Вспомнилось, что "Обрыв" Гончаров и закончил образом России как персонализированного любимого существа: "И везде, среди этой горячей артистической жизни, он не изменял своей семье, своей группе, не врастал в чужую почву, все чувствовал себя гостем и пришельцем там. Часто, в часы досуга от работ и отрезвления от новых и сильных впечатлений раздражительных красок юга - его тянуло назад, домой. Ему хотелось бы набраться этой вечной красоты природы и искусства, пропитаться насквозь духом окаменелых преданий и унести все с собой туда, в свою Малиновку...
За ним все стояли и горячо звали к себе -- его три фигуры: его Вера, его Марфенька, бабушка. А за ними стояла и сильнее их влекла его к себе -- еще другая, исполинская фигура, другая великая "бабушка" - Россия".