— Владимир Ильич очень любил детей. Бывало, сидит он на скамейке, а если рядом присядет девочка, он бритвочку достанет и о ремень точит-точит. Посмотрит на девочку и снова точит-точит.
— Так при чём же здесь любовь, Надежда Константиновна?
NAD:
Они даже не лёд и пламень, они бесконечно разные. Он – джентльмен по жизни и мракоборец по совместительству. Она – жертва клятвенного обета и опять же жертва чудовищного проклятия. Но лепестки цветуще...>>Они даже не лёд и пламень, они бесконечно разные. Он – джентльмен по жизни и мракоборец по совместительству. Она – жертва клятвенного обета и опять же жертва чудовищного проклятия. Но лепестки цветущей сливы укутают пушистым пледом все треволнения. И будет весна, обретённый дом и новое имя, достойное девушки с Алмазных гор.