Гермиона была обнажена. Её кожа мерцала в мягком свете свечей, расставленных по комнате. Волосы волнами спадали на плечи, и она смотрела на него с едва заметной улыбкой, которая таила в себе что-то особенное, неведомое.
— Гермиона, — выдохнул Гарри, не в силах оторвать от неё взгляд. Его сердце забилось быстрее, а головная боль как будто на мгновение отступила, оставив место чувству трепета.
— Я заметила, что тебе всё хуже, — спокойно сказала она, встав с дивана и медленно направляясь к нему. — Таблетки не помогают, ты измотан... Но я подумала, что могу попробовать кое-что другое.
Она остановилась перед ним, и Гарри почувствовал её тепло, почувствовал, как волна страсти начинает медленно накрывать его с головой. Всё, что его беспокоило весь день — работа, дела, боль — вдруг потеряло всякое значение. Гермиона была рядом, и сейчас только это имело значение.
Он сделал шаг навстречу ей, аккуратно коснувшись её плеча, а затем руки скользнули по её талии, притягивая к себе. Она была такой близкой, и Гарри едва удержался от того, чтобы сразу же погрузиться в её губы. Вместо этого он мягко поцеловал её в лоб, а затем, не в силах больше сдерживаться, коснулся её губ своими.
Гермиона ответила на поцелуй с той же страстью, их тела словно говорили на языке, понятном только им двоим. Боль в голове окончательно исчезла, оставив после себя только желание быть с ней, чувствовать её рядом, ощущать каждую секунду их близости.
Они медленно опустились на диван, и мир вокруг перестал существовать. Гарри растворился в этом моменте, в прикосновениях, в её дыхании и тихих звуках, которые она издавала, отвечая на каждое его движение. Всё происходящее было волшебством — тем самым, которое не требует палочек или заклинаний, но исцеляет лучше любых зелий.
После этого напряжение в его теле исчезло, как будто Гермиона действительно нашла то самое средство, которое Гарри искал так долго. Когда всё закончилось, они остались лежать рядом, её голова покоилась на его плече, и он, впервые за долгое время, почувствовал настоящую лёгкость. Голова больше не болела.
— Кажется, ты действительно нашла лучшее лекарство от головной боли, — с улыбкой прошептал Гарри, обнимая Гермиону крепче.
— Рада, что это помогло, — тихо ответила она, поглаживая его по руке.
Почти две недели назад я уволилась из компании, в которой проработала три года. Дело давно к этому шло, адски выгорела из-за некомпетентности некоторых коллег, которые напрямую влияли на мою работу. Незадолго до заявления была близка к истерике - я дождалась шефа, положила ему на стол телефон и ушла домой, сказав, мол, вернусь как вернусь. Про то, чтобы заставить меня написать заявление на отпуск без содержания никто сказать мне не рискнул, потому что если я не ушла в ту секунду домой, мой телефон полетел бы в окно, а я - в психушку.
Пока была дома, обновила резюме, и прилетело приглашение на собеседование с одну онлайн-школу. Я готовилась к нему без особого энтузиазма, и жутко офигела, когда по видео со мной связалась бывшая однокурсница, которая должна была стать моим новым шефом. Я уверенно приняла это за знак свыше - ну каковы были шансы наткнуться на знакомую в таких обстоятельствах? Короче, она сказала, что точно меня возьмет, просто надо пройти стажировку, и на следующий день я уже написала заявление на увольнение. Ушла красиво - предупредила клиентов, расписала информацию по каждому из них своей преемнице, оставила в компании большой мануал, где была буквально ВСЯ информация по работе из моей головы. И начала стажировку.
В середине стажировки однокурсница написала мне, что ее перевели на другое направление, и моим руководителем будет другой человек. Меня это особо не расстроило, пока я не попала к этому человеку на атесстацию - странный рук, который ругает за то, что ты идешь по алгоритму, который буквально давали на стажировке. Короче, от этой компании отказалась, но пришло еще два приглашения на стажировку, и оба с понедельника. И оба по зп и условиям нравятся ГОРАЗДО больше.
Так что внезапно - у меня появилось несколько АБСОЛЮТНО свободных дней. Без дедлайнов, звонков, срочных задач. Просто свобода. И я совершенно не понимаю, как ею распорядиться (кроме того, чтобы, наконец, начать высыпаться).