Цой удивителен тем, что его очевидное позёрство не выглядит нелепым, а это уже признак таланта. Он корчит из себя усталого героя, но эта маска выглядит на нём органично. Он вынуждает себе верить, а значит всё, что он делал, он делал правильно. И в своём раннем творчестве, которое, скорее, акынство, и потом, когда он от беспрерывного "я", употреблявшегося вплоть до "Ночи", стал говорить "мы", намекая на собственные претензии кумира, инстинктивно выбрав для этого правильную интонацию - именно намёк способствует доверительности, в отличие от публичного горлопанства Кинчева с его явными замашками вожака, на которого он не тянул. И то самое знаменитое "все говорят, что мы вместе, но немногие знают в каком" - это ирония человека, который знает, как правильно привязать к себе, не прибегая к прямой и грубой агитации.