Однажды ты понимаешь – не всё так просто. Деда Мороза, может и нет, но зато под койкой на сто тысяч процентов живёт подкроватный монстр, но ты его не боишься почти нисколько. Ну, разве что капельку, где-то на треть печеньки, которую не догрыз под кефирчик в полдник. Мама её в буфет убрала зачем-то, но ты где лежат дома сладости, точно помнишь. Говорила: «Станя, не трогай – это на завтра. Пригодится вам с папой к чаю вдвоем на завтрак!»
И крадешься, когда все спят, за заветной сластью – выманить монстра. Точно ли он рогатый? А хвост шипастый, а туловом он горбатый? Интересности, и конечно, страсти-мордасти. За окнами – март крепчает теплом весенним. Бабушкой перец и помидор посеян. Ты идешь в тапках с мишками – монстровый открыватель, и ныряешь отважно во тьму под твоей кроватью. Только там тишина и пыль, как в стране глухих. Только и слышно твоё «А-а-а-а-а-аааапчхи!»
Ты расстроен, разочарован, идешь к буфету – со слезами ешь уже третью подряд конфету, когда он выходит – черненький и лохматый. Неподвластный науке, вере людской и марту, с улыбкой зубастой, няшный и круглоухий, а уши покрыты мягоньким тёмным пухом.
Говорит: «Привет, любопытный отважный мальчик! Ум у тебя острей, чем соус шрирАча! Я не существовал до того момента, как ты меня не изобрёл на своей планете – под своей кроватью, в пустом подкроватном мире, в сто первой на Белом проспекте большой квартире. Теперь я – часть обыденной жизненной суеты, ведь я – это ты!»
Монстр такой же добрый, как ты, приколист и рëва,
мечтает стать космонавтом, о лыжах новых,
любит сладости, и с колбасой варёной батон.
Ты – это он.