Ненавижу безликую аву. Когда вижу безличие, то хочется со всей дури заехать по этой пустой, розовой мордашке молодого утырка с аккуратной прической и белой футболочке. Заехать своим тяжелым, кованным, пахнущим ваксой, свежей землей, скошенной травой, немного - собачьим дерьмом кирзачом.
Заехать смачно, с резким "хаканьем" в конце дуги, когда кирзач встретится с мишенью, когда он сокрушит лицевые кости, сдерет эту поросячье-розовеющую кожицу, выбьет капли крови, алой, словно рубины. И тогда, наконец, глядя на результат труда, как Пракситель на Галатею, на обретший, наконец, индивидуальность лик, ответить:
- Я не знаю, почему. Может быть, потому, что вы какие-то доверчиво-наивные? Мимо такого трудно пройти, и не подколоть, по-дружески, беззлобно и безобидно.
В выходные резко потеплело, и с окон начали шумно падать комья снега. Жуля тут же перешла в режим паники и запрыгнула в ванну, чего не делала с лета. Фейерверков она, значит, не боится, раскаты грома тоже побоку, а вот падающий снег, шум дождя и завывания ветра в вентиляции наводят на неё ужас.
Потом снег падать перестал, и к вечеру Жульен перешла в игривое настроение, заскакав с косточкой. Била лапой, по-лисьи крутила головой, ворчала. Потом загнала кость под диван и поскуливала, пока Дашка эту кость ей не достала.