Что произошло в тот день? Как долго «Благославенные сыны» сражались с «Когтями Императора»? Не знаю. Аквилон погиб от моей руки, никто из моих братьев не смог бы убить его. Они достойно сражались, из одиннадцати моих братьев, выжило лишь пятеро. Все они мертвы: Деймос, Ксафен, Торгал, Малнор, Даготал, Кхарн… Аквилон. Все они мертвы, как и тысячи других. У меня не осталось братьев.

— Дэвид…ты плачешь? — голос Скарлетт будто раздался из-под воды. Несмотря на неуместность этого действия, ничуть о нём не жалею.

— Нет. Я твой брат. — раздался голос внутри. Воспоминания, напоминали шрамы. В некотором смысле, мы с Раумом стали шрамом этого мира. Мы ему чужды, как бы не пытались стать его частью. Мы не первые, и скорее всего не последние. Но рано или поздно, этот мир падёт.

— Всё хорошо. Просто…подумал о своей семье. — эмоции упорно не поддавались, последнее что мне нужно, это чья-либо жалость. Только не снова. При взгляде на Скарлетт, промелькнул ещё один осколок.

«Это так на тебя похоже: думать о безопасности одного человека, когда под ногами пылает целый мир. Я заверяла тебя, что беспокойство напрасно, и все будет хорошо, как всегда.

Теперь же воют сирены, а по коридорам разносится эхо выстрелов. Мера предосторожности, которую ты принял ради спокойствия, стала последней надеждой обороны, но я не глупа и знаю, что они не смогут защитить меня от грядущего.

Я пишу эти строки так быстро, как только могу, и слышу, как с каждым мгновением приближаются звуки ударов клинков. Я могла бы попробовать спрятаться, но не буду. Ответ очевиден: они найдут меня, где бы я ни был, и я не в силах сбежать от таких врагов. Они с равным успехом найдут меня, если я буду прятаться в грузовом трюме, или же буду с комфортом сидеть в собственной комнате. Тайны, которые я храню, означают лишь одно: они неизбежно придут ко мне. И хотя ты оставил здесь этих не дышащих стражей, я не питаю иллюзий. Они придут и найдут меня. Умирая, я не предам Легион, это я тебе обещаю.

Я прожила долгую жизнь и не жалею ни о чем. Мало кто может сказать о себе то же, и совсем немногие способны сделать это искренне. Даже ты не можешь заявить подобного, Аргел Тал. Когда ты будешь читать эти слова, знай, что я желаю, чтобы тебе сопутствовала вся удача в мире. Я слышала, как ты говорил о Калте и грядущих войнах, и верю в твои замыслы и пыл относительно праведного крестового похода, который предпримет Легион. Вы принесете галактике просвещение. Я верю в это и не сомневаюсь ни на секунду.

Держись рядом с Ксафеном, а он будет возле тебя. Вы — дети полубога и избранные воплощения истинных божеств. Никто не отнимет этого у вас. Я слышу удары клинков о мою дверь, прошу тебя — помни о…» — прощальное письмо Кирены Валантион, вспомнилось само собой. Эреб вернул Кирену к жизни, меня не волновала цена этого поступка. Предатель подарил мне надежду, чтобы затем лишить её. Этого не произойдёт.