![]() - Может быть, Бог действительно не играет в кости, – протянул Гейзенберг. – Может статься, он играет в «двадцать одно». И если Ему не хватает в рукаве нужного туза, Он создает его себе – сперва рукав, потом туза. Таким образом, вероятность выпадения двадцати одного превосходит статистически правдоподобную. Джехана, да уймись ты, я не богохульствую! Я же не говорю, что Бог – мошенник. Нет. Он создал Правила Игры. И ныне продолжает их создавать. Это дает ему несомненное преимущество над бедолагами физиками, которые соображают слишком медленно. Мы все равно что крестьяне – смотрим за ловкими фокусами того, кто может оказаться равно гением и шарлатаном.
Джехана задумалась над этой метафорой. – На Сольвеевском конгрессе Бор предложил принцип дополнительности. Что, пока электрон не обнаружен прибором, он ведет себя как волна, а потом волновая функция – р-раз! – коллапсирует, и мы уже знаем, где он находится. И теперь уже электрон ведет себя как частица. Эйнштейну это тоже не понравилось. – Это Божье шулерство, – пожал плечами Гейзенберг. - Что же, священный Коран говорит: Они спрашивают тебя о вине имайсире. Скажи: «В них обоих – великий грех и некая польза для людей, но грех их – больше пользы». - Забыть кости и карты? – улыбнулся Гейзенберг. – А какая же азартная игра позволительна в глазах Аллаха? - Физика, – ответила Джехана. Гейзенберг расхохотался. #цитата Д.А. Эффинджер "Кошечка Шредингера" #science_now 12 июня в 11:10
6 |