Не вода, а уксус. Не суть важно, в принципе - все равно трансфигурация.
К ним приближался своей прыгучей походкой крохотный преподаватель заклинаний, а между тем из всех троих только Гермионе удалось превратить уксус в вино. Стоявшую перед ней склянку заполняла темно-красная жидкость, а в склянках Рона и Гарри плескалось нечто мутно-коричневое.
— Так-так, юноши, — неодобрительно пропищал профессор Флитвик. — Поменьше бы разговоров да побольше внимания. Ну-ка, попробуйте еще разок, а я посмотрю…
Оба подняли волшебные палочки, поднатужились, сосредоточились и наставили их на склянки. Уксус Гарри превратился в лед, склянка Рона попросту взорвалась.
#хроники_пельменя
- Кот, - строго говорит друг, наклонившись к Пельменю, которому помешали откушать курицу гриль, - объясните свою всеядность!
- Мяу, - отвечает Пельмень и обиженно поворачивается попой. "Куритсу верни!".
Пояснения всеядности, конечно, не помешали бы. За прошедшую неделю этот кот:
- сожрал и, простите, выкакал резинку;
- пытался сожрать ватную палочку, которую вытащил из мусорки;
- стырил и пожевал зубочистку;
- откусил и схарчил кусочек мягкого формодержателя от моих кроссовок;
- утащил мою серёжку (спасибо моде: серёжка большая и негрызибельная);
- пытался вылизать все грязные тарелки в этом доме, независимо от того, что в них перед этим лежало. Овощное соте? Это мы едим. Салат чука? Дайте два! Макароны с томатной пастой? Ммммм, кусьна!
Не раскаивается:
Сегодня ровно год, как эту жмякотку забрали жить в Казань. Привычек кота-помоечника жмякотка не оставила и уже, очевидно, не оставит: сначала мы жрём премиум-корм, а потом - всё, что не приколочено. Живём свою котью жизнь: встречаем по утрам кожаных в толчке, урсим, нализываемся, регулярно блокируем медведотёткин ноут и всё ещё пытаемся упихиваться в хозяйскую прикроватную тумбочку, хотя уже туда не помещаемся: