— ...Санька, сколько помню, всегда держалась особняком. Бывало, впрягалась за кого-нибудь, кто сам отбиться не мог... Мы с пацанами периодически её поколачивали, но один на один опасались с ней сталкиваться. Кулаки у Палки были крепкими...

— Кстати, откуда прозвище-то такое — Палка?

Начальник охраны встал из-за компьютера, не отрывая взгляда от монитора:

— Так ведь она была ваще худющей тогда; кожа да кости, считай. Да и при случае могла так всечь промеж глаз, что потом целый день звёзды видишь...

Цырен задумчиво подпер лицо кулаком, промотав ленту наверх:

— "Образование: БГУ, юридический факультет..." И чё, вы так её и не приструнили?

Николай почесал в затылке:

— Ну почему же... Подкараулили мы её как-то в проулке. Нос у ней с тех пор сломан, — моя работа... Долго, короче, мочили, смачно; насколько помню, пару рёбер мы ей точно тогда расхреначили... Думали: всё, хватит с неё... И тут она как возьмёт воткнёт мне гвоздь прям в икру, со всей злобы... Ржавый такой гвоздь, грязный весь... Я как заору благим матом...

— И что после этого?

— А ничё: весь район переполошился от моего ора. Кто-то пригрозил ментов вызвать... Ну, мы и свалили... Рана на ноге потом ещё долго у меня выгнивала. До сих пор памятка осталась...

Он закатал правую штанину, обнажив довольно отчетливый шрам.

Бальжинимаев задумчиво сдвинул брови:

— "Детство, детство, ты куда ушло..." — с ноткой ироничной насмешки напел он.