Спрошу, пока не забыла, а у нас есть слово гхавроры? Которое означает гениальных хавковских авроров?

Вроде у Тавора можно перекидывать затвор на любую сторону.

Награждение чемпиона Турнира и закрытие мероприятия пришлось проводить исполняющей обязанности министра Амелии Боунс.

А ведь она поручила бывшему министру Фаджу завершить все текущие медийные проекты. Специально, чтобы престиж магической Британии не скатился окончательно в отхожее место. Хотя о какой репутации тут вообще можно переживать? Корнелиус умудрился провалить всё, что только можно и нельзя. В интригах внутри самого Министерства он был неплох, этого не отнять. Но дальше этого уровня мужчина попросту не тянул.

Возродили вместе с Дамблдором Турнир Трёх Волшебников и весь год развлекали международное сообщество отвратительными скандалами. Финал турнира и вовсе пошёл бы по совсем скверному сценарию, если бы не вмешались Блэки.

Да, на Амелию пытались давить маггловские власти. Но женщина стояла на своём твёрдо, как скала: наёмники действовали с разрешения Министерства. Обеспечение безопасности турнира, точка. От неё отстали. Можно было выдохнуть и, наконец, вручить призы — главный и утешительные.

Церемония проходила во внутреннем дворе Хогвартса. Древние стены замка, увитые плющом, окружали собравшихся с трёх сторон, а с четвёртой открывался вид на озеро, где в солнечных лучах поблёскивала чёрная гладь воды. Всё было устроено официально, без излишеств и помпезности — насколько это вообще возможно в магическом мире.

Сама Амелия, высокая женщина с темно-рыжими с проседью волосами и проницательным взглядом синих глаз, держалась с достоинством главы древнего рода. Строгая мантия тёмно-синего бархата и монокль на серебряной цепочке придавали ей вид одновременно официальный и внушительный.

Поттеру вручили приз в тысячу галлеонов. Мальчик заученно, то и дело косясь на стоящего поодаль наставника, поблагодарил организаторов турнира и зрителей. А затем, не дожидаясь окончания церемонии, аппарировал вместе с Блэком. Исчезли оба — только воздух колыхнулся на том месте, где они стояли.

Дальше исполняющей обязанности министра пришлось вручать памятные подарки остальным участникам. Дарить грамоты. Произносить торжественную речь, закрывающую это утомительное мероприятие. Слова лились привычно, отточенные годами работы в Министерстве, но мысли Амелии были далеко.

Наконец, мисс Боунс проследила, как Кубок Огня запаковывают в зачарованный сундук и представитель Ассоциации магического спорта при МКМ забирает его. Всё. Можно аппарировать в Министерство. Британия больше ни за что не отвечает — драгоценный артефакт передан и вышел из зоны их ответственности.

Уже перемещаясь, Амелия краем глаза успела заметить Альбуса Дамблдора. Директор выглядел скверно. Непривычно скверно. Обычно лучезарный старик словно потух изнутри: плечи ссутулились под тяжестью звёздной мантии, лицо посерело, а знаменитый блеск в голубых глазах угас, будто кто-то задул свечу.

Женщина взяла это на заметку. У старого лиса ничего не бывало случайным. Поэтому совершенно неясно, чем может аукнуться магической Британии столь болезненный вид того, кого Блэк именовал негласным диктатором.

— Здравствуйте, милорд. Какие новости?

Лорд Монтегю позволил себе лёгкую усмешку. Несмотря на преклонный возраст, он держался прямо, а в каждом его движении чувствовалось воспитание потомственного аристократа.

— Не поверите, самые прекрасные, — произнёс он, опускаясь в предложенное кресло. — Хогсмид присоединится к ритуалу. Вот, можете полюбопытствовать.

Он протянул свиток пергамента Джейсону. Тот с интересом развернул документ — и замер, не веря собственным глазам. Перед ним лежало официальное разрешение Альбуса Дамблдора, подписанное и заверенное печатями Хогвартса и председателя Визенгамота. Тяжёлая восковая печать с гербом школы тускло поблёскивала в солнечном свете.

— Это же…

— Совершенно верно, юноша, — мягко произнёс лорд Монтегю. — Альбус решил, что так будет лучше для всех.

— А он понимает, что это означает для него лично? — настороженно спросил Джейсон.

— Разумеется, понимает. И очень хорошо, — кивнул собеседник.

Глава рода Блэк задумчиво вертел в руках свиток, обдумывая ситуацию. Доказательства работы Альбуса Дамблдора на «Псов Господних» и властную группировку магловских чиновников и банкиров были полностью собраны. Как и множество других документов, изобличающих негласного диктатора магической Британии.

Джейсон ждал откровенного подвоха. Он просто не видел смысла в подобном документе. Если только…

— Вижу, вы тоже поняли замысел моего старого противника, — усмехнулся следивший за ним лорд Монтегю. — Каждый политик желает, чтобы его помнили исключительно с положительной стороны. Даже если он продавал свой народ с потрохами и извлекал из этого личную выгоду.

— И что конкретно мистер Дамблдор хочет от нас? — спросил Джейсон, ибо не верил в благие намерения диктатора ни на грош.

— Не обнародовать компромат, разумеется. Судить покойника мы уже не сможем.

Глава рода Блэк мрачно молчал. На политическом поле он не был директору Хогвартса достойным противником и прекрасно это осознавал. Больше всего в этой ситуации Джейсона злило то, что он уже был согласен на эти условия. Безопасность близких и благополучие магического мира стоили отказа от мести зарвавшемуся политику.

Он тяжело вздохнул.

— Госпожа Линь может не понять нашу позицию, — ответил он наконец.

— Меня уже радует это «нашу». Приятно осознавать, что вы согласны со мной, — мягко произнёс Монтегю. — Что касается госпожи Линь, я мог бы поговорить с её братом. Мистер Чжан способен занять более мягкую позицию.

— А может и не занять, — усмехнулся Джейсон. — Его семья погибла почти полностью.

— Альбус был всего лишь одним из собирателей трофеев, — мягко прервал его лорд. — Полагаю, основных виновников гибели клана Зелёного дракона уже повыбили. Иначе мистер Чжан не топтал бы эту землю. К тому же этот документ появился в том числе и потому, что деваться Дамблдору больше некуда. Феникса нет, а магические клятвы давят всё сильнее. Поэтому советую поторопиться с ритуалом, иначе разрешение может стать недействительным.

— Ваша правда, — согласился с пожилым магом Джейсон. Затем чуть повысил голос: — Кричер! Пригласи ко мне мистера Гонта и мистера Крауча.

Список желающих присоединить свои земли к ритуалу и без того был внушительным. Теперь же, с учётом документа, полученного лордом Монтегю, он как минимум удваивался.

Если присоединялся Хогвартс, это автоматически означало присоединение земель Запретного леса, самой деревни Хогсмид и всех окрестных ферм. А если учесть, что шотландские кланы со своими обширными владениями тоже вступили в дело, результат обещал быть поистине грандиозным.

Барти Крауч уже заявил Майклу и Джейсону, что охваченная территория превышает ту, что в своё время удалось собрать Тому Риддлу. И это было ещё до документа от Дамблдора.

Сундук с артефактами, необходимыми для ритуала, они обнаружили задолго до третьего тура — в фамильном особняке Краучей.

Мрачный дом в викторианском стиле хранил немало тайн, и зачарованный сундук в подвале оказался лишь одной из них.

Но радость находки омрачилась скорбной вестью. Фамильный гобелен однозначно показал гибель главы рода — Бартемиуса Крауча-старшего. После таких новостей Барти-младший впал в глубокую депрессию. Вывести его из этого состояния удалось лишь совместными усилиями Северуса и госпожи Линь. Оправившись, он вплотную занялся подготовкой к ритуалу вместе с Морфином Гонтом. Немногочисленные земли последнего тоже присоединялись к общему делу.

Мистер Уайтлоу ничем не напоминал агента спецслужб. Мужчина лет тридцати пяти — сорока, одетый в светлые летние брюки и футболку-поло нежно-голубого цвета, выглядел в высшей степени мирно и респектабельно. Светлые волосы, аккуратно выбритое лицо, добродушные морщинки в уголках глаз — скорее офисный клерк на отдыхе, чем человек, командовавший всего несколько дней назад боевой операцией на кладбище Риддлов.

— Доброго дня, мистер Блэк. Как поживаете? — спросил он, когда Джейсон опустился в плетёное кресло напротив.

— Благодарю вас, превосходно, — сухо ответил глава рода.

Официант принёс меню, оба мага заказали по чашечке кофе и отослали его взмахом руки.

— Прежде чем мы начнём, я хотел бы сделать вам одно предложение, — продолжил агент.

Блэк вопросительно приподнял бровь, выражая сдержанный интерес.

— Я совершенно точно знаю, что артефакты из особняка Краучей у вас, — начал мистер Уайтлоу с невозмутимым лицом.

Перед этим он установил простейшие чары конфиденциальности — едва заметное движение палочки под столом, лёгкое мерцание в воздухе, и звуки окружающего мира словно отступили на шаг. Джейсон тут же усилил их, используя беспалочковую магию. Судя по тому, как неуклюже колдовал агент, подобное было ему не под силу.

Из чего Блэк сделал вывод: его собеседник из так называемых магов первого поколения. Никаких предубеждений против них Джейсон не имел, в отличие от покойной леди Вальбурги.

А вот информированность агента Секретной службы его напрягала. Особенно если учитывать, какие усилия они вложили, чтобы сохранить в тайне подготовку к ритуалу.

Уайтлоу заметил, как напрягся собеседник, и поспешил сгладить впечатление.

— Не подумайте ничего дурного, — он поднял руки в примирительном жесте. — Я никоим образом не собираюсь вам мешать. Напротив, моё предложение исключительно выгодное и сулит вам неплохие дивиденды.

Агент сделал паузу, пригубив принесённый кофе.

— Видите ли, мы довольно долго наблюдали за вами и анализировали увиденное. И пришли к выводу, что, несмотря на вашу фамилию, вы не питаете предубеждения против магов первого поколения.

При последних словах он внимательно посмотрел в глаза Джейсону. Тот выдержал взгляд и ответил:

— Да, мистер Уайтлоу, это так. Для меня маг — это просто маг. Независимо от происхождения и силы.

— Значит, говорить с вами — наилучшее решение, — заключил Уайтлоу.

Блэк настороженно молчал, наблюдая за агентом. Тот выдержал паузу, задумчиво рассматривая пышный розовый куст, растущий у ограды кафе, затем продолжил:

— Хочу рассказать вам одну историю. Думаю, она вас обязательно заинтересует. Да и многое объяснит.

Джейсон чуть откинулся в кресле, давая понять, что готов слушать. Солнечные блики играли на плетёной спинке, где-то неподалёку смеялись дети, и вся эта мирная картина странно контрастировала с тем, что творилось в душе у Блэка.

— Сто восемьдесят лет назад тогдашний глава Отдела Тайн в тесном сотрудничестве с нашим ведомством создал один проект, — начал Уайтлоу. — С тех пор он изрядно разросся и вышел далеко за рамки первоначального плана.

— И что это за проект? — спросил Джейсон.

— Полагаю, для вас не секрет, что маги первого поколения считаются в волшебном мире людьми второго сорта?

— Да, я встречался с этим явлением, — спокойно ответил Блэк. — Но должен заметить, что здесь Британия впереди планеты всей. В Штатах всё куда более сглажено. Не могу сказать, как обстоят дела в Европе… Однако ко мне в Британии отношение далеко не радужное. Для местных я всего лишь янки.

После этих слов Джейсон усмехнулся. Уайтлоу понимающе кивнул и продолжил:

— План был прост и одновременно сложен. Всем магам первого поколения предлагалось поработать на Корону. И вы удивитесь, но отказавшихся не нашлось. Со временем образовались целые династии на службе Её Величеству. Семьи, жёны, дети наших сотрудников оказались как бы в магическом мире и как бы вне его. Затем мы начали создавать собственные магические поселения. Часть из них — это старые покинутые складки пространства, часть — новые, сформированные в прошлом веке.

Агент сделал паузу и поставил на столик между ними небольшой чемоданчик серебристого цвета. В подобных кейсах Джейсон обычно хранил оружие. Но когда Уайтлоу щёлкнул замками и откинул крышку, внутри обнаружились артефакты. Очень похожие на те, что Блэк собственноручно извлёк из особняка Краучей.

— Вы желаете присоединиться? — не скрывая удивления, спросил Джейсон.

— Давайте вы дослушаете мою историю и решите сами, — мягко ответил агент.

Блэк молча кивнул, и Уайтлоу продолжил рассказ. Его голос звучал ровно, тоном заправского рассказчика, но в глазах то и дело вспыхивал огонёк человека, делящегося по-настоящему важной информацией.

— Всё началось с обнаружения Отделом Тайн потайной складки пространства в Камбрии. Её очень долго не могли вскрыть, а когда наконец получилось, выяснили, что она принадлежала сидам. Эта раса давно ушла из нашего мира, но оставила некоторые… «подарочки». Как вы понимаете, мирными и дружелюбными сиды отнюдь не были.

Агент помолчал, словно погружаясь в воспоминания. Лёгкий ветерок шевелил листвой платанов, бросив на столик узорчатую тень.

— После нескольких лет исследований специалисты Отдела Тайн установили удивительную вещь. Когда-то все пространственные складки и карманы были частью единой параллельной магической реальности. Всё изменилось после ухода старших волшебных рас. Этот мир распался на обрывки. Весь ритуал отделения, в котором вы желаете участвовать, попросту собирает некогда разделённые части воедино. Поэтому так ценны эти артефакты.

Уайтлоу кивнул на раскрытый кейс.

— Как вы узнали, что мы затеваем? — не мог не спросить Джейсон.

— Видите ли, покойный мистер Крауч обратился к нам за помощью. Его сына похитили, и он не знал, что делать. Только вот «Псы Господни» оказались чересчур шустры, и мы не успели помочь этому магу. Он погиб, но так и не дал доступ в свой родовой особняк.

Агент сделал глоток остывшего кофе.

— А тут вы спокойно вошли и вышли с неизвестным нам мужчиной. Сразу стало понятно, что Бартемиус Крауч-младший у вас. Как и артефакты. Инквизиция охотилась за ними несколько десятилетий.

— Я только не понял, для чего это им было нужно, — буркнул Джейсон. — Они получали то, что хотели, и избавлялись от ненавистных магов.

В ответ Уайтлоу позволил себе лёгкую усмешку.

— Вы просто не вполне понимаете их логику. Для инквизиции маги с помощью сатаны избегают заслуженной кары. И будут находиться вне досягаемости святой церкви. Этого паладины допустить не могли.

Перед этим он установил простейшие чары конфиденциальности

И тут я, браздиди, заржал

Он отставил чашку и как бы невзначай поинтересовался:

— Кстати, как ваши гости?

— Нормально. Клятвы и обеты с них сняты, — ответил Джейсон. И тут же перешёл к делу: — В связи с этим у меня вопрос: как вы видите наше сотрудничество?

— Очень просто, — ответил агент, подавшись чуть вперёд. — Я представляю довольно обширный коллектив магов. Отдел Тайн, всех работающих на Секретную службу и их семьи. Вы не можете не понимать, что переходы между мирами останутся. И их необходимо контролировать. А ещё в полный рост встанет проблема безвластия. Ваше Министерство как управляющая структура… — он покачал головой, — это даже не смешно. Хотя я с большим уважением отношусь к мисс Боунс и её талантам.

— Да, госпожа министр просто зашивается на такой работе, — согласился Джейсон. — Но всё-таки, что конкретно вы можете предложить нам ещё?

Мистер Уайтлоу хитро прищурился и понизил голос:

— Скажем так. Нам стало известно, что один весьма влиятельный политик пожелал уйти красиво — ибо заигрался. И поскольку привык всё просчитывать наперёд, он взял с неких лиц в Британии обязательство не публиковать крайне неудобный для него компромат. В обмен на определённый доступ в закрытую локацию.

Агент выдержал многозначительную паузу.

— Так вот, в отличие от вас, мистер Блэк, мы ему ничего не обещали. Мы просто хотим присоединиться к ритуалу — и всё. А если потом Отдел Тайн проведёт собственное расследование и опубликует данные… — Уайтлоу развёл руками с самым невинным видом, — то вы тут совершенно ни при чём.

Это было изящное решение китайского вопроса.

Тётушка Линь Жуй, как и предполагал Джейсон, к перспективе безнаказанности Альбуса относилась крайне негативно. Китаянка потеряла слишком многих близких, чтобы позволить одному из виновников спокойно уйти в небытие под легендой героя. Но теперь этот вопрос снимался сам собой.

Джейсон молча достал из внутреннего кармана свёрнутый пергамент магического контракта и кровавое перо. Тёмно-красное остриё хищно блеснуло в солнечном свете.

— Вот, мистер Уайтлоу. Подпишите, если действительно присоединяетесь.

Агент принял пергамент, развернул его и с нескрываемым удивлением оценил количество уже поставленных подписей. Список был внушительным. Не торопясь, он вывел своё имя в конце перечня. Кровавое перо царапнуло кожу, и буквы налились тёмно-алым.

— Большинство заключённых мне не нужны, — продолжил Джейсон, убирая контракт обратно. — Оплатите работу некроманта по снятию клятв и обетов на крови — и можете забирать.

Он помолчал, наблюдая за пролетающей мимо с громким чириканьем стайкой воробьёв.

— Кстати, вы в курсе, что произошло в Годриковой Лощине в ночь с тридцать первого октября на первое ноября тысяча девятьсот восемьдесят первого года?

— Вы о тройном убийстве? — серьёзно спросил Уайтлоу. Всякая благодушность мигом слетела с его лица.

— О нём, — кратко подтвердил Джейсон. — Мистер Петтигрю с помощью неизвестного яда ликвидировал Томаса Риддла. А затем убил мистера и миссис Поттер Авадой Кедаврой.

— Грязная история, — согласился агент, и в его голосе прозвучало неподдельное отвращение. — Что думаете делать с убийцей?

— Это дело родов Блэк и Поттер.

Джейсон произнёс это тоном, не допускающим возражений. Его лицо окаменело, а в серо-синих глазах плескался жидкий гелий.

— Амелия, конечно, не оценит. Но такое прощать нельзя. И смерть — слишком лёгкая расплата за предательство и подлое убийство.

— Понимаю, — кивнул Уайтлоу. — Значит, мистер Петтигрю с долгами ещё не расплатился?

— Верно понимаете. Но если он вам очень нужен, вы всегда сможете задать ему интересующие вопросы.

Улыбка Джейсона источала мрачное удовлетворение. Это была улыбка человека, который умеет ждать и знает, что месть — блюдо, которое подают холодным.

— Приятно иметь с вами дело, мистер Блэк, — усмехнулся Уайтлоу, поднимаясь из кресла.

— Вы полагаете? — Джейсон приподнял бровь с лёгкой иронией.

— Безусловно.

Агент подхватил свой серебристый кейс и добавил уже деловым тоном:

— Кстати, специалисты Отдела Тайн будут у вас в поместье сегодня вечером. Не забудьте свой кейс с артефактами.

Джейсон усмехнулся и поднялся из плетёного кресла. Пожал руку агенту, поблагодарив за сотрудничество. Затем, убедившись, что поблизости нет случайных свидетелей, активировал порт-ключ.

Знакомый рывок в районе пупка — и летнее кафе Гайд-парка сменилось просторным холлом корнуэльского поместья. Сквозь высокие окна лился дневной свет, а откуда-то из глубины дома доносились приглушённые голоса.

Его ждало много дел.

— О нём, — кратко подтвердил Джейсон. — Мистер Петтигрю с помощью неизвестного яда ликвидировал Томаса Риддла. А затем убил мистера и миссис Поттер Авадой Кедаврой.

А затем, не дожидаясь окончания церемонии, аппарировал вместе с Блэком. Исчезли оба — только воздух колыхнулся на том месте, где они стояли.

Полог, брат, полог!

Что касается уничтожения Кольца адским пламенем, Гэндальф высказывал предположение, что даже легендарные драконы не смогли бы его расплавить

С другой стороны, у того же Перумова, с его хоббитами и репой, Олмер собирал новое единое кольцо из 9 людских, в которых выжгло (не до конца) тьму тем самым пламенем Ородруина, и поэтому они в первую очередь помогали, а потом уже начали развращать и
портить.
Это к тому, что можно попробовать очистить оставшиеся 4 гномьих кольца, ну и назгулов поочищать Адским пламенем, выжечь тьму из их колец.

Начало:
https://fanfics.me/message_comment6187206

[q]И Гэндальф много лет только подозревал, и то вроде не сразу заподозрил (почему не бросил в огонь сразу - хз, может, он тогда еще точно не знал признаков Единого)

После смерти Исилдура кольцо проебалось с концами. Искать его было невозможно, потому что место гибели Исилдура находилось в болоте и было известно с точностью плюс/минус километров пять.

А какие планы действий Белый Совет заготовил на тот случай. если Кольцо всплывёт? Как собирался мониторить его возможные проявления? Да, я сам знаю, что никаких и никак, им не до того)

Ну то есть Кольцо само выкопало себе могилу, а заслугу приписал себе старый козёл. Зло обнулило зло.

https://fanfics.me/message773337
М-да. Даже страшно представить, что они родят.