#а_чо_я_утащил #Лонгботтомы



Новогодние истории

Татьяна Ивановна дружила с писателем Глебом Скороходовым. Наверное, он был единственным, кому актриса поверяла свои тайны.
От него мы и узнали забавную историю о том, как чуть ли не поругались две подруги. После войны Пельтцер близко подружилась с вдовой Михаила Бул­гакова — Еленой Сергеевной. Это было голодное время. Но вдова писателя умела жить красиво. На встрече Нового, 1946 года она устроила дома настоящий маскарад и объявила конкурс на самый оригинальный костюм. Рихтер и Ростропович пришли в костюмах крокодилов. А Раневская — в собственноручно изготовленной шляпе из сена, имитирующей гнездо. Внутри гнезда сидела огромная птица. Произведя фурор, Раневская гордо уселась за стол, причем клюв птицы свесился прямо в тарелку…И тут появилась Татьяна Ивановна в так называемом костюме «Урожай». На голове у нее был сплетенный из соломы венок. А на платье нашиты десятки баранок. Баранки же свисали с ее ушей в качестве сережек, унизывали запястья, как браслеты. Даже на носу крепилось кольцо из бублика! «А я только что приехала с сельскохозяйственной выставки», — милым голоском проронила Пельтцер, бросив победный взгляд в сторону Раневской. Раневская съязвила: «Как же вы позволяете себе так обращаться с хлебом? Еще не отменены продуктовые карточки…» Две дамы надулись и перестали разговаривать». Глеб Скороходов, услышав эту историю от Пельтцер, спросил у нее: «И правда, Татьяна Ивановна, где вам удалось раздобыть столько бубликов?» — «Где-где? На хлебозаводе! Там подруга работала… Я ночью туда приехала, и мы соорудили платье. А бублики, между прочим, не пропали, а были розданы всем гостям. Да и Фаина Георгиевна почти сразу потеплела ко мне, через несколько минут подошла и сказала в своем духе, кратко, но внушительно: „Гениально!“ В результате они помирились.

Вот после таких историй и задумываешься: а где именно жила бабушка Лонгботтома?