Личное благо (гет)

Осень в Уэльсе всегда неприятна, а этот октябрь превзошёл себя. Весь месяц небо было затянуто свинцовыми тучами, с моря дули ледяные ветра, от которых дребезжали окна и которые выдували из домов всё тепло. В поместье Лестрейнджей ярко пылали камины, но всё равно было холодно.

Однако собравшимся не было дела до таких мелочей, на их лицах застыло напряжение.

— Третья неделя. — В сгустившейся тишине слова Беллатрисы прозвучали зловеще. — От него нет вестей уже почти месяц.

— Не драматизируй, — равнодушно возразил Малфой. — Тебе не хуже нас известно, что Лорд не отчитывается о своих делах.

— Я не требую отчёта, — воскликнула она, — я хочу знать, что происходит. Мы три недели бездействуем…

— Значит, ему нужно, чтобы мы бездействовали, — спокойно сказал Рудольфус, не в первый раз выслушивающий возмущения супруги по этому поводу.

— Это не совсем так, — подал голос Крауч, сидящий чуть наособицу. Он был намного младше остальных, и Лестрейнджи приглашали его исключительно по велению Лорда, приказавшего Рудольфусу «натаскать мальчишку». — В четверг Трэверс с Мальсибером притащили в ставку сотрудника каминного центра. Это был приказ Лорда — выследить и незаметно похитить его. Так вот когда они пытались отчитаться о выполненном задании, Лорд проигнорировал их вызов.

Белла сверкнула глазами:

— Видите!

— Ничего мы не видим, — в голосе Малфоя проступило раздражение. — Ты права, мы не знаем всех планов Лорда, но разве когда-нибудь было иначе? Что, в первый раз он не объясняет своё исчезновение? Пару месяцев назад было ровно то же…

— В июне мы знали, что делал Лорд, — возразил Крауч, ни на кого не смотря. — Мы — это я и Уилкис, а не все Пожиратели смерти. Может, сейчас то же самое, и это нас с вами не посвятили в курс дела, а другие прекрасно знают, где Лорд и чем занят…

— Кто — другие?! — почти прокричала Белла, заставив мужчин поморщиться.

— Чего ты хочешь? — впервые подал голос Рабастан. — Явиться в Министерство и приставать к людям с вопросами, не знает ли кто, чем занят Лорд? Или, может, навестим Хогвартс и поболтаем с Дамблдором? Вот он наверняка в курсе…

— Ах ты…

— Довольно! — повысил голос Рудольфус, успев перехватить бросившуюся к деверю Беллатрису. Что она намеревалась сделать, осталось неизвестным, но все знали её импульсивную натуру и предпочитали оказываться подальше, когда Белла выходила из себя. — У нас нет информации, и это нужно принять.

— Тебе прекрасно известно, как Лорд относится к самодеятельности, — примирительно продолжил Рабастан. — Если бы он хотел, чтобы мы действовали, он оставил бы распоряжения на время своего отсутствия. Если мы ему понадобимся, он вызовет через метку…

Беллатриса уже открыла рот для возражений, но в этот момент левое предплечье пронзило острой болью, и вместо слов она застонала, а следом и закричала. Лица мужчин так же были искажены страданием; сжимая зубы в попытке подавить крик, Рудольфус так сжал подлокотник кресла, что дерево хрустнуло.

Боль стихла так же внезапно, как и началась, но на то, чтобы прийти в себя, Пожирателям потребовалось время.

— Что… — голос Малфоя сорвался, он прочистил горло и закончил: — Что это было?

С ответом никто не торопился. Непонимание и страх плескались в глазах.

На щеках Крауча были полоски слёз, но он даже не пытался скрыть следы слабости и напряжённо всматривался в метку. Насыщенно-чёрная раньше, она выцветала прямо на глазах… и больше не двигалась.

— Лорд мёртв.

Крауч произнёс это тихо, скорее, для себя, чем для других. Неуверенно, будто пробуя слова на вкус.

Четыре пары изумлённых глаз тотчас же обратились к нему.

— Он не мог умереть! — истерически взвизгнула Беллатриса.

— Метка мертва, — подтвердил Рабастан, по примеру Крауча закатав рукав и всматриваясь в непохожий на привычную метку рисунок. Он поднял взгляд и растерянно посмотрел на каждого из присутствующих, остановившись на брате. — И что теперь?

— Мы должны найти его!

На призыв Белла никто не обратил внимание, мужчины обменивались напряжёнными взглядами.

— Если это правда, — осторожно заметил Малфой, — на нас вот-вот начнётся охота.

— Нам припомнят всё, — согласно кивнул Рабастан. — Без Лорда мы не…

— Мы должны его найти! — повторила Белла громче.

— Как ты себе это представляешь? — раздражённо обернулся к ней Малфой. — Мы только обсуждали, что не имеем понятия, где он и чем занят. Так как ты намерена его искать?

— Лорд не мог просто… эм… умереть. Кто-то убил его, — поддержал Беллу Крауч.

— Он не мёртв! — рявкнула та.

— Успокойся! — Рудольфус снова успел перехватить жену, попросту схватив её за запястье руки с палочкой. — Белла, послушай меня, — проникновенно смотря ей в глаза, продолжил он мягким тоном. — Мы не знаем, что произошло, но мы все видим одно и то же, — он двинул манжет вверх, — метка мертва. Дамблдор и Аврорат увидят это и поймут, что Лорда нет. Сейчас самое важное — самим не наделать глупости. Мы все должны успокоиться… — Малфой кивнул, Рабастан просто молча ждал продолжения. — Надо собраться и обсудить дальнейшие шаги.

— Что обсуждать? — горько спросила Белла, вырвав руку. — Нужно искать Лорда. Допросить кого-нибудь из дамблдоровских выкормышей или авроров…

— Лонгботтомы, — подал голос Крауч. Они авроры, но служат Дамблдору.

— Вот!

— Никаких «вот», — пресёк зарождение плана Рудольфус. — Предлагаю подождать, пока осядет пыль, и лишь тогда принимать решение о дальнейших шагах.

— А если Лорду нужна наша помощь?

— Если некто сумел его одолеть, — едва слышно произнёс Рабастан, — нам с ним не тягаться.

Белла скрипнула зубами.

— Посмотрим, как будет развиваться ситуация, — взяв себя в руки, Малфой вновь заговорил нарочито-ленивым тоном. — На вас так точно начнут охоту — ты, Белла, слишком демонстративно вела себя, чтобы рассчитывать остаться неузнанной, а значит, Руди с Рабастаном искать тоже будут. Нужно переждать…

— И чего мы будем ждать?

— Пока Аврорат решит, что вы не представляете угрозу, — невозмутимо ответил Малфой. — Мертвы, сбежали, прячетесь — они должны перестать рыть носом землю, а для этого нужно время.

— Так чего мы будем ждать? — повторила вопрос Беллатриса.

— Информации. Если Лорд мёртв…

Она зарычала, готовясь разразиться гневной тирадой, но вдруг вскрикнула и замерла, уставившись куда-то за спину Малфой.

— Ты чего? — не понял Рудольфус, так и стоящий рядом с женой, и положил руку ей на плечо. — Белла?

Но она досадливо сбросила его ладонь и, обернувшись, подрагивающим голосом сказала:

— Мы можем сделать кое-что другое.

— Что? — подался вперёд Крауч.

— Мне нужно в Гринготтс!

Мужчины опешили, но Белла едва ли заметила реакцию, и увереннее повторила:

— Мне нужно кое-что проверить.

— Объясни по-человечески, — потребовал Малфой. — Патрули авроров повсюду, а ты решила как ни в чём не бывало заявиться в Гринготтс?

— Если я права, то нам не нужно будет ничего решать, — загадочно ответила она и наконец повернулась к мужу. — Руди, поверь мне! Я знаю, что нужно делать!

— Вы как хотите, а я намерен обезопасить свою семью…

— А ну стоять! — рявкнула Беллатриса, мгновенно направив палочку на Малфоя. — Решать будем после того, как я побываю в банке.

— Не указывай мне, что делать!

— Довольно, — в который уже раз пресёк зарождающийся конфликт Рудольфус и устало потёр глаза. — Люциус, пусть она не говорит всего, в текущих условиях будет разумнее поверить Белле и подождать.

— Лорд не мог умереть! — фанатично улыбнулась Белла и, будто утрачивая интерес к происходящему, щелчком пальцев вызвала домовика, приказывая подавать ужин. — Я отправлюсь в банк утром. Не на рассвете, когда патрули ждут гостей, а когда обыватели начнут свой день. И, поверь мне, Люциус, если всё окажется так, как я предполагаю, ты будешь очень рад, что я не позволила тебе наделать ошибок.

— Рудольфус, — обратился Малфой к Лестрейнджу, нарочито игнорируя его супругу, — я вернусь к вам часам к одиннадцати. Надеюсь, к тому времени у вас появятся какие-то ответы. А пока я сделаю ровно то, что и планировал: займусь обеспечением безопасности для моей семьи.

И, не прощаясь, он двинулся к выходу.

— Трус, — бросила ему в спину Беллатриса, но без задора, потому что мыслями она была уже не здесь.

— Так ты наконец скажешь, что задумала?

— Нет, Рабастан, — с заминкой ответила она. — Идёмте в столовую. До Гринготтса я ничего говорить не намерена.

Белла вышла, и трое мужчин переглянулись.

— Мне не нравится не понимать, — озвучил очевидное Рудольфус.

— Если она при мне говорить не хочет… — неуверенно, пытаясь скрыть смущение, начал Крауч, но договорить ему не дали.

— Брось, Барти, дело точно не в тебе, — хлопнул его по плечу Рабастан и тоже поднялся. — Идёмте, может, после ужинам Белла изменит настрой.

— Как же, — буркнул Рудольфус, но первым подал пример, двинувшись вслед за женой. — Но я предпочту быть рядом, чтобы минимизировать возможный ущерб.