— Эй. Ты точно в порядке?

В ответ отражение крестника только моргнуло, но нечитаемое выражение лица никуда не делось.

— Извини. Дело в Детройте было сложным. — скупо ответил Гарри и залпом осушил свой стакан с минералкой, наколов на вилку кусочек яблока с тарелки. С тонкой дольки вниз медленно упала капелька кленового сиропа. — Итак, ритуал для Дамблдора и твоя суперсекретная миссия. Уверен, что будешь делать всё один?

— Может, возьмёшь отпуск? — не дал соскочить с темы Сириус. В его голове примерно имелось представление, с какими делами сталкивалась команда, но, похоже, в этот раз действительно случилось что-то из ряда вон.

— Я поговорил с Гидеоном. — покачал головой Гарри, отправляя в рот вилку. — И напоминаю: тебе нельзя подвергать себя риску.
— Я написал завещание. — отмахнулся Сириус, с удовольствием делая глоток бренди. — К тому же, Меда будет со мной в ритуале, а с остальным я справлюсь. Старому Мародёру тоже нужны приключения, не всё же тебе развлекаться?

— Это не игра. — хмуро отчеканил Гарри. На вилке, как по волшебству, снова появилась яблочная долька.

— Знаю-знаю! — примирительно фыркнул в усы Сириус. — Как там мисс Гарсия? Не думаешь сводить её на свидание в какой-нибудь романтичный лесной парк?

— Точно не в лес. — скривился Гарри. — Но идеи есть. Или, по традиции, сходим в кино.
— Или, только представь, нестись по трассе на мотоцикле под звёздами… — протянул Сириус. Фантазию тут же прервало неуместно громкое фырканье крестника.

— Ты уж прости, но на машине куда комфортнее.

— Ничего ты не понимаешь!

— Куда мне?

С этими словами отражение крестника задвигалось. Тарелка и стакан отправились в мойку, а затем и на полку безо всякой магии. Затем снова возникло усталое лицо Гарри.

— А теперь, если не возражаешь, я иду спать. Просто чудо, что твои вопли не разбудили Гарсию.

— Я просто пошутил! — оскалбился Сириус. Идея вместо приветствия запеть старинный романс «Волк и Прекрасная дева» пришла ему абсолютно спонтанно, после чего крестник, ругаясь, в трусах и майке сбежал с собственной спальни. Шутка стоила того, чтобы хотя бы оценить пополнившийся ненормативной лексикой на нескольких языках словарный запас Гарри.

— Протри чувство юмора. Спокойной ночи, Сириус. — отсоединился Гарри.

— Спокойной ночи. — пожелал Сириус потемневшему зеркалу, без интереса посмотрел на начатую бутылку бренди и со вздохом встал. Честно говоря, стоило действительно отправиться спать.

На этот раз обошлось без традиционных кошмаров, но всё равно приснилась странная эротично-тревожная муть с элементами связывания, ритуальных игл и почему-то поразительно маленького тела по сравнению со всем остальным. Из постели Сириус выбрался с отпечатком скверного настроения на лице, выпил антипохмельное зелье, чтобы остыть под холодным душем.

— Доброе утро. — по сравнению с ним Андромеда выглядела отвратительно бодрой и свежей.

— Ты уверена? — хмыкнул Сириус, первым делом глотнув крепкого кофе и только потом усаживаясь за стол. Маменьку бы удар хватил от такого нарушения приличий. — Альбус не писал?

— Появится после полудня. — Андромеда невозмутимо намазала свой тост абрикосовым джемом. — А что, душа в пятки?

— Ну, знаешь! Я Мордред знает сколько не проводил ритуалы.

— Раз Мордред знает, так спроси. — невозмутимо уколола его кузина. Сириус фыркнул в усы, бросив в неё скомканной салфеткой. Впрочем, безуспешно.

Из всей семьи Блэков именно у них с Андромедой сформировалась достаточно крепкая связь, которую даже можно назвать дружбой с поправкой на семейные заморочки. Помнится, после таких пикировок, обычно от родителей попадало обоим, но Сириус мужественно брал наказание на себя.

Сириус поймал себя на том, что после стольких лет оказалось довольно приятно быть не единственным Блэком в этом Мордредовом доме. Да и завтрак в компании проходил не в пример вкуснее. Глядишь, такими темпами этот дом действительно наполниться шумом голосов и топотом многочисленных ног, снова исполняя свою роль главной фамильной резиденции. После решения проблемы Лорда, конечно. И кстати о семье…

— Как Нимфадора справляется?

— Примерно как ты в свои 15, но прилежнее. — охарактеризовала Андромеда после глотка чая. — Ворчит, что видела кодекс Наследницы в одном неприличном месте и могла бы она обойтись в жизни без родовитой фамилии. Но это ничего, я периодически вправляю ей мозги в нужное русло.

— Да уж. — хохотнул Сириус. — Такими темпами при встрече меня ждёт проклятье вместо благодарности.

— Перерастёт. — уверенно фыркнула Андромеда. — Я ей рекомендовала подумать о детях и их положении, да и в целом о будущем, не делая скидку на то, что сейчас она предпочитает бегать по улицам в алой мантии с палочкой наперевес.

— Неужто проняло? — удивился Сириус. Племянница вообще не производила впечатления мечтающей об ораве малолетних Блэков.

— После того, как я напомнила о карьерных перспективах в её новом положении. — неохотно признала Андромеда. — И пообещала не лезть с выбором супруга.

— Вот теперь похоже на правду. — загоготал Сириус. Бросил на стол ещё одну скомканную салфетку и деятельно поднялся на ноги. — Ладно, я пойду разберусь с письмами гоблинов. Как только появится Альбус, пни меня с кабинета, будь добра.

— Без тебя не начнём. — склонила голову Андромеда.

Сириус на самом деле жутко не любил всю эту повседневную рутину в виде работы с бумагами. Но не давал себе поблажек, гоня подальше соблазнительную мысль спихнуть всё на эльфа. И сейчас как никогда был сам себе благодарен, стоило сломать фамильную печать Блэков и пробежать глазами первые строчки письма.

До картины с троллями дошли молча, вместе толкнули появившуюся двойную дверь, и только теперь, при свете многочисленных свечей под потолком, напротив того самого шкафа, Гермиона позволила себе шумно выдохнуть.

— Прошу прощения. — заговорил первым Малфой.

— За что? — удивилась Гермиона, доставая рунический набор и увесистую книгу, которую прихватила из библиотеки Блэков. Как раз что-то об артефактах для перемещения в пространстве, изобретении мётел, портключах…

— Подарок. — пояснил Малфой, подходя ближе. На бледных щёках вспыхнули два розовых пятна. — Я должен был что-то прислать. Это, как минимум, невежливо.

— А. Ничего страшного. — улыбнулась Гермиона. — Я ничего и не ждала, расслабься. Начнём? Вряд ли много успеем до отбоя.

— Конечно. — Малфой тут же уселся на пол, небрежно через голову стянув мантию, чтобы не слишком мешали длинные рукава. Гермиона тонко улыбнулась, глядя на свитер.

«Хоть с мерками не ошиблась…»

Работали в уютной, дружелюбной тишине. Впрочем, когда через пару минут в глубине комнаты заиграло что-то из произведений Баха, Гермиона не возражала. Между заклинаниями пальцы бережно перелистывали книгу, Малфой изредка заглядывал ей за плечо, задумчиво сводя вместе светлые брови.

— Мама написала дяде Сириусу письмо. Попросила о встрече в первые выходные Хогсмида.
— О, это же отлично! — вскинула голову Гермиона, вглядываясь в лицо Малфоя. — Обошлось без проблем?

— Да. — Малфой ненадолго нахмурился, но потом безразлично повёл плечами. — Гости ведь не сидят в поместье круглосуточно. Всё прошло как обычно, разве что бал в этот раз вышел другим. И обошлось без министерского мероприятия.

— Почему?

— Я решил не ходить. Контакты с министром отец способен поддерживать самостоятельно.

— У вас… Не всё ладиться? С отцом. — спросила Гермиона. Малфой бросил на неё такой взгляд, что тут же пришлось добавить. — Можешь не отвечать, если не хочешь. Просто это заметно. И думаю, тебе не повредит с кем-то выразить свои мысли.

— Не больше чем обычно. — наконец, вздохнул Малфой. — Я имею ввиду, с ним всегда было непросто, а в этом году я посмотрел на него другими глазами. И увиденное мне не очень понравилось, как ты понимаешь. Было время, когда я считал его идеалом… Это так глупо!

— Мальчики нередко идеализируют отцов. — ничуть не удивилась Гермиона, отложила палочку, потянулась за книгой.

— Ну, а ты? Как прошло с родителями?

— Я в основном делала целое ничего. И аккуратно поддержала идею их поездки в Австралию ради филиала клиники. Заверила, что всё будет в порядке, ведь я так или иначе провожу в Хогвартсе большую часть года.

— Я буду ограждать их столько, сколько смогу. — Гермиона нахмурилась на страницу книги. — Поможешь с произношением? Не очень понимаю.

— Что там? — заинтересовался Малфой, подсаживаясь ближе. — Не похоже ни на заклинание, ни на латынь.

— Отлично, что это тогда? — безрадостно вздохнула Гермиона на длинную надпись практически в половину страницы.

— Возможно, греческий. Но я не изучал его, ничего не могу сказать. — склонил голову Малфой. — Имеет смысл вернуться к этому позже, посмотрю книги из дома. Нам нужно добиться хотя бы чего-то до того момента, как я снова поеду домой на пасхальных каникулах.

— Хорошо. — с готовностью кивнула Гермиона.

Погружаться в работу рядом с Малфоем оказалось действительно успокаивающим занятием, наконец-то остались в стороне странные, сумбурные эмоции. Свою сумку Гермиона собирала почти с сожалением. Но даже при должности старосты не следовало слишком уж нагло расхаживать по замку после отбоя.

— До завтра, Гермиона. — Малфой вдруг протянул руку и не слишком крепко сжал её пальцы.

— Доброй ночи. — расправила мантию на его плечах Гермиона.

Уже поднявшись в спальню она тихо улыбнулась громадному букету синих роз и коробке шоколада без сахара. Записки не было, но она могла поспорить, что отлично знает отправителя. Не обращая никакого внимания на шушуканье соседок, Гермиона переоделась в пижаму, забралась в кровать, засыпая с улыбкой на лице.

Альбус появился только к вечеру, и застал всех обитателей дома, что называется, в растрёпанных чувствах.

«Конечно, остаётся вероятность, что это ловушка. Но приглашение в Хогсмид выглядит достаточно правдоподобным. Никакие чары не способны так подделать почерк и манеру речи.»

Сириус досадливо кусал мундштук трубки, пока Андромеда церемонно расшаркивалась с гостем. Совместным «семейным» советом, конечно, решено было идти. Племяшка Нимфадора и та согласилась с решением матери, пообещав прошерстить злосчастную улицу вдоль и поперёк, наблюдая за происходящим, а в случае чего и прийти на подмогу. Но не сомневаться Сириус не мог. Всё-таки теперь Нарцисса замужем за Люциусом Малфоем.

— Сириус, мальчик мой, ты уверен, что мы не можем обойтись без ритуала?

— Вы хотите жить, Альбус? — не очень дружелюбно выплыл из своих мыслей Сириус.

— Конечно, я просто…

— Раз «конечно», то не будем терять зря драгоценное время. — отрезал Сириус. Альбус поперхнулся следующей репликой, но, к счастью, спорить не стал.

«На самом деле, вместо помощи стоило бы хорошенько проклясть паршивца. За всё хорошее. — мрачно размышлял Сириус, на правах хозяина дома первым спускаясь в подвал, где находился святая святых: ритуальный зал Блэков. — С другой стороны, пролитого зелья уже не вернёшь. Даже если моё заключение в Азкабан было хитрым политическим ходом, какой теперь прок в извинениях? Свободы мне не светит, даже если искупаюсь в Феликс Фелицис, а сам Альбус — сильный маг, который может пригодиться в борьбе с Воландемортом. Ради всеобщего блага. Мерлин, какая же мерзость!»

Ритуальный зал встретил Сириуса могильно-синим отсветом факелов, руническими узорами и запахом жжёного можжевельника с рябиной: это добросовестный Кричер подготовился. Старый эльф всё нарадоваться не мог что «в благородном доме Блэк снова начнут практиковать нормальную магию!»

Альбус позади ощутимо напрягся, Сириус не сдержал злорадной ухмылки, прежде чем сполоснуть руки в ведре с ледяной колодезной водой. Андромеда проделала тоже самое, изящно стряхнув с пальцев капельки.

— Ложитесь. — скомандовал Сириус, кивком указав на плоский ритуальный камень. Альбус с хмурым выражением на лице выполнил требуемое.

В воздухе заплясали и вспыхнули синим пламенем свечи. Андромеда и Сириус встали по бокам от камня и медленно, нараспев, начали читать заклятье.

Ритуал, если честно, не самый сложный. Всего-то вытянуть силу проклятья и немного магии сверху в пользу ритуального камня дома. К тёмной энергии тому привыкать не приходилось, и в данном случае не требовалось какой-то непомерной цены в виде, например, отрубленной конечности или живой жертвы.

Вполне вероятно, Альбус сильно сдаст в плане магической силы, но, выбирая между жизнью и смертью, решение напрашивалось само собой. Главное было не перестараться, и не превратить старого директора в сквиба, а то и в иссушенную, пустую оболочку. Бывали случаи, судя по семейным хроникам. И описания в дневниках тогда попадались самые отвратительные.

Сначала ничего не происходило. Пламя свечей только слегка подрагивало, а воздух как будто стал более плотным. Несколько факелов погасло, когда тело Альбуса с хрустом выгнулось дугой, выпуская наружу тёмное, густое облако.

Сириусу послышалось злобное шипение, хохот, затем крик, но он намеренно не прерывал заклинания. Глаза Альбуса закатились. Андромеда протянула руку и крепко сжала холодные, скользкие от пота руки Сириуса.

Если бы кто-то спросил, Сириус вряд ли сумел бы внятно ответить, сколько конкретно прошло времени. Знал он только, что жутко устал. Горло саднило, губы пересохли, язык как будто распух, но чёрная рука бессознательного Альбуса Дамблдора снова приобрела свой обычный цвет, а ритуальный камень слегка отсвечивал морозным инеем.

Первым домовик переместил Альбуса в комнату для гостей, затем Андромеду в её спальню и в последнюю очередь самого Сириуса. Он как подкошенный, рухнул на кровать прямо как был: в мантии и обуви, моментально погрузившись в бездну сна без сновидений.

Так что теперь вечера они проводили вместе к огромному неудовольствию Лаванды, но в этом году мысли Гермионы были далеки от экзаменов, да и от Рона с его личной жизнью, если уж на то пошло.

Неумолимо приближалась дата первого похода в Хогсмид, и Малфой становился всё более хмурым, неразговорчивым, а случалось, что и на самые невинные реплики реагировал хуже, чем хотелось бы. И Гермиона слабо себе представляла, чем может тут помочь. Разве что…

— Пойдём вместе в Хогсмид? Мама снова подписала разрешение.

Голос Рона вывел Гермиону из пучины мыслей, заставив недоумённо моргнуть.

— Извини, но не на этот раз. Я хочу позаниматься. — приняла решение она, снова опуская взгляд на свой конспект.

— Ладно. — раздосадовано сжал зубы Рон. — Тогда мы можем вместе подготовиться к экзаменам, мне всё равно нужно подтянуть трансфигурацию и…

— Нет! — резче, чем хотела ответила Гермиона. — Извини, Рон, но я хочу побыть одна.

— Сбежать на свидание с Малфоем, пока никого не будет, ты хочешь сказать? — громким шёпотом вмешалась Лаванда со своего кресла.

— Ты встречаешься с Малфоем?! — возмутился Рон.

— Нет, я не встречаюсь с Драко Малфоем. — холодно подчеркнула Гермиона, переведя взгляд с одного на другую.

— Конечно! — не унималась Лаванда. — Кто тогда послал тебе цветы?

— Тебе прислали цветы?!

Гермиона громко вздохнула, на пару секунд закрыв глаза. После чего одним движением сгребла письменные принадлежности в рюкзак, сверху вниз посмотрела на красного от негодования Рона.

— Моя личная жизнь никого не касается. Иди в Хогсмид со своей девушкой, если тебе нужна компания. А ты… — Гермиона повернула голову в сторону недовольной Лаванде. — Найди себе занятие поинтереснее сбора сплетен. Спокойной ночи.

Конечно, после этого Рон перестал с ней разговаривать, а Лаванда демонстративно отворачивалась, оказываясь рядом, но Гермиону это мало заботило. К первым выходным в Хогсмиде её эссе были полностью готовы, в рюкзаке покоились книги, выданные Малфоем, а в распоряжении был целый день в Выручай-комнате.