Гарри...

Гарри...

Знаешь, это довольно сложно — писать тебе. Но и не написать я уже не могу. Мне кажется, что я схожу с ума. А может, и не кажется. Но сейчас, когда я решился и начал писать — вроде бы дышать стало легче.

Нейросеть

Гермиона Грейнджер, Северус Снейп

— Ему еще рано выходить, тем более гулять так далеко. Мадам Помфри ругается, а он все равно уходит, — она отвернулась.

Нейросеть

Гермиона Грейнджер, Северус Снейп

— Быстрее, заклинания исцеления, все, что Вам известны. И завтра же домой!

Гермиона попыталась что-то возразить, но Северус был непреклонен.

— Драко разнесет всю мою лабораторию, а Поттер ему в этом поможет. Я сам сварю себе необходимые для скорого восстановления зелья, и это будет быстрее, чем если я буду валяться тут и умирать со скуки. А Вы не можете сидеть со мной вечно. Вам учиться надо.

Нейросеть

И однажды, в очередной раз бродя у замка и придумывая тот самый повод, он вдруг заметил странную вещь: над озером что-то двигалось, оставляя по воде след. Но это что-то было невидимым! Пораженный, Драко проводил след на воде взглядом, заметив, где примерно след исчезает, и побежал за метлой…

Нейросеть

Гермиона Грейнджер, Драко Малфой

— Но ведь я только об этом и мечтаю! Я так хочу, чтобы ты… Чтобы мы… — он смутился, но собрался с духом и все же спросил: — Ты ведь не откажешься встречаться со мной? — и замер, ожидая ее ответа.

Гермиона внимательно посмотрела в серые, почти испуганные, глаза, и улыбнулась.

— Я уже думала, что ты никогда не предложишь, — и первая поцеловала его.

Нейросеть

С того дня он, казалось, забыл обо всем. Месяц он питался чем под руку попадет и спал урывками. А в остальное время писал, писал, писал… Он выплескивал на холст всю свою боль, тоску, страх, потерянность и стыд. Поначалу его картины были мрачными и малопонятными. Пожалуй, только британские маги, прошедшие войну, могли бы оценить их истинное значение. Но Драко это мало беспокоило. Ведь его картины передавали столько эмоций, что проникались даже магглы, пусть и не слишком понимавшие суть.

Нейросеть

Я — аристократ, чистокровный маг и наследник рода Малфоев — был вынужден терпеть эту пытку, издали глядя, как окончательно разрушаются стены моего родного дома, который был так дорог отцу, как зарастает сад, так любимый моей матерью… Эльфы выли в пустых комнатах Малфой-мэнора, а я ничего не мог сделать. Даже усыпить их. Моей магии хватало только на то, чтобы выжить в своей коморке и не сдохнуть от голода и холода.

Нейросеть

Уже вечером, уставшие, вымотанные физически и морально, они медленно брели по темной аллее парка. Гарри пообещал под конец что-то совершенно волшебное, и, поскольку Драко отказывался верить в какое бы то ни было волшебство у магглов, Гарри просто предложил подождать и проверить. Шли молча, думая каждый о своем.

Драко думал, что наверняка сегодня в небе какой-то особенный для него парад планет, р...>>аз ему так повезло: и день такой замечательный, и он был совершенно счастлив. И даже если сейчас будет какая-то глупость, он все равно скажет Поттеру, что да, это волшебно, потому что день сам волшебный и Гарри — тоже. Только этого он, конечно, не скажет. Просто не сможет, но хотел бы. Очень.

А Гарри думал, что вот ведь какое с ним сегодня случилось чудо — он увидел Малфоя без масок. Без этого вечного пренебрежительного выражения на лице, без надоевших издевок и подначек — нет, другого Малфоя. Живого и настоящего.

Нейросеть

Андрея вскочила, но едва она оттолкнулась от парты как почувствовала, что взлетает. Легкая, как пушинка, она взмыла под самый стеклянный потолок и Чарли, испугавшись за сестру, рванулся вслед за ней. Они снова схватились за руки и медленно и завороженно выплыли из класса, сквозь окно, прямо в звездное небо.

Нейросеть

Вот уже год, как Нил исчез из его жизни. Это было… сложно. До сих пор он думал, что слова о постоянной боли в сердце и диалогах в голове — это просто литературный оборот для любовных романов. Но оказалось, что все правда. От первого до последнего слова. И про сердце — ныло под ребрами, и ни походы к психотерапевту, ни витамины и прогулки в парке не помогли избавиться от этой ноющей, тянущей из нег...>>о жизненные силы боли. И про диалоги — он все так же слышал его голос в своей голове, спорил с ним, выслушивал ответы, и порой даже оглядывался, словно ожидая увидеть, что Нил просто отстал на полшага и уже догоняет его со стаканчиком кофе в руке. Это было паршиво.