так ли интересно будет читателю, как сейчас интересно мне.
Нет лайков сразу, нет отзывов? Не будет. Настоящее удовольствие для автора редко совпадает с интересом читателя. Массовый читатель обычно не читал и половины того, что уже прочитал автор. Поэтому он читает совсем не то и не так, как сам автор читает то, что написал. В нем не резонируют те же смыслы. Но и автор без удовольствия пишет с трудом. Вот так всё не просто. Конечно, то, что верно про массового читателя, не касается одного конкретного. Всегда найдется кто-то, кто читал именно то же, что вдохновило автора. И он поймет. Но таких людей не так много.
Вообще, история про непонимание читателя автором это про иллюзии. Там нет ничего такого сложного и загадочного. Просто некоторые простые вещи авторы упорно не хотят понимать. И я не скажу, что они не правы целиком. Если хочется творить, читателя спрашивать вредно. Ориентирование на других уменьшает индивидуальность и оригинальность, а именно этим один хороший автор и отличается от другого. Так-то все сюжеты, очищенные от деталей, очень похожи друг на друга. Все они уже когда-то были. Но именно что были. Теперь они остыли, теперь их забыли. Их нет сейчас, именно в этот момент времени. И не в исполнении именно этого автора. Что, зачастую, решает. Но большое признание и большие деньги на пути творчества встречаются достаточно редко. И никто точно не знает, откуда приходит успех. Чтобы было признание с гарантией, нужно писать самый что ни на есть мейнстрим. И при этом ещё и конкурировать с теми, кто пишет то же самое, но уже имеет аудиторию и бюджеты на рекламу. И теми, кто тоже только начинает. Это десятки имён. Это сложно. Рынок уже поделен. И удовольствия от такого, вероятно, мало. Ремесленная работа. Как носить кирпичи, только кирпичи из слов. Или бежать марафон. С кирпичами и ответственностью. Некоторые авторы пробуют ещё совмещать... Что-то для рынка, что-то для души. Получается с переменным успехом. Любители читать сложное слабо пересекаются с любителями читать простое. Поэтому успех для одной аудитории плохо конвертируется в успех для другой. Но зато удовольствие для души и страховка от выгорания для марафонцев. Мы все работаем на удовольствии, чисто нейрофизиология.
У меня в работе есть одна большая страсть, которой я готова заниматься даже бесплатно.
Это генпланы и в особенности генпланы парков. Ещё лучше, если это исторический парк, где утрачена система дорожек, с зарослями поросли деревьев и полной потерей понимания какой-либо общей концепции. Потому что на каждый исторический парк в Питере (особенно если это парк дореволюционный) существует исторический проект этого парка. Как правило очень красивый и интересный проект, со вкусом сделанный.
Есть что-то удивительно трепетное в том, чтобы сравнивать то, что было, и придумывать варианты как внести то, что было, в существующее межевание, в существующую застройку (а часто в исторических парках есть выгрызы советской застройки или застройки нулевых), и современные требования парковых территорий.
Работа никому ненужная, потому что все значимые парки уже отреставрированы, а те, что остались, уже настолько «лес», что и интереса ни для кого не представляют.
Кроме повернутых на этом, конечно.