Нейросеть

Гермиона Грейнджер, Драко Малфой

Нейросеть

Гарри Поттер, Драко Малфой

— За твоих родителей, — тихонько произнес он. Брови Гарри взметнулись вверх. Откуда он узнал? Драко как будто прочитал его мысли и, слегка смутившись, ответил. — Северус как-то говорил об этом с отцом, а я слышал. И запомнил дату. А потом не увидел тебя на празднике и подумал…

Нейросеть

Гермиона Грейнджер, Драко Малфой

Счастье в Малфой-мэноре

Нейросеть

Нейросеть

Гермиона Грейнджер, Драко Малфой

Нейросеть

Иллюстрация к части 18. Малфой.

Нейросеть

Иллюстрация к части 25. Ночь Без Имён

Нейросеть

"Гермиона выскочила из сарая. Драко лежал на земле, прикрыв голову, а вокруг, оглушительно каркая, кружило как минимум пять воронов, и каждый старался клюнуть жертву побольнее. Гермиона направила палочку на птиц, но не успела произнести и слова, как увидела, что по улице промчались трое волков.
...
Подбежав к Драко, Гермиона с усилием протащила его по грязи через порог сарая и захлопнула за ними дверь. Она зажгла палочку и осмотрела раны Малфоя: большая часть повреждений пришлась на голову, лицо и руки".

Нейросеть

Он уже хорошо научился обращаться с тростью, так что спокойно вышел в сад. Розы еще цвели, и ночной прохладный воздух, пропитанный их прощальным ароматом, приятно холодил грудь. Драко тихонько шел по аллее, успокаиваясь. Бежать куда-то, как в комнате, уже не хотелось. Хотелось просто дышать, наслаждаться тишиной. А еще очень хотелось увидеть окно ее комнаты.

Нейросеть

Нейросеть

Гарри Поттер, Драко Малфой

— А коньяка у тебя нет, Малфой? — Гарри спросил и сам же покачал головой. — Да нет, откуда у тебя маггловский коньяк…

— Коньяк у меня есть, Поттер. И, смею тебя заверить, хороший. Просто привык я больше к огневиски.

Нейросеть

Так они и стояли, держась за руки, посередине раскуроченного Большого зала под удивлёнными и возмущёнными взглядами однокурсников и учителей. И, несмотря ни на что, чувствовали себя абсолютно счастливыми.

Нейросеть

Как во сне она увидела блестящие серые глаза, ветер развевал светлые волосы парня, а за его спиной края его белоснежного шарфа развевались, как два крыла.

— Ангел… — прошептала Гермиона, прижав ладони к губам и во все глаза смотря на Драко.

Нейросеть

Гермиона Грейнджер, Драко Малфой

И тогда воспоминания мощным потоком нахлынули на неё: старый, давно забытый сон становился явью прямо на глазах. Она стоит на помосте в рабском ошейнике и порванной одежде, а за сценой, холодно ухмыляясь, стоит Драко Малфой. И девушка уже понимает, что будет дальше. Сейчас он внимательно рассмотрит её, убедится в чём-то своём. Кивнёт, и её отведут к нему. И он…
Он брезгливо возьмёт её за подбородок и, растягивая слова, произнесёт: «Ну, здравствуй, Грейнджер».

Цифровой рисунок

Арт к Дню Святого Валентина специально для команды печати Обскурус

Нейросеть

Вечер, когда все изменилось

Нейросеть

Гарри Поттер, Драко Малфой

— Малфой, отлично! — воскликнул он. — Вот только я не разглядел, какое животное у тебя получилось. А ты? — он не сдерживал улыбку.

Нейросеть

Теперь вокруг меня серые стены. Серые. Голые. Мне кажется, я умер еще тогда, когда Белла пытала тебя. Или когда ты не дала мне шанса. Или это я не дал его тебе.

Нейросеть

Гермиона Грейнджер, Драко Малфой

Она любит зиму. Чашка с горячим кофе в руках, теплые огромные свитера. Мягкий снег, Рождество, чудеса. Долгие вечера и короткие дни.

Он не любит холод. Всегда мерзнут руки, ноги и нос. Он любит, чтобы сухо и тепло. Но не жарко. Май. Теплый ветер и запах сирени. Но она от нее чихает.

Нейросеть

Гермиона Грейнджер, Драко Малфой

Я женился на самой прекрасной девушке в мире и не устану повторять это ей и всем вокруг до самой смерти.

Нейросеть

Гермиона Грейнджер, Драко Малфой

- Я старался выровнять дыхание, когда в дневнике показалась еще одна строка, и я вообще перестал дышать. «Тебе нравится читать это, правда? Эх, ты, хитрый слизеринский хорек!» Я ошарашенно посмотрел на Гермиону, но она улыбалась. Потом подошла и забрала у меня второй дневник.

Нейросеть

Нейросеть

Гермиона Грейнджер, Драко Малфой

— Малфой? — испуганно прошептала она и попробовала отодвинуться, но он не пустил.

— Больше никогда никуда не пущу тебя, Мио, поняла? Ты моя любовь, мое счастье… Как же я жил раньше? Когда молчал, когда все держал в себе? Мио моя, любовь моя, жизнь моя…

Нейросеть

Драко подошел поближе и вдруг заметил лист пергамента, на котором было его имя. Удивленно подойдя, он прочитал первые строки и задохнулся от ужаса. Забини был прав, тысячу раз прав. Она любила его!