" Положа руку на сердце — не очень-то и хотелось. Я к маме лечу! К настоящей всамделишной маме, что ждала меня, даже невзирая на смерть! Ну и к папе, хотя я его немного опасаюсь, потому что запомнился он мне как опасность для попы, а дети такого не любят. Дети к боли вообще плохо относятся, поэтому и неудивительно. Странная история получилась, при этом у меня такое ощущение, что Смерть знала, просто желая меня таким способом вернуть маме, ну, если клювом щелкать не буду. Клювом я щелкать не стала…

Кстати, о Дурслях. Не было никаких Дурслей, то есть вообще. Сестренку свою Лили просто убила, обиделась, значит, за «уродину» и убила. Заплатила штраф и успокоилась, а чего о магглах беспокоиться? То есть мать Геры Поттер была так себе человеком, а отец — олень оленем. Он получил Лили в рабство, вот хотелось ему, и все, мажор долбаный. Абсолютно послушная всем его желаниям девушка своей воли не имела, потому и творила то, что творила. Дамблдор убедил Джеймса в том, что Гера не его дочь, после чего взрослый мужчина с радостью издевался над ребенком. Принятия в семью не было, не было и защиты рода…

Мы летим домой, а Яга расспрашивает меня о том, как я жила здесь, ну и ранее, в той жизни. Вижу я, не нравится что-то самой великой ведьме. А что не нравится, не говорит, ну, надеюсь, рано или поздно узнаю, куда денусь. Все тайное рано или поздно обязательно становится явным"