#плио_впечатления #плио #книги

Как бы я охарактеризовала главную тему и вытекающую из нее главную идею пяти романов «Песни Льда и Пламени».

Мне показалось – и я не претендую здесь на какую-то истинность в последней инстанции, а делюсь в первую очередь своим восприятием – что главной темой саги является поиск своей идентичности, своего внутреннего я (что хорошо отражает подход к организации повествования, разделенного на pov персонажей). И главная идея истории, на мой взгляд, состоит в том, что сущность человека определяют не социальные критерии и не те ярлыки, которые на него пытаются навесить другие, а его собственный выбор. Конечно, в литературе эта идея далеко не нова, однако Мартин придал ей остроты и новизны, во-первых, за счет глубокого погружения читателя во внутренний мир сразу нескольких главных героев, а, во-вторых, за счет выбранного автором метода. Подробно о персонажах скажу в отдельном посте, посвященном их pov, а пока отмечу лишь, что их внутренние дилеммы и поиск идентичности весьма выразительно символизируют многочисленные имена и прозвища, служащие автору отличным художественным инструментом. Цареубийца и Бес, Алейна и Вонючка, Сноу, который становится Болтоном, и Сноу, который не становится Старком (или все-таки становится?..), Арья, которая с потерей родных окончательно теряет имя – каждый из главных героев ищет свое внутреннее я, но идет при этом своей личной дорогой.

Что же касается метода, который Мартин использует в этих романах, то я бы назвала его литературным экспериментированием. Идея о том, что человека определяет его выбор, принадлежит Новому времени, но Мартин помещает ее в средневековый антураж, чтобы, с одной стороны, расширить свои собственные экспериментаторские возможности, а, с другой стороны, провести границу между персонажами и читателем. Читатель, ментальный продукт Нового времени (в широком его смысле), воспринимает историю как произведение про людей с иным культурным кодом, которые, к тому же, живут в воображаемом мире. Это помогает Мартину сгладить острые углы – он будто ставит перед читателем невидимое зеркало, сквозь которое экстремальные эпизоды и детали воспринимаются не так тяжело, как если бы речь шла о реальном мире. Кроме того, жанр фэнтези позволяет ему намеренно гиперболизировать повествование, раздвигая границы человеческих возможностей. Дейенерис проходит сквозь огонь, железнорожденные оживляют утопленников, Лиза Аррен живет на вершине огромной горы (которая чем-то напоминает «Липовый лифт» Лемони Сникета, известного мастера утрирования). И без того некрасивые Тирион и Бриенна лишаются половины носа и щеки, Теон претерпевает нечеловеческие мучения в подземельях Дредфорта, Арья буквально примеряет на себя чужое лицо - невероятность происходящего одновременно притягивает читателя, стремящегося заглянуть за грань обыденности, и защищает его убеждением в том, что речь идет о ком-то «ином» (простите за каламбур).

В этой связи незаконченность истории не только в чем-то закономерна, но и не так уж и важна. Закономерна, потому что к концу пятого романа эксперимент Мартина подошел к той точке, когда ему необходимо сделать множество конкретных выборов и не только подвести итог внутренней эволюции персонажей, но и связать их друг с другом. Я знаю, что в фандоме очень любят искать параллели, но на данном этапе они перешли в другое измерение, где они могут не только пересекаться, но и ломаться, создавать окружности, плести узоры. Фактически сейчас герои «Песни» находятся в положении музыкантов оркестра, каждый из которых за раз играет только одну ноту, и успех выступления в первую очередь зависит от их слаженности и умения вовремя вступить. Но даже если они так и не сыграют, за них это могут сделать слушатели. Не так уж и важно, кто в итоге усядется на Железный трон, и кем кому приходится Джон Сноу – это тот случай, когда само путешествие ценнее пункта назначения, и те уроки, мысли и мнения, которые каждый отдельный читатель вынес из историй героев Мартина, уже являются итогом его работы.