Ну и правильно. Нефиг приличному орку магией и чернокнижием баловаться. Только духи предков, духи стихий.
Пара вопросов:
1) Какой расы профессор МакГонагалл?
2) Высший эльф, огромный дворф и лицо непонятной национальности с человеческой фамилией - очень интересная компания для Дуротара. Полюбому засланцы Альянса.
3) Волдеморт наверное тролль-вудист? Понимание языка змей и очень темная магия прилагаются.
***
Подрастет малыш Гар'Пот, придет ему письмо из Даларанской школы чародейства и волшебства. И большой дворф поведет его в Расселину Теней покупать котлы, волшебный жезл и реагенты.
А подросший малыш Даг будет просить героев собрать его улетевшие шарики.
***
В компанию Гар'Пота вангую рыжего гоблина Ронни и БЭ Гермиону, которая на самом деле черный дракон.
И конечно же сноб ВЭ Драко [Малфой]: "Фу, орк. Фу, нищий гоблин. Фу, блад эльфка, мало вас Джайна била". Отличная почва для Драмионы.
Больше десяти лет назад, в мою студенческую бытность, я стал свидетелем весьма впечатляющей оговорки, коей решил поделиться с вами. Топология, конец второй пары, и студенты, и преподаватель уже устали. Тема лекции – многообразия (один из типов пространств в топологии). Лектор завершает разбор темы и, подводя итоги, произносит:
– ...таким образом формируя всё рассмотренное многообразие разнообразий.
Немногочисленные внимательно слушавшие студенты начинают хихикать: очевидно, должно быть наоборот, "разнообразие многообразий". Лектор тоже понимает, что сказал что-то не то, и медленно повторяет, силясь обнаружить ошибку:
– Рассмотренное многообразие разнообразий.
Смех разносится громче, кто-то с места приходит на помощь заслуженному профессору:
– Иван Иванович, наоборот же!
– Да, действительно, – улыбается лектор. – Простите, заговорился. Я хотел сказать, многообразие ракообразий.
Откуда в уставшем сознании профессора возникли ракообразные, и как они проникли в лекцию, остаётся загадкой, но ещё десять лет до выхода на заслуженную пенсию студенты за глаза именовали его Раком Раковичем.
N.B. Несмотря на эту запоминающуюся оговорку, лектором профессор был отличным, и, невзирая на солидный возраст, сохранял ясность мышления всё время своей работы.