Я, наверное, наивное существо, но иногда меня просто удивляют люди, не понимающие очевидных, на мой взгляд, вещей.
То есть, когда подросток девочка/мальчик пишет с ремарками "ПОВ", вставляет куда ни попадя разных "девушек/парней", не понимает, нафига нужен обоснуй ("Ну просто тут Гермиона - принцесса эльфов, что непонятного?!") - это нормально. Этап среднестатистического развития. Младенцы вообще не умеют разговаривать.
Но когда взрослые люди делают так же, а другие, такие же взрослые, читают и в упор не замечают "что тут неправильного" - это повергает меня в глубочайшее изумление (ну офигеваю я, типа).
Я же не литератор, не изучала углубленно русский язык и литературу (да у меня русский язык был в школе с пятого по девятый класс и как иностранный, мы разбирали адаптированные тексты по нескольку страничек). Я пунктуацию плохо знаю, иногда в словах ошибки допускаю...
Но почему, почему я чувствую, что писать тот же "ПОВ" перед абзацами - это неправильно и некрасиво?! Да, можно назвать это "особым (современным?) писательским приемом" - но от этого оно не станет красивее!
NAD:
Он гордился именем, что-то графское в нём было, но попроще, поприятнее, подобрей:
Не Джульбарс какой, прости Господи, Шарик или, тьфу ты, Барсик, за что вообще спасибо.
Он учил манерам коров, выгоня...>>Он гордился именем, что-то графское в нём было, но попроще, поприятнее, подобрей:
Не Джульбарс какой, прости Господи, Шарик или, тьфу ты, Барсик, за что вообще спасибо.
Он учил манерам коров, выгонял ежей из леса, а зайчиков из полей,
И был самым умным, быстрым, а ещё такой жизнерадостный и красивый-красивый!
Мама-лайка, а папа — серьёзный пойнтер, ну как не случиться чуду?
Уши разной степени лопухатости и улыбка весёлая, никто-никто при нём не серчал.
Он был рядом и поспевал в сто мест, и привносил суматоху везде и всюду,
И друг он был самый преданный, вернее его и надёжнее вряд ли кто и встречал.
— Нашёл! Нашёл! Белка! Белка! – по венам несётся памяти эхо
Как наяву, хоть минуло тридцать с лишком сентябрей.
И мир наполняется детством, и счастьем, и пузырящимся смехом.
Я помню тебя, мой верный товарищ.
Мой Дуралей.