Что-то в осанке, одежде и слегка приподнятом подбородке подсказало мне, что он чистокровный.
Штирлиц шел по Берлину... И что-то неуловимое выдавало в нем советского разведчика... То ли буденновка, лихо сдвинутая набекрень, то ли парашют, который волочился за ним по всему городу...
Малыш Лаврентий ушел на Радугу.
Спасибо всем, кто помогал и переживал.
И мне очень жаль, что у меня не получилось.
Прощай мой сладкий, солнечный малыш. Беги по Радуге. Тебе уже не больно.
И возвращайся здоровым. Пусть в следующей жизни судьба будет к тебе более доброй и щедрой.