Каляка-маляка (джен)

За долгие годы преподавательской деятельности Северус Снейп не раз убеждался, что дети — страшные существа. Они не способны тихо сидеть на одном месте, спокойно себя вести и делать то, что сказано. Их нельзя усовестить, лишь испугать, чтобы все свои глупости они совершали тогда, когда грозный взгляд их не видит. А потому в грозных взглядах Северус давно стал настоящим мастером.

Это базовое правило. Но у него есть одно исключение.

— Пап, я такое придумал, смотри!

Северус улыбнулся: сын! После стольких лет брака он все еще не верил своему счастью. Лили, его любимая Лили все-таки согласилась помириться, согласилась быть с ним! А еще... Из мыслей его вырвал мальчик, который дергал его за рукав, едва ли не подпрыгивая от нетерпения.

— Что случилось, Гарри? — с любопытством спросил он.

— Я придумал заклинание! — Радости ребенка, казалось, не было предела.

Северус напрягся: буквально накануне они ходили за покупками к школе и купили почти все — Олливандера не было на месте, и им пришлось отложить покупку палочки на сегодня.

"У него еще нет палочки, но он уже придумал новое заклинание", — недоверчиво подумал он.

Это казалось слишком нереалистичным.

— Показывай!

Гарри достал из-за спины рисунок на бумаге и розовый фломастер.

— Знаешь, что будет, если закрасить рисунок розовым? — хитро спросил он.

— Каляка-маляка, — со снисходительной улыбкой вспомнил Северус любимое выражение жены.

— Да, — обрадовался ребенок.

Он закрасил часть рисунка розовым фломастером, а затем начал водить по нему тем же фломастером еще раз, приговаривая:

— Каляка-маляка!

И на глазах изумленного Северуса рисунок, покрытый вторым слоем розового, стал исчезать, будто его и не было вовсе.

— Вот! — гордо закончил демонстрацию Гарри, когда пауза затянулась.

— Молодец! Это невероятно, — с гордостью признал Северус, излохматил волосы сына и добавил хитро: — Но я знаю один рисунок, который ты свести не сумеешь!

— Показывай! — принял вызов Гарри.

Он отложил рисунок подальше и вновь вооружился фломастером, явно готовый отстаивать универсальность своего заклинания. Северус сел на стул, чтобы ребенку было удобнее, и закатал левый рукав. Черная метка на его руке довольно давно поблекла, но не исчезла и до сих пор служила источником множества дурных воспоминаний.

Но Гарри сейчас это не волновало. С детской сосредоточенностью и предвкушением успеха он полностью закрасил рисунок на руке отца розовым, а затем:

— Каляка-маляка!

И шокированный Северус наблюдал, как казавшаяся несводимой татуировка исчезает прямо на глазах.

— Я — молодец? — уточнил Гарри, видя, что отец не реагирует.

— Ты — волшебник, Гарри! — восхищенно сказал Северус, подобрав челюсть с пола. — А сейчас волшебную палочку купим, еще круче будешь! Беги, собирайся, сынок!

— Ура! — обрадовался мальчик и побежал переодеваться.

Северус подобрал рисунок с пола, разгладил и решил, что ребенка стоит побаловать мороженым у Фортескью.

Отметить начало новой жизни, так сказать.