Играющие с душами (джен)

Корвинус Лестрейндж V.

Я с кряхтением встал. Старею. К сожалению, даже маги не бессмертны. Даже Фламель, как бы он не пыжился со своим философским камнем. Рано или поздно все мы сойдем в могилу. Правда, большинство старается скрыть свою старость, чтобы не показать окружающим, что они теряют хватку. Я тоже стараюсь выглядеть бодрым, даже подглядел одежду у маггловской молодежи. Но некоторые прекрасно знают, что мне осталось несколько лет, после чего сыграю в ящик. Если все будет нормально, моим преемником станет Саргас Кроппер, который станет самым молодым главой Отдела Тайн. Пятьдесят четыре года. Обычно главой моего отдела, где я проработал практически девяноста лет, назначают каких-то стариков лет восьмидесяти, умиравших спустя десять лет. Я сам мог стать главой Отдела Тайн еще в 1963 году, но Бобби Лич запретил Флоренсу Кропперу, тогдашнему главе отдела, назначать меня преемником. Видите, нужно давать путь представителем меньшинств и быть непристрастным к происхождению. Грозили прикрыть. Естественно, послушались и назначили дурака Раймонда Бэтбэга, который на конкурсе идиотов занял бы второе место, потому что был полнейшим идиотом, зато магглорожденный, как Лич и хотел.

После этого фракция, которую впоследствии возглавит Томас Риддл, осознала, что теряет власть, и решила как-то это исправить.

Не знаю, кто на самом деле подсыпал отраву Бобби Личу, но тот ушел в отставку и сгорел за пару месяцев, превратившись в ходящую мумию. Я тогда еще неудачно пошутил в Визенгамоте, когда Лич подавал в отставку, что тот выглядит, как экземпляр для исследований невыразимцев. Авроры стали шастать в Лестрейндж-мэнор, как к себе домой, ища, по приказу Дамблдора, доказательства, что я виноват в болезни единственного в истории магглорожденного министра магии Британии. Ничего не нашли, кроме пару ваз, которую в наглую стырили, а на требование открыть дела с невинными глазами говорили, что я виноват, уничтожив их во время темномагических ритуалов, и должен еще благодарить их, что те, из христианского милосердия, не засадили меня в Азкабан как пособника темных сил. Сволочи проклятые. Понабирают всяких по объявлению, а народу за них отдуваться и следить, чтобы вещи не стырили.

Человеческая толпа гудела, как пчелиный улей. Неслыханное дело — арестовать ставленника Дамблдора. При чем все понимали, что старый директор просто слил своего протеже. Стоит лишь взглянуть на его лицо. А кто не понял… Ну и кто им тогда доктор?

— Смотрите, плачет, — проговорила какая-то старушка неподалеку, указывая на Молли Уизли. — Как будто не знала, чем ее муженек занимается. Не уж-то не помогала ему совершать преступления, выдавая магглам информацию про нас. Почему ее не допросят? Она же стопроцентно причастна?

— Иначе у Дамблдора не останется последователей, поэтому и прикрывает. Хочет замять дело, — ответил подошедший Лоран Гольштейн.

— Вот развелось ворья в стране! — всплеснула старушка.

Я лишь хмыкнул. Подобные комментарии сопровождали меня, когда мои внуки, то есть эти два малолетних обалдуя, получили оправдательный приговор. еще поэтому Гликериос Лавгуд сомневался, назначая меня своим преемником. Ничего, справился. Вот занялся масштабным проектом — возрождение человека из хоркруксов. Министр до недавнего времени особенно не заморачивалась, чем мы занимаемся, а отчеты просматривались по диагонали. Правда, Пандора в последнее время стала жаловаться, что авроры все чаще и чаще появляются на наших порогах с требованием провести для мадам министру экскурсию по отделу. А мы и рады. Все равно в выставочных залах ничего интересного нет, а вся информация, связанная с возрождением, хранится в маггловской конспиративной квартире где-то на западе Ливерпуля. Квартира находится под Фиделиусом, поэтому конкретный адрес я назвать не смогу.

Когда я уже выходил из зала Визенгамота, ко мне резвой походкой подбежал немного полноватый старик арабской внешности, который, не переводя дыхания, спросил:

— Вы мистер Лестрейндж? Начальник Пандоры Лавгуд? Ахмет Аль-Вахид У-Субъун к вашим услугам. Нам надо поговорить.

Я сразу распознал некроманта, о котором говорила Пандора.

— Семейка недорезанных Пожирателей, — донеслось откуда-то из толпы. Голос был женским.

«Сами вы курицы неощипанные», — подумал я, а вслух сказал аравийскому гостю:

— Пройдемте в мой кабинет.

Усевшись за стол, аравиец протянул мне несколько бамбуковых табличек.

— Здесь есть краткая информация про способ возрождения. Сведения неполны, но это лишь первый шаг.

— Вы так быстро смогли отыскать нужный материал? — я немного расширил глаза от удивления.

— Да. Один мой друг отдал мне эти таблички, которые хранились у него в семье на протяжении многих веков, на обменную услугу. Он просил передать вам еще одно письмо. Ответ вы сможете отправить сами.

— Хорошо. Посмотрим, — кивнул я.

Когда Ахмет ушел, я углубился в чтение.

Так-так… Для создание материального птела нужны кости отца и матери. Обоих родителей сразу. Нужно теперь найти могилы четы Риддлов. С отцом никаких проблем, в принципе, не должно быть, ведь я знаю, где находится деревушка Литтл-Хэнглтон. Вряд ли вокруг нее есть много кладбищ. К тому же я уже прихватил одну кость. В августе. Пока Дамблдор не уничтожил могилку. А вот, где похоронена Миссис Риддл, урожденная Гонт?

Плоть слуги, которая должна служить проводником между астральным миром и явным, так как нужен материальный и духовный якоря в явном мире. Плоть — материальный, а верность слуги — духовный.

Кровь врага. Нужно, чтобы возродить воина и назначить его на смертельный бой с врагом. Такое нам не надо, кровопролитная война в наши планы не входит. Так что придется экспериментировать, изменяя третье условие. Угробить что ли нескольких сквибов, работающих в маггловском мире политиками, у которых точно найдутся последователи, готовые пожертвовать частями своего тела? Нет, слишком много ненужного шума. Вдруг Дамблдор со своими приспешниками пронюхают что-то. Нужно будет подумать.

Так-с… И что в письме?

На чтение послания я потратил пять минут. Пришлось прочитать трижды.

Ну и ну! Вот, значит, как…

Я резко взмахнул волшебной палочкой, создавая Патронус, и рявкнул:

— Лавгуд, Лавгуд, Гольштейн, Кроппер, Гиббон! Срочно мне в кабинет! Пандора проследи за проектом живые мозги!

Под словами «проследить за проектом Живые мозги» я имел в виду, что нужно связаться с Беллатрисой и Якобом. В крайнем случаи, передать им запись нашего собрания.