Анаит Казарян

Это уникальный поэтический эксперимент и сольная игра с формой, где один автор примеряет на себя самые разные литературные маски. В сборнике весеннее пробуждение звучит на сотни голосов: от строгого, математически выверенного ритма логаэда до чуткой свободы верлибра, от благородного звучания белого стиха до яркой, ярмарочной живости раёшного стиха. Тут собраны искренности и многогранности слова, доказывающий, что у весны нет одного настроения, а у настоящей поэзии — нет границ.

Перед вами — искренняя, живая и глубокая симфония возрождения, исполненная одним чутким сердцем.

Солнечной стаей уходят года — и пусть в них звучала не только радость, печаль черными искрами тоже жгла сердце — но мы вместе.

И пусть время летит, безжалостное, быстрое время.

Я проведу его с тобой.

Рука в руке. Сердце к сердцу.

Тепло. Нежность. Свет.

Ты — мой.

Я — твоя.

И сколько бы ни было пути впереди, мы пройдем его вдвоем.

Может ли тишина звучать громче, чем крик? В этом цикле белых стихов слова следуют за призрачной нитью «Лунной сонаты» Бетховена, проходя путь от нежного ночного покоя до яростного шторма человеческого духа.

​Белый стих здесь выбран не случайно. Отказываясь от строгих оков рифмы, поэзия обретает особую непринужденность, позволяя мыслям течь свободно, подобно фортепианным импровизациям. Но за этой внешней легкостью скрывается глубокий драматизм — попытка заглянуть в бездну гения, который творил в абсолютном безмолвии.

Это поэтическое путешествие, где каждая буква становится путеводным знаком.

А где-то там остались разговоры по душам ...

​Я крошечным мелом мой мир нарисую,

Где дом и забота,

Где мама со мною.

В моменты великой пустоты важнее всего — знать, что кто-то всё ещё помнит твой адрес.

​Она всегда была отличницей. Он — тем, из-за кого отличницы теряют голову.

Детство ... мимолётная, хрупкая и неповторимая красота , подобно снежинке , что исчезает от прикосновения самой жизни!

Что делать, если ты умеешь только печь хлеб, а твои дочери могут случайно поджечь небо или остановить время? После смерти жены-чародейки Томас остается один против всего мира и трех магических даров, с которыми не справилась бы и целая академия.

​Клан Амброузов не прощает мезальянсов и не оставляет наследниц простому пекарю. Чтобы спасти девочек, Томасу придется совершить невозможное: пре...>>вратить магию в ароматную корочку багета и обмануть лучших ищеек империи. В этой битве его оружием станут не заклинания, а тепло семейного очага. Но хватит ли этого, когда на кону стоит судьба мира, запертая в детской колыбели?

Пока равнодушная бездельница кружит в небесах, не зная дороги, крошечному герою предстоит отыскать путь домой — туда, где пахнет мятой, а под синим шерстяным пледом всегда ждёт любовь.

Не жди знамений, не ищи примет,

В песочных часах замер серый песок.

Твоё «сейчас» — это вспышка и свет,

Это жизни живой долгожданный глоток.

То состояние, когда шум стихает и наступает честное, пусть и горькое, принятие себя.

​Считалочка из детства, которая превратилась в смертельный приговор. Сумеешь ли ты дожить до рассвета?

Эта книга — не просто стихи, это манифест сорванных масок. В мире, где каждый принуждён играть роль в чужом спектакле, автор решается на самый опасный шаг: выйти за рампу, в темноту и неизвестность.