Таня очень хотела жить. Я помню, как она писала из больницы: она уже почти ничего не видела и пальцы не слушались, местами невозможно было прочитать написанное, буквы путались, и фотки из палаты, и ее "всё, это, похоже, последнее мое пристанище, вряд ли я уже отсюда выйду", и буквально через пару дней горькая новость - Тани больше нет.