«Говоря откровенно, 〈…〉 я всегда думала о Дамблдоре как о гее. 〈…〉 Дамблдор был влюблён в Геллерта Гриндельвальда, и это ещё сильнее увеличило его ужас, когда Гриндельвальд показал свою истинную сущность 〈…〉 влюблённость может ослепить нас до такой степени 〈…〉 его очень притягивала эта гениальная личность, и ужасно, страшно предала его.»

«Мы позволим нашим детям поверить, что для директора любой школы быть гомосексуалом вполне уместно? 〈…〉 Будут ли найдены пути, чтобы заново переоценить гомосексуальность как нечто иное, чем „мерзость“, как она называется в Священном Писании? Станет ли она нечто наподобие неполноценности, нечто, что „религиозные правые“ используют для своих гнусных целей?»