...Так вот она, трубка, которую Легрис
прогрыз, измышляя за ересью ересь
своей луноличности.
Так вот она, трубка, с которой беседу
ведет он, когда захлестнет непоседу
прилив апатичности.
Когда не хохочет он и не бормочет,
когда не горланит в ночи что есть мочи
он песни таинственной.
Когда он затоплен мечтой голубою,
когда он уходит в мечту с головою —
о ней, о единственной,
при виде которой наш Легрис опешил,
смешался и спешился и, безутешен,
забыл о греховности.
Отныне у бочки не выбьет он днища,
не выпьет ни капли — он кормится пищей
высокой духовности.
Леон да Грейф. Перевод с испанского Сергея Гончаренко