Солярис (Сол)

Как бы редко Солярис ни говорил о доме, он всегда делал это с любовью, благоговением и грустью. Как бы чопорно он не выглядел, живя своей новой жизнью, он скучал по старой. Он жутко хотел домой. Дракон родился в седьмой день месяца пряжи. Ему пришлось какое-то время носить ошейник из ядовитого черного серебра. Сол был закрыт в словах, но открыт в поступках. Солярис очень редко смеялся. И ему никогда не удавалось отделаться от Рубин особенно после дурацких перепалок. Было лишь вопросом времени, когда Солярис начнет извиняться. Рубин знала о нем все на свете, включая то, что он любит, а что не любит. Если список его любимых вещей возглавляли черничные тарталетки, безделушки и старые книги, то в списке нелюбимых однозначно лидировала его собственная уязвимость. Прожив целую человеческую жизнь, чтобы прожить еще тысячу таких же, он уже во многом познал этот мир, но до сих пор не усвоил одну простую истину: полагаться на кого-то — это вовсе не слабость.

* * *

Солярису минуло всего полвека: пускай тело уже окрепло, но едва ли он смог бы задавить и лошадь. На свете жили драконы гораздо крупнее, и если раньше Сол мечтал вырасти до их размеров, то теперь гордился своей худощавой комплекцией: именно она позволила ему пересечь все девять туатов и остаться при этом незамеченным. Имеет золотисто-медовые глаза, которые видны в темноте. Его взъерошенные волосы, тоже жемчужные. Волосы никогда не отрастали, не меняли ни цвета, ни длины — Солярис не менялся тоже, застыл на пике своей юности. Внешне он был одного возраста с самым молодым ярлом, но достаточно было заглянуть в эти красивые светящиеся глаза, чтобы понять — Сол намного старше. Его лицо со строгими и упрямыми чертами было не самым добрым на свете. А белые брови и ресницы почти сливались с кожей. Зато губы горели ярко, и этот контраст немного пугал. Спутанные перламутровые волосы всегда топорщились, а кожа, молочно-фарфоровая, будто бы светилась изнутри, как алебастр. Безупречная, безукоризненная красота, неестественная для человека. С такой внешностью любая девица из Круга с радостью вручила бы ему своё сердце, если бы он приложил для этого всего капельку усилий. Смех звонкий и совсем не похожий на хриплый голос. Может ходить абсолютно бесшумно. В драконьем облике имеет жемчужную чешую и агатовые серповидные когти. Пахнет пергаментом, кожаными переплётами, мускусом и сухим теплом. Тонкая полоса цвета запёкшейся крови, охватывающая её, была шершавой на ощупь. Эта полоса осталась от ошейника из черного серебра. В левом ухе — серьга из латуни (или изумрудная?) Длинная бледная шея, острые ключицы, плоский живот с рельефными мышцами… и, к счастью, плотная простынь, скрывающая нижнюю половину туловища там, где выпирали угловатые косточки таза и маленькие жемчужные чешуйки. Те собирались гроздями и не исчезали даже тогда, когда Сол перевоплощался. Зато в остальном тело Соляриса напоминало чистый пергамент: ни родинок, ни веснушек, ни шрамов. Ненавидит расчески.

когда Сол злился, он совсем переставал моргать, отчего казалось, будто смотришь на открытое солнце

в золотых глазах

каждый год он становился всё больше в размерах и теперь уже мог сравниться с тремя-четырьмя лошадьми, а не с одной, как было в моём детстве.

Чешуя расползалась на нём всё дальше и дальше, как сумерки перед наступлением ночи. Весь процесс занимал не больше минуты: руки и ноги удлиняются, заострённые ногти становятся серповидными когтями, туловище увеличивается и изгибается, зубы превращаются в клыки, а жемчужные волосы — в такие же жемчужные гребни вдоль всей спины. Хруст костей, низкий утробный рык, золото глаз, что почти ослепляет, вернув себе природную остроту зрения вместе с природным великолепием.