Если вы уже несколько дней читаете развратную пошлятину конкурсные работы на Мсье и вам хочется более возвышенной атмосферы, то вам сюда!
Работа выделяется своей нежностью, высокопарностью диалогов, этикой неназванной исторической эпохи (что-то вроде XIX века).
При этом как по мне, кинки не очень кинково раскрыты... но это на вкус и цвет, как уже дискутировали в 1 туре. Обозначение худобы после болезни я не считаю кинком, потому что партнера привлекает не это, его не возбуждает эта болезненность. Но, с другой стороны, для читателя может быть достаточно представить девушку болезненно худой, чтобы засчитать за кинк...
Но даже если убрать все кинки, история всё равно заслуживает внимания!
Спасибо, автор! И отдельное спасибо за участие во внеконкурсе!
Короче…
Кокос понимает причинно следственные связи.
Он обосрался (чем меня очень расстроил, потому что последний раз обсирался еще до моего вьетнамского отпуска и я думал, что все хорошо). Обычно я бегаю за ним потом, потому что мыть жопу он очень не любит и после обсера сразу убегает, как только понимает, что я увидел его говно.
А тут лежит себе такой на кухне на стуле, я подхожу, он не убегает.
Поднимаю хвост, а жопа чистая.
Он смотрит на меня с видом: ну чо, посмотрел на мою жопу, идиот?
И прекрасно понимает, что я не понесу его мыться, поэтому и вальяжно лежит (насколько это может быть вальяжно с его габаритами на стуле).
То есть у него причинно-следственная связь не обсер-мытье жопы, а именно грязная жопа-мытье, и он, вероятно, сам этот момент отслеживает, поэтому и не убегал.