Выручай-комната (джен)

Сплетает тени ночь, лишь тусклый лунный свет

В холодной тишине ложится на паркет.

Здесь грёзы наяву, здесь шёпот прежних лет,

И каждый уголок хранит утраты след.

Таинственный ковчег, вещей забытых храм,

Морщинки древних чар змеятся по стенам,

Усмешкой старых ведьм взмывая к куполам.

На тихую мольбу их выдох: «Не отдам!»

Здесь каждый блик — рассказ, а каждый шорох — вздох,

Вошедшего застать немудрено врасплох:

В углу клубится пыль, слезой сочится мох,

А ветер всё свистит: «Ты не найдёшь подвох!»

Шершавая стена — как сотни лет назад —

Хранит обрывки снов, забытый тайный клад.

Вот палочек излом, их призрачный парад,

Остатки страшных клятв, что сумрачно молчат.

Созвездия навек потерянных идей,

Вбирая лунный свет, танцуют средь теней.

И шёпот, словно прах давно ушедших дней,

Небрежно говорит: «Да ты пришёл за ней».

И обруч вмиг слетит с невидимого лба,

Торчит из черепов проросшая трава,

Соблазн велик узнать, что не солжёт молва,

Но совесть подтвердит: «И я была права».

Нельзя брать амулет, не зная всей цены:

Незримо он хранит сон этой тишины,

Секреты волшебства пронзительны, темны.

Кто спросит: «Ты уверен, что придёшь с войны?»

Здесь каждый, кто терял, опять найдёт свой путь,

Пусть даже дорогих для сердца не вернуть,

Ты смертью смерть поправ, попробуй обмануть,

Ведь громкий стук в груди взывает: «Не забудь!»

На чёрный бархат гари лягут письмена,

От битвы задрожит волшебная страна…

Погибшим дан покой, героям — ордена.

И выполоты напрочь злобы семена.

Столетний камень в пепел память облекла,

Но феникс не родится — выжжено дотла.

Скорбящей Выручайки неземная мгла

Навеки уходя, прошепчет: «Я… жила…»