Ты мнилась мне просто ошибкой природы,
Святыней казалось наследье отцов.
На ненависть тратил я лучшие годы —
Удел сумасшедших и жалких глупцов.
Но карты смешались в неравной борьбе:
Я предал себя, уступив всё тебе.
Свой страх я душил в лабиринтах сомнений,
Пока не наполнился криками зал.
Ты билась на плитах в капкане мучений,
Плескался безумья звериный оскал.
Впивался в предплечье холодный клинок,
Струился по коже багровый поток.
И рухнули стены, и треснули своды,
В том хаосе выжить тебе я помог.
Лишь шаг отделял вас тогда от свободы,
И не было больше обратных дорог.
Средь серых руин я остался чужим,
Зато ты вернулась сегодня к живым.
Мы стёрли законы былого устоя,
Скрывались в тенях от друзей и врагов.
Мы крали у смерти секунды покоя,
Срывая печати фамильных оков.
Пускай этот мир захлебнётся в войне,
Ты — всё, что осталось живого во мне.
Сквозь толщу ментального злого тумана,
Он ищет, как змей, мой заветный секрет.
Я стал виртуозом в искусстве обмана,
И входа в моё подсознание нет.
Ему не пробить этот прочный заслон:
Пока я люблю, я силён, как и он.
Погасла последняя искра спасенья,
Опасность превысила жизни предел.
Остался единственный выход — забвенье,
Я сам выбрал этот жестокий удел.
Взметнулся лучом ослепительный свет:
Меня в твоей памяти более нет.