Мне настолько понравилась ваша работа, что даже захотелось написать рекомендацию. С оставлением фидбека под прочитанным у меня пока напряжно, но всё же я раскачалась, добралась до вас, так что постараюсь собраться с мыслями.
Прекрасная работа, и мне она нисколько не показалась затянутой. Замечательно выписанны характеры, герои получились живые, рельефные. Очень удачно раскрыт ключ. Мне очень понравилось, как завязываются и развиваются их отношения. Так переживательно было читать: довольно скоро стало понятно, как жилец может помочь Уилсону, но догадаются ли они, как правильно!.. И решивший взглянуть своим страхам в глаза жилец, и отказавшийся от подлости Уислон!.. Люблю, когда герои растут и становятся лучше.
Отдельное спасибо за такой обнадеживающий и светлый финал. И совершенно всё равно, что преслэш, чувства вполне очевидны, и их история прекрасна.
Тихая_Гавань:
С первых страниц вы погружаете в мир, где холод, голод, унижение и постоянная смертельная опасность стали нормой. Постапокалипсис, но не он. Здесь целый город просто провалился в другой мир, причём не...>>С первых страниц вы погружаете в мир, где холод, голод, унижение и постоянная смертельная опасность стали нормой. Постапокалипсис, но не он. Здесь целый город просто провалился в другой мир, причём не просто город, а настоящий советский закрытый промышленный и научный городок (типа Академгородка в Новосибирске), и был законсервирован пришельцами – пришельцами ли? – в своих интересах.
Рассказ - от лица 16-летнего Сашки, подростка, много повидавшего, в чём-то циничного, в чём-то наивного, который и в этом провалившемся неизвестно куда мире находит друзей и вместе с ними пытается выяснить, что же произошло с городом. И насколько правдивы те сведения о нём, которыми пичкают жителей пришельцы, ведь те теперь тут всем заправляют, кормят, учат и лечат. Сашке помогает то, что он в этом мире особенный – эмпат, нелегал, а таких пришельцы в первую очередь ищут и ловят, – неизвестно с какими целями.
Атмосферу особенно будоражат отрывки из песен Янки Дягилевой, придающие особую трагическую достоверность этой почти олдскульной фантастике.