Страх смерти, например. И вообще страх необратимого/непредсказуемого, да и не только страх. В целом, крайне редко люди делают некие поступки, полагаясь на чистую идею, особенно на отрицательную идею (не на какой-то смысл, а на бессмысленность, не на какое-то желание, а на апатию и т.д.), потому что отрицание, ну, не стимулирует что-то делать. Если жизнь бессмысленна, то это не значит, что осмыслена смерть же, ну! Прост не вкладываешься в жизнь. В смерть - тоже. А вот товарищи, которым БОЛЬНО жить - они да, могут закончить жизнь самоубийством. Не обязательно больно душевно, кстати, эвтаназия не так просто появилась как понятие. Но для всего этого нужна не просто идея, но и наполнение её чувствами, эмоциями, ощущениями, желаниями, метафорически говоря, энергия, соединённая с идеей.
Одной идеи мало. Ощущение бессмысленности, кстати, при соединении с энергией обращается в бессистемный, а порой и системный поиск смысла жизни - вот тебе реализация. Иногда находят, иногда просто переключаются на идеи послабее или выбрасывают бессмысленность на свалку воспоминаний. По-разному.
Людьми движут не чистые идеи, но и не чистые "энергии", а только их соединения. Мало иметь осмысленный или не очень фокус - нужно добавить к этому внутреннюю активность. И обратно, мало иметь активность, шило в заднице, надо добавить к ней фокус, не важно, будет это целая идея или что-то послабее.
Если кажется, что не хватает третьего компонента, то правильно кажется, обычно нужны ещё физические возможности. Как безногий не захочет иметь собственные, беспротезные ноги, сколько силы и энергии в это не вложит - мир не перевернётся. Как ни желай летать усилием воли - увы. Как ни мечтай излечивать хотя бы свою простуду моментально - ну не работает так мир.
Жулик спит в тепле, а Тося, похоже, на время зимы переехала на балкон.
У Жули есть несколько ритуалов. Например, когда мы возвращаемся домой, она прибегает, убеждается, что это мы, убегает в комнату и возвращается с игрушкой. Ей надо сказать что-то типа "у Жули морковка", "да, у Жули мячик". Она опять убегает и возвращается, убегает и возвращается, пока кто-нибудь не снимет верхнюю одежду и не пройдёт следом за ней. Тогда она ложится на диван и показывает пузо.
Недавно у Жули возник другой ритуал: после еды она берёт морковку - оранжевую тканевую игрушку с петелькой - и начинает скакать по квартире. Часто она требует, чтобы с ней скакал кто-нибудь ещё. Можно ещё эту морковку у неё отбирать и кидать.
У Тоси игра - тоже ритуал, только после прогулки. Если мама с ней не поиграет, то Тося обижается и почти весь день лежит на своём месте, повернувшись жопкой ко всему миру.
А Стёпка молился перед едой. Миска стояла под окном, так он сначала минуты две-три смотрел в это окно, и только после этого принимался за еду.