Жеглов перегибает палку, к преступникам он безжалостен. Когда Шарапов был на фронте, и воевал с понятным противником, с чужим языком и чужой формой, Жеглов разбирался с внутренней преступностью, бандитами и ворами. И наверняка у него в анамнезе, есть также интеллигенты модно одетые и красиво говорящие, но с руками по локоть в крови.
Да, это профессиональная деформация. Но Жеглов также без жалости относится к себе. И к своим сотрудникам. Он всё ещё на войне, а на войне все методы хороши.
В наше время Жеглов не вписывается, но во времена свои, в тот уровень разгула преступности и пиздеца, что творился тогда, его методы эффективны больше, чем рефлексия Шарапова.