Второй шанс для Избранного (джен)

Резко вдохнув и так же резко выдохнув, Энакин открыл глаза и решительно поднялся с кресла пилота.

«Надо сделать это прямо сейчас, — подумал он. — Есть вероятность, что когда прибудем на Корусант, у нас снова не будет времени поговорить наедине. Да и меня не слишком прельщает возможность того, что нас кто-то подслушает в Храме. Сейчас я хочу поделиться только с Оби-Ваном и, может быть, позже, с Асокой… — размышлял Скайуокер, стремительно направляясь к медотсеку. — Не знаю ещё, что именно буду ему говорить, но точно знаю, что что-то буду… И надо готовиться к тому, что его реакция будет не очень хорошей… Мягко говоря».

Энакин потёр ладонями лицо, останавливаясь возле двери в медотсек и прислушиваясь.

За дверью был еле слышен голос, кажется, мастера Фэй. И, судя по интонации, она пыталась что-то втолковать Кеноби.

Падаван прислушался к своим ощущениям.

«Мастер в сознании, — через несколько секунд подытожил он про себя, — и его состояние в норме, судя по эмоциям умиротворения и лёгкой усталости. Думаю, минут на пятнадцать-двадцать его точно хватит. А потом его надо будет усыпить с помощью Силы, если он будет продолжать активно рваться что-то делать, как сейчас… Типичный Кеноби», — хмыкнул Энакин, входя в отсек.

* * *

— Мастер Фэй, со мной все в порядке, — в который раз пытался достучаться до женщины Кеноби, лежащий на медицинской койке, утыканный какими-то трубочками.

— Кеноби, насколько мне известно, ты пролежал в Храме несколько недель в коме, — заметила Фэй, строго посмотрев на него. — И после того, как ты очнулся и тебя выписали, не прошло и месяца! Вообще не понимаю, какого гнилого зубоскала тебя так вот сразу отправили на миссию! Тебя ещё как минимум пару месяцев надо было продержать в Храме. — покачала она головой, всё-таки помогая Оби-Вану приподняться, чтобы сесть.

— Мастер не любит кому-то в чем-то быть обязанным, — прокомментировал её слова вошедший в медотсек Скайуокер. — Как я понял за десять лет нашего с ним сосуществования, ему проще убиться, чем попросить кого-либо о чем-либо или, упаси Сила, явно проявить свою усталость… — на этих словах Энакин не удержался и сделал «страшные» глаза.

На что мастер Фэй только хмыкнула.

— Не больше пятнадцати минут, падаван, — предупредила она его, наконец-то отходя от Оби-Вана. — И то, если ты уговоришь своего мастера съесть хоть пару ложек вот этого вот, — джедайка кивнула на столик рядом с койкой, на котором стояла тарелка с какой-то серо-красной жижей, а рядом лежала пара хлебцев из спецпитания для военных.

— Я попробую, но ничего не обещаю, мастер Фэй, — предупредил её Энакин. — Мастер, я должен вам кое-что рассказать, — резко выдохнул он, когда за мастером Фэй закрылись двери.

* * *

Оби-Ван Кеноби

От непривычной серьезности голоса падавана я насторожился. Впрочем, как и от самой фразы, которая меня насторожила даже больше, чем его голос: «Я должен», а не «Я хочу»… Весьма странно. Не припомню, чтобы когда-то ещё я слышал от Эни такую формулировку…

— Что случилось, падаван? — поинтересовался я у своего ученика, пытаясь сесть поудобнее; спина, как и затылок, очень сильно болела, и с каждой минутой все больше. Но не мог же я со собственным учеником разговаривать лёжа? Как-то эта поза не придавала значимости говорящему.

— Все нормально, не волнуйтесь, — попытался меня успокоить Энакин, чем ещё больше обеспокоил, если такое вообще возможно было в этот момент. — Я хотел сказать, что… я… Что бы вы сказали, если бы я сказал, что я — это не совсем я? — наконец-то выдал он.

— Энакин, — я правда пытался произнести его имя без укоризны в голосе, но боль, которая разрасталась от головы по позвоночнику и плечам, как-то этому не очень способствовала, — о чем ты? Что означает «ты — это не совсем ты»? А кто? — я все же попытался вникнуть в то, что говорит мой падаван, хотя зачастую это тяжело и в нормальном состоянии… А если учесть то, что я сейчас пребывал не в нормальном, то… это сверхтяжело, в общем.

* * *

— Я — это я, но не совсем тот, которого ты знаешь…

«Сила, Скайуокер, вот что ты, сарлакк тебя побери, сейчас несёшь?! Давай-ка дубль два!» — вздохнул Энакин, сердясь сам на себя.

— Это сейчас странно прозвучит, — предупредил он учителя, садясь на койку его у ног, — но я уже прожил Войну Клонов. Ту войну, которая сейчас только начинается…

— Видения? — нахмурился сильнее Кеноби, попытавшись привстать на руках, но, поморщившись, видимо, от головной боли, оставил эту попытку.

— Нет, — качнул головой Энакин. — Я действительно прожил последующие лет… — бывший-будущий Вейдер задумался. — Двадцать шесть, кажется.

* * *

Оби-Ван Кеноби

— Прости, что? — честно говоря, сначала я подумал, что ослышался. Но Энакин мне спокойно повторил то, что сказал до этого. — Энакин, ты понимаешь, что это невозможно?

— Пару месяцев назад я бы сказал то же самое, — улыбнулся он. — Путешествие во времени, да ещё и в свое тело? Нет, скорее посчитал бы, что меня пытаются увести по ложному следу от чего-то действительно важного, — на секунду задумавшись, продолжил Энакин, почесав бровь, что для него означало высшую степень нервозности.

Что бы в свое время ни говорил на эмоциях мне Энакин, но за эти годы я его выучил достаточно хорошо, чтобы понимать, что он сейчас нервничает. Он всегда дотрагивается до лица в таких ситуациях: чешет бровь, поправляет волосы, трёт нос… У каждого есть особые подобные привычки, просто для этого надо довольно хорошо знать разумного.

— Я знаю, что это звучит странно, — тем временем продолжал Энакин. — Я долго над этим думал и могу доказать свои слова. Ведь несмотря на то, что я в своем молодом теле, навыки, которые я приобрёл за эти годы, у меня остались. Это касается как владения Силой, так и битвы на светоклинках. Вы же сможете отличить навыки, которыми я владел в свои девятнадцать, от того, что я могу сейчас?

— Энакин, я твой мастер, — я устало вздохнул, — и именно я, в основном, обучал тебя тому, что ты знаешь о Силе и битве на клинках. Конечно, я пойму, если ты чего-то где-то нахватался… — после этих моих слов Эни слегка сморщился, и я поправил сам себя. — Я пойму, если твой стиль изменился или если ты стал владеть Силой искусней, чем прежде, — заметил я, не выдержав и всё-таки потирая рукой все больше болящую шею.

— Я в этом и не сомневался, мастер, — улыбнулся Энакин, вставая. — Прости, что пришлось тебе сказать об этом сейчас, когда ты не в форме. Я просто не был уверен, что потом у меня хватит силы духа тебе рассказать. А моё промедление сейчас — возможно, это чьи-то жизни в будущем. Поговорим подробней обо всем этом по возвращении на Корусант. Спи, Оби-Ван.

Кеноби не успел ничего ответить, погружаясь в целительский сон.