Играющие с душами (джен)

*дисклеймер. Все права на вселенную и на персонажи принадлежит Дж. К. Роулинг. От распространения произведения автор не получает никакой материальной выгоды.

От автора:

Я уже полтора года читаю фанфики и комментарии к ним, так что уже понимаю, чего ожидать, поэтому прежде, чем вы начнете читать мой фанфик, нужно обговорить некоторые моменты.

1. Это фанфик, и тут будут те герои, которые я захочу. Все претензии по типу «А вот в каноне». Вы знаете, куда совать этот канон (в место, о котором мы не говорим на публике). Может быть, в некоторых фанфиках у меня будут миры, приближенные к каноничному, но все равно помните, что это фанфики, где характер персонажей выбирает сам автор.

2. Позиция по Снейпу, Дамблдору и Уизли.

2.1 Снейп. Я не фанат, но и не хейтер Снейпа. Если в комментариях начнется срач между снейпоманами и снейпохейтерами, то забаню нахрен (только осталось найти, где эта волшебная кнопочка. Если-что, просто закрою комментарии к чертям собачим).

2.2 Дамблдор и Уизли. если вы дамбилюб или уизлилюб, то извините, это вряд ли фанфики для вас. Я буду ржать в голос, если найдется такой сказочный идиот, прочитавший 400000 символов и предъявляющий в комментарии претензии на счет Дамблдора и Уизли. Поверьте, такие попадаются.

3. Автор не переносит неконструктивной критики (смотрите примеры выше). Изливайте свое говно в других местах.

4. Конструктивной критики всегда рад. Я понимаю, что и грамматика, и синтаксис местами у меня хромает. Если заметите неточность, то пишите.

5. Я заканчиваю писать весь фанфик и только потом начинаю его выкладывать. Если у вас будут идеи по каким-то сюжетным ходам, то спасибо, попытаюсь включить в следующие фанфики. Сюжет выкладываемого фанфика уже не изменить.

6. Меня всегда удивляет, когда комментаторы возмущаются, что главные герои произведений не соответствуют их моральным нормам. Во-первых, с какого хрена главные герои должны соответствовать каким-либо моральным нормам? Все морально-обучающие сказки мы прочитали в детстве, так пусть в детстве они останутся. У каждого своя мораль. И вообще, если я пишу книгу о Чикатило, странно будет, если комментаторы начнут возмущаться на счет морального облика Андрея Романовича. Тогда будут вопросы к самому комментатору: а вы заголовок и аннотацию читали или мимо просто проходили? Мы тут все мозгами шевелить умеем, так что поймем, кто соответствует нашим моральным нормам, а кто нет. необязательно это будет главный герой.

7. Специально для этого фанфика: некоторые главы имеют в названии тег «Архивная». Читайте на свой страх и риск. Сразу предупреждаю, что порой они могут показаться скучны и необязательны для ознакомления, хотя они позволят вам больше узнать об устройстве магического мира, о котором я пишу.

я вас предупредил.

Действующие лица:

Гарри Джеймс Поттер — сын Джеймса и Лили Поттер, известен как Мальчик, который выжил, так как, согласно официальной версии, при нападении Темного лорда в полтора года смог стать первым человеком, который выжил после смертельного заклинания,

Томас Риддл — более известен как лорд Волан-де-Морт, темный лорд, наследник Слизерина,

Альбус Дамблдор — директор британской школы волшебства Хогвартс, верховный чародей Международной конфедерации Магов (МКМ), известен победой на дуэли над Гриндевальдом,

Британское министерство магии:

Амелия Сьюзен Боунс — глава департамента магического правопорядка (ДМП),

Люциус Абраксас Малфой — глава школьного совета попечителей Хогвартса, советник Корнелиуса Фаджа (министра магии),

Корвинус Лестрейндж V — глава Отдела Тайн, изобрел в 1925 году маховик времени,

Саргас Кроппер — его заместитель,

Пандора и Ксенофилиус Лавгуды — сотрудник Отдела Тайн,

Аластор Муди, Кристиан Яксли и Люциан Эббот — главы британского Аврората,

Иностранные маги:

*Примечание:

В китайском, корейском и венгерском языках сначала идут фамилии, а потом личные имена,

Конец примечания*

Энрике Пабло Дель-Поттер — представитель Аргентины в Совете Международной Конфедерации Магов (МКМ),

Мстислав IV — император магической России,

Кирилл Романов-младший — мастер некромантии,

Чжоу Хай Фэн — гранд-мастер некромантии, черный целитель,

Альберт Эйнштейн говорил, что бог не играет в кости.

Можно ли причислить к божествам мрачных жнецов — тех, кто сопровождает души умерших в загробный мир, которые следят за очищением души и, естественно, следят за заполнением отчетностей — ну куда же без бюрократии?

Если причислить мрачных жнецов к божествам, то Алберт Эйнштейн неправ, и высшие существа все-таки играют в кости, а, если вы отделите мрачных жнецов от высших сил, то они найдут способ устроить вам веселую загробную жизнь.

по моему личному опыту, мрачные жнецы все-таки близки к богу, но не дотягиваются до него. Такие полубоги.

Но подчиненные Смерти любят вмешиваться в истории миров. Нет, не напрямую, а через посредников.

Кажется, мало-кому удается сохранить воспоминания о прошлой жизни, но я попал в число подобных «счастливчиков». Не знаю, как определяли личность посредника — может быть, через лотерею, может быть, ткнули пальцем в первую попавшуюся душу…

Когда я умер в прошлой жизни, то мне было около тридцати лет. работал репетитором английского и испанского языков, обучал исключительно онлайн, боролся с остаточными признаками ОКР, читал книги, завел недавно кошку, исправно платил налог за холостяцкую жизнь…

*Примечание:

ОКР — Обсессивно-Компульсивное расстройство. Хроническое психическое расстройство, при котором у человека появляются навязчивые мысли, образы и повторяющиеся ритуальные действия, выполняемые для снижения тревоги. Типичные проявления: частое мытье рук, проверки, навязчивые тревожные мысли.

Конец примечания*

в целом, ничем не примечательная жизнь…

В тот день я пошел просто прогуляться… и словил пулю.

На улицу снова вышли протестующие, которые требовали очередных досрочных выборов президента страны. Черт побери, с 2033 года у нас сменилось пять президентов, которые рано или поздно погибали от рук радикалов.

Уже семь лет полиция пытается не допустить массовых беспорядков, которые вполне могут вылиться в вооруженный мятеж, пару раз в Москву и другие города вводили армию.

Светило яркое летнее солнце, птицы неопределенного вида чирикали, как будто чисто для проформы, в кронах редких деревьев, машины стояли в бесконечных пробках — типичная картина московских окраин.

Только для подобного места в то утро было слишком много народа.

…Ничего не предвещало беды…

Я не сразу понял, что произошло. Шальная пуля отлетела от стены здания и разорвала мне горло, из которого хлынул фонтан густой крови. Я закашлялся, пошатнулся и подумал: «ну вот и все».

В детстве мне часто мерещилось, что я умираю, хотя это был обыкновенный сухой кашель или ангина. Могли ли подобные детские страхи повлиять на то, что я даже не испугался, когда словил пулю?

Меня шатало, вело из стороны в сторону, и, в конце концов, опрокинуло на асфальт. При приземлении что-то взорвалось у меня в голове, и я испустил дух.

Черно-белые полоски сменялись нечеткими картинами психоделической раскраски, от которой меня стошнило бы, имея я тело, затем темнота, через которую время от времени прорывались всполохи ослепительного огня — мне сразу вспомнились картины из фильма про ядерную войну.

Я потерял способность определять время…

Вдруг меня выкинуло из этого океана красок в бело-сизую мглу, которая киселем окутывала меня.

— Кхе-кхе-кхе, — я закашлялся. — Что, черт побери, — я замолк, так как осознал, что говорил вслух.

Разве мертвецы могут разговаривать?

— Что за черт? — задал я риторический вопрос.

— Думаю, ты сам уже догадываешься, где ты, — произнес басистый голос позади меня.

— Вы случаем не смерть? — с арктической спокойностью осведомился я.

— Не совсем, — после короткой паузы ответил голос.

— Мрачный жнец?

— Именно.

Я хмыкнул и обернулся. Мрачный жнец мне напомнил Смерть из книг Пратчетта: двухметровое существо, напоминающее человеческий скелет, с косой наперевес. Правда в левой руке жнец держал дымящуюся синим дымом сигарету.

— Лишней не найдется? — осведомился я, указывая на сигару.

Жнец посмотрел на меня, как будто на чудное животное.

— Редко-когда души просят у меня курево. Был курильщиком?

— Никогда не держал сигарету в руках.

— Кхм-м-м…

— Вряд ли она нанесет мне какой-то вред, — пояснил я. — Никотин влияет на мозг… а я сейчас безмозглый…

протягивая сигару, жнец кинул на меня еще один долгий взгляд.

Хотя у меня не было опыта курения, к сожалению, мне часто приходилось видеть, как кто-то курит в больнице, в полицейском участке или в других общественных местах. Так как я вел здоровый образ жизни, то старался обходить всех курильщиков десятой дорогой.

— Итак, перейдем к делу, — торжественный голосом объявил жнец.

— Ад, — лаконично кинул я.

— Ч-чего?

Если окажется, что я стал первой душой, которой удалось сбить столку мрачного жнеца, то Нобелевская премия в следующей жизни мне точно обеспечена.

— Ад, — повторил я. — Я точно не попаду в рай. Во-первых, я в церковь не ходил, во-вторых, ты прекрасно помнишь, что я в двадцать лет помогал моим приятелям закапывать труп убитого нами человека.

— Нет-нет, я не про это, — нахмурился мрачный жнец.

— А о чем?

— О твоей следующей жизни.

Я вздохнул, стараясь всем своим видом показать, что прекрасно осознаю, в какую жопу попал.

— Мне нужно выполнить какое-то задание?

— Да.

Классика жанра.

Из этого жнеца информацию нужно извлекать при поддержки молотка, а то и бензопилы. «Да» — это очень информативный ответ в моем положении.

— Какое?

Выпустив несколько колец дыма, мой собеседник произнес:

— Мне начальство приказало отправить тебя в один из миров поттерианы.

Бля!

— Что, черт побери?! Какое еще начальство?!

— Вышестоящие жнецы.

Так, не время разбираться в иерархии подчиненных смерти.

Я срочно вспоминал все, что я знал о каноничном мире и о некоторых фанфиках, которых мне удалось прочитать в юношеские годы.

— И какая цель моей работы? И почему вы сами не можете сделать ее? своими руками!

— Начальство приказало не вмешиваться, — лаконично ответил жнец, скрывая свое лицо в облаке синего дыма.

Смеется что ли?

— Оно веселится за счет душ? — предположил я.

— Можно и так сказать.

Нет, в конце концов. Этот вечно спокойный голос когда-нибудь доведет меня до безумия.

Интересно, можно убить мрачного жнеца?

— Может быть, ты все же расскажешь, в чем заключается моя задача?

— Твою душу поместят в тело Поттера. Младшего.

— Который Генри Джеймс?

— да.

*Примечание:

Генри — полная форма имени Гарри.

Конец примечания*

— Угу, и что дальше?

— Тебе нужно будет возродить темного лорда.

— Он же псих!

— А тебе нужно сделать так, чтобы он перестал быть психом.

— Соединить осколки души? — поинтересовался я, вспоминая прочитанную мною литературу на данную тему.

— Не совсем.

— Поясни.

— Соединить осколки, но нужно это сделать определенным образом. И да, ты можешь привлекать помощников к восстановлению души. Чем быстрей, тем лучше.

— А, если он все равно останется безумцем?

— Значит, ты будешь жить вечно, пока не справишься с поставленной задачей.

Вот блин, натуральная подстава. Где я смогу найти подходящих помощников? Сам я вряд ли справлюсь. По крайней мере, в ближайшие двадцать-тридцать лет. в Британии магов, разбирающихся в подобных делах, точно нет. скорее всего, мне нужен некромант. В Западной Европе некромантия относится к темным искусствам, т.е. запрещена. Придется ехать в Восточную Европу или даже в Азию. Надеюсь, там с подобными услугами никаких юридических проблем не возникнет.

— Это вся задача?

— Да, и по поводу жены, — протянул жнец.

— Только не Уизли, — поспешно сказал я. — Иначе, призову демонов и спалю тот мир к чертовой матери.

— Почему сразу не Уизли?

У меня засосало под ложечкой. Похоже еще одна подстава.

— Просто не нравится, и все тут, — я пожал плечами, умоляя всех богов, чтобы это была все-таки не Уизли.

— Тебе повезло, — мрачный жнец хмыкнул. — Хотя, с какой стороны посмотреть.

Мне кажется, или он гадко усмехается?

— Кто же?

— Сьюзен Боунс.

— И в чем же подвох?

— В том, что она тоже будет помнить свою прошлую жизнь.

— Свою прошлую жизнь?

— В прошлой жизни она была одной из персонажей Поттерианы, но жила в более каноничном мире.

Из этого ответа я понял, что, во-первых, мир, в который я отправляюсь, чем-то отличается от канона — не знаю, к счастью или нет — во-вторых, скорее всего, в прошлой жизни Сьюзен Боунс была кем-то другим.

— Я правильно догадываюсь, что в прошлой жизни Боунс была не Боунс?

— Правильно-о-о… — протянул с откровенной гадкой улыбкой мой собеседник.

Нет, когда-то я все-таки врежу ему в харю. Чтобы не зазнавался.

— И кем же она была?

— Не хочешь угадать?

Игра в загадки со смертью. смертельные игры, блин, не о том я думаю.

Когда у меня плохое настроение, то мои шутки становятся плоскими, и в моей речи появляется одно матерное слово-паразит.

— Когда она умерла? — практически прошипел я.

— В прошлой жизни она умерла второго мая 1998 года, во время Сражения за Хогвартс.

Второго мая, второго мая. Черт, не так много вариантов.

— Случаем, она не родилась в семье Блэк?

— Родилась, — кивнул жнец.

— Вот, блять!!! — ругнулся я вслух, вмиг преодолел расстояние между мною и жнецом и тыкнул ему в рожу сигаретой. — Ты хочешь, чтобы я тоже сошел с ума?!!

Жнец перехватил мою руку. То, что заменяло ему кожу было холодным, как арктический лед, гладким, как поверхность стального стола, и держало мою руку очень крепко.

— С момента ее смерти до момента возрождения пройдет тридцать лет субъективного времени, за это время наши сотрудники смогут очистить любую душу по несколько раз, за тридцать лет работы с душой мы можем сделать любую личность: от святого до сатаниста, от апостола до антихриста. Если ты сомневаешься в наших возможностях, то можешь проверить на себе.

Проверять я не хотел.

— Ладно, я вам поверю.

— Поверишь, — хмыкнул жнец, кинул на меня пренебрежительный взгляд.

— Я могу, кхм, купить некоторые особенности? — уточнил я.

— То есть?

— Могу ли я получить защиту от ментальных воздействий любого вида: генетических, от зелий, чар и тому подобное, включая окклюменционные барьеры, но, я прекрасно осознаю, что просто так вы вряд ли отдадите подобную способность.

— Не дадим, — кивнул мой собеседник.

— Вот-вот, так что, какая будет плата?

— Хм-м-м… дай подума-а-ать-с… — протянул он. После долгой паузы, в течение которой он постоянно хмурил брови — вы когда-нибудь видели хмурящегося скелета, жаль, что не могу показать подобную сцену — он чесал нос, дергал за ухо, и на конец выдал:

— Плата за абсолютный ментальный барьер, который обережет тебя от ментальных зелий и чар, легилименции, генетических сбоев, будет заключаться в проклятии безумии Блэков и в том, что тебе придется стать вампиром.

— Кхм, не слишком большая плата?

— Нет, но ты можешь потребовать еще небольшую услугу.

— Внешность подойдет?

— Вполне. И какую же внешность ты хочешь?

— Смесь внешности Флимонта Поттера и отца Лили Поттер, как там звали мистера Эванса?

— Питер Джон Эванс. Получится что-то подобное, — жнец махнул рукой с сигаретой и перед мной появилась голограмма высокого мужчины с широкими плечами, блондинистыми волосами, болотистыми глазами, выпирающими скулами и округлыми щеками.

— Тут, в основном, от Питера Эванса, — произнес жнец. — От Флимонта Поттера только взъерошенные волосы, щеки, косые колени и подбородок.

— Норм, — обронил я. — Так что там с вампиризмом? Да и по поводу проклятия Блэков поясни.

— Проклятие Блэков заключается в том, что, если ты станешь боевиком, то рано или поздно сойдешь с ума и станешь берсерком.

— Ага, то есть война мне противопоказана по медицинским показателям, — хмыкнул я. — Аврорат пусть идет нахрен. это даже плюс. Никто не заставит меня стать аврором.

— А кто мог заставить?

— Один дед.

— Дамблдор?

— Да, — я махнул рукой. — Просто, как говорил один аврор, постоянная бдительность. Я еще не знаю, какой Дамблдор будет в моем новом мире.

— Не очень сильно отличается от канона.

— Ага, ясно, Дамблдор Серый, — усмехнулся я своей же неудачной шутки.

Мрачный жнец посмотрел на меня, как на полного психа. Похоже юмора не понял. Толкина не читал.

— А что по поводу вампиризма?

— Это ты узнаешь уже в новом мире. Все будет норм.

— Ага, все норм, знаем, — кивнул я. — Так вот, подведем итоги: мне нужно возродить Волан-де-Морта таким образом, чтобы он вернул себе относительную адекватность, жениться на Сьюзен Боунс, которая помнит свою прошлую жизнь в более каноничном мире, в котором она была Беллатрикс Лестрейндж, за абсолютную защиту от всех ментальных воздействий и за внешность Питера Эванса я должен стать вампиром и, если стану боевиком, сойду с ума, став безумным берсерком. Я ничего не пропустил? Переселенцев будет двое?

— Пятеро.

— Что? Откуда еще трое, не подскажешь? Что за альтернативная математика? — саркастически осведомился я. откровенно говоря, этот разговор вымучил меня, так что я просто сочился ироничным ядом.

— Мой начальник приказал моему коллеги взять из более каноничного мира души Гарри Поттера, Гермионы Грейнджер и Рональда Уизли и поместить их в тела Картеров — трех магглорожденных волшебников, которые поступят в тот же год, что и ты.

— Что, блять, сука?!! — заорал я. — И как же я, по-твоему, должен возрождать Темного Лорда, если они знают месторасположение всех хоркруксов?! А?! они могут рассказать все Дамблдору!!!

— Не расскажут, начальство отдало приказ снять с них блок молчания только частично, так что они смогут обсуждать свою прошлую жизнь только между собой, если в поле слышимости нет никого постороннего, к тому же они попадут в тела Картеров только в начале августа 1991 года, в то время, как ты в первое августа 1980 года. как обезопасить хоркруксы темного лорда от этой троицы — твои заботы. Я не имею право давать тебе какие-либо советы — думай собственной головой.

— А когда они умерли в том мире?

— в июне 1998 года, через несколько недель после Сражения за Хогвартс.

— Ясно, — пробурчал я. — В принципе, у меня больше никаких вопросов нет.

— Тогда отправляйся, — жнец театрально щелкнул пальцы, и меня затянуло в какой-то водоворот из темных и белых отблесков, а очнулся я уже в больничной палате.

Мрачный жнец по имени Тирл Ырган был зол.

Нет, он больше никогда не согласится лечить буйных, сумасшедших, садистов и психопатов. Слышите, никогда, черт вас раздери!

Последние тридцать лет он работал над душой Беллатрикс Лестрейндж. И это была чертовски трудная работа. Конечно, он мог просто все разрушить и построить все заново, но в таком случае каркас личности разрушился бы вместе с потерей памяти, чего нельзя было допустить.

Тирл Ырган был зол, раздражен и чертовски хотел отдохнуть.

Точно! Он возьмет отпуск на какой-то безлюдной планете с чистой экологией, красивыми морями и живописными пейзажами, и пусть в ближайшие лет пятьдесят кому-нибудь взбредет в голову мысль потревожить его заслуженный отпуск!

Но на чистке души его работа еще не закончилась. Осталось только обсудить с подопечной правила перерождения.

Сейчас душа будущей Сьюзен Боунс напоминала столб эктоплазмы с чертами лица предыдущей хозяйки.

Прокашлявшись, Тирл Ырган обратился к ней:

— Уважаемая миссис, вы меня слышите?

— Слышу, — душа повернулась к нему лицом. — Что вам надо?

— Обсудить условия перерождения.

— Перерождения?

— Именно.

— А разве я не должна забыть все, что со мной было в прошлой жизни? — усмешка промелькнула на лице души.

— Обычно да, но начальство приказало переродить вас в другом мире с памятью о прошлой жизни. Этот мир очень похож на ваш.

— Мне придется начать все сначала?

— Не совсем.

— Можете сказать поконкретней, а то говорите, как пророк. Хотя все пророки шарлатаны, не понимаю, почему лорд поверил в то пророчество.

«потому что был параноиком и психопатом», — подумал Тирл Ырган, а вслух произнес:

— Поконкретней… ладно уж… вы переродитесь в теле Сьюзен Амелии Боунс, дочери Эдгарда и Мери Боунсов.

— И кому пришла эта замечательная мысль? — саркастически поинтересовалась душа.

— Моему начальнику.

— Значит он идиот, — отрезала бывшая миссис Лестрейндж.

«А ты так уверена в бессмертии своей души», — подумал Ырган, чувствуя разочарование, так как тридцать лет его работы практически не принесли никаких плодов. Характер у миссис Лестрейндж остался такой же ядовитый. Ладно, стала поспокойней.

— Я не стал бы на вашем месте так резко говорить о моем начальнике, но перейдем к сути делу. Вы переродитесь в теле Сьюзен Боунс и поможете другому переселенцу возродить Волан-де-Морта и вернуть ему адекватность, найдя правильный путь соединения осколков души.

— И кто же мой помощник? — поинтересовалась душа.

— В прошлом мире его звали Якоб Смирнов, в новом мире он будет помещен в тело Гарри Поттера. И да, вам придется выйти за него замуж. Винить в этом, как и всегда, можете исключительно мое начальство, которое и придумала этот замечательный план.

После долгой паузы, душа выдала:

— Ваш начальник имеет очень тонкое и альтернативное чувство юмора.

А жнец подумал:

«Да, я согласен, мой начальник — большой шутник, только его шутки понимает только он и больше никто другой, черт его раздери»

— И да, посмотрите на этот контракт, — Тирл Ырган протянул экс Беллатрикс Лестрейндж документ с договором купли-продажи, который был заключен между Гарри Джеймсом Поттером и мрачным жнецом по имени Лучад Емаркс полчаса тому назад.

— Значит безумие Блэков, — задумчиво произнесла душа.

— Именно, вы все правильно поняли, — сказал раздраженный Тирл Ырган. Бывшая миссис Лестрейндж слишком долго, по его ощущению, читала договор. В конце концов, мрачный жнец стал подозревать, что она просто издевается над ним, вынуждая ждать на холодном ветре загробного мира.

— Хорошо, — кивнула душа. — — Кстати, а чья была идея вложить мне в голову знания о маггловском мире?

— Начальство, — протянул жнец и поморщился, как будто съел лимон.

Душа фыркнула.

— Хорошо, я готова. Надеюсь, у вас не будет никаких проблем с переносом моей души.

«да чтоб тебе икалось на том свете», — пожелал Тирл Ырган, наблюдая за удалявшейся душой.

С момента победы над темным лордом прошел месяц, в течение которого произошло множество событий.

После смерти Волан-де-Морта с поля битвы тут же аппарировали самые сообразительные Пожиратели. Некоторые надеялись отвертеться от обвинений, так как активного участия в деятельности организации они не принимали, а некоторые были готовы к поражению и подготовили себе пути отступления.

Сражаться остались только несколько самых фанатичных приверженцев темного лорда, с которыми остатки защитников Хогвартса справились быстро.

Несколько дней весь народ отходил от боя и праздновал победу.

Девятого мая 1998 года Кингсли Шеклболт был назначен исполняющим обязанности министра магии Великобритании, его заместителем стал Артур Уизли, а Аврорат возглавил Роберт Уильямс.

На следующий день начались суды над сторонниками Волан-де-Морта. Теперь его имя можно было произносить вслух без опасности нарушить табу.

Первым, кого судили, был Пий Тикнесс, возглавлявший марионеточное правительство во время тирании Волан-де-Морта. Так как Тикнесс находился под заклинанием подчинения, то отделался только штрафом в размере 1000 галеонов и сильным понижением в должности.

Большинство Пожирателей были отправлены в Азкабан на различные сроки: от нескольких лет до пожизненного.

А авроры тем временем занимались отловом и ликвидацией оборотней и дементоров.

К сожалению, народ больше не мог доверять стражу Азкабану дементорам, так что приходилось выжигать их адским огнем.

Малфоям, Паркинсонам, Грейсам и Монтегю удалось выкрутиться и остаться на свободе.

Некоторым Пожирателям, таким как Мальсиберу, Долохову, Флинту, Стоуну и Калину удалось выбраться на континент, где они получили политическое убежище в Португалии, чье правительство во время правления темного лорда поддерживала хорошие отношения с британским.

На все запросы об экстродиции от нового британского правительства министр магии Португалии отвечал лаконичным отрицательным ответом, параллельно занимаясь проектом вывоза уцелевших Пожирателей на территорию Бразилии и Колумбии. Британцы обратились с этим делом в Международный Пражский суд.

*Примечание:

Международный Суд при МКМ был перенесен в Прагу в ноябре 1991, до этого в течение 28 лет Международный суд располагался в Женеве.

Конец примечания*

Но там им ответили, что португальское правительство в праве выдавать политическое убежище кому угодно, при этом подписывается контракт, из-за которого ни один португалец без риска умереть не сможет выдать этих людей. Так что британцам остается или ждать, пока Пожиратели не выедут на территории менее лояльной к ним страны, или совершить нелегальное проникновение на португальскую территорию с риском быть пойманными местными аврорами, у которых будет право без лишних вопросов просто прибить их как контрабандистов.

Еще одной проблемой нового правительства оказался Хогвартс. Тысячелетний замок, который устоял во время нескольких нападений гоблинов, маггловской инквизиции, который был основан четырьмя великими магами еще до прихода Вильгельма Завоевателя, был разрушен в 1998 году несколькими великанами и сотней другой боевиками. Разрушения были масштабными и требовали капитального ремонта. Да вся страна требовала капитального ремонта!

Был большой шанс, что 1-го сентября 1998 Хогвартс впервые в истории не сможет принять учеников.

Велись разговоры о том, куда можно будет перенести уроки для детей, пока будут вестись восстановительные работы.

Но новое правительство еще не подозревало, какая еще проблема стучится на пороге.

03.05.1998 в закрытых помещениях в главном офисе «Гринготтса» во Флоренции началось следствие о разграблении лондонского подразделения банка.

09.05.1998 было установлено, что в ограблении участие принимали Рональд Биллиус Уизли, Генри Джеймс Поттер и Гермиона Джин Грейнджер — те самые, которые были объявлены героями прошедшей войны текущим правительством магической Британии.

11.05.1998 «Гринготтс» отправил извещение о данном инциденте лично Кингсли Шеклболту.

18.05.1998 Кингсли Шеклболт принес публичное извинение администрации банка. Общество магической Британии узнала об инциденте с «Гринготтс» от министра магии, который объяснил народу, что это была вынужденная мера, призванная окончательно уничтожить Волан-де-Морта. Большая часть общественности поддержала героев войны.

Через несколько часов о данном заявлении узнал Рогнэр, архигоблин, который созвал срочный совет верховных директоров гоблинов.

Следует отметить, что все это время лондонское отделение «Гринготтса» не могло работать из-за значительных повреждений и ведущихся восстановительных работ.

В 10:00 19.05.1998 из Флоренции в Лондон была послана срочная депеша с приказом о прекращении всех работ по восстановлению отделения.

В конце совещания в тот день Рогнэр сказал:

— Британский народ поддержал трех злостных нарушителей, которые совершили ограбление «Гринготтса», которые побрали все устои магического общества и показали максимальное неуважение и пренебрежение к жизням других существ, но похоже британские маги забыли, чем мы прославились во время войн. Думаю, пора напомнить им, кто на самом деле выиграл войну. Пакт о перемирие — просто фантик, которым британцы прикрывались триста лет, скрывая свой позорный проигрыш, желая выставить себя героями. Время разбить их розовые очки.

В 09:00 22.05.1998 в Лондон прибыли тридцать гоблинов с континента.

В течение последующих трех часов все ключи были дезактивированы, а сейфы заперты.

В 19:00 22.05.1998 началась операция по скрытному вывозу драконов и другой живности, которая занималась стражей сейфов на глубинных уровнях.

В 23:04 22.05.1998 специальная группа ликвидаторов заклятий, состоявшая из итальянских и испанских магов, подписавших соглашение о нераспространении конфиденциальной информации, при поддержке гоблинских старейшин начала снимать защитные чары с сейфов. Работа закончилась в 02:37 24.05.1998.

В 19:33 24.05.1998 было подтверждена эвакуация всех гоблинов и защитных существ, в банк занесли трупы недавно умерших гоблин разных возрастов — для того, чтобы замести следы — было получена уведомление о полной герметизации отделения, а через несколько минут Рогнэр самолично нажал кнопку открытия клапанов, и в лондонское отделение «Гринготтса» полилась магма. Пока она добралась до поверхности, то сильно остыла, но это не помешала ей унести все золото, серебро и бронзу в недра Земли, а на поверхности разгорелся пожар. Благодаря оставшимся заклятиям огонь не перешел на другие здания.

Все гоблины, которые не были обвинены в халатности, которая привела к разграблению лондонского отделения, были переведены на континент: во Францию и в Баварию, а всех остальных — преимущественно бывшее высшее руководство банковского отделения — убили и оставили в лондонском отделение, чтобы трупы сгорели в пожаре.

28.05.1998 Рогнэр подписал орден на ликвидацию трех злостных нарушителей, и тринадцать пятерок специальной ликвидационных отрядов «Дельта» отправились в Англию, где разгорался скандал, так как народ узнал о том, что «Гринготтс» сгорел вместе со всеми деньгами. Никому и в голову не пришло, что гоблины сами себя подожгли!

Никому в Британии.

Французы возмутились, но за неимением доказательств, не могли ничего предъявить гоблинам. Испанский и португальский министры только фыркнули, когда узнали о коллапсе британской экономики. У итальянцев, немцев, баварцев и австрийцев были дела поинтересней, чем разбираться в проблемах островитян.

01.06.1998 пятерки №3, №7 и №11 обнаружили цели на Косой Аллее, а при первом удавшемся случае вступили с ними в схватку. В сражение погибли пятеро гоблинов и трое людей: Гермиона Грейнджер, Рональд Уизли и Гарри Поттер.

— Справедливость должна восторжествовать, народ, чествующий воров, не достоин работать с благородными металлами и обречен прозябать в нищете и не имеет права быть удостоенным вниманием гоблинов, — со злостным оскалом произнес Рогнэр, когда ему доложили об устранении трех магов.

Таким образом гоблины практически полностью уничтожили экономику магической Британии и убили трех героев войны.

А обычным обывателям сказали, что возникли проблемы во время восстановительных ремонт, от чего все сгорело дотла, но виновников уже обезглавили, а героев убили неизвестные маги с Ночной Аллеи.

Гоблины же не дураки — приняли оборотное зелье и ходили под видом магов.

Никто не догадывался, что гоблины сделали то, что сделали.

В Англию гоблины возвращаться не собирались.

— места нет, — объявил официальную позицию Рогнэр в интервью «Ежедневному пророку».

И эта была правда! В Англии больше не было достаточно большого места, чтобы там поместились все необходимые вещи. Бывшее отделение «Гринготтса» располагалось в здании, которое в давние времена было известно как Замок на Костях, поместье Певереллов, который гоблины завоевали в 1387 году у последнего из рода великих британских некромантов.

Все маги думали, что Замок на Костях был уничтожен в войне с горными великанами.

Никто не мог распознать в здании «Гринготтса» Замок на Костях, так как никто, кроме Певереллов, никогда не видел его настоящий вид. Некоторые волшебники даже считали поместье Певереллов раздутым мифом, очередной сказкой о древних временах.

* * *

Тем временем души Золотой Троицы отделились от тел и попали в мир мертвых.

Вокруг них кружил густой серебристый кисель, сплошной стеной отделявший их от окружающей среды.

— Где мы? — спросила волнительно Гермиона.

— Мы умерли? — предположил Гарри.

Рон открыл рот, чтобы тоже что-то сказать, но его перебила Мирга Ольшон:

— Вы умерли, — заявила она, и практические единственная жница этого мира выплыла из тени и предстала перед душами.

Мирга Ольшон была высокорослой, с широкими плечами и орлиным взглядом, который мог пришить тебя к воздуху, как иголка бабочку.

— Вы умерли, — повторила Мирга Ольшон, окидывая умерших оценивающим взглядом. — Но, в отличие от большинства душ, вы не отправились сразу на Чистку. Мое начальство, — жница искривила рот. — Мое начальство приказало задержать вас, чтобы отправить на перерождение. А теперь слушайте сюда, пока у меня терпение не лопнуло, а мне еще эти гребаные отчеты писать… Я сказала молчать!!!

Рон, хотевший вставить свои пять копеек, заткнул рот, отшатнувшись от пронзительного крика, на который мгновенно перешла жница. Гермиона поморщилась от этого визга, а Гарри вспомнил крики тети Петуньи.

— А теперь объясняю вкратце. «зачем?», — спросите вы. Не знаю, ищите моего начальника, наверное, в покер рубится. Правила такие: я переношу вас в тела трех магглорожденных волшебников в мир, который очень похож на ваш, в первое августа 1991 года. в этом же году вы поступите в Хогвартс на первый курс. Не волнуйтесь, в этих трех телах не было душ. Бывают такие аномалии, когда у человека нет души, а при этом он ведет себя, как обычный ребенок, правда после двенадцати лет обыкновенно появляются осложнение на фоне гормонов, но это вам неинтересно. Так вот, вы поступите на первый курс и… кхм… это все. И да, вы не сможете сказать кому-либо о своей прошлой жизни — у меня нет времени, чтобы снять этот блок, но воспоминания я вам оставлю, и да, вы сможете сообщить Дамблдору о том, что вы помните свою прошлую жизнь, сможете показать в Омуте Памяти наш с вами разговор, но вот ни намеком, ни словом, никаким-либо другим образом вы не сможете сказать, что было в прошлой жизни, только ответить на вопрос: «совпадают ли события в той реальности с событиями с вашей прежней реальностью?», — а события немного будут отличаться, но это по мелочи. Сориентируетесь на местности. Вопросы есть?

— Что с хоркруксами? — поинтересовался Гарри.

— Хоркруксы на месте, — с невозмутимой маской на лице обрадовала их Мирга Ольшон. — Но я так подозреваю войны не будет. Никакой. Но вы сами все увидите. А теперь вон отсюда, — и Мирга Ольшон отправила души в путешествия.

Подошла сзади и просто пнула ботинком немного ниже спины каждому.

Получив разгон, души полетели в новый мир.

Лучад Емаркс сидел за кофейным столиком, закинув ноги на столешницу, пил чай и просматривал «Ежедневник смертельного спорта», когда в комнату вошли его коллеги: Мирга Ольшон, Тирл Ырган и Каспер Наузикаша.

— Ну как ваши подопечные? — осведомился Лучад, отсалютовав чашкой.

— Нормально, — ответила Мирга. — Мне показалось, что моя троица была немного дезориентирована.

— Не удивительно, — фыркнул Каспер. — Вспомните, как мы в первый раз умерли, и нам тут же предложили стать мрачными жнецами.

— Я просто хотела сказать, что они прекрасно понимали, о чем идет речь, но все равно говорили фразы, как по какому-то дешевому сценарию.

— А какие они могли произнести? — поинтересовался Каспер.

— Они не протестовали, не интересовались деталями, вообще вели себя слишком мирно, мне даже не нужно было повышать голос.

— Ну и слава всем божествам загробного мира! — воскликнул Тирл. — Мы прекрасно знаем, как ты можешь орать. Да и настроение твое после воплей не самое лучшее.

— Тирл.

— А?

— Заткнись, а то придется на тебя наорать.

— Все-все, молчу, — Тирл улыбнулся обворожительной улыбкой и послал в сторону Мирги воздушный поцелуй.

— Кстати, как прошел перенос души мисс Боунс? — спросил Каспер, подозрительно сверкая глазами.

— Нормально, правда чуть не вывела меня из себя, но все устаканилось.

— Ого, — присвистнул Лучад. — Похоже она мастер своего дела, если сумела довести нашего флегматика-оптимиста до состояния раздражения.

— А вы посмотрите сюда, вот кто настоящий мастер, — Каспер Наузикаша выхватил из-за спины несколько газетных листков и потряс ими перед своими коллегами.

— И что это такое? — спросила Мирга Ольшон, наливая себе чай.

— Вырезки из «Ежедневного пророка», из того самого мира, куда отправились наши подопечные.

— И что там пишут?

— 11-го августа 1980 года Беллатрикс Друэлла Лестрейндж была зверски убита во время допроса аврором Сейджем Томсоном. Томсона приговорили к поцелую дементора, а благодаря стараниям Люциуса Малфоя — похоже жена накрутила хвосты — за последний месяц в «Ежедневном пророке» убийство миссис Лестрейндж — основная тема, и теперь она воспринимается не как сторонница Волан-де-Морта, а как невинная жертва жестокого законодательства магической Англии и так далее, то есть ее чуть ли не святой объявили!

Мирга фыркнула, покачала головой и что-то пробормотала неразборчиво себе под нос, а Тирл и Лучад засмеялись громко и от всей души.

Буэнос-Айрес, 18.07.1979.

Энрике Пабло Дель-Поттер.

Стоял жаркий летний день. Жара была противной, липкой, вязкой… солнце сильно пекло, мошкара бессмысленно носилась в воздухе, потеряв абсолютно все ориентиры, если не считать человеческую кровь, земля пахла, как в сортире, а растения тянулись к ослепительному солнцу.

Именно в подобный день прошли похороны моего четвероюродного дяди, Родриго Киарана Дель-Поттера, заслуженного ветерана Аврората, мастера боевой магии. Ему было всего лишь семьдесят семь лет, что для волшебников не является возрастом.

но дяде не повезло — во время очередного рейда по заброшенным убежищам криминальных личностей в холмах Серрано он наткнулся на аналог маггловской дистанционной бомбы. Половина тела превратилось в кровавое месиво, а остальная часть голова, плечи, грудная клетка были сильно обожжены.

Из-за убедительных и настойчивых просьб родственников было решено похоронить его на семейном кладбище, а не на заднем дворе Аврората.

Мы полтора часа стояли возле гробов, выслушивая пафосные речи от высокостоящих людей аргентинского ДМП и некоторых старых знакомых дяди.

К концу этой пытки я был готов съесть свою остроконечную шляпу, прибить министра магии и совершить побег из страны.

Это было просто невозможно скучно.

Затем мы провели поминки в «маленьком семейном кружке».

Ага, маленький семейный кружок. а ничего, что носителей фамилии Дель-Поттер в магической Аргентины полтора десятка, а там еще их супруги.

Брат дяди Родриго, Мигель, весь вечер пил бренди. Не понимаю, что он нашел в этом отвратительном вареве, которое напоминает внутренности флобби-червей.

Мигель Киаран Дель-Поттер постоянно вспоминал о славных днях прошлых лет, которых точно уж не вернуть, когда они с братом Родриго вместе служили в Аврорате.

Это пока дядю Мигеля не вышвырнули вон за постоянные пьянки.

О том, какие у них были прекрасные жены.

Они умерли пять лет тому назад от обыкновенной оспы.

И все в подобном духе.

Не удивлюсь, что в ближайшее время этот мир покинет и дядя Мигель.

Просто сопьется.

Его сестра Лаура со своим мужем Хорхе Бланко всеми силами пытались успокоить дядю, но того ничего не брало. Волшебные палочки нельзя было использовать, так как дядя ничего не разрушал и не вел себя агрессивно, так что, согласно этикету, использования магии было бы неприличным.

Это ограничение свободы мага, так что запросто могли бы обвинить в деспотизме и неуважении к старому человеку. Никаких юридических проблем не было бы, но в обществе стали бы смотреть на нашу семью, как на сборище психопатов.

Глупо? Однозначно, но это правила этикета.

Роланд Родриго и Кастор Мигель с полчаса послушали бредня своего родича, после чего взяли жен и детей и вышли на веранду, где провели остаток вечера в обсуждении чемпионата по квиддичу («Фортуна-Де-Монтевидео» шла к очередному чемпионскому титулу, так что интерес зрителей заключался во втором месте, которое будут разыгрывать «Пантерас-Де-Ла-Плата и «Лобос-Де-Тукуман», обе команды имеют слабый состав и находятся так высоко в турнирной таблице исключительно из-за отсутствия конкурентноспособных команд), затем переключились на обсуждения концертов Патриции Мендос, которая должна была вернуться из поездки по Восточной Азии, где она провела семнадцать концертов, а в конце переключились на преимущества некоторых блюд из латиноамериканской кухни.

Тем временем женщины обсуждали поведение своих отпрысков.

Отпрыски в это же время выясняли, кто из них круче, что чуть не вылилось в драку с применением магии.

Прабабушка Химена Лучадорес медленно потягивала пунш и следила за собравшимися.

Знакомые дяди Родриго по Аврорату вспоминали прошлые дни.

Могут ли авроры заниматься чем-то отличным от ностальгии?

Явно нет.

А мы с кузенами откровенно скучали, так что сразу слизнули после того, как все начали расходиться.

Скучный и ненужный день, потраченный в пустую.

Я лучше книги почитал бы или садовых гномов попинал бы, а то развелись, как грибы после дождя.

Буэнос-Айрес, 19.07.1979

На ночь я остановился у своего зятя, Антонио Переса, который является мужем моей кузины Миллисенты.

Я точно не вынес бы еще несколько часов в окружение своих родичей.

Достали они меня.

У Антонио в тот день гостевало еще несколько наших бывших однокашников: толстоватый тугодум Адриан Бланко, веселый и задиристый Максимилиан Педернал и вечно задумчивый Кристиан Каррант.

Отлично.

За завтраком мы обсуждали последние политические изменения в стране.

Правительство изменила процедуру импортирования бразильских продуктов в связи с тем, что Бразилия пытается подтолкнуть остальные страны Южной Америке к ослаблению Статута о Секретности.

Конечно же, удачи им. Особенно с Аргентиной и Чили.

Новая процедура заключается в том, что бразильских поставщиков долго мутузят по различным проверяющим конторам, заставляют заплатить определенную сумму пошлины, после чего государство выкупает у них товар по определенной стоимости и продает на внутреннем рынке самостоятельно.

По словам аргентинского министра магии: «Сейчас мы не можем позволить, чтобы бразильские поставщики появлялись на аргентинских рынках».

В реальности бразильцам будет запрещено торговать в Аргентине. Хочешь что-то продать, то ты можешь продать это только специальной комиссии при министерстве магии Аргентины, заплатив пошлину размером около 30%.

В ближайшие несколько месяцев правительство обещало выделить около 1000000 галеонов субсидий для поддержки аргентинских производителей, которые должны заменить на внутреннем рынке бразильские товары.

Также ведутся переговоры о увеличении альтернативных импортных каналов через Чили.

Пошлины на товары ввели, бразильские поставщики в ближайшую неделю будут отказываться от новых контрактов, а альтернатива только разрабатывается, т.е. определенное время будет дефицит товаров, так как поставщикам из соседней страны будет невыгодно экспортировать что-либо в Аргентину, в крайнем случае будут продавать остатки и всякий дешевый мусор. по старым ценам.

Да, на один определенный вид товаров бразильским поставщикам будет даваться единая цена, не будет делаться различий на качество или бренд товара.

Сейчас основными продукты, которые поступают из Бразилии в Аргентину, являются травы для зелий и дорогостоящие камни.

Несколько минут мои приятели мусолили эту тему, пока не обратились ко мне.

— Энрике, а ты что думаешь по этому поводу? — спросил Антонио, намазывая масло на хлеб.

Отставив в сторону кофе, я заговорил:

— Главная проблема аргентинского правительства заключается в том, что не найдена альтернатива. В Колумбии есть замена бразильским камням, а чилийцы могли бы поставлять нам сельскохозяйственные продукты, но теперь колумбийцы и чилийцы будут тянуть с новыми соглашениями, а то и дадут неофициальный приказ своим производителям придержать некоторые партии товаров, так как, чем дольше будет дефицит бразильских товаров, тем цены начнут постепенно расти, а из-за того, что аргентинское правительство сейчас контролирует цены только на бразильские товары, чилийцам и колумбийцам будет выгодно подождать, пока цены на аргентинском рынке не подрастут до определенного потолка, после чего они будут продавать товары с хорошей дополнительной стоимости. Но мои мысли больше занимает причины конфликта Аргентины и Бразилии. Вот в чем отличия политики Аргентины и Бразилии?

— В том, что бразильцы похоже успели забыть времена Инквизиции, — сказал Максимилиан. — И теперь практически в ультимативной форме настаивают на сближении с маггловскими правительствами.

— Макс-с, — протянул Кристиан. — В Бразилии практически не было инквизиции, так что забывать им нечего было.

— Все равно, — передернул плечами Максимилиан. — Против сотрудничества с маггловскими правительствами я ничего не имею, но бразильцы предлагают интегрироваться в маггловский мир, т.е. стать его придатком. Они буквально поддерживают политику Дамблдора.

А сейчас что? магический мир не является придатком маггловского?

Магический мир находится на маггловском, как прыщи на коже. Многочисленные и раздробленные прыщи.

— А что ты думаешь над концепцией контроля маггловского правительства? — как бы невзначай поинтересовался я, отпивая кофе.

— И как ты это себе представляешь? — фыркнул Макс.

— Например, специальный отдел в министерстве будет контролировать решения маггловского правительства, будет иметь право вета и тому подобное, контролировать экономическую политику, а также можно будет подчинить себе церковь — корень всех бед магического мира. если существовал бы подобный отдел, то он мог приказать начать политику по уменьшению зависимости от церкви. В некоторых странах школьные уроки православия или христианства являются обязательными, но достаточно подписать несколько бумажек, чтобы они стали добровольными. Посещаемость уменьшится процентов на двадцать-тридцать, люди будут меньше знать о церковных традициях и обычаях-х… также можно ввести департамент цензуры, который будет отсеивать все, что стопроцентно связано с церковью, например телепередачи о каких-то церковных праздниках. Чем меньше люди будут знать о церковных традициях, тем меньше шанс того, что начнутся новые гонения на ведьм, если кто-нибудь узнает о мире волшебства, магглы станут не так резко реагировать на магию, церковь потеряет большую часть оставшейся власти, а, если запустить по телевизорам фильмы, где волшебники все хорошие, а не как сейчас, где есть и сильные темные, создать настольные игры про волшебство и так далее, все, чтобы будущие поколения магглов выросли на мысли о том, что магия не является грехом и в ней нет ничего очень опасного, а наоборот, это мечта. Конечно, это не так, но они не должны воспринимать ее как угрозу.

На несколько мгновений повисло молчание, мои товарищи обдумывали произнесенные слова.

Моя концепция совпадала с тем, что предлагал Гриндевальд, правда немецкий лидер сразу после начала войны откинул свои идеи в сторону и стал убивать всех подряд. Если мы были бы во Франции, то за такие слова меня сразу упекли бы в тюрьму, так как Франция сильнее всего пострадала от действий Гриндевальда, но вот в Аргентине, которая поддерживала в той войне нейтралитет, и, как и все испаноязычные страны, сегодня является противником партии Дамблдора, многие в глубине души разделяли концепцию власти над магглами.

— Это очень трудно выполнимо, — на конец-то сказал Макс.

— Но выполнимо? — уточнил я.

— Трудно выполнимо, но что-то в этом есть.

Я скрыл улыбку за чашкой.

Началось.

— Сейчас в маггловском мире, в Южной Америке сплошные кризисы, гражданские войны, военные диктатуры и репрессии. Хотя сейчас одни из самых жестких законов против магических практик индейцев, но в деревнях и в сельской местности многих стран — например, Перу, Чили, Эквадор, Парагвай — магглы стали больше интересоваться оккультизмом и магическими практиками. Подобные практики объединяют и сплачивают народ в трудные времена. Сейчас в Южной Америке один из самых удачных моментов, чтобы магические правительства перехватили власть над маггловскими. Быстро, спокойно и без всякого шума, достаточно свергнуть нескольких диктаторов-тиранов, а потом поставить кого-нибудь из народа, кто мало-что смыслит в политике, но это будет один из тех, кто объединялся со своими соседями по деревням, чтобы проводить оккультные практики, т.е. один из самых лояльных к магии магглов в стране, так что вопрос об оккультизме и магических практиках будет практически закрыт, подобный маггл охотно пойдет на сотрудничество с магическим правительством… Нет, не крестьянин, но все равно приближенный к народу человек, например, какой-нибудь популярный музыкант или кто-то еще.

— А, если он откажется? — перебил меня Кристиан.

— Придется или брать под непростительное, или просто стирать память, брать другого и так далее. Но шанс отказа будет минимальный: сейчас жители сельской местности максимально лояльны к магии, так что… самые подходящие страны — это Перу, Боливия и Аргентина. В Перу и Боливии самые жесткие условия, самые жесткие правительства, а в Аргентине. Посмотрите на инфляцию последних лет! двести-четыреста процентов, черт вас раздери!

— Кхе, дхм, — Максимилиан закашлялся, подавившись чаем. — Сколько?!

— Двести-четыреста, обычно около ста. Сейчас в маггловской Аргентине идут бесконечные перевороты, военная диктатура сменяется анархией или другой диктатурой. И чем же в это время занимается наше правительство? Спорит с Бразилией о том, нужно ли пускать магглорожденных в высшие круги общества, если они не выходили замуж или не женились на каком-нибудь аристократе. Все испаноязычные и европейские государства в магическом мире только и делает, что сравнивают свои родословные с другими, в Японии правительство пытается усмирить магглорожденных, которые родились в маггловской Японии, которая является союзником США, а в магическом мире Япония является чуть ли не Сателлитом Российской Империей, в империи Чосон тоже проблемы с магглорожденными: с демократического юга и коммунистического севера, чьи родители выросли в том мире, где нет никаких кланов, так что приходится насильно забирать магглорожденных в три-четыре года, а родителям и знакомым просто подтирать память, чтобы никто не вспомнил, что существовал подобный ребенок. А в России волшебники соревнуются, хвалятся богатствами своего клана, древними традициями и достойными членами общества, которые вышли из того же клана, в котором они живут. Но стоит обратить внимание и на маггловский мир. В некоторых странах сейчас есть прекрасная возможность поставить на правящую должность лояльного к магии человека и вести пропаганду против инквизиции, против церкви, за единство магглов и волшебников, точней за власть волшебников над магглами, контроль маггловского правительства, главная цель пропаганды заключается в том, чтобы у волшебников будущих поколений была бы возможность спокойно раскрыться перед каким-нибудь молодым магглом, который вырос в подходящей среде, для которого служение волшебному миру является тем же, что священникам служению своему богу. Вы, конечно, можете отметить, что в маггловском мире есть Уругвай, а в магическом мире его нет, так как в свое время у нас не было необходимости в буферной зоне между Бразилией и Аргентиной, да и войны между Аргентиной и Бразилией при отделении от Испании и Португалии не было, мы не воевали с бразильцами за ресурсы и землю, а мирно поделили территорию, и Уругвай не появился, также не появилось Венесуэлы и Эквадора, сохранилась Великая Империя Колумбия, часть маггловского СССР принадлежит Ассирии, Чосон, Румынии, Китаю, Курляндии, зато часть Польши принадлежит магической Российской империи, и тут встает вопрос о том, как координировать, кто будет править подобными территориями. Это главная проблема этой задумки, так как, если дать право выбирать маггловским правительствам, то Россия это явно не оценит, так как часть отойдет полякам, Трансильвания потеряет в маггловском мире южную Венгрию, зато получит Восточную Румынию, но посмотрите на Курляндию. Курляндские территории совпадают в маггловском мире с эстонскими, литовскими и латышскими, то есть часть СССР. Если дать право выбора советскому лидеру, то Курляндия, Румыния и Ассирия просто перестанут существовать, перейдя Российской Империи, а Чосон и Китай из-за этого потеряют территории. Тайвань, Уйгурское государство и Тибет будут поглощены Китаем… это большая проблема в подобном плане.

— Но сама идея хороша, — кивнул Адриан, дожевав кусок тоста.

На конец-то.

Я был удовлетворен прошедшим разговором.

от автора:

хотя в этой главе будут упоминаться обе сестры, но вот про вторую подробней будет дальше, по ходу текста.

---

11.09.1958 в семье Эвансов, проживающих в лондонском пригороде Коукворт, родилась девочка, которую назвали Петунья (в честь любимых цветов матери).

С самого рождения Петунья выделялась спокойностью и тихим нравом.

Питер Эванс работал бухгалтером на торговом складе, приходил домой под вечер, никогда не пил, но очень любил сигареты. Это был высокий блондин двадцати девяти лет отроду с развитой мускулатурой, глубокими зелеными глазами, напоминавшие болотную тину, и с округлым подбородком.

Жена его была высокой женщиной с копной каштановых волос, туго сжатой в хвост. Все время она проводила за домашними делами, очень обожала различные экзотические виды чаев.

31.01.1960 после трудной беременности родилась вторая дочь, которую назвали Лили (в честь любимых цветов отца).

Если Петунья пошла характером в отца, то вот Лили — в мать.

Петунья любила порядок и размеренность, хотела обо всем знать, так что часто подслушивала чужие разговоры, не предназначавшиеся для ее ушей.

Лили была энергична, не могла долго сидеть на одном месте, имела открытую душу и не знала, что такое личное пространство, так что ее часто ловили за тем, как она пыталась по-тихому утащить какую-нибудь красивую вещь, чтобы просто посмотреть.

Когда кого-нибудь из девочек ловили на проступке: на подслушивание или на попытке стащить чужую вещь, то обе девочки смотрели на вас открытыми от удивления глазами и утверждали, что они тут совсем не причем, что во всем виновата вторая сестра.

Когда началась вражда между сестрами — никому неизвестно. Просто не сошлись характерами и мировоззрениями.

Когда Лили исполнилось четыре года, то мать стала отпускать их на улицу, наказывая Петунье следить за сестрой.

А как можно было уследить за этой ненормальной, когда она не может усидеть на одном месте, обязательно полезет в места самого подозрительного вида и никак не хочет слушать, что нельзя этого делать.

Петунья злилась на младшую сестру, которая никак не хотела понять, что нужно вести себя, как нормальные, добропорядочные люди, а не валять дуру. К тому же Коукворт нельзя было назвать тихим городком. Нет, похитители детей не ходили днем по улице, зазывая жертв, но все равно можно было наткнуться на неадекватного алкаша, которому черт знает что может прийти в голову.

А Лили уже давно надоели постоянные поучения от старшей сестры, которая все время ходила с лицом вяленной селедки и не хотела проявлять никаких позитивных эмоций.

И как можно жить, не улыбаясь? От скуки можно умереть!

Короче, Петунья характером пошла в отца, который тоже любил строгость и порядок, хотя по молодости отличался взрывным характером и был душой компанией. А Лили пошла в мать — такая же добродушная и улыбчивая, только мать отличалась спокойностью и размеренностью, в каждом ее движение отражалась выверенная четкость, а вот Лили не отличалась хорошей концентрацией внимания.

Петунью напрягала также еще какие-то паранормальные странности, которые происходили вокруг ее сестрицы.

Ничего в этом нормального не было и быть не могло, так как нарушала любой порядок и было непредсказуемым. Нельзя было понять, в какой момент чашка вдруг поднимется в воздух.

Каким нужно быть психом, чтобы жить в хаосе?

Когда в один погожий день из кустов вылез Северус Снейп, сын их соседа, известного на весь городок алкаша, и объявил, что все ненормальное, которое происходит вокруг ее сестрицы, — это магия, то Петунья ни на минуту не усомнилась, что это так.

Она, конечно, не была бы против того, если этот Северус помог бы Лили успокоить свою магию и держать ее под контролем, но этот оборванец не имел не малейшего представления даже о гигиене, что уж говорить о порядке и здравом смысле.

К тому же Снейп имел отталкивающий вид. Если бы Петунья не знала папашу Снейпа и не виделась бы с ним пару раз, то могла спокойно принять этого мальчишку за карманника или малолетнего головореза.

Так что отношения Петуньи Эванс и Северуса Снейпа не задались с самого первого раза.

Зато с Лили Снейп нашел общий язык.

А ей было интересно послушать о том, что такое магия, какие бывают чудеса, что можно сделать с помощью магии, а Северус так интересно рассказывал.

И не будет она слушать сестрицу, которая постоянно бубнит о том, что Северус выглядит, как те домовые эльфы, о котором сам рассказывает, что глаза у него, как у жулика и остальную чушь в подобном роде.

Да, Петунья тоже слушала Снейпа. Нужно же было понять, чем эта магия может грозить сестре. А то эта дура только и может ресницами хлопать.

Не сговариваясь, троица решила, что старшим Эвансом пока-что рано знать о магии. Лили и Северус просто не задумывались на эту тему, а Петунья успокаивала себя тем, что сестра все-таки не поедет в эту школу.

Но письмо из Хогвартса все-таки пришло.

С тех пор, по мнению Петуньи, родители стали больше внимания уделять младшей сестре.

«Больно уж хотелось», — думала Петунья, вспоминая о том, что может грозить ее сестре.

Но Лили ничего не слушала.

«Пусть сама разбирается со своими проблемами, если не хочет слушать голос разума», — решила Петунья, когда Лили приехала с первого курса и взахлеб стала рассказывать обо всех чудесах, о которых она узнала в школе.

С тех пор Петунья уделяла младшей сестре столько же внимания, сколько и конфликту в Кашмире между Индией и Пакистаном.

Единственный раз, когда старшая сестра всерьез обратила свой взор на младшую, случился после пятого курса Хогвартса, когда Лили приехала насупленная и, как будто, обиженная на весь мир. Так как Петунья знала, что Лили не могла ни на кого обижаться — просто в нее не было заложена подобная функция — стала докапываться, что и как.

После полчаса истеричных воплей, от которых у старшей уши чуть не свернулись в трубочку, ей удалось понять, что Лили на конец-то разорвала отношения с Северусом.

— Поздравляю тебя, на конец-то у тебя появился интеллект, — произнесла Петунья, злобно оскалившись, и закрыла дверь, о которую тут же стукнулась пущенная Лили подушка.

Еще пару минут сверху доносились оскорбительные ругательства со стороны Лили.

— Играет-играет, нашла слушателей, — фырчала себе под нос старшая сестра, натирая тарелки и прислушиваясь к тому, как мать пыталась успокоить свою любимую дочурку, поддакивая.

И вот, еще один момент, из-за которого между сестрами никогда не было понимания.

Грязная посуда.

Лили ни в какую не хотела чистить посуду. А Петунья обажала этим заниматься.

— Потом, когда выросту, — говорила Лили.

— Да ты и не умеешь, — фырчала Петунья.

И обе сестры остались при своем мнение, и при этом обе оказались правы.

Лили не умела чистить посуду.

Руками.

А зачем, если достаточно нескольких заклинаний?

После шестого курса Лили в Хогвартсе, летом 1977 года Петунья Эванс вышла замуж за начинающего предпринимателя, Вернона Дурсля, и уехала из Коукворт в ухоженный Литтл-Уингинг.

Литтл-Уингинг понравился миссис Дурсль тем, что все сады походили друг на друга.

— Великолепная гармония, порядок и ухоженность, — говорила Петунья Дурсль, осматривая городок.

Муж только поддакивал, так как знал, что жена права, что городок находится в порядке, а тот, кто будет спорить с этим утверждением, обречен получить или кухонным полотенцем по лицу, или звуковой войной, которой позавидовали бы самые крикливые певцы. Главной особенностью голоса Петуньи Дурсль было то, что он после определенных децибелов проникал напрямую вам в мозг, превращая его в кашу.

Похоже Петунья все-таки была волшебницей. Латентной, иначе она не могла бы убивать самых крепких мужиков своим голосом и заставлять вампиров задумываться о переселение куда-нибудь подальше, в Африку, например.

После этого сестры только несколько раз отправляли друг друга письма и пару раз подарки на рождество.

Вернон и Петунья Дурсль вели спокойную жизнь до 2-го ноября 1981 года. в то утро понедельника Петунья Дурсль обнаружила на пороге своего дома корзинку с ребенком и запиской.

*Примечание:

Интересный факт, события первой главы «Гарри Поттер и Философский камень» происходит во вторник, на следующий день после убийства четы Поттер. В этой же главе утверждается, что Ночь Гая Фокса будет на следующей недели, а в 1981 году 5 ноября (Ночь Гая Фокса) выпадало на четверг, т.е., используя календарь, мы можем сказать, что события первой главы «Гарри Поттера и Философского камня» произошли во вторник, 27 октября 1981, а чета Поттеров умерла в понедельник 26 октября, но на протяжение всех последующих книг Роулинг датой смерти Джеймса и Лили Поттер отмечается 31 октября. Если предположим, что имеется в виду не Ночь Гая Фокса, а День Поминовения (11 ноября, среда), то получится, что Поттеры умерли 2 ноября.

Конец примечания*

----

От автора:

На следующей неделе выпущу три главы: в среду, пятницу и в воскресенье. Также завтра выложу один короткий фанфик, отдельный.

Напоминаю, что некоторые архивные главы могут быть излишни суховатыми. Читайте на свой страх и риск.

--

В то время, когда огонь для магглов был недоступен, или магглы только начинали его осваивать, маги были сравни с богами. Хотя в то время не было никакой систематизации, а волшебники обходились без волшебных палочек, но все равно маги были намного сильней обычного человека. Многие маги того времени могли без палочки сотворить огненный шар и кинуть его на двадцать метров. А теперь вообразите впечатление, которое произвела бы эта демонстрация на доисторических людей, которые еще недавно были обезьянами.

Многие мифы древних культур и народов: греков, египтян, римлян, галлов, персов, ассирийцев и остальных основывались на реальных событиях из жизни древнейшего магического сообщества. За мифическими образами великих богов стояли многие маги, чьи поступки, слова и мысли приписывались одному богу, который служил собирательным образом.

Были, конечно же, и исключения. Такие персонажи, как Зевс, Парвати, Амон-Ра и Кощей Бессмертный существовали, в иных случаях, существуют и по сей день.

Сегодняшнее соотношение общего числа магглов на Земле и количества магов, рождающихся на планете ежегодно, приблизительно равняется 1200000 ко 1.

Поговаривали, что в древние времена магов было существенно больше. Но это никак не повлияло на мировую историю. Даже, если раньше озвученное нами соотношение составляло всего лишь сто тысяч ко одному, то есть тысячу волшебников в год, то на исторических событиях нашей эры сей факт не повлиял никаким образом.

Сейчас в Британии ежегодно рождается от сорока до пятидесяти волшебников (на 57 миллионов жителей (. Только конец семидесятых и начало восьмидесятых были неурожайными — однокурсниками Гарри Поттера должны стать около тридцати человек, что является антирекордом за последние сто семьдесят лет.

Всего в мире в последние годы рождается пять-семь тысяч магов ежегодно.

Но вернемся к делам давно минувших дней.

Все было относительно спокойно до Средних Веков.

Нет, в волшебном мире никогда не было спокойного года. постоянные войны с гоблинами, троллями и оборотнями. К этому братству можно было бы причислить и вампиров, но после пару неудачных вылазок к немногочисленным группам кровососов, волшебники приняли решения обходить вампиров десятой дорогой и ни в коем случае даже не думать о каких-либо боевых действиях. Раскатают, как новорожденных котят.

Хотя в то время девяноста девять процентов магического сообщества составляли маги-боевики, у которых, как известно, всегда какие-то неполадки с крышей — нужно концентрироваться на боевых заклинаниях, а во время боя нужно делать это на запредельных скоростях, поэтому и получаем в тридцать лет сумасшедшего мага — и, учитывая сей факт, надо признать, что маги того времени все-таки не были до конца отмороженными, поэтому быстро смекнули, что этот враг им не по зубам. Как из них не пер бы героизм и бесшабашность, но самоубийц, решившихся даже помыслить о таком деянии, было исчезающе мало. Если такие успевали сбежать от своих, которые намеревались прибить дурака на месте, то они обязательно украшали обеденный стол вампира, на чью голову они падали.

С двенадцатого-четырнадцатого веков в Европе начинаются гонения на ведьм и казнь за открытое колдовство. Сама Жана Де Арк была волшебницей (магглорожденной).

В десятом-одиннадцатом веках ничего особенно не предвещало беды. Волшебники и магглы жили в относительном мире. О существование реальных магов знали исключительно представители аристократии. Обычные люди подозревали, но не имели достоверных доказательств. Целители помогали магглам всегда, но не более.

В Европе многие волшебники работали на маггловских королей и помогали при дворе. Тот же Арманд Малфой прибыл на британские острова в составе армии Вильгельма Завоевателя, а его сын Филипп и внук Сейдж половину жизни провели в замках маггловской аристократии, занимаясь торговлей.

Но с пятнадцатого века отношения между магами и магглами стали резко портиться. В 1499 году король магической Испании, Август VII заявил о полном прекращении каких-либо контактов с маггловским миром ввиду активных действий с магглами. Испания стала первой страной, которая ратифицировала Статут о секретности.

Тогдашний Статут о секретности, который вскоре был поддержан Баварией, Пруссией, Римом, Португалией и Тосканой, имел серьезные отличия от сегодняшнего. Если сегодня Статут о секретности призван, чтобы обычные магглы не вспомнили о существовании магического мира и, не дай бог, не начали бы снова охотиться на все волшебное, но тогда Статут о секретности служил документом о том, как правильно нужно вести войну с магглами, чтобы нанести врагу максимальный ущерб.

Но…

Маги во все времена отличались ленью. Несмотря на то, что девяноста магов того времени были хорошими боевиками, мало-кто из них хотел мочить магглов пачками.

В 1530-е годы по Западной Европе прошли многочисленные бунты, в результате которых власть в странах, присоединившихся к первоначальному Статуту о секретности, изменилась. Да, в большинстве странах сохранилась монархия, но к власти пришли совершенно другие рода.

Главным девизом магов в войне с магглами стало «Не высовывайся. Если бьют — убивай. Не трогают — сиди и не отсвечивай».

Да, многие маги получили награды за то, что убивали охотников на ведьм и служителей Инквизиции, под покровительством которой и шла охота на магический мир, но официально власти западноевропейских стран никогда не участвовали в открытой конфронтацией с магглами, сохраняя формальный нейтралитет.

В стороне от всего этого были только две страны: Англия и Франция.

Жар в этих странах начался лишь в семнадцатом веке, во времена Тридцатилетней войны и гражданских войн на британском острове.

Англичане ратифицировали Статут о секретности в 1692 году, а французы — в 1711.

Пока англичане и французы только привыкали к новой реальности, Бавария и Пруссия официально запретили убийство магглов и начали переговоры с маггловскими властями о прекращение конфликта. К концу восемнадцатого века, когда в маггловской Европе начиналась индустриализация, Бавария, Австрия, Венгрия, Пруссия, Германия, Фландрия, Тоскана и Португалия присоединились к Новому Статуту о секретности. Стоит отметить, что новый Статут о секретности придумали англичане. Первыми их поддержали французы со швейцарцами, а потом наступил девятнадцатый век.

Через пару лет к ним присоединились итальянцы с западными и восточными славянами.

Самыми непримиримыми в вопросе о войне с магглами были южные славяне и скандинавы.

Переговоры между испанской инквизицией и властями магической Испании начались только в 1831 году, но были самыми короткими и плодотворными.

До прихода к власти Фердинанда XIII из дома Эспадорес (который пришел к власти в 1544 году) испанцы были самыми категоричными во всем, что касалось магглов.

«Магглы нам враги, они были ими, они есть враги и всегда будут нашими злейшими врагами», — именно такие речи произносили испанские маги-политики начала девятнадцатого века.

Но никто не мог подумать, что спустя десятилетие благодаря усилиям всего одного короля все кардинально изменится.

Нет, испанский маг-король не стал приходить к маггловскому испанскому королю, как к старому знакомому, но в 1836 году война между испанской инквизицией и испанскими магами закончилась.

Понадобилось всего лишь пару лет, чтобы испанцы переключились с разговоров о подписанном мирном соглашении на что-то другое.

Еще с середины восемнадцатого века, если говорить честно, в сообществе испанских магов ходило мнение, что пора уже кончать войну. Но никто не решался пойти на столь радикальный шаг, так как в Испании конфликт между магглами и магами был самым острым в мире.

В 1834 году Фердинанд XIII стал верховным чародеем Международной Конфедерации Магов. В тридцать четвертом он не был столь известным. Переговоры с маггловскими властями к тому моменту еще не завершились, поэтому азиатские, американские и африканские политики были в шоке, когда испанского короля избрали верховным чародеем.

Но к подписанию Великого Обсуждения (1838), которое представляло собою последнюю, окончательно утвержденную версию договора между властями испанских магглов и магов, Фердинанд Эспадорес стал самым популярным политиком в мире.

В 1841 году в своей брошюре «мое завещание» Фердинанд написал следующие слова:

«Маггловский и магический миры никогда не будут едины. Мы являемся разными видами. Хоть, с точки зрения биологии, мы все — люди, но мы разны от рождения. тот, кто родился магом, должен всю жизнь прожить в мире магов, ведь это его мир, именно в нем ему предстоит прожить всю свою жизнь. Маггл должен жить всю жизнь в маггловском мире, ибо именно в нем маггл проживет до своей смерти. маг должен жить в магическом мире, ибо лишь в нем он может почувствовать себя своим среди своих, а маггл почувствует себя своим среди своих в маггловском мире. Маггл в магическом мире — словно слон в Уральских горах, а маг в маггловском мире — словно английский военно-морской флот, очутившийся чудом прямо по середине ливийской пустыни. Они не являются частями мира других, у них есть свой мир»

Эти строки, написанные испанским королем, стали основой для современной политики практически всех восточноевропейских и некоторых центральноевропейских стран.

Во многих странах: Польше, Курляндии, Румынии, Трансильвании и так далее — во всех этих странах новорожденного мага сразу же забирают у родителей и помещают в приемные семьи, которые выбираются среди местной аристократии. Например, за двадцатый век польская семья Китовских приняло двенадцать магглорожденных детей, которые стали членами этой семьи.

В Российской империи, в Австро-Венгрии и в Швейцарии выделяются специальные посыльные, которые отправляются по месту жительства новорожденных магглорожденных волшебников, где им предстоит провести беседу с родителями\опекунами ребенка. Малыш в любом случае спустя несколько часов станет частью магического мира, но вот все остальное зависит от родителей. Если они отказываются, или не в состоянии просто прокормить ребенка и обеспечить ему базовые условия проживания, то ребенка просто изымают из семьи и, как и в остальных восточноевропейских странах, помещают в приемные семьи. Если родители примут тот факт, что их ребенок должен стать частью магического мира, то находят род, который принимает их под свое покровительство. Покровитель обязан обеспечить ребенку магическое образование, кров, защиту всей семье (всем магглам-родственникам, которые спокойно приняли известия о необычном родственнике). С самого детства магглорожденный волшебник знаком с большинством своих ровесников-магов, с которыми он будет учиться полтора десятка лет, но при этом связь с настоящими родителями не обрывается, как это делают в Польше или в Трансильвании.

В Восточной Европе не принято употреблять термин «магглорожденный волшебник», обычно употребляют термин «чистокровный в нулевом поколении».

Понятно, что чистокровный в нулевом поколении вряд ли займет высокий пост в Императорской Раде, но вот их дети уже способны занять пост, например, министра темных искусств или попечителя Колдовстворца или другой школы.

Один польский маг-писатель однажды произнес следующие слова:

«Те магглорожденные в Западной Европе, которых вводят в мир магии лишь в одиннадцать лет, когда нужно идти в общеобразовательное учреждение, подобны земным детям из мира магглов, которых в одиннадцать лет похитили инопланетяне, у которых средневековая мораль. Между мирами магов и магглов существует такая же пропасть, какая будет между земными магглами и инопланетным разумом, если с ним когда-нибудь будет установлен контакт. Мораль в маггловском обществе меняется практически каждое столетие, а маги в этом вопросе более медлительны. Это разные миры»

Так дела обстоят в Восточной и в Центральной Европе.

На скандинавском полуострове и в Греции уже полтора десятка лет идут жаркие дебаты на счет законов Харольда Эльсона и Евгения Пападопулоса. Проблема заключается в том, могут ли власти волшебных государств закрывать глаза на то, что их граждане пачками мочат магглов.

В Швеции, Дании и в Финском княжестве закон Эльсона ратифицирован, так что в этих странах нельзя проводить охоты на магглов. в Норвегии и в Пруссии этот закон ратифицирован лишь частично, то есть на одиночное убийство маггла власти закроют глаза, но нельзя устраивать террор, резко уменьшая население маггловских стран.

В Греции недавно к власти пришел Николас Пападопулос — правнук того самого Евгения Пападопулоса — и новый министр магии является радикальным противником данного закона, поэтому греческие маги могут творить с магглами все, что им взбредет в голову. Правда, мало-кто спешит воспользоваться подобной возможностью, но находятся те, которые срываются и отрываются на полную катушку. Абсолютно легально отрываются.

Но в последнее время все больше и больше греческих политиков склоняются к тому, что нужно ратифицировать закон Пападопулоса частично, как это сделали норвежцы. Но все зависит от министра магии, потому что в магической Греции власть более централизована по сравнению с большинством европейских стран.

На самом деле, в мире, не считая африканцев, практически нет властей магического государства, которые сотрудничали бы активно с маггловскими коллегами.

Разрыв между магглами и магами в Европе объясняется массовыми конфронтациями между данными группами в Средние века и в Новое время. особенно конфликтовали маги с представителями инквизиции. Исключением может послужить Ирландия и Португалия.

Хоть Португалия по праву считается одной из стран с крайними прочистокровными взглядами, но это не помешало португальскому министру магии и португальскому маггловскому диктатору Да Салазара подписать договор 1960 года. согласно нему португальские маги вполне спокойно могли продавать в маггловском мире всякие безделушки, которые прошли через проверку обоих министерств.

В некоторых азиатских странах разрыв между магглами и магами произошел ввиду каких-то исторических событий.

Например, возьмем магическую Российскую империю и Советский Союз.

В октябре 1917 года в маггловской России происходит революция, а в 1922 году появляется СССР.

в то время русские маги резко отделились от маггловских коллег. Маги в России не то, что слышать, даже подумать не могли о свержении монархии и о замене ее на какую-либо другую форму правления. В данном вопросе маги проявили настойчивость.

В советском правительстве было несколько человек, которые знали о существовании магического мира, но они не могли поделиться этим знанием с другими, так как на них было наложено специальное заклинание. От этого заклинания они могли обсуждать магический мир лишь с теми, кто тоже в курсе. Стоит появиться в зоне слышимости кому-нибудь, кто слыхом не слыхивал о каких-либо магах, как заклинание затыкала рот говорящему. Говорящий мог и не видеть того, кто проник в зону слышимости.

Ленин умер, а ко власти пришел Сталин.

В 1929-1934 годах в правительстве магической России всерьез поговаривали о возобновлении дипломатических отношений с маггловскими властями. Стоит отметить, что обычному народу никто не запрещал общаться с магглами, поэтому в двадцатые и в тридцатые годы двадцатого века в Советском союзе было много торговцев, которые торговали заколдованными вещами в маггловском мире. Если эти заколдованные вещи никак не могли навредить магглам, то правительство магической России закрывала глаза на торговлю и общение с магглами.

Но с тридцать четвертого года российский император сконцентрировался на войне с Гриндевальдом.

В тридцать втором году Франция, Польша и Румыния создали Союз Фронта Европы (СФЕ), к которому в ближайшие несколько лет присоединились Швеция, Греция, Болгария, которая в отличие от маггловской была противником Германии), Австро-Венгрия и Россия.

Тут было уже не до магглов.

К тому же…

В 1933 году на пост первого советника императора был назначен Кирилл Мефодиевич Конев. Раньше он возглавлял Аврорат (1918-1933) и служил в разведке (1899-1918), а родился в Новосибирской области в клане Бартошевичей в 1870 году.

В возрасте шестидесяти четырех лет он стал вторым человеком в империи.

Именно он приходил утром к императору с докладами о том, что творится на вверенных тому территориях, и что снова учудили магглы. Учитывая, что Коневы всегда отличались ненавистью к магглам, особенно к тем, кто считал, что есть что-то лучше монархии, можно догадаться, какого рода сообщения приносил каждое утро Кирилл Мефодиевич. О расстрелах, голоде и всему, что можно использовать для критики советской власти.

Император Николай III слушал его и кивал головой, соглашаясь с тем, что у магглов власть отвратительна.

И после гибели Гитлера, и заточения Геллерта Гриндевальда в Нурменгарде, Конев сильно повлиял на ход истории.

Я очнулся в палате в госпитале Святого Мунго.

Вот меня удивляло, почему Волан-де-Морт не мог просто напасть на госпиталь первого августа и прибить всех детей, которые подходили под пророчество?

Палата была белой и жутко резала глаза.

И да, я нормально видел мир. Что неправильно. У новорожденных еще не до конца все согласовано, так что первые пару недель дети видят мир вверх ногами. В медицине я полный ноль, но помню, что это каким-то образом связано с вестибулярным аппаратом.

Но не в моем случае.

Я прекрасно полностью чувствовал тело.

И это было проблемой.

Догадаетесь?

Да потому, что я чувствовал все, а вы знаете, что младенцы срут и ссут, как не в себя. И я должен буду все ощущать своей кожей, осознавать, что, извините, обосрался.

Мне нужно срочно научиться накладывать на себя невербальное «силенцио», чтобы не начать громко и четко материться, как портовый грузчик в Питере.

Не знаю, понимают ли что-нибудь по-русски английские маги, но проверять у меня нет желания.

Надеюсь, эти полтора года, пока мои внутренности не стабилизируются, я каким-то образом переживу.

Еще одна проблема — кормление грудью.

Человеческое молоко чем-то напоминает козье, которое я на дух не переношу.

В палате мы пробыли три дня.

А потом отправились в коттедж в Годриковой Впадине.

В честь рождения сына Джеймс Поттер созвал своих друзей: Сириуса Блэка — куда без этого блохастого — Фрэнка Лонгботтона, у которого тоже накануне родился сын, Невилл, и Питера Петтигрю.

Я сощурил глаза и внимательно следил за этой крысой.

Весь вечер Петтигрю сидел в углу и изредка смеялся над шутками Поттера, то есть моего нового отца.

Хочется отметить, что эта компания ну никак не походила на сборище боевых магов, которые принимают участие в гражданской войне.

Только Фрэнк Лонгботтон сохранял серьезное лицо.

Нет, конечно, я понимаю, что хочется отдохнуть от войны, забыть кошмары битв и все такое.

Но не целый месяц!

Целый месяц Джеймс Поттер сидел дома и пытался играть со своим сыном.

Что это за война, которая позволяет солдатам пропадать целый месяц не пойми где? В магическом мире очень мало боевиков, и каждый такой был на вес золота. А Джеймс Поттер был сильным и талантливым боевиком.

Я пытался выдавливать из себя какие-то звуки, которые должны были сойти на гуканье младенца.

Не удалось. Во мне нет дара актера.

Уже через две недели меня назвали «Чересчур спокойным младенцем. Лиль, может быть, вызовем колдомедиков, может с нашим сыном что-то не так?»

Блять.

18 ноября нам домой пришел колдомедик, полчаса крутился вокруг меня, как будто вокруг редчайшего объекта для исследований, потом интенсивно чесал макушку — я пожелал про себя, чтоб он протер голову до дыр — а потом заявил:

— Мальчик здоров.

Все.

После этого он раскланялся и на все попытки выудить из него дополнительные сведения просто повторял, что со мной все ок.

Лили и Джеймс Поттеры не поверили. Ну не может быть ребенок таким тихим, никак. Черт побери, Лили Поттер должна благодарить меня за то, что я не ору, как флобберчервь, которого режут живьем, и не мешаю ей нормально спать. Нет, она была уверена, что я подхватил какое-то проклятие, которое мешает мне нормально развиваться.

Если у меня был бы такой тихий ребенок, то я благодарил бы всех богов за такой ценнейший дар.

Но детей у меня не было. отчасти из-за их визгов. Я просто не перенес бы такую пытку.

На следующий день к нам заявился сам Янус Тикки, главный эксперт в Англии по ментальным наукам и колдомедик из госпиталя святого Мунго.

Тикки танцевал вокруг меня час, после чего выдал точь-в-точь такой же вывод, что и вчерашний специалист.

Извините, я старался из всех своих сил. Хвала Мерлину, что у меня детский голос, так что достаточно просто кричать иногда.

Но я не могу орать столько же, сколько и обычные молокососы!

30 ноября Джеймс Поттер пошел на работу, в Аврорат, хмурый и задумчивый. Нестандартные эмоции для него. Он еще не мог поверить, что со мной все хорошо. А вот моя новая мать похоже смирилась с тем фактом, что у нее на столько тихий и послушный ребенок.

Мне стоило больших сил быть послушным ребенком, особенно во время кормления.

Бля, ну и гадость, черт вас побери.

А впереди меня ждет детское питание, жидкие каши и прочая дребедень.

Джеймс Поттер весь день зависал на работе — без него дело света никак не могло обойтись — а к нам часто заглядывали его друзья.

Ну что я могу сказать?

Сириус Блэк… псина она и в Африке псина. Он точно не вырос из пубертатного возраста. А скоро ему отправляться в Азкабан, там похоже он окончательно сойдет с ума.

Чтобы сходить с ума нужно сначала этот ум иметь…

Ремус Люпин — вид шизофреника ну или человека с глубоким депрессивным расстройством. Он мог посоревноваться со мной в игру молчанку. Несколько дней молчания точно обеспечены.

Питер Петтигрю — постоянные компульсивные движения, беглые глаза, короче, о нем у меня было невысокое мнение.

Гидеон и Фабиан Прюэтты — чем-то напоминают близнецов Уизли из кино (такое же шило в заднице, открытый и добродушный вид), т.е. адекватные аналоги Сириуса Блэка. Главное слово — адекватные.

Фрэнк и Алиса Лонгботтоны — островок спокойствия во всем этом балагане.

Пару раз к нам заходила Андромеда Тонкс со своей дочерью. Тонкс младшая переливалась, как светофор в алкогольном опьянение, а Тонкс старшая больше напоминала престарелую бабушку. Ей со внуками уже нянчиться надо, а не дочь воспитывать. От всех ее попыток потрепать меня за макушку я уворачивался и строил такую мину, которой позавидовал бы даже Снейп.

И да, Снейп тоже пару раз заходил к нам. Первый раз, чтобы предупредить о том, что лорд в курсе пророчества — только не упомянул, кто нашептал тому на ухо слова Трелони — а потом несколько раз, в тайне от Джеймса, заходил и приносил зелье для Лили Поттер. Их разговор сводился к следующему обмену репликами:

— Добрый вечер, вот зелье. Их нужно принимать так-то и тогда-то.

— Хорошо, спасибо, Сев.

Все!

24 декабря прилетела сова с рождественским подарком от Петуньи Дурсль.

Я старательно тер глаза, чтобы это наваждение на конец-то исчезло.

Не исчезало.

Вопрос: откуда у миссис Дурсль почтовая сова? Магическая почтовая сова!

Второй вопрос — почему темный лорд не чешется и не ищет дом Поттеров. Никто о Фиделиусе не вспоминал. Просто приходи и убивай всех!

*Примечание:

Вспомните письмо из седьмой книге, когда Лили пишет Сириусу, то она упоминала подарок на рождество от своей сестры.

Конец примечания*

Первого января я получил ответ на свой вопрос.

В Англии Новый Год не является на столько же популярным и значимым праздником, как в России, но все же, Джеймс Поттер пригласил на эту ночь некоторых своих друзей.

— Рождество никогда не поздно отмечать, — сказал он. Стоит отметить, что в рождественскую ночь Аластор Муди куда-то отправил Блэка и Поттера, из-за чего моя мать долго ругалась. Скорее всего, на эльфийском.

Со своего наблюдательного поста — из кровати, в которой я претворялся спящим — я смог заметить момент, когда братья Прюэтты что-то подлили Поттеру и Блэку, от чего тех вырубило через полчаса.

Отлевитировав два спящих тела наверх, гостьи собрались на кухне.

Состав был следующим: Лили Поттер, Ремус Люпин, Гидеон и Фабиан Прюэтты и Фрэнк и Алиса Лонгботтоны.

Через еще полчаса из камина на кухню вывались два слегка пьяных типа подозрительной внешности, которые представились как Корбан Яксли и Джонатан Гринвуд.

Интересно-интересно… а эти что тут забыли?

Я незаметно подполз к краю кровати и стал наблюдать за разворачивающейся картиной.

Через несколько минут я получил ответ, почему темный лорд так наплевательски относится к пророчеству Трелони.

Потому что велись переговоры о перемирии.

Главной проблемой являлись Старший Ордин Феникса и определенные Пожиратели.

С одной и с другой стороны были фанатики, которые небыли готовы и допустить мысли о перемирии.

На темной стороне такими фанатиками были: Эвон Розье, Антонин Долохов, Джордж Треверс, Райан Мальсибер и Августус Руквуд. Люциус Малфой сказал, что, пока ему выгодно, он будет выступать на стороне Темного Лорда, но, когда организация Пожирателей Смерти полетит в тартарары, то он готов вести мирные переговоры. Лестрейнджи до смерти Беллатрикс тоже входили в число фанатиков, но потом вообще решили покинуть ряды Пожирателей и уехать в Восточную Европу. Лорд только у виска пальцем покрутил и отпустил их. Что там с Беллатрикс случилось, я так не понял, то ли погибла в стычке, то ли кто-то ее избил, но я успел еще услышать отголоски скандала, которые в «Ежедневном пророке» устроил Люциус Малфой, так что сейчас в глазах обычных обывателей фигура Беллатрикс Лестрейндж была такой же неоднозначной, как каноничный Северус Снейп после Второй войны, то есть: то ли сумасшедшая пожирательница, то ли невинная жертва, которая просто-так проходила мимо. Чудесно, не пойму, как Малфою удалось добиться такого результата всего за несколько месяцев.

Но вернемся к переговорам.

На светлой стороне тоже были фанатики, которые и слышать не хотели о каких-либо переговорах с темной стороной.

Альбус Дамблдор. Ну тут все понятно, хоть он часто говорит о вторых шансах, но вряд ли потерпит, чтобы темный лорд со своим внутренним кругом сохранял большой политический вес.

Сириус Блэк, Андромеда Тонкс и Джеймс Поттер — из-за разрыва с семьями. Да, Джеймса Поттера тоже отсекли от рода после моего рождения. Флимонт Поттер был флегматичным, чем и пользовалась Юфимия Поттер, урожденная Гринвуд. Сначала ей не нравилась компания друзей своего сына, а потом, что решился жениться на магглорожденной. Вот и заставила Флимонта Поттера, который кроме своих котлов с мешалками, ни в чем не разбирался, отсечь сына от рода и уповать на внука.

Эдгар и Мерри Боунс, урожденная МакДональд, — у Боунсов есть такая черта, как желание добиться справедливости любой ценой. Если Амелия Боунс добивается справедливости, неукоснительно следуя букве и духу закона, работая в Департаменте магического правопорядка, а вот ее брат Эдгар решил показать себя на поле сражения и именно там добиваться справедливости.

Что такое справедливость в их понятие? Не знаю.

Артур Уизли — только из-за вечной вражды между Уизли и Малфоями. Так как Малфои поддерживают темного лорда, к тому же тот не очень любит Предателей Крови, поэтому Уизли всеми силами поддерживают светлое дело Альбуса Дамблдора.

Поддерживают голосовыми связками Артура Уизли, горячими пирожками Молли Уизли, урожденной Прюэтт, рисунками десятилетнего Чарли и девятилетнего Билла, громкими и веселыми криками трехлетних близнецов и десятимесячного Рональда. А Перси. А Перси уже в пять лет как-то не стремится поддерживать энтузиазм своей семьи.

Еще были Гидеон и Фабиан Прюэтты, которые записались в Ордин Феникса только из-за своей сестры. Сделали они это по просьбе отца, который хоть и отсек Молли от рода из-за брака с Предателем Крови, но все равно она была его дочерью.

И это еще одна проблема. Гидеон и Фабиан не были против перемирия, но вот старшая сестра явно не поймет их, а они не могут просто-так бросить ее.

Как обезвредить фанатиков, чтобы и овцы остались целыми, и волки были сыты? То есть, чтобы оставить фанатиков живыми — у них же все-таки семьи — но, чтобы и перемирие настало.

Джонатан Гринвуд, который приходился кузеном Джеймсу Поттеру, предложил сварить зелье Магнуссена по семейному рецепту. Зелье Магнуссена должно было запереть магию мага так, чтобы тот не мог наколдовать даже самый простейший люмос.

Против выступили Лили Поттер и братья Прюэтты.

— Если бы Лили не была жената, то… — начал Гидеон и тут же замолк.

Прюэтты переглянулись.

— А, если разорвать на время брачный контракт Джеймса и Лили? — начал Фабиан.

— Потом внести в текст пункт о том, что политику семьи определяет Лили? — продолжил Гидеон.

— И снова подписать контракт? — закончил Фабиан.

— Но тот, кто разорвет подобный контракт словит откат, — подал голос блохастый оборотень.

— Лорд сможет сделать это, — тут же отозвался Гринвуд.

— Ага, ты его сначала уговори подумать над этим предложением, — фыркнул Яксли, достал сигарету и затянулся.

— А что скажет на это Джеймс? — вклинилась в разговор Лили.

— Просто возьмем на короткий срок под заклинание подчинение. Джеймс так и не прошел проверку в Аврорате на сопротивляемость империусу, но это при условии, что лорд согласится провести подобный обряд, — сказал Гринвуд.

После еще нескольких минут обсуждений, пришли к тому, что надо все-таки предложить план Прюэттов Темному Лорду, а, если тот пошлет их нахрень, то пытаться придумать что-то еще.

С такими мыслями заговорщики и разошлись.

Следующие несколько недель в магической Британии протекли вполне спокойно.

Ну как… спокойно…

В начале февраля пополнение также произошло в семье Уизли — родилась крошка Джиневра.

И какого лысого дракла уизли понадобился седьмой ребенок? На что их кормить?!

Оказалось, что в этом мире семья Уизли не была на столько уж бедной. Как я понял из разговоров, Уизли хватило денег, чтобы заключить контракт на обучение в бразильской школе волшебства Кастелобрушо для Чарли и Билла.

Мне кажется, что у Артура и Молли какая-то альтернативная логика?

у меня в голове никак не могло уложиться, почему Уизли решились отправить двух своих сыновей на другой край света. К тому же остальные пятеро поступят в Хогвартс, под крыло Дамблдору.

Но Уизли повезло и Чарли с Биллом записали в специальную льготную программу, так что за обучение двух рыжих британцев будет платить образовательная коллегия Бразилии. Каждый год в бразильскую школу волшебства поступает 250-300 местный и еще 15-20 иностранных учеников, а с недавних пор Образовательная коллегия определяет троих учеников с разных концов света и платит за них за обучение. Типа, чтобы укрепить международные связи. Например, в этом году по льготной программе в Кастелобрушо поступили Чарли Уизли (Англия), Ли Юй (Китай) и Ибрагим Кама (Османия).

Спустя пару недель пополнение произошло в семье Лестрейнджей. В прошлом году Рабастан женился на немке, Елене Шварц. Ребенка назвали Игносфор.

Вообще, у Лестрейнджев последние два столетия интересные жены попадаются.

У Родольфуса Лестрейнджа первого, пятнадцатого министра магии Британии, жены не было, а вот у его Брата, Корвинуса Лестрейнджа, была жена. Елена, урожденная Прюэтт, сестра Джона и дочь Джеймса Прюэттов. У Джеймса Прюэтта было три брата и четыре сестры. И все Прюэтты умерли в девятнадцать лет в битвах. Подобной участи избежали Елена Лестрейндж и ее племянник Бонифациус Прюэтт, потерявший родителей в двухгодовалом возрасте.

Корвинус Лестрейндж второй женился на Лилиан Старскэчэр. Лилиан всю свою жизнь проработала в ДМП обыкновенным секретарем, но именно она в 1845 тринадцать дней руководила департаментом. Это тогда, когда тогдашняя глава, Фабиан Розье, загадочным образом исчез на данный период. Самое примечательное, что у Лилиан Лестрейндж мозгов хватало только, чтобы понять, куда нужно нести бумаги и где ставить подпись. Все. И именно такую дуру, на груди у которой в прямом смысле этого слова висели трое крикливых молокососа: Корвинус третий, Алисия и Линкси Лестрейнджи, назначили главой департамента. И сразу после возврата Розье все, кто родился в семье Старскэчэр, умерли.

Корвинус третий женился на Фионе Крауч. Очень эксцентричной особе, которую побаивались все авроры. У Корвинуса третьего не было варианта, кроме как стать подкаблучником, чтобы не проснуться одним прекрасным утром на болоте в виде лягушки.

Корвинус Лестрейндж четвертый женился дважды. Первый раз на Летиции Кама, османской волшебнице, которая за пару лет смогла смыть в канализацию весь престиж семьи. А все потому, что родила сына Юсуфа от собственного брата Мариуса Кама, который был сквибом. Внебрачный ребенок, тем более рожденный от инцеста — общество османских магов давно точила зуб на семью Кама, а тут такой прекрасный повод подвернулся. Так что Юсуф Кама воспитывался в семье английских волшебников вместе со своей сестрой Литой, дочерью Корвинуса. К сожалению, роды были с осложнениями, поэтому миссис Лестрейндж долго не прожила. После чего Корвинус Лестрейндж увел у Зевсеса Уизли жену, Кларису Тремпли, и, наложив империус, заставил жениться на себе и родить мальчик. Мальчик и родился — Корвинус Лестрейндж пятый.

Корвинус Лестрейндж V женился на Кассиопеи Гринвуд, сестре печально известного Альфреда Гринвуда, который отличился в годы войны с Гриндевальдом как знаменитый зельевар, готовый сварить любое пыточное зелье.

Вот такой интересный дедушка оказывается у Джеймса Поттера. Был приговорен к Поцелую дементора в августе 1944 за косвенное участие в пытках и убийствах сотен магглов.

Ричард Лестрейндж женился на Виктории Дэшть, дочери чешского министра магии, который в свое время отличился такой же публичной сумасшедшинкой, как и Альбус Дамблдор.

Елена Шварц на их фоне кажется ничем не примечательной особой. Ну подумаешь, ее брат пытался в публичном месте зачать внебрачного ребенка от жены баварского министра иностранных дел, ничего особого.

Флегматичный Рабастан является островом спокойствие в своей семье.

В начале февраля со своей первой песню выступила Селестина Уорбек. За неимением конкурентов на рынке британской магической музыки, Селестина Уорбек быстро стала популярной и обожаемой несмотря на то, что пела она, как сапог, засунутый в мясорубку.

Несмотря на официальное военной время, Миллисента Бэгнолл решила не отменять ежегодные выборы министра. Главным ее конкурентом являлся Абраксас Малфой. Томас Риддл отказался выдвигать свою кандидатуру на пост министра, так как был занят более важными делами — переговорами с мирно настроенными светлыми.

А Дамблдор просто не знал всей информацией, так что на собраниях Ордина Феникса всем заливал журчащим голосом о том, что благодаря его влиянию Томас Риддл, чуть ли неправая рука темного лорда, испугался и отказался воевать со светлой стороной.

И чего Дамблдору стоило просто сказать, что Риддл и темный лорд — одно лицо? Хрен его поймешь.

В начале марта к Лили Поттер заглянул Корбан Яксли, который передал сообщение темного лорда, гласящее: «план Прюэттов — шляпа, думайте дальше».

И ничего не предложил сам.

Лично мне было скучно. Единственное доступное мне развлечение было чтение книг, только надо было делать это ночью, когда все спят.

В домашней библиотеке нашлись такие книги, как «Начальный курс чар» Агаты Броуд, «Высшие зелья: методы нарезки и хранения редких ингредиентов» Горация Слизнорта и даже «Хроники магических семей Британии» Вальтера Соля. откуда в домашней библиотеке такого светлого мага, как Джеймс Поттер, взялась последняя книга — загадка века. учитывая, что в ней преимущественно рассказывалось о темных семьях: Малфой, Нотт, Нортон, Кэрроу и другие.

А еще…

*От автора:

Изначально была одна глава на 47к символов, но я решил разделить ее на две-три части.

Продолжение в воскресенье.

В 1974 году миллион ничего неподозревающих американских магглов, как всегда, утром включили телевизор и начали пить кофе, есть булку — ну или, чем там по утрам питаются южане. Короче, представьте себе, сидите вы утром, пьете кофе, едите булку и смотрите телевизор и тут на ваших глазах происходит самоубийство.

Самоубийство Кристин Чаббак произошло утром 15 июля 1974 в прямом эфире.

Думаю, что многие не сразу врубились, что блин происходит на экране.

Так вот, я не сразу врубился, что увидел 16 марта 1981.

Джеймс Поттер утром умотал на работу в хорошем настроении, Лили Поттер варила восстановительное зелье и напевала какую-то народную песню себе под нос, а я давился детским питанием. По вкусу, как кошачья шерсть. Отвратительная мерзость.

Тут заглянул Аластор Муди, у которого выдался выходной день.

Что-то сдохло в Запретном лесу раз у такого параноидального трудоголика, как Муди, появился выходной.

Лили Поттер и Аластор Муди начали разговаривать о ситуации в стране. моя мать — еще непривычно называть ее таким образом — пыталась аккуратно прощупать почву лояльности Муди к перемирию. Но практически сразу же старый аврор сказал, что всех темных нужно в Азкабан и больше никаких вопросов.

Лили Поттер предложила новый китайский чай, Муди согласился, Лили Поттер принесла чай, Муди выпил его и осел замертво, выронив кружку.

Я не сразу понял, что на моих глазах произошло убийство. Когда до меня все-таки дошло, что я тут увидел, я чуть не сдох от кашля.

Мать трансфигурировала труп Муди в кость и похоронила под розовым кустом. На ее лице в течение всего убийства не проявилось ни единой эмоции. Похоже из-за зелья, которое она приняла утром. Если не ошибаюсь, судя по запаху и цвету, эта была лошадиная доза успокоительного.

И что прикончило мистера Вечная-постоянная-бдительность?

Чай… зелье. Точняк, вчера Снейп приносил какое-то зелье матери и все расспрашивал, зачем ей понадобилось ненаходимый яд. Мать отбрехалась, что Фрэнк Лонгботтон решил поставить какой-то эксперимент над розами и ваще, не суй свой крючковатый нос не в свое дело.

Снейп отвалил, подозрительно косясь на единственную подругу своего детства, которая отродясь не интересовалась ничем темномагическим.

Ай да мать, ай да Лили Поттер… Решила обыграть авроров, думает, что никто не сможет разгадать тайну исчезновения самого известного параноика?

Через неделю… тишина. Никто не говорил об исчезновение Муди. Да, внутреннее дело в Аврорате велось, но, так как за связь с прессой отвечал Кристиан Яксли, брат Корбана, «Ежедневный пророк» молчал, как рыба.

Через еще одну неделю новый глава Аврората, Себастьян Нортон отдал приказ закрыть дело, перевести его в архив из-за отсутствия каких-либо улик, а общественности сообщить об исчезновении бравого аврора. Никто не должен волноваться, все ок, просто исчез старик, что с него взять.

Никто и не волновался.

Никто, кроме нескольких авроров. Джеймс Поттер и Сириус Блэк целый месяц по вечерам громко всем доказывали, что нельзя так оставлять, нужно обыскать все поместья аристократии — вдруг они держат Муди в плену, готовя принести в жертву — что нужно проверить левое плечо Яксли и Нортона, а то как-то уж слишком подозрительно они себя ведут, не сторонники ли они темного лорда.

Надоело. Мы уже все поняли, что вы думаете, так что не можете заткнуться, иначе, вам придется платить за лечением моих ушей.

Поттер и Блэк не думали молчать. Понимаю, двадцать лет — максимализм, я находился в таком же состояние, когда в той жизни мне в виду неприятных обстоятельств, к сожалению, пришлось участвовать в убийстве и сокрытие трупа, о чем предпочитаю не вспоминать, но я не носился, как наскипидаренный!

Лили Поттер и Ремус Люпин смотрели на эти эпатажные выступления со скучающим видом. Честно слово, попкорна им не хватало.

Лунатик даже не пытался каким-то образом успокоить своих друзей, как делал это обыкновенно.

На следующем собрание переговорной группы, которое состоялось в конце мая, я понял, что убийство Аластора Муди было запланировано заранее.

В список, кого нужно было устранить, также входили Эдгар Боунс и Артур Уизли.

Первый был слишком сильным боевиком, который доставлял много проблем Пожирателям Смерти, а у второго был слишком длинный нос, который он любил совать куда не надо. Корбана Яксли уже вымораживает постоянная слежка со стороны рыжего.

В начале апреля я произнес свои первые слова. Извините, я просто не вытерпел.

Джеймс Поттер притащил из кладовки маленькую гоночную метлу.

— Я на ней летал в детстве, — сказал он, поглаживая метлу по древку.

Я посмотрел на него со скепсисом. Для чего он принес эту палку?

Оказалось, для меня.

Я несильно сопротивлялся, так как все-таки хотел узнать, что такое полет.

Блять! Ебанутая метла! Какой криворукий идиот делал эту метлу?! Как Джеймс Поттер не получил в детстве сотрясение мозга?! Или все-таки получил?!

Картина следующая: Джеймс Поттер и Сириус Блэк с умилением смотрят, как я вишу на этой чертовой палке по середине гостиной вверх ногами, качаюсь. Как червь на крючке, и пытаюсь достать края дивана, чтобы десантироваться на него. Но Сириус Блэк взял меня и толкнул обратно на палку. я крепко схватился за прутья, чтобы не упасть, и в сердцах прошипел:

— Кобель сранный.

Именно в этот момент в гостиную вошла Лили Поттер с подносом чая.

Сириус отшатнулся, Джеймс закашлялся и выпучил на меня глаза, поднос упал на пол, Лили Поттер открыла рот, а я шипел не хуже любого ужа.

…Немая сцена…

Закадровый голос на парселтанге, предположительно принадлежащий Салазару Слизерину: «Нужно позвать Ровенну. Никогда не видел матерящихся младенцев. Ей будет интересно посмотреть на такое чудо природы».

По счастью, никто не слышал закадровый голос. Даже я.

Прошло пять… прошло десять секунд…

Пока эти взрослые смотрели на меня, как на камень, научившийся танцевать, я кривыми и нелепыми движениями пытался подвинуться обратно к дивану. На конец-то десант удался.

Кинув на Сириуса Блэка презрительный взгляд, я улегся и претворился, что сплю.

Взрослые отмерли…

Сириус попятился и спросил удивленно:

— Что это сейчас было?

Никто не мог дать ему внятный ответ, так как Джеймса Поттера до сих пор одолевал кашель, а Лили Поттер могла только качать головой из стороны в сторону.

После получасового экспрессивного диалога, взрослые пришли к выводу, что во всем виноват Сириус Блэк — именно он спокойно мог сказать какую-нибудь похабщину — и, что «Кобель сранный» не будет засчитан как первое слово.

Жаль. Я так хотел войти в историю как человек, чье первое слово было нецензурным.

Но с тех пор отец больше не доставал метлу.

31 мая 1981 года был жарким, погожим днем, когда мухи от лени висят соплями на стеклах, магические почтовые совы в маггловском небе выглядят особенно неуместными, а самые темные маги-психопаты предпочитают отсидеться дома, так как погода слишком хороша для злодейств.

Утром к нам зашел Сириус Блэк с Ремусом Люпином. Пару часов приятели распивали чаи и вспоминали старые школьные годы, после чего Джеймс Поттер и Сириус Блэк камином переместились в министерство магии, чтобы заступить на караул Лютного переулка — у авроров не было четкого графика дежурств, скорее всего, пост караульных разыгрывались в карты.

Люпин остался.

Через полчаса начали собираться остальные члены миротворческой Группы. Сегодня было общее собрание. Дом Поттеров был базой группировки, так как в поместьях магов с темной стороны могли появиться неудобные родственники, которые быстро разнесут известия, что, например, Лили Поттер была в поместье Яксли — у тех, кто знал Лили Поттер по школе как одну из лучших гриффиндорок, от таких известий точно случился бы когнитивный диссонанс — а в поместьях светлых родов тоже родственники, которые не будут терпеть присутствия «Темных», Люпин жил в стае, с другими оборотнями, и никто не хотел проверять, как отреагируют на магов вервольфы. Оставался только коттедж Поттеров в Годриковой Лощине.

Светлую сторону представляли следующие маги:

Лили Поттер. На первый взгляд — любящая мать, отличница, лучшая ученица на своем курсе, отзывчивая и чуткая, держит в ежовых рукавицах мужа и его лучшего друга, у которых в одном месте шило, но на моих глазах она отравила человека, отключившись от всех эмоций. Нет, после этого она все-таки проявила беспокойстве и тревогу, первый раз на моей памяти приложившись к бутылке, но все же. Что по поводу внешности… в принципе, соответствует каноничному описанию: зеленые глаза, огненно-рыжие волосы, звонкий смех, спокойный, немножко флегматичный темперамент. Если честно, лицо чем-то напоминает Лукрецию Прюэтт, урожденную Блэк — ее колдография висела над камином у нас в доме. Мало-чем, но все равно походила.

Ремус Люпин — с короткой черной стрижкой, непримечательной внешностью, ходит тихо, как кот, сливается с тенями, глаза глубокие, как омуты, какого-то серо-синего цвета. Говорит тихо, но так, что все слышат его. Если вам удастся вывести Ремуса Люпина из себя, то вы являетесь воплощением вселенского зла.

Гидеон и Фабиан Прюэтты — немного плотные, имеют хорошее сложение для боевиков, огненно-рыжие волосы, голубые глаза, практически идентичные лица, тоже имеют шило в заднице, но могут быть серьезными.

Фрэнк и Алиса Лонгботтоны — русые волосы, тихий, мягкий темперамент у обоих. В основном, говорил только Фрэнк, вокруг которого была аура не аврора, а целителя.

Остальных я знал только по именам: Питер Петтигрю — что-то крысиное в его облике точно проглядывало, предпочитал отмалчиваться или просто поддакивать вышестоящим — Люциан Эббот — флегматик, пепельный блондин, постоянно таскал с собой гроссбух и шариковую ручку — и Лоран Гольштейн — очкарик с кривым носом, весь в веснушках, работал в Отделе Тайн, в Ордине Феникса не состоял.

Темная сторона:

Корбан и Кристиан Яксли — два министерских чиновника со стереотипической внешностью: залысина, темно-серые одежды, сдержанные манеры. Кристиан работал в Аврорате, а Корбан — в ДМП.

Джонатан Гринвуд — длинные, спутанные сероватые волосы, которые волнами ниспадали на его плечи, острый, орлиный взгляд, римский нос, постоянная усмешка на губах, кривое правое ухо, черные, как крылья ночи, одежды — именно такой вид имел Джонатан Гринвуд. Он был немногословен и угрюм.

Люциус Малфой тоже приперся — весь его вид показывал, что все, с кем он говорил, удостаиваются высшей чести, о которой не могли и мечтать. Знаменитая трость была при нем.

Александр и Лаура Паркинсоны. Александр был широкоплечим, с лицом-кирпичом, длинными, волнистыми волосами цвета вороньего крыла, голубыми, как черника, глазами, вкатившимися щеками и немного выкатывающемся лбом. Лаура Паркинсон, урожденная Вудвилл, была низкорослой, с вытянутым лицом. Дочь, сидевшая на руках у мистера Паркинсона, явно пошла в отца.

И…

Я протер глаза.

Лавгуды?!

А эти что тут забыли?

Считалось, что Эбботы и Лавгуды принадлежат к нейтральной стороне, которая не выступает не за Темного Лорда, не за Альбуса Дамблдора. Но нейтралам нужна была более достоверная информация, чем проправительственные статьи в «Ежедневном пророке», поэтому некоторые семьи более тесно общались с орденцами, а другие — с Пожирателями, получая свежие слухи и достоверную информацию прямо с поля боя. К первым относились Эбботы, Буты, а ко второй группе: Эджкомы, Гринграссы и, как это неудивительно, Лавгуды. Просто Пандора Лавгуд — сестра Александра Паркинсона и Деборы Яксли, жены Кристиана.

Также пришла троица Лестрейнджев: Родольфус и Рабастан с супругой. Елена Лестрейндж была рыжеволосой, с римским носом, глазами морской волны, гладкой, бледной кожей и искривленной дугой верхней губы.

Те, у которых были дети, принесли их с собой, так как не хотели дать посторонним лишнего повода гадать, куда они делись.

Всех детей усадили на широкий диван в гостиной, стоящий возле входа на кухню, так что я мог прекрасно все слышать. Не знаю, повлияла ли так атмосфера ответственности, витавшая между взрослыми, либо просто дети находились в периоде накопления сил — все сразу — но факт остается фактом, никто не орал, не плакал, не бодался, не скакал, все смирно сидели, иногда гукая или смеясь. Я мог беспрепятственно слышать абсолютно все реплики взрослых.

Детский состав, помимо моей персоны, был представлен Невиллом Лонгботтоном, Персефоной Паркинсон, Энтони Гольштейном, Ханной Эббот и Игносфором Лестрейнджем. Драко Малфой вместе с матерью пару недель назад уехал к французским родственникам из рода Розье. Кристиан Яксли оставил своего двухмесячного спиногрыза на попечительство матери, а Пандора Лавгуд и Лаура Паркинсон находились на девятом месяце беременности, так что через пару недель родятся Луна Лавгуд и Ирида Паркинсон.

Под конец приперся Темный Лорд.

Он находился на промежуточной стадии между старостой Слизерина Томасом Риддлом и каноничным рептилоидом, т.е. имел красные змеиные глаза, практически полное отсутствие носа, каштановые волосы с проблеском седины и лицом респектабельного политика, Темный Лорд предпочитал черные штаны и синюю мантию.

Еще я заметил, что представители светлой стороны вырядились по-маггловски: в рубашки, джинсы, кофты, костюмы, а, в случае Гольштейна, в медицинский халат, то вот темные, в том числе Лавгуды, предпочитали черные, серые и синие мантии, а Паркинсоны еще носили остроконечные шляпы. Светлых хоть сейчас можно было пускать в маггловский мир — их примут за иностранцев, которые плохо ориентируются в английских реалиях, и, скорее всего, жили в какой-то американской глуши, среди лесов и гор, и не разбираются в дарах современной науки. А вот темные всем своим видом показывали, что они — волшебники.

Светлые расселись подальше от дверного проема, а напротив них сели темные. Я мог разглядеть всех из последней группы, а вот из светлых я смог заметить только Фрэнка Лонгботтона, сидевшего по правую руку от мистера Паркинсона.

Когда все расселись, то огонь в камине снова взвился зеленым, и в помещение влетел человек в раздражающий глаза желто-черной шмелиной экипировке. Людо Бэгмен, двадцатилетний ловец сборной Англии по квиддичу.

Вся его поза, жесты и движения источали энтузиазм, веселье и никогда не заканчивающуюся энергию.

Шмелем промелькнув в дверях, Бэгмен присоединился к сидящим на кухне.

— Людо, где тебя носило? — прошипел Кристиан Яксли.

— Разговаривал с тренером. Уоррен настойчиво просит меня остаться на позиции ловца.

— Согласился?

— Конечно же!

— Вссссе в сссссссборе? — практически на парсельтанге спросил Волан-де-Морт.

— Ага! — жизнерадостно откликнулся Бэгмен и, судя по звукам, налил чай и предпринял попытку расколотить сахарницу.

— Итак, — многозначительно произнес Томас Риддл. — Вот список всех тех, кто выступает с радикальной позиции в идущей войне и никогда не согласится на перемирие.

Звук левитируемых листов бумаг. Один листок опрокинул чашку чая Бэгмену на штаны, на что ловец зашипел, как кот.

Через полминуты лорд осведомился:

— Ознакомились?

Послышалось разноголосое:

— Да…

— Самая большая проблема заключается в том, что большинство из них тем или иным образом приходятся родственникам кому-нибудь из здесь сидящих, и вряд ли они обрадуются, если мы поступим таким же образом, как с Муди.

— А что с ним произошло? — прервал речь Лорда чей-то отстраненный голос. Скорее всего, Лавгуда.

— Я, кхм, его усыпила, — произнесла Лили Поттер, отчаянно кашляя и запинаясь.

— И он ничего не заметил? — не поверил Гольштейн.

— Ничего.

— И ты не выдала себя?

Пауза…

— Я выпила несколько флаконов успокоительного перед тем, как он пришел к нам, — произнесла на выдохе миссис Поттер.

— И где же труп? — поинтересовался Гринвуд.

— На заднем дворе, под розами.

— Кхм.

— Господа, давайте перейдем к делу, — встрял в разговор лорд. — Итак, мы выслушали Лили Поттер, которая отравила Аластора Муди редким зельем, но это не решает проблему остальных наших противников. Что делать с Джеймсом Поттером, Сириусом Блэком, Антонином Долоховым, Райаном Мальсибером и Эвоном Розье.

— Стукнуть по темечку до потери памяти и отправить в Мунго, — предложил Гринвуд.

— Я не дам стукать Джеймса, — сказала решительным тоном миссис Поттер.

— Еще хочешь перевоспитать его? — вступил в разговор Гидеон Прюэтт.

— Да, я хочу…

— Мозгошмыги мистера Поттера не подлежат изменению, — с серьезным видом отрезал мистер Лавгуд.

На пару секунд повисла тишина. Лили Поттер вздохнула, кто-то с половины темных прокашлялся, а кто-то из светлых хмыкнул, а Людо Бэгмен налил очередную кружку чая, пролив половину жидкости на постеленную скатерть красного цвета с рассыпанными по ней желтыми цветочками.

— Мистер Поттер и без памяти может поднять вселенский кипиш, — пробормотал Александр Паркинсон. В тишине его шепот был отчетливо слышан по всему дому.

— Предложения, предложения, господа, нам нужно найти эффективный метод решить задачу, — вывел компанию из ступора мистер Малфой, который с невозмутимым видом покачивал трость и кидал на собравшихся презрительный взгляд, как будто хотел высказать долгую тираду об их эмоциональном состоянии и умственных способностях.

— Отправить к нарглам, — сказал Ксенофилиус Лавгуд и усмехнулся. Смех, раздавшийся после этой шутки, окончательно развеял напряженную атмосферу.

— Можно признать их недееспособными и поместить в палаты Мунго, — предложила Пандора Лавгуд.

— Со старым лимоноедским маразматиком это могло прокатить, если он не был бы победителем Гриндевальда, — усмехнулся Гольштейн. Его можно было определить по характерному трещащему голосу, который напоминал отдельные винтовочные выстрелы, а необычную речь человека.

— С Сириусом прокатит, — сказал Фрэнк Лонгботтон. — Но есть проблема в лице Вальбурги Блэк. Хотя она и отрезала Сириуса от рода, но Сириус — последний живой Блэк. Мы не знаем, где сейчас находится Регулус.

— Попал в мое озеро с инферналами, — пробормотал Волан-де-Морт. От подобного заявления Людо Бэгмен поперхнулся чаем.

— Тем более, — со стоическим спокойствием принял данную новость мистер Лонгботтон. — Тем более, миссис Блэк сто процентов уже в курсе того, что Регулуса нет в живых, поэтому, если Сириуса признают недееспособным, то она заберет его под свою опеку. С остальными из этого списка подобной проблемы может быть и не возникнет, все-таки они не последние представителей своей родов, но есть достаточно близкая родня, которая ради куска наследства могут убить даже собственного брата. Целители из госпиталя святого Мунго только обрадуются, когда их койки опустеют. План отправки кого-либо в палаты Мунго — гиблое дело.

— Империус, — перебил его Гольштейн.

— Лор, ты захотел в Азкабан?! — воскликнул Гидеон.

— Даже, если ты наложишь на них империус, то они скоро его сбросят и забудут, если подпишут пакт о ненападении, а в следующем бою сразу же потеряют магию из-за нарушения клятвы, — в разговор вступил Люциан Эббот, который все время сидел молча, только перелистывая страницы своего гроссбуха.

— Лоран имеет в виду жидкий империус, — сказала Пандора Лавгуд.

— Жидкий империус?! — удивились все.

— Руквуд что-то рассказывал… — протянул Темный Лорд, наклонив голову к правому плечу и внимательно рассматривая миссис Лавгуд. — Если я не ошибаюсь, невыразимцы вплотную подошли к тому, чтобы после одной порции зелья эффект закреплялся на всю жизнь…

— Да, именно, — кивнула Пандора. — Правда проблема заключается в том, что у испытуемых лицо становится таким же, как у мага под обыкновенным империусом.

— У Блэка и Розье такое лицо всегда, — фыркнул мистер Паркинсон.

— Сейчас Отдел Тайн бьется над тем, чтобы, во-первых, никто не замечал, что человек находится под империусом, а, во-вторых, чтобы сузить зону воздействия зелья. Сейчас зелье воздействует на весь мозг, отданный приказ становится императивом во всех начинаниях и делах испытуемых, но мистер Лестрейндж потребовал, чтобы в обычное время, в обычных условиях, которые не связаны с приказом, мозг мага функционировал в обычном режиме.

— То есть вам нужно найти такой состав зелье, которое воздействует на мозг только при каком-то определенном внешнем раздражителе? — потребовал разъяснения Фабиан.

— Именно, — кивнула Пандора.

— Думаю, что нынешний состав пойдет, — бархатным голосом произнес лорд Волан-де-Морт. — Мы не можем ждать дольше, иначе конфликт перерастет в гражданскую войну.

— Извините, милорд, но пока-что у меня нет допуска к разработкам подобного уровня, к тому же на все образцы определенного уровня секретности ставится заклинания, которые не позволят вынести их за пределы Отдела Тайн. Я, конечно же, попытаюсь через знакомых подобраться к тому, кто накладывает подобное заклинания, и попросить один раз его снять ненадолго, но это будет трудно. Может быть, потребуется даже год.

— А как звать того, кто ставит заклинания? — спросил мистер Малфой.

— Бродерик Боуд. Сын Андриана Боуда и Кассиопеи Бёрк.

— Я поговорю с Августусом на счет Боуда. У Руквуда есть выход на высокопоставленных невыразимцев, я уверен, что он справится с этой задачей, — кивнул Темный Лорд. На этом собрание закончилось.

От автора:

На следующей неделе публикации во вторник, четверг и в субботу.

Спасибо, что читаете.

К сожалению, изначальную главу не удалось поделить пополам, так что ждите продолжение.

Лето было свежим, погожим, жарким с редкими вкраплениями туманных дождей, это лето было из тех, каждым моментом которого хотелось наслаждаться, вбирать полной грудью килограммы свежайшего воздуха высшей пробы, купаться в ласкающих лучах палящего солнца и слушать ритмический щебет птиц во дворе.

В политической обстановке магической Британии ничего не менялось. Руквуд пытался то с одной, то с другой стороны подобраться к Боуду, но безрезультатно. Хорошо, что Руквуд не знал, что одна порция зелья предназначается ему, иначе стал бы саботировать приказ.

В конце июня пополнение произошло в семьях Лавгуд, Паркинсон и Броклхерст.

В июле на пороге нашего коттеджа появился Дамблдор, который пожурил чету Поттеров за беспечность и отсутствия озабоченности о жизни своего ребенка, который подпадает под пророчество — чтоб ему эти бредни Трелони поберег глотки встали — и предложил чары фиделиуса, а в качестве хранителя тайны предложил собственную персону. Джеймс Поттер, подбадриваемый Сириусом Блэком, сразу согласился на гениальную идею Дамблдора, а Лили Поттер поджала губы — в этот момент мне почему-то вспомнилась Петунья Дурсль из фильмов, ну больно уж похожее выражение лица было в тот момент у нее — и сообщила, что, конечно, это гениальная идея, но они еще подумают, а, когда Джеймс Поттер хотел что-то возразить, то просто пнула его по голени и кинула взгляд готовой к охоте ядовитой змеи. Под таким взглядом у Джеймса Поттера проявились остатки инстинкта самосохранения, тем более в семье главное правило: «Женщина всегда права, а, если будете спорить, то будете сковородкой биты».

После ухода Дамблдора Лили Поттер заявила, что Джеймс и Сириус могут валить в свой Аврорат, так как новый начальник, мистер Нортон, был готов три шкуры снять с того, кто хоть на минуту опоздает, а, пока они будут думать о стране и пахать на благо народа, она проведет ритуал наложения фиделиуса, а хранителем станет Питер Петтигрю, так как Пожиратели Смерти никогда не подумает на него. Поттер и Блэк согласились с такой логикой и не стали устраивать скандал на тему того, что Лили стала перечить советам Дамблдора. Когда эта двоица гриффиндорцев свалила через камин в министерство магии, то Лили Поттер послала патронус Корбану Яксли, который и стал хранителем тайны.

Эх-х-х… хорошо, что Поттер и Блэк не знали, кто на самом деле стал хранителем тайны, иначе, у них остановилось бы сердце, произошли бы инфаркт и инсульт, сахар резко подскочил бы, а давление дошло бы до отметки 300:200.

А, может быть, жаль, что не знали. Нет Поттера и Блэка — нет проблем. На две порции драгоценного и редчайшего зелья меньше понадобится.

Вечером Лили сообщила Джеймсу, Сириусу и Артуру Уизли, который хрен знает зачем приперся, что хранителем стал Петтигрю, а все будут думать, что это Блэк.

— Теперь мы можем спать спокойно, уверенные в том, что вы находитесь в полной безопасности, и, что ни один Пожиратель не проберется вам домой, — произнес мистер Уизли и все чокнулись бокалами. Лили Поттер едва сдержала улыбку.

Угу, ни один Пожиратель не проберется. Братья Яксли и чета Паркинсонов шастала к нам, как к себе домой. Естественно, пока ничего неподозревающий Джеймс Поттер отсиживал дырку в Аврорате. Он не подозревал, что за август Темный Лорд трижды приходил в коттедж, чтобы переговорить с Лили Поттер о каких-то редких чарах. Так как миссис Поттер в свое время была одной из лучших учениц профессора Флитвика, то немножко разбиралась в редких чарах, которые навешали на древнеегипетские и древнекитайские пирамиды.

Поттер и Блэк удавились бы, если узнали бы обо всем об этом.

Все было спокойно до октября.

26 октября Долохов с несколькими зелеными шкетами прямо по середине Косой Аллеи напали на Орденцев. Со светлой стороны погибли Билиус Уизли, Гидеон и Фабиан Прюэтты и Фрэнк Лонгботтон, с темной — Эвон Розье, Борис Донников, Лукреция и Эстофель Калины и Ландо Де-Поссеиро.

Алиса Лонгботтон, урожденная О-Брайн, схватила Невилла и 28 октября свалила к своим ирландским родственникам, так как очень боялась за свою жизнь.

И не зря. В ту же ночь на летний домик семьи в Корнуолле напали и убили Августу Лонгботтон. Титул лорда Лонгботтона перешел полуторалетнему Невиллу, а Алиса как мать несовершеннолетнего лорда рода стала его регентом и представителем.

Вечером, после инцидента в Косом Переулке, Дамблдор обмолвился о том, что идут слухи, что Малфои каким-то образом причастны к нападению, в котором умер Билиус Уизли. Угадайте, где в тот момент находился Артур Уизли, только-что потерявший самого дорогого после жены для себя человека? Правильно, тут же!

Если отношения между Уизли и Малфоями до этого были напряженными, то только тот факт, что Артур Уизли делал из себя вежливого и респектабельного молодого человека, не позволил ему тут же пытаться прорвать защитный контур поместья Малфоев.

Хорошо, что Невилла будет воспитывать Алиса Лонгботтон, которая знала, что на самом деле представляли из себя Ордин Феникса и Пожиратели Смерти. Как я понял, Августа Лонгботтон, хотя и часто конфликтовала с победителем Гриндевальда, но была такой же фанатичной сторонницей Дамблдора, как Молли Уизли.

На утро 31 октября назначили совещания Группы переговорщиков. Все хотели понять, что делать теперь?

Первым прибыл Темный Лорд. В тот момент он очень походил на того киношного рептилоида. Это из-за гнева. Да, исчезла проблема в лице погибших Эвона Розье и Билиуса Уизли, а также Антонина Долохова, которого вчера отправили на пожизненное в Азкабан, но тот инцидент в Косом Переулке мог стать триггером к гражданской войне, которую Группа Переговорщиков всеми силами пыталась оттянуть.

Больше никто не успел прибыть, так как тут из камина вышел Джеймс Поттер, который забыл что-то дома — олень придурочный — и Сириус Блэк, конечно же, как же без этой вечно веселящейся рожи!

Узрев прямо перед собой Волан-де-Морта, Джеймс крикнул:

— Лили! Бери Гарри и беги! — и ударил чем-то фиолетовым в Темного Лорда. Тот поднял щит и отступил на пару шагов назад. Лили укрылась в углу, накрывши себя и меня щитом, попутно пытаясь прицелиться и оглушить Джеймса. Но ее дорогой супруг скакал, как твой олень рогатый, и никак не попадал в прицел.

Тут мистер Поттер кинул что-то желтое в Темного Лорда, поднявшего щит кислотно-зеленой раскраски, а Лили именно в этот момент кинула невербальный «Ступефай!». Все слилось: кровь, кишки, визг, писк, грохот, гром, пыль, сера, вопли Сириуса, который все это время стоял, как стукнутый, звук падающего тела.

Пыль осела через полминуты. Лили Поттер лежала возле моей кроватки мертвой. От Темного Лорда осталась только груда пепла с синеватыми проблесками — именно такого цвета была его мантия в тот вечер — а тело Джеймса Поттера упало на первый этаж. Сириус Блэк стоял памятником сам себе возле камина и смотрел на остатки Темного Лорда, шипя про проклятых крыс и чертовых предателей.

Ну пусть и ловит свою крысу. я на все сто процентов уверен, что в этом мире Петтигрю таким же образом разыграет свою смерть, а Блэка посадят в Азкабан. Хотя, эта вселенная иногда выделывала такие фортели, что остается только удивляться: Лавгуды на темной стороне, убийство Аластора Муди — кстати, его трансфигурированное тело так и лежит под розами, хотя обыкновенная трансфигурация больших тел проходит максимум за неделю, значит Лили Поттер на самом деле была сильной волшебницей — ну и так далее.

Сириус Блэк взял меня, потом сдал Хагриду на руки, а сам умотал за «крысой, подлой тварью, чертовым преступником и предателем, черным и гнусным Пожирателем Петтигрю». Удачи ему. Только не пойму, как он собирается искать Петтигрю пешком. В таком состояние он аппарировать не сможет — концентрации внимания не хватит, а там расщеп, мотоцикл остался у Хагрида. У местных жителей было бесполезно просить воспользоваться их каминами — они только проснутся и сразу проклянут тебя так, что тебе мало не покажется, только за то, что разбудил их по середине ночи.

Так что побрел кобель блохастый в поисках крысы облезлой, оставив Хагриду, напоминавшему сошедшего с ума лешего, сына своего оленьего приятеля.

20 жовтеня лета 7490 от Сотворения Мира, вторник, Московская область.

*Примечание:

В старорусском календаре применяется юлианский календарь, т.е. 20 жовтеня — 20 октября по юлианскому календарю (вторник) или же 2 ноября (понедельник) по григорианскому календарю.

Конец примечания*

Смеркалось. Крупное и красное, словно большое и наливное яблоко, солнце скрывалось за вершинами московских многоэтажек. По МКАДу мчались сотни и тысячи автомобилей.

Резиденция императора магической Российской империи располагалась в нескольких километрах к югу от Сергиево Посада в одной из самых крупных складок пространства в Европе. Поговаривали, что площадь резиденции превышает 200 квадратных километров.

У императора Мстислава четвертого Ларссона был строгий распорядок дня, которому он следовал неукоснительно, если только не случались форсмажорные обстоятельства.

Вот и сейчас, как всегда вечером, перед приемом определенного рода гостей он играл сам собой в шахматы. Император Мстислав четвертый предпочитал маггловские шахматы, так как они не отвлекали его от раздумий своими глупыми и бессмысленными комментариями.

Но вот по середине очередного хода, когда император напряженно думал над тем, кем идти на F3: конем или слоном, в клепсидре перелилась вода и прозвучало шесть ударов гонга.

Отставив шахматную доску, император магической России прикрыл веки и стал ждать.

Пока длилось ожидание, он напряженно думал над тем, что делать со шпионами.

На данный момент Российская империя располагала одиннадцатью шпионами, которые были разброшены по всему миру.

Братья Мартыновы сейчас занимались разведкой в Намибии, где шла война.

Александр Романов и Иван Шварц уже несколько лет без пользы просиживали штаны в руководстве персидского Аврората.

Бенедикт Хольм недавно отправился в Ассирию, чтобы наблюдать за разворачивающимся в маггловском мире конфликтом в Афганистане. В отличие от Советского Союза, Российская империя решила не принимать участие в этой кампании, зато правительство магической Ассирии приняло решение направить в Афганистан нескольких магов. Операция была максимально засекречена, и Хольм не справлялся с поставленной задачей. Может быть, послать ему на помощь Романова и Шварца?

Степан Мозгляков занимался продажей целебных мазей в Стокгольме, а также был вхож в круги вышел элиты магической Швеции.

Шведский король со всем усердием не замечал, как прямо под его носом Мозгляков пытается составить досье на всех присутствующих, а Мстислав четвертый с таким же рвением не замечал дополнительной деятельности Инги Сольрённ, работающей в отделе по наложению чар на метлы в компании «Гром».

Николас Грюнербаум вышел на Олега Старостина пару лет назад. за это время этот молодой и энергичный австриец добыл для России достаточно секретных данных о работе австро-венгерского Аврората, что получил орден Кощея второй степени.

Марсус Соколов был одним из самых малорезультативных шпионов за всю историю российской внешней разведки. За сорок пять лет работы профессором чар в Кастелобрушо он не предоставил никакой полезной информации.

Но сейчас мысли российского императора занимали двое последних шпионов.

Что делать с Долоховым? Этот придурок попал в Азкабан! хотя, все к этому шло. Мстислав четвертый не понимал, как этому отморозку удавалось так долго не попадаться в руки британского правосудия. Хотя, как он уже понял, в британском Аврорате 90% служащих за звонкую монету могут продать родную мать.

* * *

Антонин Евгеньевич Долохов родился 13 мая 1926 года в летнем доме клана Хольм в Курске. В клане Хольм была традиция раз в несколько лет отправлять одного ребенка в иностранную школу. Мать Антонина, Нуи Долохова, урожденная Уазо, настояла на Хогвартсе. Ее муж, Евгений Романович, никогда не мог ей отказать. Мать выбрала имя ребенка, где ей рождать, кто будет его крестными и где он будет учиться.

Хоть Нуи и происходила из старинной французской семьи, но училась в Хогвартсе, как и ее мать, Елена Уазо, урожденная Треверс.

В сентябре 1937 молодой Антонин отправился в шотландскую школу, где был распределен на факультет Слизерин. Его однокурсниками по Слизерину были такие личности как Абрахас Малфой, Ричард Лестрейндж, Томас Риддл, Вальбурга Блэк, Алиса Треверс, Ника Лавгуд, Миллисента Вайт и Адриана Найт.

Долохов был одним из лучших на своем курсе в трансфигурации и в древних рунах.

После выпуска он несколько лет работал на Ночной Аллее в лавке с темномагическими артефактами. В 1950 году он вернулся в Россию, где устроился в компанию «Гром». Двадцатитрехлетний Антонин занимался наложением и закреплением рун на метлах новейших моделей. На этой работе он продержался практически двадцать лет.

В июне 1969 году его арестовали за многочисленные пытки магглов и убийство трех магов. 25 августа Имперское Вече вынесло решение о пожизненном заточении Долохова в Воронокотскую тюрьму, располагающуюся среди бескрайних снегов Сибири.

Антонин Евгеньевич не увидел ни смерти отца, ни смерти матери, ни рождения сына своего двоюродного брата, и он не увидел бы и света божьего, если бы в Англии не началась вся эта заваруха с темным лордом и Орденом Феникса. Тогдашний император, Владимир II, не имел четкой картины о том, что происходит в Англии, поэтому ему понадобился шпион. Естественно, в рядах Пожирателей. В России еще не отменили указ Николая III 1934 года, так что ни о каком, даже косвенном, сотрудничестве с Орденом Феникса речи идти не могло.

Тогда кто-то из князей вспомнил, что Хольмы отправляли какого-то Антонина в Хогвартс именно в тот временной период, когда там учился Томас Риддл — кандидат в министры магии от Пожирателей. И да, кстати, вот он — сидит в Тюрьме.

Антонина вытащили из Воронокотской тюрьмы и выдвинули предложение о сотрудничестве. Долохов, конечно же, сразу согласился. Условия были просты: просто шпионить за Россию, вступив в ряды Пожирателей, и все. Для Антонина, просидевшего в Сибири уже шесть лет, это был джекпот.

Все прошло, как по маслу. Узнав, что Томас Риддл и есть тот самый Темный Лорд, императорский двор удивился, но обрадовался. Долохов в школьные годы был одним из приятелей Риддла, так что быстро нашел с ним общий язык и сразу же вошел во Внутренний круг.

В ноябре 1980 году Владимир II стал что-то подозревать, ведь Пожиратели теперь не выходили в рейды, не нападали на орденцев, а просто сидели по своим поместьям и ждали у моря погоды.

Тогда Антонину пришел приказ найти кого-нибудь из местных, кто согласился бы также шпионить на Россию, но, главное, чтобы он не имел особой политической власти в стране.

Долохов нашел мага, подходящего под условия задачи. Встреча потенциального нового шпиона и Грюнербаума прошла в Лиссабоне.

Из нового источника российское правительство узнала причину полной свертки активности Пожирателей.

Мстислав IV качался в своем кресле и думал над тем, нужно ли пытаться взломать Азкабан и вытаскивать Долохова или пусть посидит.

Но его размышления были прерваны стуком в двери. Его секретарь, Абрахам Николаевич Ковальский, постучал три раза. Ковальский всегда и везде стучал только три раза, ни больше, ни меньше.

— Войдите, — отозвался император, не открывая глаз.

Абрахам Ковальский бесшумной тенью просочился в кабинет своего начальника и протянул тому визитку.

— С вами хочет видеться вот этот пан, — произнес Ковальский своим бархатным голосом.

Император мельком посмотрел на визитку и приказал:

— Пусть войдет. И поднимите защиту на максимальный уровень.

— На максимальный?

— Да, это очень важный разговор.

— Как прикажите.

Также не издавая ни звука, Абрахам Николаевич покинул кабинет.

Через пять минут дверь резко распахнулась и в помещение ввалился немного толстоватый человек в черно-желтой квиддичной форме, с живыми глазами, бегающими из стороны в сторону, короткой, почти незаметной прической и немножко оттопыренными ушами.

— Добрый вечер, ваше сиятельство! — воскликнул посетитель. — Извините, что так ввалился в ваш кабинет.

— Ничего, пан Бэгмен, ничего. Присаживайтесь, — император рукой указал на кресло напротив себя. — Чай? Кофе? Что-то спиртное?

— Кофе, пожалуйста. Я никогда не брал в рот ни капельки спиртного. Знаете, это очень мешает сконцентрироваться во время игры.

— Знаю, — кивнул Мстислав четвертый. — Архимед!

По середине кабинета материализовался домовой эльф с прямой, как гладильная доска, спиной и одетый в полосатый бело-голубой хитон.

— Да, хозяин?

— Принеси две чашки кофе. Мне и моему гостю.

— Да, хозяин.

Тут же на столе появились две чашки с горячим напитком, источающим пар. Между чашками стояла сахарница, бокал с корицей и пару квадратиков белого шоколада.

— Спасибо, Архимед, — поблагодарил император, беря в руки свою чашку.

— Так вот, Пан Бэгмен, — произнес император, отхлебнув один глоток и сразу переходя к сути разговора. — Мне нужно знать, что происходило в магической Британии последний месяц. Особенно меня интересует, что случилось в Годриковой Лощине. Как я понял, Джеймс Поттер, Лили Поттер и Томас Риддл мертвы…

— Так точно, ваше сиятельство.

— Поподробней?

— В тот вечер у нас должно было состояться очередное совещание по поводу того, что делать с… э-э-э… с радикальными э-элементами, как говорил Гидеон. Все шло к тому, что большинство просто сплавят в Австро-венгерскую психушку. Как там ее?

— Госпиталь Вечной Памяти Фридриха Сана, — подсказал император.

— Вот! именно туда должны были отправиться, в том числе и молодой Сириус Блэк.

Мстислав четвертый хмыкнул. Слово «молодой», произнесенный таким тоном, могло быть уместным, если его сказал бы семидесятилетний старик, умудренный жизнью, но не тридцатилетний парень с мячом вместо мозгов.

— Я уже хотел отправиться в дом Поттеров — мы собирались именно там, когда Джеймс Поттер пропадал на работе — но камин не работал. Я полчаса пытался что-то сделать, думал, что порох пропал. Послал эльфа за новой пачкой, но и он не сработал. Тогда я аппарировал к коттеджу в Годриковой Лощине, но увидел только руины. Весь второй этаж был разрушен, в доме было только три мертвых тела.

— А где были тела? На первом или на втором этаже?

— На втором, под грудой обломков.

— А у Поттеров был сын?

— Да, по-моему, его звали Гарри. Мы не знаем, куда он делся.

— То есть? Кто-то все-таки забрал его, если вы не обнаружили тело.

— Э-э-э… к сожалению, люди Дамблдора успели раньше нас.

— EBATE VASHU MATE, — выдохнул Мстислав четвертый. — Как это случилось? как вы им позволили?

— Понимаете, просто темный лорд пришел на встречу на полчаса пораньше. По-моему, он говорил, что хотел поговорить с миссис Поттер о каком-то зелье.

— Значит за те полчаса, прошедших с момента прихода темного лорда в Годриковую Лощину до момента прихода кого-то еще из вашей группы, успело произойти следующее: пришел Джеймс Поттер, из-за неизвестных обстоятельств старшие Поттеры и мистер Риддл умирают, приходит человек Старого Лимонника, забирает Гарри Поттера и уносит своему патрону. Надеюсь, этот Поттер сможет каким-то чудом выжить, и его не принесут в качестве жертвы в каком-нибудь ритуале. Понятно… у вас есть что-нибудь еще сообщить?

— Нет, ваше сиятельство.

— Хорошо, тогда идите.

Людо Бэгмен вскочил, раскланялся и ушел.

*От автора:

Извините, уважаемые читатели, из-за незапланированных накладок в графике не смог отредактировать главу к концу 9-го мая.

-

22 жовтеня, четверг, Московская область.

Мстислав IV отшвырнул выпуск «Ежедневного пророка» в урну.

Трехочковое попадание с пяти метров из позиции сидя за чашкой кофе.

Откинувшись в кресле, император Магической России рассмеялся. Его смех был громогласный, как грохот далекой грозы.

Российский император не понимал, кто мог купиться на эту статью. Только какие-нибудь старушки, далекие от политики и активной светской жизни магической Британии.

Сириус Блэк, ближайший и в прошлом верный друг Джеймса Поттера, совершил самый подлый поступок в своей жизни — раскрыл месторасположения убежища Поттеров в Годриковой Лощине.

Ага, половина британской аристократической и мещанской молодежи знала точный адрес коттеджа Поттеров. Яксли, Гринвуд и Лавгуды не вылезали из него. А хранителем тайны вообще был Корбан Яксли.

И вот, 31 октября темный лорд появился в Годриковой Лощине!

А еще 31-го мая, 16-го июня, 1-го июля, 17-го августа, 11-го октября и так далее.

Ворвавшись в коттедж Поттеров, он тут же убил Джеймса Поттера, который успел крикнуть:

— Лили! Бери Гарри и беги!

Вопрос, под какими мухоморами эта Скитер писала оную статью? с какого перепуга она берется со стопроцентной уверенностью говорить о том, что не видела и не слышала? Может быть, Джеймс Поттер в тот момент спал пьяным прямо по середине прихожей?

Но Лили не оставила своего сына и отказалась отступать, когда Тот-Кого-Нельзя-Называть приказал ей уйти с его дороги.

Скитер немедленно нужно вручить Пулитцеровскую и Нобелевскую премии. За богатую фантазию.

И Темный Лорд убил ее, потом направил свою волшебную палочку на Гарри Поттера и произнес убивающее заклятие, но благодаря тому, что Лили Поттер благородно пожертвовала собой, защищая собственного сына, убивающее заклятие отлетела от бедного Гарри, вернулось Тому-Кого-Нельзя-Называть, и рассеяло его! Радуйтесь, Тот-Кого-Нельзя-Называть мертв!!! Гарри Поттер — Мальчик-Который-Выжил, первый, кому удалось отбить убивающее заклятие Авада Кедавра.

Что, блин? Самопожертвование! Аваду придумали еще древние римляне. Что, за две тысячи лет ни одна мать не жертвовала собой ради защиты собственного сына?! Жертвовали, естественно, и ни раз, и Авады от детей что-то не отлетали.

Мстислав Ларссон знал один способ, который может отбить Аваду от человека. Этот ритуал придумал Салазар Слизерин. Одним из его условий — человеческое жертвоприношение. Нужно, как минимум, двадцать магглов.

Нет, Мстислав четвертый был в курсе того, что Лили Поттер отравила Аластора Муди. Из-за того, что этот пьяный аврор достал всех до печенок. И то, только тогда, когда прижали к стенке. Но ей еще потребовалась лошадиная доза успокоительного, если верить Бэгмену. И еще она хотела, чтобы Джеймса Поттера и Сириуса Блэка просто оставили в покои и выступала против плана Томаса Риддла, заключавшегося в том, что всех тех, кто является фактором дисбаланса, мешающем воцарению спокойных времен в магической Британии, нужно просто убить. На крайний случай есть госпиталь в Вене или в Бухаресте. Никому не удавалось сбежать ни из австро-венгерской, ни из трансильванской больниц.

Мстислав IV разделял план Томаса Риддла. Преимущественно по той причине, что в список «факторов дисбаланса» входил Альбус Дамблдор и некоторые рьяные сторонники Великого лимонного Кормчего, в том числе Амелия Боунс, главный протеже и правая политическая рука Дамблдора.

Смерть Альбуса Персиваля Дамблдора стало бы сильнейшим политическим потрясением для магической Британии. Среди британских магов нет того, кто готов подхватить знамя дела Дамблдора. Альбус Дамблдор уже тридцать лет представлял Великобританию в Совете Международной Конфедерации Магов, занимал пост главы Визенгамота и являлся директором Хогвартса. Кто мог заменить такого человека?

Международные отношения.

Какая реакция будет у среднестатистического британского мага на известие, например, что Австро-Венгрия приняла решения вводить магглорожденных детей только в одиннадцать лет?

Никакая.

На известие, что Ойвич станет министром магии Болгарии?

И что?

Короче, 95% британских магов не интересовались международными отношениями и геополитикой. Они не знали подробности Итальянской войны 1847 года, стандартную военную стратегию России, не поняли бы, что назначения Дмитрия Ойвича на пост министра магии Болгарии вызвало бы разрыв дипломатических отношений со всеми восточноевропейскими странами. На истории магии в Хогвартсе бубнили преимущественно о гоблинских войнах. Иногда вспоминали о конфликтах с троллями в Центральной Европе в конце восемнадцатого века и о нашествии стриксов на магическую Болгарию в 1743.

Если Дамблдор вдруг прямо сейчас умрет — чему Мстислав четвертый только порадуется — то на его пост представителя Британии в совете МКМ будет только две объективных замены: Бартемиус Крауч-старший и Корнелиус Освальд Фадж.

Крауча-старшего называли протеже и сторонником Дамблдора, но на самом деле Дамблдор особенно не жаловал Крауча, который не давал ему развернуться в Визенгамоте со своим субъективизмом, покровительством некоторых «бедных и обделенных правами магов».

Если представителем Британии в МКМ станет Крауч, то Британия вскоре точно перехватит лидирующую позицию на политической арене Западной Европы у французов и португальцев. Хотя, нынешний португальский министр слишком пронырлив и сможет договориться о союзнических отношениях с Краучем.

Фадж. К сожалению, Мстислав IV мало-что знал об этом человеке. Сейчас он работает первым замминистром магии Великобритании, особенным политическим весом внутри страны не владел, хотя смог пробиться практически на самый верх. Скорее всего, в случаи, если Фадж стал бы представителем Британии в МКМ, то Британия точно стала чьим-то сателлитом. Внешняя британская политика станет полностью зависеть от решения руководства или Франции, или Португалии — зависимо, кто успеет перехватить контроль над Фаджем, пообещав ему горы золота или наград.

Внутренняя политика.

Главным политическим сторонником Дамблдора является Амелия Боунс, заместительница Крауча. Боунсы всегда отличались тягой к справедливости, а в последние тридцать лет все Боунсы были сторонниками Дамблдора. Эдгар и Амелия Боунс входили в список «Факторов дисбаланса». Если главой Визенгамота или другого жизненно важного органа для внутренних дел Британии станет кто-то из Боунсов, то это может быть похлеще Старого Лимонника. Дамблдор пытается казаться шутом, что и сказывается на его репутации даже среди его соотечественников. А вот Боунсы не имеют такой противоречивой славы и вряд ли заимеют, зато они вполне могут вцепиться в британских магов всеми тридцатью двумя зубами и рвать, рвать, пока не добьются справедливости.

Сейчас министром магии фактически является сам Дамблдор. Миллисента Бэгнолд является министром только на бумаги, всю власть, на которую она имела права, она передала в руки Дамблдора и является лишь рупором его желания. именно поэтому в восемьдесят первом году лорду Малфою не удалось бы сделать то, что он сделал годом раннее с репутацией Беллатрикс Лестрейндж. Такие статьи больше не принимаются в «Ежедневном пророке». Нет, никакого снисхождения для старинных родов, которые не за Дамблдора. никакой! Они все продажные суки, если не на стороне света! Даже нейтралы — сволочи.

Если Дамблдор умрет, то контроль над Бэгнолд перехватит или Боунсы, или Уизли. Хотя вторые практически не имеют никакого политического веса и общественного статуса, но Уизли всегда отличались своей пронырливостью и фанатическим служением Дамблдору. Не зря Артур и Билиус Уизли тоже входили в список «Факторов дисбаланса».

Отступим на секунду. Интересный факт, но никто: ни российский император, ни группа переговорщиков, ни сам Дамблдор со своими приближенными не знали, что на самом деле думает Артур Уизли. Билиус Уизли — с ним все понятно: светлый боевик-фанатик, погибший практически в первой же заварушке. Молли Уизли, урожденная Прюэтт, как и шурин. Но вот Артур… девять человек — это большая сила для масштаба магической Британии. Именно поэтому Дамблдор вцепился в них, как клещ. У Арктуруса Уизли было только двое сыновей. Но вот следующее поколение… жена — Молли из Прюэттов, которые все, как на подбор, сильные боевики или зельевары. Артур Уизли боевыми навыками не отличался, зато его брат Билиус… а у Артура семь детей. Семь! А, если они будут даже средними боевиками, но на стороне Дамблдора, то… то с такой силой, учитывая британские реалии, можно и горы сворачивать.

Но вернемся к тому, что знает российский император.

Образовательная политика.

Замминистром Дамблдора является Минерва МакГонагалл. Эта шотландка, если верить Бэгмену, думает дамблдоровскими мозгами. Это, естественно, преувеличение, но со смертью Дамблдора для Хогвартса мало-что изменится. Хотя, зависит от того, кто станет новым деканом Гриффиндора. Профессора Хогвартса преимущественно выходят или из Равенкло или Хаффлпаффа.

Людо Бэгмен говорил о Филиусе Флитвике. Если нынешний декан Равенкло стал бы директором Хогвартса, то конфликт между Гриффиндором и Слизерином не то, что сошел бы на нет, но не напоминал бы локальную войнушку. Пубертат никто не отменял, драки всегда будут, особенно между политиками и военными — а именно такое будущее ждет большинство слизеринцев и гриффиндорцев. Но попустительства, которое процветает при Дамблдоре, в пользу одного факультета, точно не будет.

Но Мстиславу четвертому до сих пор было непонятно, как кто-то мог додуматься до такой версии событий, которую представили в «Ежедневном пророке».

*От автора:

Кому-то может показаться, что в этой главе Альбус Дамблдор будет описываться как типичный старый маразматик, но поверьте, не все так просто, как кажется. В следующих главах получите ответ.

--

31 октября 1981 года, Годриковая Лощина.

Альбус Дамблдор перешагнул через порог разрушенного дома Поттеров. По счастью, в Годриковой Лощине жили только маги со своими маггловскими родственниками, и ни на одной маггловской карте это поселение отмечено не было. ненужно было выдавать маггловским властям очередную байку о взрыве газа или подрыве ирландской бомбы.

Трагедия произошла накануне. Дамблдор находился в печали.

Эх, Лили и Джеймс… вы были такими добрыми и светлыми молодыми людьми и погибли в таком юном возрасте. Жаль, что вы попадали под пророчество, в которое поверил Том…

Но сейчас нужно осмотреть место преступления и подумать над тем, какую версию выдать общественности.

Джеймс лежал на первом этаже, прямо на лестнице, палочка рядом. Скорее всего, выпала при падении. На лице удивление и испуг. Не ожидал, что Темный Лорд придет к ним домой? Может быть, Джеймс даже не успел атаковать Волан-де-Морта.

Лестница вся в пыли и в каменной крошке.

Лили лежит на лестничной площадке, на лице решительность и боевой азарт, палочка в руках. Эта девочка точно храбро сражалась, защищая свою жизнь.

А вот и груда пепла с синей мантией. Остатки Тома. Но метки у Пожирателей не исчезли, значит Том не умер до конца. Интересно, как ему удается не уйти за грань? Скорее всего, припас Ловушку душ. Нужно будет найти ее и обезвредить, чтобы над магической Британией никогда больше не висела угроза кровавого террора и произвола со стороны чистокровных снобов и фанатиков.

А вот кроватка, в которой лежал Гарри, дитя пророчества. Хагрид говорил, что разглядел у него шрам.

Дамблдор замер, осененный догадкой.

Он понял, что произошло!

Лили храбро сражалась за жизнь своего сына и умерла за него, а Темный Лорд кинул в Гарри Аваду, которая отразилась от щита и попала в лорда. Щит появился от сильной и ничем незамутненной силы любви. Лили — мать, которая пожертвовала собой ради сына! Магия, желание и намерение — главные составляющие колдовства.

Он, Альбус, был прав, когда говорил коллегам, что Лили — самая светлая душа, которую он видел. Вон, даже нашла общий язык с этим Пожирателем, хотя этот Северус еще тот противный тип с нарциссическим расстройством. А она его целых пять лет прощала, надеялась склонить ко свету. Да и вышла замуж за благородного и отверженного бойца света. Какие вам еще нужны доказательства, что она самая любящая мать в мире, у которой хватило сил на чудо, которое магический мир еще не видывал?!

Закадровый голос Кристиана Яксли: «Хорошо, что этот старик не знает, кто убил Муди»

Да, именно это и произошло, и британские маги будут прославлять Гарри Поттера, Мальчика-Который-Выжил! Тот, кто если-что сразится с Волан-де-Мортом! Том отметил его как равного себе, оставив шрам от своей Авады. Мальчик выжил, сразившись с ним! Они равны и, естественно, светлый мальчик Гарри, когда подрастет, под его чутким руководством сможет спасти еще раз магическую Британию от Пожирателей Смерти.

Но на свободе остались Пожиратели, которые, конечно же, захотят отомстить за гибель своего повелителя, мальчика нужно спрятать в таком месте, где никто не найдет.

А может быть… Джеймс говорил о том, что у Лили есть сестра. Петунья. Она расстроится от гибели сестры, но с радостью примет мальчика как последнее, что у нее останется от сестры.

К тому же Пожиратели не будут искать в маггловском мире. Побрезгуют. Может быть, этот Снейп знает о существовании сестры Лили, но придет ли ему в голову, что героя света спрячут у магглов? Нет, ведь чему могут научить маааагглы будущего героя света? Они же не черта не смыслят в магии, значит не смогут дать мальчику образование, научить магическим наукам, которые позволят ему стать величайшим волшебником.

Решено, Гарри отправится к тете.

Дамблдор аппарировал к Бэгнолд, в чей коттедж в Бирмингеме сегодня днем Хагрид доставил Гарри Поттера, Мальчика-Который-Выжил.

Стоит отметить, что о существовании сестры Лили в магическом мире знали только переговорщики, внешняя разведка Российской империи, Джеймс Поттер с Сириусом Блэком и сам Дамблдор.

Лили никогда не говорила о своей сестре, когда училась в Хогвартсу. Есть темы поинтересней для разговоров, например, как обустроены хроновороты или почему в 1847 году Австрия и Венгрия все-таки решились объединиться, несмотря на принадлежность к противоположным лагерям. К тому же есть извечные женские темы о красоте, о тупых особей мужского пола и так далее.

А Снейп никому не рассказывал примерно по тем же причинам. Будет ли интересно Розье или Мальсиберу слушать о сестре какой-то гриффиндорке, о которой они помнят исключительно из-за того, что она любимица МакГонаггал и Слизнорта?

Потом было как-то не до этого.

И вот, половина магической Британии просто проворонила факт существовании Петуньи Дурсль, урожденной Эванс.

Дамблдор был прав. никто не будет искать Гарри Поттера в Литтл-Уингинге, по адресу Улица Тисовая, дом четыре. Где этот дом и где магический мир?

Даже Бэгнолд затруднялась сказать, кому Дамблдор отправил Мальчика-Который-Выжил. И всем поклонникам, которые хотели увидеть молодую знаменитость и вручить ему подарок и благодарность за подвиг, совершенный в пятнадцать месяцев, министр магии отвечала: «Он под надежной защитой у своих родственников».

Пожиратели думали или на МакМилланов, или на Боунсов, которые родственники Поттерам по блэковской линии. Кто-то вспоминал о Лоуэлле Люпине, чья жена была двоюродной бабкой Гарри.

Орденцы знали, что Гарри ни у Боунсов, ни у МакМилланов и ни у Тонксов. Значит, у Уизли. Уизли официально не вступили в Орден, так что не имели контактов с орденцами и не могли опровергнуть сей слух. А члены Ордена Феникса были четко уверены, что Дамблдор отправил Гарри Поттера к своим ближайшим соратникам, к Уизли. Молли Уизли и Артур Уизли приходились троюродными кузенами Джеймсу Поттеру по той же блэковской линии.

А кому еще Дамблдор мог сплавить героя? Все остальные родственники Поттеров — Пожиратели: Малфои, Лестрейнджи, Яксли, Булстроуды, Крэббы, Гринвуды, Калины. Ну и Блэки.

Ну ни у Вальбурги Блэк Мальчик-который-выжил? Не смешите, она же старая чистокровная ретроградка, утопила бы сразу того, по чей вине погиб ее обожаемый темный лорд, жуткий психопат.

Итак… Таким образом, утром 1-го ноября 1981 года Генри Джеймс Поттер оказался на пороге дома Дурслей. Дамблдор остался в неведенье об отношениях между сестрами Эванс и в уверенности, что миссис Дурсль будет рада принять в своем доме племянника.

На протяжении следующего месяца шли суды над Пожирателями Смерти. Большинству удалось откупиться — хорошо, что новый глава Аврората, лорд Нортон, тоже носил черную метку. Некоторые Пожиратели смогли остановить судебные дела еще до их начала. Среди этих счастливчиков были Автосфер Калин, Александр Паркинсон, Брайан Стоун и другие.

В итоге, в Азкабан отправились только Райан Мальсибер, Августус Руквуд, Бартемиус Крауч-младший, Антонин Долохов и Джордж Треверс. Северус Снейп был выпущен под доверенность Альбуса Дамблдора, которому нужен был новый зельевар, так как старик Слизнорт давно хотел уволиться. И шпион в рядах Пожирателей. Том все-таки не умер в ту ночь до конца.

Игорь Каркаров и Людо Бэгмен были судимы, но первый выдал имена некоторых фанатиков, а второй сказал, что не знал, что имел дело с Пожирателями. И после этого они со спокойной душой продолжили жизнь на свободе.

16-го ноября, закончив со всеми делами мужа в Англии, Алиса Лонгботтон взяла сына и уехала в Дублин, к своим родственникам, где и провела следующие несколько лет.

Никому в голову не пришло проверять предплечья магов из таких нейтральных семей как Лавгуд, Гольштейн, Григрасс, Эббот, Браун.

Миллисента Бэгнолд занимала пост министра магии Великобритании до июня 1990. До 1987 на выборах ее оппонентом был Люциус Малфой, затем два года с ней сражался Александр Паркинсон. Ни тому, ни другому не удалось выиграть у Бэгнолд, а вот у Корнелиуса Освальда Фаджа — удалось. С первой же попытки. Скорее всего, дело в том, что в одном из интервью осенью 1989 Альбус Дамблдор упомянул, что Корнелиус Фадж — хороший и амбициозный молодой политик, который станет отличным преемником Бэгнолд. А в мае 1990 Фаджа также поддержал лорд Малфой. Один из редких случаев, когда Дамблдор и Малфой поддерживали одного и того же политика.

Лорд Дуглас Прюэтт дожил до 1985 года.

Эдгар и Мерри Боунс были убиты Бартемиусом Краучем-младшим 1 ноября 1981. Младший Крауч провел в Азкабане следующие полтора года, после чего его отец вытащил его из тюрьмы и держал у себя дома под империусом.

Таким образом закончилась первая война с Волан-де-Мортом.

Восхождение Геллерта Гриндевальда на политической арене магической Европы началось в 1920-е годы.

С начала восемнадцатого века магические правительства всех европейских стран минимизировали контакты с маггловскими коллегами, а после того случая, когда британское министерство магии выделило значительные средства для поддержания английских магглов в Крымской войне, из-за чего в кулуарах разгорелся скандал, большинство магов Европы прекратило контакты с магглами. Никто не хотел быть обвиненным в нарушении Статута.

Под напором фракции, возглавляемой Рональдом Прюэттом, Эванджелин Орпингтон была вынуждена уйти в отставку, обвиняемая в нарушении Статута о Секретности. На ее место поставили Присциллу Дюпон, которая являлась членом младшей, фландрийской ветви рода Малфоев. Но Присцилла Дюпон была слишком крикливой, неуправляемой и доводила маггловского министра, из-за чего ее вынудили подать в отставку в 1858 году. На ее место поставили Дуглада МакВейла.

С тех пор магический мир далеко ушел от маггловского. С начала девятнадцатого века среди старой аристократии шли слухи и гипотезы об угрозе маггловских технологий, которые могут сделать магглов сильнее магов. Магический мир только-что оправился от многовековой войны с инквизицией, а в некоторых уголках Европы до сих пор то там, то здесь разгорались локальные конфликты между двумя мирами.

В 1914 году Арчи Эвермонд, британский министр магии, принял закон о запрете участия магов в маггловских войнах, но многие, возглавляемые Генри Поттером, стали протестовать и помогать магглам. Некоторые сквибы из родов Розье, Роули и других также шли на войну, а потом докладывали родственникам о том, что видывали.

Химическое оружие для магической аристократии стало главным ночным кошмаром. В магической Британии жило около 5000 магов, а в мире — полмиллиона.

А по некоторым оценкам химическое оружие по ходу Первой Мировой Войны поразило более миллиона магглов.

Маги схватились за голову и впали в истерию.

Неудивительно, что многие аристократические семьи на континенте и среди островитян разделяли идеи Геллерта Гриндевальда, призывая установить тотальный контроль над магглами и их технологиями, выдвигались оскурантистские и ретроградные идеи, заключенные в понижении критического мышления магглов и уничтожения большинства их машин.

В 1919 году Гриндевальд подал свою кандидатуру на пост канцлера Баварии, но получил лишь 13 из 30 голосов баварского Хофтага (немецкого аналога Визенгамота). Канцлером стал ставленник Российской империи, Рабастан Фэгл.

Фэгл также был сторонником политики контроля магглов. В Первую Мировую Войну погибло достаточно много немецких магов, так как ни в Баварии, ни в Пруссии не было закона, запрещающего помогать маггловским войскам.

Различия политики Фэгла и Гриндевальда отличались в направленности. Гриндевальд хотел построить единую магическую империю с собою во главе, а среди своих приближенных видел таких политиков как Эвермонд, Делакур, Кастаньо и другие. Естественно, и Дамблдора тоже.

А Фэгл призывал создать Отделы контроля магглов и маггловского развития в каждой стране, чтобы каждое государство руководило так, как оно само того хотела, и в союзниках Баварии Фэгл видел Польшу, Швецию, Китай и Россию.

Из-за русско-китайской фракции в том же году Гриндевальду не удалось принять участия в борьбе за пост верховного мага МКМ. Азиаты и африканцы не хотели становиться единым государством с европейцами.

Верховным магом стал иранец Дайавауш Асби.

Так продолжалось несколько лет, до смерти российского императора Владимира I.

Новый русский правитель, Николай Владимирович, раскритиковал излишни мягкую политику Рабастана Фэгла и ему подобных деятелей.

Казалось, что Николай III станет поддерживать Гриндевальда, но российский император сам хотел создать империю.

С Россией во главе.

Поэтому конкуренты ему были не нужны.

В 1923 году на Гриндевальда было сделано покушение. Многие говорили, что за этим стоял российский император. Но, к счастью Гриндевальда, убийца был неумелым и слишком громким — атаковал его в публичном месте. Большей глупости нельзя было придумать.

Из-за этой демонстративности некоторые считали, что за этим стояли французы или англичане, которые хотели окончательно рассорить немцев и русских.

И это им удалось.

После нападения на Гриндевальда, рейтинг молодого баварца тут же пошел в рост, в 1924 году Гриндевальд был назначен канцлером Баварии.

После продолжительных совещаний и регулировки бизнеса, в 1930 году Бавария и Германия объединились в единую Дойчлэндскую империю во главе с Гриндевальдом.

Спустя год в голландские Генеральные штабы пришло предложение присоединиться к империи, но голландцы отказались, преимущественно под напором французов, которые были единственным европейским государством, которые призывали отменить Статут о Секретности и милосердно протянуть руку помощи магглам. За это многие высмеивали французских политиков, но при этом их влияние в Англии, Голландии, Андорре и Фландрии было сильно.

01.04.1932, получив отказ от голландцев, Гриндевальд выступил с речью:

— Голландцы не понимают, что они творят, выслушивая тлетворные речи французов, они занимаются низкопоклонством перед магглами, которые могут только убивать друг друга. Голландцы вслед за французами ведут свою страну к краху. Представьте на секунду, что случится, если мы раскроемся, если мы напомним магглам, которые убивают друг друга миллионами, что мы существуем. Вы забыли инквизицию? Забыли сумасшедших психов, с которыми мы многие века воевали? Вы хотите насрать на своих предков, которые боролись за свое существование? Кто же вы после этого?

В мае 1932 года немецкие войска напали на самую южную голландскую магическую деревню. Именно с этого момента началась затяжная магическая война, охватившая весь европейский континент.

Утром 1-го ноября 1981 года Петунья Дурсль преспокойно спускалась по лестнице, намереваясь выставить пустые бутылки из-под молока.

Она открыла дверь, сделала шаг и…

И с отборными ругательствами, которые нельзя использовать в приличном обществе, полетела вниз.

Ну ей позволительно. Все-таки она только проснулась, и ее мозг не включился до конца. А тут резкое падение с лестницы, выплеск адреналина в кровь, моментально проснувшийся инстинкт самосохранения…

За криками миссис Дурсль не было слышно отборного мата на русском языке.

А как вы среагировали бы, если бы вы спокойно спали, а тут кто-то споткнулся об вас? Кто-то втрое больше вас.

Средний рост человека — 170 см, то представьте, что об вас споткнулся кто-то ростом под пять метров. Хагрид, например.

И как бы вы среагировали бы? Осведомились бы:

— Многоуважаемый незнакомец, чье имя мне, к сожалению, неведомо, не соблаговолите поведать мне причину столь необыкновенного инцидента, который имел место быть только-что?

Не думаю, что вы станете так выражаться в подобной ситуации.

Отдышавшись и приведя свою нервную систему в относительный порядок, миссис Дурсль посмотрела наверх и увидела, обо что она споткнулась.

Корзинка с ребенком, у которого были странно знакомые черты. Или это утренний мираж?

А вот еще.

Какое-то письмо спланировало к ее ногам.

Так-так, что там у нас…

В краткой форме Альбус Дамблдор поведал Петунье Дурсль о гибели ее сестры со своим мужем от рук Темного Лорда и просил приютить в своем доме сына Лили, так как из-за материнской защиты злые колдуны не смогут причинить им вред. При условии, если Поттер будет считать этот дом своим.

Пожелав веселой прогулки с эротическим уклоном всем магам, в том числе и своей бестолковой сестрицы, Петунья встала и взяла корзинку.

Поставив меня в прихожей, она побежала наверх. Будить мужа.

Заспанный, Вернон Дурсль долго собирал глаза и напрягал мозги, пока не понял, что случилось. После чего протяжно вздохнул, пообещал кары небесные абсолютно всем ненормальным уродам с магическими способностями, позвонил на работу, чтобы предупредить о неожиданном отпуске на неделю… Э-э-э… Заболел он, вот, неделю отпуска нужно. Срочно.

Сдав Дадли соседке, миссис Фигг, Дурсли помчались в полицейский участок, чтобы объявить о своей находке.

Целую неделю они шатались туда-сюда по всему графству, оформляя многочисленные бумаги и отвечая на бесконечные вопросы.

Откуда ребенок? У него нет ни документов, ни медицинской карты, вообще ничего. От слова совсем. Словно из космоса прилетел. Не стоит ли добропорядочным англичанам ждать в ближайшее время дождь из детей?

Что вы говорите? Это сын вашей сестрицы и какого-то Джеймса Поттера? А почему документов нет?

— Моя сестрица состояла в какой-то религиозной секте, — плача, отвечала Петунья Дурсль. — Им запрещалось иметь любые документы. К сожалению, мне, добропорядочной гражданке, не удалось остановить мою глупую сестренку, которая ввязалась во все это по глупости молодых лет.

Да, у вас есть некая сестра по имени Лили, которая успешно окончила начальную школу, а в одиннадцать лет исчезла со всех радаров.

Да, анализы подтвердили, что Гарри — ваш родственник.

Но кто такой Джеймс Поттер? Извините, в наших базах данных вообще нет никакой информации по данному человеку. Как вы это можете объяснить?

— Он родился в семье, которая уже состояла в этой секте, — горестным голосом ответила моя новая тетушка. — У него не могло быть никаких документов. Мы же вам объясняли, что члены этой секты не терпели наличие у человека каких-либо бумаг.

Сомнительно-о-о-о!.. Но, о-окей.

Еще пару недель тете и дяде потребовалось на оформление всех необходимых документов, чтобы я не выглядел в глазах государственных органов каким-то инопланетянином без данных.

К концу ноября, когда вся эта эпопея закончилась, тетя Петунья напоминала упыря. Огнедышащего упыря, к которому лучше не подходить, чтобы не разозлить. А то попадешь еще под горячую руку.

Договор между испанскими магами и магглами встряхнул соседнюю Италию.

С середины XIII века на севере Италии существовала Римская империя, чьи законы отличались особенной жестокостью по отношению к магглам, особенно к религиозным. Борьба с магглами являлось центральным направлении политики магической Римской империи на протяжении многих веков, объединяя одной идеей всех магов страны. Расходы на изучение защитных амулетов, заклинаний, магии крови и некромантии составляли космические суммы.

На юге до середины XVIII века не было единого государства. Лишь после того, как римских колдунов удалось выкинуть из Тосканы, под руководством знаменитого чародея Ансельмо Тираторе началось образование южноитальянского государства, которое назвали Тосканой. Она включала в себя южную и немножко центральную Италию и Сицилию.

На юге Италии к магглам относились чуть ли не по-братски. Да, гонения были и там, но стороны быстро нашли общий язык, и межстатутные конфликты происходили преимущественно с подачи некоторых магов из небольших государств, которые были с чем-то несогласны.

В Тоскане поддержали решение испанского короля, а вот в Риме забурлили говна. За любые дипломатические, политические, экономические и другие связи с испанским правительством вас могли казнить на месте. Некоторых родственников высокопоставленных чиновников из Мадрида без суда и следствия кинули в тюрьму. Рим готовился выступить с войной на Испанию.

Да, они сами не воевали с магглами достаточно давно, но договор между испанскими магами и магглами они называли «Низкопоклонством и лизанием задниц тупого и дикого зверья, которое нужно приручать к послушности, которое не должно беспокоить жизни обычных граждан».

Франция и англичане во главе с министром магии Отталин Гэмбол осудили Рим за радикальные взгляды.

Только Гэмбол не учел, что девяноста процентов ингредиентов для зелий импортируются именно из Римской империи.

Международный совет зельеваров объявил о 300% пошлин на экспорт ингредиентов из Рима во все страны, которые выступали с поддержкой Тосканы.

В 1835 году, под давлением большинства членов Визенгамота, министру Гэмболу пришлось уйти в отставку. На его место был назначен Родольфус Лестрейндж, занимавший этот пост на протяжении шести лет.

Лестрейндж был сторонником закрытия Отдела Тайн, которая занимался не пойми чем. На какое-то время это ему удалось, но спустя пару месяцев его убили. из маггловского пистолета. Убийцу не нашли, да особенно не искали.

Лестрейндж был неудобен древнейшим родам не только из-за Отдела Тайн, но из-за упорной проримской политике. Деньги лились в Рим, как в черную дыру. На войну, естественно. С испанскими и французскими магглофилами. Но Рим воевал исключительно с Тосканой. Для империи было вопросом чести возвращение Флоренции.

Английская элита переобулась в воздухе, и в 1842 году шведский король, тосканский князь и министр магии Англии, Гортензия Миллифут, подписали договор, согласно которому Англия, Швеция, Польша и Россия сейчас вливают много денег в тосканские войска, те по-быстрому выбивают римлян из центральных регионов маггловской Италии, тосканцы удерживают эти позиции, а в обмен Тоскана ближайшие семьдесят лет поставляет союзникам ингредиенты для зелий по сниженной цене.

Основные плантации по выращиванию растений и животных для зелий находились в нескольких сотнях километрах к северу от Флоренции.

И Тоскане удалось выбить врага из этого региона к маю 1843 года. Из-за позорного бегства из Болоньи и Пармы все начальство Римской империи было отправлено в тюрьмы или было расстреляно. Новое правительство предпочло подписать мирный договор с Тосканой, потребовав за потерю Пармы, Болоньи и Милана некоторые ценовые уступки за экспорт продукции тосканских магов.

В это время венгерское министерство магии провело молниеносную операцию. С помощью своих агентов — обычно родственников каких-то высокопоставленных лиц из Будапешта — в Вене сменилась власть, и прошел референдум о присоединение Австрии к Венгрии. Естественно, народ не очень понимал, почему они должны объединяться с соседями. Поэтому лишь 40% проголосовали за объединение. Но официальные результаты были сфальсифицированы по приказу министра магии Австрии, который приходился кузеном своему венгерскому коллеге, и в апреле 1843 года образовалась магическая Австро-Венгрия. Австрийские элиты подписались под идеей объединения из-за скидок на итальянские ингредиенты. Парма и Болонья обеспечивали своей продукцией 90% европейских и многих африканских зельеваров.

А еще в Будапеште были мастера-артефакторы, которые жили за счет импорта российских составляющих, но в Австрии тоже было все необходимое. А продать некому. Если только швейцарцам, которым они были нужны, как ежику хобот.

Объединившись в единую страну, не нужно было платить пошлины за перевоз продукции и продажу товаров. Объединение рынков отлично сказалось на состоянии австрийских и венгерских родов.

Поняв, что нужно будет делиться еще с австрийцами, Российская империя уменьшила им размер скидок. В качестве некоторого наказания. Австро-Венгры собирались повозмущаться, но империя напомнила, кто изготавливал для местных авроров все снаряжение. И да, магическая Россия союзничала с Швецией и Польшей, так что, если хотите возмущаться — то готовьтесь к нападению.

В таком случае Австро-Венгрии грозило открытие второго фронта. До всего этого между Австрией и Баварией практически не было контактов.

Но после того, как из Австрии в Баварию хлынул потоп беженцев, недовольных объединением, баварские элиты разозлились на Вену.

Австро-Венгры могли бы рассчитывать на помощь пруссов, которые ненавидели баварцев и французов, но был еще Норвежский вопрос.

В Норвегии располагался Дурмштранг. Да, его построили болгары. Болгары-мигранты, которые жили в Норвегии. Когда Норвегия была суверенитеты государством.

Если бы тогдашние правительства страны знало бы, к чему приведет постройка одной из самых больших европейских школ магии, то запретили бы тут же любые мысли о Дурмштранге.

Дурмштранг была школа для элиты. Тут воспитывались будущие лидеры и политики из различных стран.

Поэтому Норвегию рвали все, кому не лень. Именно здесь зарождалась кровная вражда между родами из разных краев Европы, именно тут будущие политики заводили первые союзы.

С середины XVII века в Дурмштранге преобладала пророссийские настроения. Вернее, провосточные. В учительском составе было достаточно много шведов, а Швеция именно в тот период заключила союз с Россией и Польшей. Русские, шведские и польские ученики стали единой коалицией.

Все важные решения, связанные со школьной жизнью, решалось советом школы. Совет состоял из 100 магов.

До середины XVII века треть мест принадлежала франко-баварской коалицией, к которой также часто присоединялись голоса австрийцев и венгров. Таким образом, практически половина совета союзничала с парижскими и баварскими правительствами.

Но после подписания союза русские, польские и шведские голоса объединились. Оказалось, что их на десяток меньше, чем у франко-баварской коалиции, но Трансильвания и Венгрия стали посматривать в сторону нового союза.

А Пруссия, которая всем сердцем ненавидела Франция, вцепилась в эту коалицию, как клещ.

Постепенно провосточная коалиция стала преобладать в совете.

А совет решал, кого исключить, а кого нет, каким ученикам выдавать стипендии, а кому нет и так далее. Как вы понимаете, так как 70% голосов принадлежали провосточной коалиции, ученики из соответствующих стран получали больше привилегий, чем сторонники пропарижской коалиции.

Из-за того, что Франция и Россия воевали в Итальянской войне на одной стороне — на стороне Тосканы — то вражда между коалициями в совете Дурмштранга практически сошла на нет. На время, естественно.

95% членов совета голосовали одинаково. В неудобной позиции оказались ученики из Баварии, поэтому элита этой страны вскоре перестала отправлять своих отпрысков в эту школу.

Совет Дурмштранга состоял из лучших выпускников данного образовательного учреждения. Среди его членов встречались и норвежцы, но все они были или за Париж, или за Петербург, или за Вену и так далее.

Смотря на все это, Бавария решила: ну на фиг все их претензии к Австрии, без войны обойдутся.

В 1952 году Эванджелин Орпингтон запретила англичанам отправлять детей в Дурмштранг, так как там слишком сильно российское влияние.

Также Орпингтон запретила любые торговые отношения с восточноевропейскими странами и Римом. За радикальный антимаггловские взгляды.

10 Март 1982.

Энрике Пабло Дель-Поттер.

Сегодня меня назначили секретарем Порталуса Ван Хофмана, главы Департамента Магического Правопорядка.

В последнее время работа ДМП затормозилась. Долгое время аврорам не разрешали арестовывать многих преступников, так как они были связаны с новой властью.

Когда в семидесятые стали вводить пошлины на бразильские и вест-индийские товары, то чилийские и колумбийские поставщики стали завышать цены на экспортируемые товары. А собственных зоологов, гербологов и других специалистов не хватало. а те, которые были, получив миллион галеонов субсидий от властей, стали ныть о том, что ничего не умеют, что материал у нас отвратительный, что нужно больше денег им в карман. И власти шли им на уступки, понижая налоги и выдавая бесконечные субсидии. А специалисты практически ничего не делали, только деньги лопатами гребли.

Так продолжалось до 1980 года, когда 40% народа оказались за гранью бедности и не могли приобрести на магических улицах никакого товара. Можно было, конечно, воровать у магглов, но Аргентина все-таки входит в совет МКМ, а каждый член совета должен соблюдать международные договоренности, в которые входит запрет на массовое разграбление магглов. За масштабное нарушение конвенции народом и за бездействие властей совет МКМ был в праве ввести войска, чтобы взять ситуацию под свой личный контроль.

Это грозило репрессиями.

Так как за нарушение конвенций шли очень строгие наказания.

Вплоть до смертной казни.

Поэтому аргентинский народ решил устроить мятеж.

В ходе государственного переворота к власти пришел Герман Ван Хофман, старший брат моего нового начальника, который приказал всех представителей предыдущей администрации посадить в тюрьму за то, что довели страну до бедственного положения.

Ван Хофманы со своими приближенными соратниками, которые в основном являлись потомками не испанских мигрантов или индейцев, спонсировались чилийскими околокриминальными личностями. Такими как Педро Яго-Бланко или Ансельмо Дульсокомьеренте.

Все бразильское оказалось под запретом. Бразильским магам было запрещено пересекать аргентинские границы. Чилийские экспортеры сразу понизили цены. Товар стал более доступным.

Для поддержания народа и понижения уровня бедности в государстве, Ван Хофман выдал 20% магов кредит с нулевой ставкой на двенадцать лет. Но в казне практически не осталось денег.

Поэтому все те, кто получил кредит, был обязан проработать эти двенадцать лет на чилийских авторитетов, занимаясь преимущественно грабежом военных отрядов промаггловских перуанцев, а также в участии в гражданской войне в Перу на стороне прочистокровных радикалов.

Некоторые отказывались и бежали в Бразилию, чтобы там найти работу. Но в Бразилии практически все рабочие места были заняты.

Поэтому поток аргентинских магов потек на восток. Отправляясь зайцами на маггловских кораблях, маги держали курс на Западную Европу.

Чили выдала Аргентине кредит на 5 миллионов галеонов. На выдачу субсидий оставшимся производителям, артефакторам и зельеварам. Только теперь все было строго. Нет результата, но и деньги куда-то подевались — в тюрьму с конфискацией всего имущества в пользу казны.

Аргентинские товары появились на чилийском и колумбийском рынке, но не могли конкурировать с местными изделиями.

Народ снова был недоволен.

Все чаще и чаще стали ходить разговоры о том, что лучше открыть границу с Бразилией.

Среди тех, кто отправлялся в Перу, было много дезертиров, которые обычно терялись в маггловском мире, унеся с собою галеоны, которые навсегда пропадали для магической Аргентины. За это чилийские власти требовали передавать им все имущество беглецов. И Герман Ван Хофман отдавал.

Население Аргентины уменьшилось за последние годы на 30%, уровень казны оставался удручающи низким.

Поэтому смена власти было делом времени.

Не знаю, как мои мысли дошли до моего нового начальника, но стоило мне появиться у него в кабинете, он спросил у меня, наложив заклинание конфиденциальности:

— Сеньор Дель-Поттер, слышал вы разделяете мысли о том, что магглов нужно контролировать? Отлично, можете не отвечать. Так вот, что вы думаете над тем, чтобы немного пограбить их?

— Для чего? — поинтересовался я, содрогнувшись от мысли, что не только мой начальник может узнать о каких-то моих репликах. Нужно будет быть более осторожным с высказываниями, даже с друзьями.

— Для пополнения аргентинской казны.

— Но ведь международные договоренности…

— Распространяются на те случаи, когда ограбление совершается руками магов или магическим образом. Если мы отправим отряд магглов грабить их банки, после чего они отнесут нам, скажем, 60% награбленного, которые мы обменяем у гоблинов на галеоны или на что-то другое, то мы ничего не нарушим. Ведь грабили не мы.

— Хорошая идея, — неуверенным голосом ответил я. — Так понимаю, планируется очередной государственный переворот?

— Да. Вы хорошо соображаете. Да, это самое логическое решение в данных обстоятельствах. Мой старший брат слишком пугливый и трясется за свою жизнь, поэтому никогда не решится на что-нибудь подобное, страшась того, что в совете МКМ как-то неправильно его поймут. Я ему уже предлагал что-то подобное, но он ответил мне категорическим отказом и посоветовал никогда более не заговаривать с ним на оную тему.

— А я тут при чем? — поинтересовался я.

— А при том, что вы являетесь моим секретарем. Я просто хотел узнать, на какой вы стороне.

Угу, просто так.

— Итак, хотите получить высокопоставленный пост? В таком юном возрасте.

— Естественно, сеньор.

— Хорошо.

Глава ДМП улыбнулся.

— Вы говорите, что хотите обменять маггловские деньги на что-то другое, помимо галеонов. Является ли секретом, на что вы еще хотите их обменивать? — осведомился я.

Ван Хофман громогласно расхохотался.

— Нет, уважаемый, никакой огромной тайны здесь нет. просто в Вест-Индии давно в ходу маггловские деньги. Самое интересное, что им без разницы, какого цвета бумажка, главное, какие цифры. Один рубль для них равен одному доллару. Продав им какую-нибудь вещь за 10 британских фунтов, мы получим два галеона, отправим их в бедные страны, разменяв на их маггловские деньги, и закупим у Вест-Индии много галеонов, которые пополнят нашу казну.

— Отличный план, — кивнул я.

— Ладно, — хлопнул ладонями мой начальник. — Так что вы будете заниматься этим делом. А теперь идите и имитируете бурную деятельность во имя процветания кошелька моего старшего брата.

Я и пошел.

Хотя мне была противна мысль работать с теми, кто не знал, что Статут о секретности спасал магов от орд магглов, но другие альтернатив в ближайшем будущем не наблюдается. Так что берем, что есть.

— Экспеллиармус! — воскликнул маг, выскочив из-за угла и наставив волшебную палочку на убегающего человека.

Красный луч пролетел мимо беглеца.

Но тут из-за другого угла, прямо перед ним, выскочил другой маг, который тоже пустил в него экспеллиармус.

Беглец отскочил в сторону, пропустив обезоруживающее заклинание.

— Мальдито, — ругнулся первый маг, вворачиваясь от красного луч своего напарника.

*Примечание:

«Maldito», — «Черт» (испанский).

Конец примечания*

— Сека! Делетриус! — прокричал его напарник.

— Протего! — воскликнул беглец, прижимаясь к каменной стене заброшенного маггловского дома. В этом регионе жило очень мало магглов, было много заброшенных домов и разрушенных заводов.

— Экспеллиармус! Сека! Круцио!

Последнее заклинание пробило щит.

Беглец, мальчишка, которому на вид нельзя было дать больше двадцати лет, завизжал, как дрель.

Корчась в боли, он тряхнул головой и сильно стукнулся ею об камень, попав на угол здания. Из головы потекла кровь. Беглец затих.

Подойдя к мертвому брюнету, Эстебан Кулебра, первый из преследователей, попытался найти пульс у неудачного аргентинского лавочника.

— Мертв, — констатировал его напарник, взглянув ему через плечо.

— Чертов выродок, — прошипел сквозь зубы Кулебра.

— Нам нужно думать, что мы доложим сеньору Мармотто, — проговорил отрешенным голосом второй преследователь, Герман Эрреро.

— Что мы полные ослы и так бездарно упустили языка, — Кулебра сплюнул на асфальт.

В последние несколько месяцев аргентинские маги, члены торговой гильдии, пару раз выходили на главную магическую улицу страны с протестами. Они не хотели подчиняться чилийским бандитам, которые теперь составляли министерства налогообложения в стране.

Многие из протестующих ушли в подполье и теперь вели войну, нападая на чилийских чиновников, на министерских служащих…

В Сантьяго были уверены, что подпольщикам помогает кто-то из высокопоставленных чинов, поэтому каждую неделю министерских служащих допрашивали. На всех сыворотки правды не хватило бы, поэтому приходилось выдавливать из чинуш ответы. Хорошо, если они отвечали добровольно, но из некоторых нельзя было вытащить ни грамма информации. Их пытали, били мордами об стол, применяли круциатусы. Ничего они не могли сообщить, ну или не хотели, но их все равно отправляли в тюрьму. Во-первых, за то, что они замедляли процесс расследования, а, во-вторых, чтобы никому не рассказали, какие методы допросов применяются чилийскими инспекторами.

Многие из мелких воришек, обычных убийц и остальных криминальных личностей, стоящих не так высоко в системе, все чаще и чаще стали задумываться над тем, чтобы сбежать с этого корабля, так как, кажись, он тонет. Восемьдесят процентов аргентинских магов были готовы объединиться и хоть сейчас пойти войной на Сантьяго. Да и обычные жители Чили не были довольны радикальной прочистокровной политикой своих властей. Нет, магглофилов они не хотели видеть в своем министерстве, но лозунги для борьбы нужны, поэтому аппозиционные маги все чаще и чаще призывали бороться за права магглорожденных. Нужны были слова, чтобы объединить народ против нынешних властей.

И в высшем руководстве Чили начинали понимать, что обычные граждане долго не будут терпеть криминальную диктатуру.

Например, Хаиме Эскучарокантье недавно перебрался в Грецию, где тут же попал в тюрьму за попытку взлома «Гринготтса».

Но сейчас Кулебра и его напарник Эрреро думали над тем, что они доложат своему боссу, сеньору Гонсалесу Мармотто, первому заместителю министра магии, о проваленной операции по поимке языка, который мог бы рассказать о планах подполья.

Буэнос-Айрес.

02.04.1982.

Энрике Пабло Дель-Поттер.

Мы встретились в номере в кафе. Здесь мы могли спокойно поговорить на любые темы так, чтобы никто нас не подслушал.

Кроме меня, в тот вечер пришли мои бывшие одноклассники: Антонио Перес, который также устроился в ДМП, Максимилиан Педернал, ставший запасным ловцом сборной по квиддичу, и Кристиан Каррант, работавший в колумбийском Отделе Тайн. Также тут присутствовали мои коллеги: Серхио Охосьенте, тридцатилетний блондин с флегматичным характером, и Пабло Транкило, который в полной мере соответствовал своей фамилии, а также основной ловец сборной Чили по квиддичу, Адриан Рико.

С полчаса мы разговаривали не о чем. Обсуждали погоду, нашу работу, а потом перешли и к перемывании костей власти.

— Энрике, а ты так и не отрекся от своих грандиозных идей? — осведомился Максимилиан, наливая себе виски.

— Не отказался, — я слегка пожал плечами. — И уверен, что надо действовать именно сейчас.

— И что же ты предлагаешь? — поинтересовался Антонио.

— Устроить государственный переворот и пойти войной на Чили.

Мои собеседники на миг замерли.

— Ты серьезно это сейчас? — осведомился муж моей кузины и посмотрел на меня, словно я был сумасшедшим.

— Да, вполне серьезно. Всем ясно, что теперь экономики Аргентины и Чили очень сильно зависят друг от друга, и политическая обстановка в одной стране сильно влияет на ситуацию в другой. Что, если в Аргентине произойдет государственный переворот, после чего мы сразу же пойдем на Чили, чтобы смести криминальную власть Чили? По последним независимым опросам от МКМ в Чили лишь 10% граждан хотят сохранить текущее правительство. А это значит, что большинство поддержет практически любого, кто будет активно выступать против текущей администрации в Сантьяго. Например, группировку, которая будет разделять идеи, похожие на мои.

— А в чем они заключаются? — спросил чилийский спортсмен, нарезая индейку.

И я снова рассказал мою точку зрения, приводя все те же статистические данные и логические аргументы, что и несколько лет назад в доме моей кузины.

В конце концов, оказалось, что все присутствующие разделяют мои взгляды. Да, они не готовы прямо сейчас бросаться в битву за идею, но я от них этого и не требую.

— Ты говоришь все это с такой непоколебимостью, словно ты готов сейчас броситься устраивать государственный переворот, а потом лично повести войска, — усмехнулся Адриан, когда я закончил речь.

— Почему бы и нет, — я пожал плечами. — Например, хоть мы и не возглавляем наши отделы, но у нас достаточно знакомых в различных государственных структурах, которые помогут добиться переворота и объединение двух стран. Почему бы и не попробовать? Воспользуемся же плывущим в наши руки шансом!

— А что ты думаешь на счет бразильской продукции? — поинтересовался Максимилиан.

— Думаю, что нам нужно объединить две страны. У Чили сейчас хорошие отношения и с Эквадором, и с Колумбией. Собственно говоря, они были такими же практически все время. А Бразилия. Это слишком большая страна, чтобы мы ее игнорировали. Хоть некоторым не понравится эта идея, но я считаю, что для поддержания наших экономик, на первое время, нужно будет открыть рынок бразильцам, пока мы не встанем на ноги и не пойдем дальше.

— Ты хочешь устроить экспансию по всей Южной Америке? — удивился Кристиан.

— Почему бы и нет? Нет, будут обстоятельства, почему мы не будем делать это в ближайшее десятилетие — просто не справимся с такой грандиозной задачей, но чем больше магов будут разделять наши взгляды, тем более сплоченным будет магическое общество, особенно перед лицом той угрозы, которая исходит от магглов, чья фантазия может завести их в неизведанные дебри технологического и военного развития, что может негативно отразиться на нашем сообществе, особенно если оно будет раздираться противоречиями и неразрешимыми конфликтами, вызванными непозволительной нерешимостью глупых магов, которые спят и мечтают о том, как бы стать слугами магглов, их лабораторными крысами.

Мои собеседники переваривали только-что произнесенные слова, но на их лицах я видел, что все они готовы присоединиться к моему плану и бороться за мои идеалы.

Прекрасно, есть с кем работать. Это пока-что лишь начало.

— Ты сумасшедший, но гений, — на конец-то сказал Кристиан.

— Да, — я кивнул.

— Я за.

— Я тоже.

— И Я.

— И я тоже.

— Я согласен с его доводами, достаточно убедительно.

— Разумная точка зрения.

Я был готов плясать от счастья.

Ну-с… Приступим.

Июнь 1983.

Хлопок аппарации.

Между многовековыми стволами появилась человеческая фигура, укутанная в мантию. Оглядевшись по сторонам и не найдя никого, незнакомец прислонился к ближайшему стволу и стал ждать.

— Ступефай, — прошептали сразу несколько голосов.

Они произнесли заклинания так тихо, что незнакомец не смог среагировать вовремя.

Сразу десять фиолетовых лучей пронзили небольшую область вокруг дерева.

Фигура рухнула на землю, запутавшись в собственной же бороде, от чего тело замерло в неестественной позе.

Десять человеческих силуэтов проступили среди леса.

— Он даже не проверил местность с помощью Гаменум Ревелио, — пробурчала по-русски женщина с длинной русой косой.

Все эти маги носили черные, словно из угля, маски, красные мантии (кажись Аврорат совсем мышей не ловит), желтые ботинки и серые маггловские джинсы. Хотя парочка накинули мантию на голое тело.

— Нам просто повезло, — в пустоту сказала женщина с длинной белокурой косой, нисходящей до поясницы.

Один из магов с редкой залысиной нагнулся к лежащему на земле и отрезал от его бороды солидный кусок.

— Этого есть достаточно? — спросил он с сильным немецким акцентом.

— Думаю, чо так, — сказал высокорослый парень с татуировкой летящего дракона на правой кисти.

— Аппарируем, — приказала женщина, у которой была точно такая же рыжая шевелюра.

Хлопки аппарации.

Спустя десять дней.

Крысоподобный чиновник с пивным брюшком с перфекционистской тщательностью проверял их документы, обвешенные международными печатями, как ежик иголками.

Чиновник изредка высказывался в духе:

— Та-а-а-ак-с-с…

— Хм…

— Такс-с-с-с...

Те, которые ждали его вердикт, уже переминались с ноги на ногу, а кто-то уже отходил в кустики отлить.

— Толин Неки Келлене семюювегет винни, ходь дьёршабб олвошшон? — спросила белокурая девушка у своей соседки, которая в ответ лишь пожала плечами.

*Примечание:

«Может быть, ему нужно купить очки, чтобы быстрее читал?», — венгерский.

Конец примечание*

— Все правильно, — произнес на конец-то чиновник скрипучим голосом. — Можете проходить. Никки, Арчи! Проведите наших гостей к камере номер один.

— Так точно, гер Бризден! — рявкнули два темноволосых пацана, чьи лица были сплошь усеяны веснушками, которые напоминали внутренности червей.

Нурменгард был построен в начале двадцатого века.

По размеру он немножко уступал Азкабану, но в то время, когда Азкабан был пустынным замком на северном острове, где людей практически не бывает, а по коридорам шастают дементоры, выпивающие все положительные эмоции, то Нурменгард был популярным местом для туристов со всего света.

Но внутрь пускали лишь с разрешения специальной комиссии при МКМ. И лишь в сопровождении доверенных лиц. Таких как Никки и Арчи.

Несмотря на нелепые, на первый взгляд, имена и на внешнюю молодость, они были магами-боевиками высшего ранга. Конечно, не чемпионы мира по дуэлям, но на уровне ныне покойного Аластора Муди.

Внутри Нурменгард представал как душный замок, где постоянно жарко. От подобной жары металл, из которого были сделаны стены, словно значительно расширялся, накатывая на вас, подобно волне во время наводнения. Неумолимо, с огроменной силой, против которой у человечества нет средств борьбы.

Среди подобных стен легко заработать клаустрофобию.

Камера номер один, в которой содержался Геллерт Гриндевальд, находилась на самом верху, среди многочисленных чар и рунических цепочек. Сквозь подобный барьер нельзя было бежать. Даже в анимагической форме.

Защитный контур можно было отключить, имея при себе специальный одноразовый ключ, выданный специальной комиссией.

Остановив действия защитного контура, Никии и Арчи сопроводили десять магов-историков к Гриндевальду.

— Доставай, — тихо пробормотал темноволосый парень лет тридцати. На всякий случай они говорили на чешском, заучив заранее с полсотни фраз на этом языке.

Трое рыжеволосых историка положили мешок, который они несли собою, и стали развязывать. Вскоре из него вытащили седобородого старика, чей разум был недавно сломан постоянными и грубыми ментальными атаками и продолжительными сеансами круциатуса.

— Открывай, — скомандовал все тот же парень, обращаясь к Арчи.

К Гриндевальду иногда пускали людей прямо в камеру. Часто так поступал Дамблдор. В таком случаи в обязанности Никки и Арчи входило наблюдение за разговаривающими. На всякий случай, вдруг подерутся.

— Затаскиваем, берем, ждем десять минут и уходим, — спокойным голосом сказал парень.

— Так точно, ясно пан, — ответили разом все его соратники.

— Что происходит? — заспанным голосом по-немецки осведомился Гриндевальд, вставая с мятых кусков ткани, заменяющие ему постель.

Он прищурился и посмотрел на входящих.

— Ба! Неужели дорогого Альби тоже поймали на чем-то?! — воскликнул он, распознав в старике Альбуса Дамблдора.

— Можно и так сказать, милорд, — сказала белокурая девушка.

Гриндевальд поперхнулся воздухом и уставился на сказавшую.

— Ты случаем не родственница Мэри Нодь?

— Ее внучка, Келена Вочоразнё.

— Милорд, вам придется немного потерпеть, — вклинился темноволосый парень. — Нам придется вытащить вас в мешке.

— Ладно, — флегматично пожал плечами Гриндевальд, залез в мешок и свернулся калачиком.

Арчи запер замок, оставив в камере Дамблдора, и процессия пошла вниз.

На Дамблдоре была специальная одежда, в которую были встроены катетеры. Каждые пятьдесят девять минут они вливали в Дамблдора несколько капелек оборотного зелья, благодаря чему еще долгое время никто не заметит подмену. По прогнозам зельевара, сварившего оборотку, запасов зелья хватит на несколько лет.

Спустя еще две недели.

— Альбус, добрый день, — Молли поприветствовала директора, вышедшего из их камина. — Что-то случилось?

— Да, Молли, — кивнул Дамблдор. — Нам нужно собрать снова Орден Феникса.

Миссис Уизли чуть не опрокинула кастрюлю с супом.

— Что-то случилось? Неужели Сами-Знаете-Кто возродился?

Дамблдор попытался скрыть усмешку.

Ага, Сами-Знаете-Кто.

— По счастью, нет, девочка моя, но все равно, нам нужно не отступать от наших принципов и держать руку на пульсе обстановки. Позови сюда тех, с кем сможешь связаться.

— Сейчас, директор, — Молли бросилась к стопке пергаментов.

Гриндевальд в обличии Дамблдора смотрел и недоумевал.

Извините, а у орденцев не было способа как-то созывать срочные собрания? Когда каждая минута на счету?

Ладно, он посмотрит, с чем ему придется работать.

Буэнос-Айрес,

17.08.1983.

Энрике Пабло Дель-Поттер.

Я смотрел практически на сотню разгневанных магов, которые сегодня вышли на приминистерскую площадь.

Эта была большая кирпичная площадь сто метров диаметром. От долгого времени использования и жарких солнечных лучей кирпичи стали серыми, покрылись пыльным слоем.

В центре площади стоял большой фонтан, в центре которого возвышалась золотая статуя Альфонсо Симпсона, первого министра магии Аргентины.

Вчера был убит Василиарий Андерссон, торговец поддержанных книг.

Он открыто выступал против нынешней власти, за что и поплатился.

Вчера, прямо в разгар торгового дня — хотя в Аргентине половина торговых точек закрылось, но продавцам как-то удается зарабатывать деньги — двое чилийцев просто подошли, объявили Андерссона государственным изменником и пустили в него две Авады.

Убийцами были Аластор Кабо и Лоренсо Ньеве, заместители чилийского министра магии.

После этого аргентинцы заорали во всю глотку, что это не справедливость, и вообще чилийцы занимаются оккупацией.

Я вышел и встал перед толпой, привлекая ее внимание помахиванием рукой. Дождавшись, пока голоса толпы немного стихнут, я начал:

— Дорогие граждане нашей страны, сеньоры и сеньориты, все неравнодушные к будущему Аргентины маги. Вчера был день, который войдет в историю как тот день, когда криминальные группировки, которые устроили в соседнем Чили сначала государственный переворот, предав доверие своего короля, тем самым нарушив многочисленные клятвы, которые они же приносили от чистого сердца, так вот эти лица криминальной деятельности начали за оккупацию Аргентины, за подавление нашего экономического потенциала, за подавления нашего суверенитета и самостоятельности, они хотели разрушить наше государство, стереть с лица Земли такое понятие как Аргентина, подмяв под себя все наши ресурсы, став более могущественными и прогрессивными за счет наших смертей, за счет экономических кризисов, которые стопроцентно постигнут нашу любимую страну, если мы не изменим наш политический вектор, если мы и дальше будем безразлично наблюдать, как чилийцы бесчинствуют, занимаясь противоправными и аморальные деяниями. Граждане Аргентины, те, кому не безразлична судьба нашего многострадального отечества, я сегодня призываю вас покончить с этой несправедливостью, вернуть то, что у нас украли морально и политически, стать снова единым народом, который лишь становится сильнее, видя врага. Я призываю вас стать суверенным государством, отдельным от всего мира народом. Да свергнем же предателей, воров и убийц, которые мешают нам нормально жить!

31.08.1983.

— Депульсо! — завизжал аврор лет сорока, если судить по внешности. Его лицо было безобразно, словно его пропустили через мясорубку и кухонный комбайн.

Один камень, летевший прямо в него, остановился на миг в воздухе, а потом развернулся и полетел в обратном направлении.

Трое молодых блондинов, которые прижимались к главному в группе, как потерянные щенки, открыли шквальный огонь.

Режущее, обезоруживающее, круциатусы, ватноножное, конфундусы и прочее.

Спустя пятьдесят секунд щит аврора пал. Он попытался бежать, но Сека в горло ему не оставила ни единого шанса.

Три из шести этажей аргентинского министерства магии были быстро зачищены. Но вот четвертый этаж, где всегда был совет сеньоров и Отдел Тайн, долго оставался под контролем бывших властей.

На девятые сутки штурма мятежникам удалось хлынуть лавиной на пятый этаж, выкуривая сопротивление.

К концу последнего дня лета лишь в одном закрытом помещении министерства оставались трое выживших. За ними круглосуточно следили семеро стражников.

Среди нападавших было четырнадцать убитых и двадцать раненых (с различной степенью серьезности ранения). Некоторых отправили в Аргентинский магический госпиталь имени Альфонсо Симпсона, некоторых подлатали на месте.

На стороне правительства выступило, максимум, семьдесят магов, большинство из которых были убиты или схвачены в плен.

— Осталось лишь трое, — сказал Мигель Бьеномучо, бывший глава Аврората. — Они заперлись на четвертом уровне, в бывшем зале суда, активировав все защитные контуры.

— Так взломайте эти контуры, схватите оккупантов, — приказал я. — Возьмите самых лучших разрушителей проклятий и несколько боевиков на защиту.

— Так точно, сеньор!

Семь разрушителей и трое боевиков спустились к залу, где засели последние остатки сопротивления, и началась работа.

Боевики пустили несколько бомбард с безопасного расстояния в двери зала.

Все заклинания были отражены.

Разрушители приступили к работе. Это были простейшие чары отражения, которые возвращали обратно не очень сильное колдовство. Такое защитное заклинание достаточно просто поддерживать на протяжении многих лет, подключив его к какому-нибудь источнику.

Все собравшиеся здесь разрушители прекрасно знали карту магических полей Аргентины, поэтому через полчаса троица оказалась возле ближайшего источника магии, через который в наш мир поступали носители той силы, с помощью которой колдовство стало реально.

Несколько боевиков стали осыпать стену ватноножными заклинаниями и несильными бомбардами. Но через двадцать минут одно из ватноножных не отразилось, а впиталась в стену, после чего перед боевиками появилась рассерженная химера. Простейший магический биоинженерный конструкт. Не иллюзия. Соплохвосты Хагрида по своей внутренней структуре были сложнее.

Но у этой химеры была одна особенность — она впитывала в себя все летящие в нее заклинания.

Простейшие заклинания.

По счастью, среди боевиков был один маг, который запросто смог вызвать адский огонь и спалить тварь к чертовой матери.

После разрушения химеры кто-то завизжал так пронзительно, что у осаждающих завяли бы уши, если бы они заранее не скастовали специальные защитные чары, которые им вбили в голову еще на первом курсе аврорского училища. Ну или при поступлении на учебу в Отдел Тайн, если говорить про разрушителей проклятий.

Вместе с визгом, от которого нервная система человека должна была начать давать сбои, все перегородки на четвертом этаже были опущены, а на каждый центр управления безопасности министерства были разосланы срочные уведомления о присутствие взломщиков на четвертом этаже.

Все эти уведомления, естественно, были проигнорированы. А вот перегородки пришлось поднимать вручную.

Разрушители взяли приборы, определяющие, откуда исходит звук, недоступный по каким-либо причинам человеческому уху и имеющий магическое происхождение.

Оказалось, что центром распространения звукового оружия является задняя стена зала суда.

Один боевик и двое разрушителей отправились туда.

— Так скоро нам не хватит людей, — пробурчал один из троих оставшихся разрушителей проклятий, который внимательно разглядывал в специальную магическую лупу следующий слой защитного контура. На удивление, похоже он был последним. И вместе с этим самым противным. Их будут обстреливать струями густой кислоты.

Маг сообщил своим напарникам о грядущей опасности с помощью специальных кулонов ментальной связи. К сожалению, через перегородки она работала плохо, поэтому застрявшие возле магического источника колдуны не услышали предупреждения и продолжили пробираться обратно, к своим партнерам.

Но последний слой защиты сработал до того, как разрушителям удалось уничтожить центр предыдущего.

Если бы им было ведомо заранее, где находится этот чертов центр, то они успели бы справиться со звуковым оружием.

Но у них не было достаточно много настоящего опыта, поэтому они забыли о том, что надо смотреть на несколько шагов вперед.

— На пол! Щиты! — рявкнул боевик, оставшийся возле входа.

Три слова. Две команды. А большего и не надо было. Этих боевиков приучили не говорить, а действовать, понимать друг друга с полуслова.

Струи густой кислоты появлялись на несколько секунд, поражая небольшой треугольник. По счастью, между двумя струями было приличное расстояние. Да, они передвигались, но со скоростью беременной ежихи.

Взрыв, нечеловеческий визг, который проник даже через защитные чары, чуть не сбив своей волной магов с ног, и тяжелые облака дыма.

— Центр уничтожен, — сообщил один из разрушителей.

— Осталась кислота, — сообщил другой. — Но тут сложнее, так как последний защитный ряд имеет децентрализованную систему, то есть нам придется отключать каждую струю по отдельности.

Несколько минут тишины в эфире.

— Высылаю каждому по несколько текущих координат передвигающихся алхимически-рунных цепочек, которые и образовывают струи кислоты. А также инструкции, как их отключить. Несмотря на то, что это подвижные цепочки, у них минимальная скорость, так что вы справитесь.

Полдюжины магов разошлись вокруг контура и принялись за работу.

Прицелиться, поставить щит, в который попадет струя кислоты, и выпустить сразу два канала заклинаний. Первый должен поймать струю в специальный кокон, из которого она не выберется, а другой — подключиться к цепочке. После чего маг тянет за второй канал, соединяя его с первым. Именно эта кислота может нарушить целостность своего источника. Только для этого нужно вызвать третий канал, который вызовет соединений двух каналов с последующем взрывом, в результате чего половина рун исчезла, другая просто испарилась, а кислота сделала дырки в стене. На столько масштабные, что боевики решили не заморачиваться с остальными цепочками, и сразу ввалились в зал, пустив наугад несколько превентивных щитов и сканирующих заклинаний.

Троица магов стояла в центре зала с поднятыми руками и брошенными на пол волшебными палочками. Они не собирались воевать.

— Сдаетесь? — прокаркал, уточняя, один из боевиков.

— Да, — ответили они хором.

— Сюда. Поднять руки.

На их кистях защелкнулись наручники.

В это мгновение разрушители проклятий уничтожили остатки защитного контура.

Пленники вместе с конвоем пошли наверх, на первый этаж, где собралось несколько сот магов.

*Примечание:

Как и в британском министерстве магии, в аргентинском этажи считаются сверху вниз. Естественно, на испанском и на английском начинают с нулевого, но на русском мы начинаем с первого, поэтому в моем тексте не будет нулевых этажей.

Конец примечания*

Я стоял перед толпой. Меня избрали временно Исполняющим Обязанности министра магии Аргентины, так как Ван Хофман. Вернее сказать, оба Ван Хофмана были убиты в течение боевых действий.

Учитывая, сколько я сделал для государственного переворота, я скорее всего стану не ИО, а постоянным министром магии страны.

А теперь нужно закатить какую-нибудь пафосную речь. Для народа.

Я прокашлялся и пустил несколько красных искр в воздух, привлекая внимание к собственной персоне.

— Аргентинцы, — начал я торжественным голосом. — Я выражаю вам глубочайшую благодарность за то, что вы встали на защиту нашей родины от оккупантов, которые планомерно уничтожали нашу экономику и наш суверенитет, превращая нашу страну в кормушку для своих карманов. В течение этих недель вы сражались отважно и смело, став настоящими героями и защитниками отечества. Я горжусь вами, горжусь всем тем, что вы сделали для освобождения нашего народа от диктатуры криминала и психопатов. Сегодня для нашей страны настоящий праздник, ибо мы вновь свободны. Да, экономические проблемы никуда не делись, но я обещаю, что мы приложим все усилия, чтобы стабилизировать ситуацию в стране и сделать жизнь в Аргентине снова приемлемой и удовлетворительной. Мы сражались с криминальной диктатурой, которая уничтожала целостность нашего народа, которая на протяжении многих лет паразитировала на теле нашей страны, высасывая из нее все соки. Но мы не уничтожили их полностью, мы освободились, но есть настоящий центр, откуда эти подонки ввели свою подрывную деятельность. Они уничтожали не только аргентинский народ, но и чилийский, и перуанский. Их сети лжи и подлости раскинулись сразу на несколько стран Южной Америки. Мы сделали первый и решительный шаг для уничтожения этой болезни, болезни социальной, которая разлагает общества Южной Америки. Лишь эти подонки рады своей политики, но простой народ, как мы с вами... Нам не нравится их политика, ибо мы должны за зря погибать во имя их гнусных планов, подлых интриг и самовлюбленных душ. Мы не должны отступать и должны нанести превентивные методы, чтобы защитить наше отечество от этой напасти в будущем, чтобы полностью очистить магическое сообщество от этих гнилых рож. Мы должны протянуть руку помощи тем, кто самостоятельно не может справиться с гнетом диктатуры криминальной, кто хочет быть свободным от незаконных власти и деспотических лидеров, которые своими действиями уничтожают культуру, экономику, социальные нормы, которые не дают обычным людям спокойно жить. Да протянем руку помощи, выступив со святым походом против этой гнилой банды бандитов, дорвавшихся до власти.

Я раскинул руки под бурные аплодисменты. На лицах слушающих проступила решимость, которая в скором времени поведет их на завоевание Чили и Перу, ибо нужно же уничтожить деспотические бандитов, угнетающих честных магов.

Последнее, что его разум успел зафиксировать, был автомобиль прямо возле правой руки и грохот.

Потом был лишь туман. Серый и всепроникающий туман, от которого нельзя было увернуться. Он залезал тебе в тело через нос, через уши, через глаза, отовсюду, откуда можно, тек по сосудам, обволакивал изнутри, убаюкивал.

У этого тумана не было ни запаха, не плотности. Его, собственно говоря, нельзя было назвать туманом, ибо туман — это скопление воды и льдинок в атмосфере, то есть у него есть такая характеристика как влажность.

А у этой субстанции вообще не было никакой влажности. Но Роман не чувствовал никакой сухости.

— Странно, мало-кто, появившись здесь, думает о природе происхождения этой субстанции, — проговорил чей-то басовитый голос позади.

Роман Кузнецов обернулся и увидел высокорослого мужчину. Метра два точно, как минимум.

Незнакомец был одет во все черное и имел человеческие очертания. Хотя его контуры постоянно менялись, и он больше походил на ожившую тень, которая оторвалась от своего хозяина.

В одной руке незнакомец держал книжку, поперек которой лежало что-то длинное, напоминающее иглу, а в другой была шпажка с кусочками ананаса, сыра и сочащегося мяса.

— Только отошел, чтобы отдохнуть, — незнакомец помахал шпажкой. — Как тут новый клиент. К тому же со специальным распоряжением от начальства. Интересно, а ты как умер?

— Умер? — недоверчиво спросил Роман.

— А живым тут места нет, — сказал незнакомец и резко замолк, как будто кто-то нажал на кнопку отключения.

После секундной заминки, он произнес:

— Хотя кто-то считает, что такие, как я, являются живыми. Брехня, вот что я тебе скажу. И-и-и-ик… Извини, не успел взять антипахмейное средство. Хорошо, что выпил только двадцать грамм.

— А вы кто такой? — на конец-то спросил Роман Кузнецов, чей мозг практически взрывался от подобного потока информации.

— Я — Орлинг Варрис, мрачный жнец, который должен сопровождать души умерших. Обычно в загробный мир, хотя иногда, как сейчас, должен переместить в иную реальность.

— А как я умер?

— А не знаю, парень, — расхохотался Варрис. — Может быть, машина сбила, может быть, любовница или ревнивая жена зарезала, может быть, инфаркт или заболевание какое-то. Тебе должно быть виднее, все-таки ты помнишь свои последние моменты.

— Похоже машина сбила.

— Хорошо. Как я понимаю, ты очень любил в детстве читать книги про Гарри Поттера?

— Да. А почему вы интересуетесь?

— Потому что тебе придется отправить в одну из вселенных, которая связана с этим миром. К сожалению, он начал отклоняться от каноничных событий и идти по своей дороге. Поэтому нужен тот, кто знает события каноничного мира и будет нести свет и добро, бороться с Пожирателями Смерти.

— Я должен попасть в Гарри Поттера? — изумился Роман.

— Не совсем. В Альбуса Дамблдора.

Роман на миг замер. Все-таки Дамблдор был старым с соответствующими атрибутами, а с другой, раз он знает события того мира, значит он сможет исправить его в лучшую сторону.

— Я готов.

— Вопросы будут?

— В какой год я попаду?

— В лето 1983 года.

— А почему именно в это время?

— Потому что в это время умер Альбус Дамблдор.

— Как? Он же умер от проклятого кольца лишь четырнадцать лет спустя.

— А вот причины его смерти… Хотя это смертью нельзя назвать, он все-таки жив, но вне зоны доступа, к тому же мертв ментально. Так вот, твоя главная задача на первое время — узнать, где находится Альбус Дамблдор, что с ним случилось и кто во всем виноват. Я волью в тебя базовую информацию про события того мира. В принципе, от канона они мало-чем отличаются. И да, еще поставлю специальный блок от разного рода ментальных вмешательств. Взамен ты должен найти все три дара смерти и уничтожить их. Понял?

— Да.

— Еще есть вопросы?

— Нет.

— Тогда. Поехали!

Вихрь воздуха, стукнувшийся в лицо, свист, грохот и забытье.

Гриндевальд обвел взглядом своих соратников. Двенадцать магов, которые помогли ему при побеге из Нурменгарда.

Естественно, он давно потерял любые надежды, что когда-нибудь кто-нибудь придет ему на помощь. Даже Альбус Дамблдор, который помог ему выжить и не попасть под трибунал, и тот не спешил сымитировать его смерть, хотя Геллерт много раз его просил.

Но вот пару лет тому назад Арчи Блэшвик, двадцатилетний наследник рода, то ли троюродный, то ли двоюродный брат кого-то из Блэков, подсунул ему записку вместе с едой.

На протяжении нескольких лет велась подготовка к операции по его освобождению. Стражники были в паре, поэтому пришлось прощупывать коллег.

Но все они были непробиваемые.

Пока в Нурменгард не пришел Никки МакДаун, еще один британец. Потомок кого-то из союзников Гриндевальда в те далекие времена, когда в Европе бушевала самая страшная в истории магическая война.

Естественно, на место Гриндевальда можно было взять любого маггла, но сам Геллерт попросил именно Альбуса Дамблдора. Ради мести.

К счастью, среди его новых последователей был один, кто входил в Орден Феникса и в доверенные лица Дамблдора.

Письмо с просьбой о встречи в лесу, так как у этого человека есть очень секретная информация… И вот — теперь Дамблдор в Нурменгарде, а Гриндевальд — на свободе.

Геллерт Гриндевальд обвел взглядом круглый стол, вокруг которого расселся его новый внутренний круг. Двенадцать магов, которые участвовали в его освобождении.

Напротив него пустовало одно кресло. У него никогда не было жены. Он, конечно, мог посадить туда одну из жен своих бастардов — к счастью, он успел ими обзавестись — но он пока-что не знал, где кто находится.

Возле него и возле пустого кресла, предназначенного, согласно этикету, гипотетической хозяйки дома, были четверо самых важных и приверженных магов.

По левую руку от пустого кресла сидела Келена Вочоразне. Дочь магглорожденного мага и внучка по материнской линии той, кто чуть не стала главой магической Венгрии под протекцией Гриндевальда.

Келена пошла в свою бабушку: зеленые глаза, белокурые волосы, римский нос, впалые щеки, тонкая, словно у вампира, кожа и еле различимый подбородок, от чего лицо становилось более безэмоциональным.

По правую руку от пустого кресла сидела Вероника Длинноногая, урожденная Мартынова, сестра ныне покойной жены российского императора. От нее веяло атмосферой меланхолии и безразличию к будущему, при этом она являлась членом рода, который при любых императорах оставался одним из приближенных к венценосной семье. Длинные русые волосы, мышиное лицо и аура тоски — вот визитная карточка всех Мартыновых и их ближайших родственников.

По правую руку от Гриндевальда сидел Ян Цяньфу. Флегматичный, уравновешенный. Табачная пыль намертво въелась в кожу его пальцев, а волос у него отродясь не было. Ян Цяньфу вступил в ряды сторонников Гриндевальда еще в 1920-е годы.

Сразу после своего совершеннолетия.

На счастье китайца, ему удалось осесть в Швейцарии по ложным документам.

Швейцарский Аврорат был чистой формальностью, так как власти раздавали политические убежища любому просящему, за счет чего большинство криминальных группировок магической Европы базировались в Берне или в Цюрихе, а в местном отделение «Гринготтса» у многих аристократических семей со всей Европы были банковские счета.

Осев в стране, Ян Цяньфу стал разрушителем проклятий, а в 1979 стал главой местного Аврората.

Значит авроры страны подчиняются ему и будут слушаться его. Из швейцарских авроров благодаря Яну Гриндевальд собирался сделать личное детективное агентство по поиску его главных врагов.

По левую руку от Геллерта сидел рыжий парень. Весь в веснушках, с каким-то печально-жалким выражением лица, которое сообщало любому встречному, что этот человек — подкаблучник.

Хоть он и был одет не в очень броские одежды, хоть он и занимал не очень значительную должность в британском министерстве магии, хоть он и был подкаблучником, но главное, он был приближенным лицом Альбуса Дамблдора.

Гриндевальд удивился, когда увидел среди своих новых последователей Артура Уизли. Но хорошо, что у него теперь есть информатор в стане Ордена Феникса, светлой фракции магической Британии.

Альбус теперь сидит в Нурменгарде, а его место занял сам Гриндевальд. Но Артур сможет сообщать ему все, что говорят орденцы в отсутствии их предводителя. Да и связи в Отделе по каминной связи пригодятся.

Арчи и Никки сидели по середине, дальше всех и от места хозяина, и от места гипотетической хозяйки. Но они были самыми молодыми среди собравшихся, недавно окончившие Хогвартс.

Между Никки и Цяньфу сидел Герман Гауфтман, седоволосый немец с короткими усиками, которые Герман стрижет маггловским методом практически каждый день, сохраняя им одну и ту же форму вот уже на протяжении нескольких лет. Руки он держал на коленях, спину — ровно, поджатые губы, римский нос. Он гавкал, а не говорил. От его слов сразу становилось некомфортно.

Между Арчи и Артуром был Януш Герцогх. Прусский маг с моравскими корнями. На руках у него красовались татуировки драконов, мантикор, русалок, единорогов, гиппогрифов и гномов. Гриндевальд был уверен, что и на ногах, и на спине у Герцогха, далекого родственника моравских средневековых правителей, тоже найдутся татуировки.

Он работал в прусско-баварской школе волшебства профессором истории. Это был важный предмет, так как за ходом уроков никто в этой школе не следил, поэтому можно по-иному трактовать какие-то события, вкладывая в головы студиозусам правильное, с точки зрения Гриндевальда, мировоззрение и мнение на счет политической обстановки в мире.

Посмотрите на британцев. У них уроки истории сто лет уже ведет призрак, монотонно бубнящий лишь про гоблинские восстания и конфликты с вампирами, и к чему это привело? А к тому, что от силы один-два ученика на курсе интересуются этим предметом. Слушать многочисленные лекции профессора Бинса, которые можно прописывать вместо снотворного, просто невозможно.

Для того, чтобы получить какое-то представление о том, что происходило когда-то там, нужно идти в библиотеку за книгами и самостоятельно искать соответствующую литературу. А студентам просто лень, поэтому об истории они практически не имеют никакого представления. По этой причине и доверяют всяким журналистам из «Ежедневного пророка».

Между Никки и Келеной сидела Марта Ван Уиквик, голландская чиновница с волевым лицом, которая почему-то Гриндевальду напомнила Ребекку Боунс, главу британского ДМП начала двадцатого века. Она была такая же тихая, деловитая, и прическа была тоже рыжей. Может быть, навести справки и узнать, не состоят ли Ван Уиквик в родстве с Боунсами? Хотя, каким же методом, страшно представить.

Последним был темноволосый тридцатилетний парень, Тристан Розье, брат Эвона. В Пожиратели Тристан не поступил, зато пошел в Отдел Тайн с восемью прекрасно сданными ТРИТОНАМИ.

«Интересно, почему здесь столько британцев», — подумал Гриндевальд, — «Практически каждый второй».

И это был его новый внутренний круг, с которым он начнет создание новой магической империи.

Было ощущение, что его тело на какое-то время засунули в бетономешалку. Руки были скованы холодом, ноги еле шевелились, спина отчаянно ныла, с каждым вдохом в животе что-то потрескивало и ныло. Короче, он разваливался на глазах и оставался целым лишь чудом.

И борода эта еще. В прошлой жизни у него не было опыта наличия настолько длинной бороды. Черт подери, она доходила до солнечного сплетения! Как там еще живность не завелась?!

Роман Кузнецов, который теперь был Альбусом Дамблдором, с протяжными кряхтениями и стонами приподнялся с постели и обвел комнату взглядом.

Красные бархатные ковры, которые заглушали поступающие снаружи звуки, были повсюду. В комнате было чисто и уютно, сразу было видно, что убираются здесь каждый день.

По периметру комнаты в воздухе висели магические светильники, которые подчеркивали уют ковров, тени, скопившиеся по углам, контрастную на фоне стен черную постель, стоящую прямо по середине помещения, и рабочий стол из крепкого дуба, инкрустированный сосновыми вставками гриффонов и фениксов.

Альбус-Роман Дамблдор-Кузнецов встал с постели, пошатываясь, как при сильном шторме, и побрел к выходу из личных апартаментов.

Спустившись по каменной лестнице, напоминавшую скорее полосу препятствий, новоиспеченный Дамблдор оказался в директорском кабинете. Ну что ж сказать? Все, как по книгам: много приборов непонятного предназначения, большой круглый стол в центре комнаты, куча портретов с директорами и некоторыми их приятелями, заглянувших под огонек, и плиткой на полу.

Ну и гора отчетов по середине стола.

— Альбус, ты вернулся! — воскликнул волшебник в шотландском килте и с охотничьим рогом наперевес.

— Мы уже думали, что ты пропал, так долго тебя не было, — продолжал поток речи другой директор, у которого были черные волосы и орлиный нос.

— Ушел куда-то и ничего не сообщил, — сказал третий. Если Роман не ошибался, то директор Блэк.

Ничего не сказав и лишь покивав головой, Дамблдор сел за стол и окинул кучу документов, возвышающуюся перед ним. Тут было сотни и сотни пергаментов.

«Разобраться еще, что тут да как», — подумал Альбус за миг до того, как его виски пронзила невыносимая боль, и он унесся в воспоминания.

Вот некоторые моменты из ученической жизни.

На третьем курсе Альбус стал ловцом квиддичной команды факультета, принеся ему восемь побед в матчах и три кубка.

Вот на последнем курсе он стал личным учеником профессора Дженкинсона, тогдашнего учителя трансфигурации и декана Гриффиндора.

Вот встреча с Геллертом Гриндевальдом в Годриковой Впадине. Общие исследования в области старинных артефактов, в том числе и даров смерти.

Та самая дуэль, в результате которой погибла младшая сестра Альбуса.

Вот он вместе с Геллертом стоит на могиле Арианы. Гриндевальд клянется, что он так просто все это не оставит, что пришло время укоротить магглов, а Альбус все увещевал его о том, что с ними нужно договариваться, но Гриндевальд сказал, что магглы и маги никогда не смогут спокойно жить наравне.

Учительские годы. В 1925 году Дамблдор стал деканом Гриффиндора и профессором трансфигурации.

Потом началась магическая война, охватившая всю Европу. Дамблдор несколько раз просил своего бывшего друга прекратить все это, но тот лишь отмахивался.

В 1944 году они устроили дуэль. Дамблдор помог Гриндевальду сохранить себе жизнь, отослав его в Нурменгард, чтобы тот не достался разъяренным некромантом с востока, которые обязательно пустили бы его на какие-то темномагические ритуалы.

Например, на призыв демонических чинов.

Пятидесятые годы. Получение Ордена Мерлина и места верховного мага МКМ. Постоянный конфликт с Кремневым и его сторонниками…

Поздравления Нобби Лича, первого магглорожденного волшебника на посту министра магии Британии. 1962 год.

Марш сквибов, первая война с Волан-де-Мортом…

Конфликт Гриффиндора и Слизерина внутри стен школы, хотя Дамблдор делегировал разборки на плечи МакГонагалл и Слакхорна, попросив их о том, чтобы зачинщики со стороны Пожирателей получили такой урок, который отобьет у них желание дальше воевать. Для того, чтобы в будущем не было еще одной войны.

— А если конфликт начнется по вине гриффиндорцев? — поинтересовался Флитвик.

— Конечно, их тоже нужно будет наказывать по всей строгости, но, пойми Флитвик, сейчас в магической Британии идет война. Приспешники Волан-де-Морта агрессируют против мирного населения, занимаясь радикальным терроризмом. А среди его последователей очень много тех, чьи дети учатся на Слизерине. А дети очень часто перенимают поведение старших, кто для них являются авторитетами, обычно у родителей. Соответственно, я не удивлюсь, если дети Пожирателей начнут пропаганду прочистокровных идей и в Хогвартсе, из-за чего детям сторонников светлой и нейтральной фракций придется заниматься самозащитой. Чтобы стабилизировать и уничтожить корни возможного конфликта будущих поколений нужно объяснить всем сторонникам радикальных идей Волан-де-Морта прописные истины о том, что не нужно гордиться лишь по той причине, что они были рождены в магической семье, а не среди магглов, что магглов не нужно уничтожать, что их родители неправы, присоединившись к новому Темному Лорду.

Потом восемьдесят первый. Все шло, в принципе, по канону, кроме того, что Фрэнк Лонгботтон и Августа Лонгботтон были мертвы, а Алиса сбежала со своим сыном в Ирландию, к своим родственникам.

Потом полтора года более или менее спокойной жизни. Большинство Пожирателей откупились и засели в своих норах, поджав трусливо хвосты.

Пару недель назад Дамблдор получил письмо от Артура Уизли, где тот просил о встречи возле границ Запретного леса со стороны Хогсмида, так как у него есть срочная информация.

Потом темнота и подвал. Сырой и влажный подвал, где Дамблдор лежал на полу, корчась в муках от пыточного заклятия, а какая-то волшебница в черной маске и с чересчур длинными белокурыми волосами пинала его ногами , громко крича,и о чем-то спрашивала на каркающим языке, напоминающий то ли немецкий, то ли румынский.

И темнота…

Во второй половине семнадцатого века шведские, русские и польские маги подписали множество взаимных договоров. Основной темой торгов служили магические источники — точки разрыва пространства, через которые в наш мир поступают так называемые магоны, носители магии.

На протяжении многих веков невыразимцы со всего света пытались узнать, что находится по ту сторону от точек разрыва пространств, но не смогли получить ни одного сигнала от посылаемых исследовательских аппаратов.

Русские некроманты получили доступ к Златовласовскому (Польша) и Дродбальскому (Швеция) источникам, на территории этих стран расположились русские войска, польские зельевары получили доступ к Первоуральскому источнику, а шведские целители — к верхоянскому, а также из России в Польшу и Швецию стали экспортировать по выгодным ценам древесину и камни для артефакторов.

Стоит отметить, что у каждого магического источника есть своя энергетика, подходящая для определенного вида магии: некромантической, зельедельческой, целительской и так далее. Все новые заклинания создаются именно на таких источниках, все школы волшебства и чародейства пытаются строить на источниках: Хогвартс, Шармбаттон, Дурмштранг, Ильверморни и так далее.

В Северную и Южную Америки европейские маги поехали именно за владение источниками. Правда индейские маги оказались неудобным врагом, поэтому к концу семнадцатого века английские, французские и иные европейские маги решили закончить экспансию в пределах текущих границ. Они не были готовы к затяжным военным действиям.

Таким образом в Северной Америке образовалась Канада с французскими и индейскими магами, которая практически совпадала по границам с маггловской страной, Новая Англия, которая обхватывала среднюю часть США и частично Мексику, Индеаландия, которая состояла из нескольких штатов западного побережья США, Новая Голландия (позже Вест-Индия) на восточном побережье и Латиния на территории Мексики, Белиза, Доминиканы, Гаити и Гватемалы. Такие острова как Барбадос, Ямайка и другие вошли в Карибский Союз.

В Южную Америку поехали португальские, испанские и итальянские магглорожденные, которые притеснялись из-за своего происхождения в родных странах. До договора испанского короля Фердинанда XIII с маггловской церковью оставалось полтора века.

Магглорожденные маги принялись воевать с местными индейцами, практически полностью их уничтожив. На данный момент остается лишь несколько поселений индейских магов в джунглях Амазонки и в Андах.

После 1838 в Южную Америку толпами потекли испанские и римские чистокровные, которые не были согласны с новой политикой заморозки маго-маггловского конфликта.

Они хотели войны — они ее и получили.

Если в Мексике и на Карибах их принимали спокойно, то в Южноамериканском Союзе было много магглорожденных, полукровных магов и предков тех, кто еще сто пятьдесят лет тому назад бежали от подобных чистокровных фанатиков.

Войны по всему континенту шли несколько лет. В итоге, были подписаны мирные соглашения. Южноамериканский Союз разделили на Аргентину, Бразилию, Эквадор, Чили, Перу и Колумбию. Во главе каждого государства встал один из представителей рода Да Кошта, предков португальского чистокровного мага, прибывшего на эти земли еще до Тридцатилетней войны. Да Кошты не относились к числу чистокровных фанатиков, но являлись старинным родом. Они были нейтральны, поэтому обе стороны конфликта согласились на их кандидатуры.

Со двора доносились крики куриц, в камине трещали дрова, с кухни шли умопомрачительные запахи овощного рагу, а в столовой расположилось полтора десятка мага, которые шумели, как стадо кентавров.

Гриндевальд в обличии Дамблдора со спокойствием сидел за столом и взирал на собравшихся.

Туда-сюда носилась Молли Уизли, предлагая чай, булки, суп, смотря за тем, чтобы всем было удобно. Хотя от нее рябило уже в глазах, но она прекрасно знала, что и где происходит в ее доме.

Интересно, а когда она угомонится?

Артур сидел неподалеку от Дамблдора и со скукой рассматривал столешницу, отрешившись от окружающего мира.

По другую сторону сел Кингсли Шеклболт. Молчаливый аврор, заместитель Люциана Эббота, двадцатитрехлетнего парня, который каким-то чудом возглавил Аврорат. Чем, естественно, был недоволен Шеклболт, из-за чего старался подкопаться к каждой мелочи в работе начальника.

Мандангус Флетчер притулился с края, закурив. У него было лицо типичного разбойника, а пальцы постоянно ритмично постукивали по трубке, цепкий взгляд тщательнейшим образом сканировал все происходящее. Не зря он являлся одним из главных авторитетов на Темной Аллее.

Андромеда Тонкс, выгнанная из семейства Блэк за брак с магглорожденным Тедом Тонксом, целителем из госпиталя святого Мунга. Из-за этого Тонксу на работе вставляли палки в колеса те, которые спонсируются Малфоями или Яксли, вносящими солидные суммы на счета госпиталя. Но это не отменяло того, что у Теда Тонкса был талант к целительской магии. Поговаривали, что он рос неподалеку от кардиффского или лестерского источников, которые как раз и были единственными на Британских островах с соответствующей направленностью.

Самого Теда здесь не было, зато присутствовала его жена, радикально настроенная против всего, связанного со старыми традициями и консервативными чистокровными семьями.

Дедалус Дингл и Элфиас Дож. Два старика, которые уже летали в облаках и жили в милых и уютных домиках на краю Хогсмида, ожидая прихода смерти. У Дожа была какая-то родня со стороны двоюродного брата, но Голдштейны предпочитали оставаться нейтральными, а вот у Дингла в родне было несколько молодых сквибов, работающих в маггловском мире. Никто не знал кем, но кем-то все же работали.

Джонс и Вэнс. Две молодых волшебницы, недавние выпускники Равенкло, магглорожденные, работающие в «Ведьмополитене» и в Отделе Тайн, соответственно.

Северус Снейп. Ужас, летящий на крыльях ночи. Чем-то напоминал ворона с адвокатами в предках. Профессор зельеварения, двухкратный чемпион европейского турнира по зельеварению за 1980 и 1982 года. Гриндевальд поставил бы галеон против вчерашней «Придиры» на то, что Медичи или Болконские уже завербовали его шпионить за Дамблдором.

Амелия Боунс, глава Департамента Магического Правопорядка, сестра Эдварда, который был убит Пожирателями Смерти. После этого Амелия настойчиво продвигает идею об уравнения наследственного закона для всех социальных слоев магической Британии.

После смерти Эдварда урожденных Боунсов осталось лишь две: Амелия и ее племянница Сьюзен. По законам о наследовании в священных родах женщины не могут быть наследниками.

Но мужчин с фамилией Боунс не осталось, а Амелия до сих пор не замужем, иначе состояние перешло бы к ее супругу.

Сьюзен еще несовершеннолетняя, к тому же не достигла возраста двенадцати лет, когда маг может попасть под уголовную ответственность.

Поэтому пошли по генеалогическому древу Боунсов. У Ричарда Боунса, отца Эдварда, была жена, Миранда Фигг, магглорожденная. Так как у нее не было родственников-магов мужского пола первого порядка, поэтому обратили внимание на братьев и сестер Ричарда. Кеннард Боунс не женился и умер в семнадцатилетнем возрасте, а вот Артемизия Боунс вышла замуж за Брайана Мальсибера, отца Раймонда, который как раз и убил Эдварда.

Брайан Мальсибер умер от драконьей оспы в 1977 году, поэтому наследником рода Боунс является Раймонд. И что, что он в Азкабане? Жив — значит наследник.

Амелия несколько недель скандалила с министром магии, но ничего поделать не могла, поэтому ей с племянницей пришлось перебираться в летний дом, а поместье перешло в собственность Мальсиберам.

Сейчас Раймонд сидит в тюрьме, а поместье находится в консервации. Но Раймонду нужно опасаться за свою жизнь, так как детей собственных у него нет, а после продолжительного прибывания в Азкабане ими просто невозможно обзавестись, при этом он — последний мужчина-носитель фамилии Мальсибер, ныне Боунс-Мальсибер.

Были где-то в маггловском мире и сквибы с такой фамилии, но их не учитывал закон.

Мать у него была из Боунсов, поэтому ему стоит опасаться свадьбы Амелии. Но с этим пока-что глухо.

Поэтому смотрим на родственников со стороны отца.

У Брайана был брат Оззи, который умер за неделю до старшего брата. Оззи никогда не женился.

Зато у братьев был отец Гастон с женой Дебердианой Мальсибер, урожденная Турпин. У нее был брат Аларм, у которого был сын Колизус, у которого сын Аполонус, у которого недавно родилась дочь Лайза. Кстати, она пойдет в Хогвартс в тот же год, что и Гарри Поттер.

Турпины не относились никогда к знатным и богатым родам, им будет трудно подкупить охранников, чтобы те что-то подсыпали Мальсиберу в еду.

Зато у Аполонуса есть брат Винсент. Неженатый. Выпустился с Равенкло в тот же год, что и Амелия Боунс.

Неудивительно, что он так часто мелькает в министерстве, практически ничем не занимаясь. Сейчас первым кандидатом на наследство Боунсов является Аполонус, но в случаи, если Амелия и Винсент сыграют свадьбу, то именно Винсент станет первым в очереди наследования.

Боунсы так желанны, потому что они входят в число священных 28 семейств магической Британии, что дает им автоматический голос в Визенгамоте, состоящий из пятидесяти одного выборочного мага плюс двадцать восемь представителей священных семейств. Некоторые маги входят и в выборочный список, и в священные, тогда они получают сразу два голоса.

Народ выбирает двоих из троих-четырех кандидатур, кто сможет стать министром магии, а окончательное решение остается за советом лордов, куда входят двадцать восемь семей плюс двенадцать приглашенных, кто-то на подобии Блэшвиков, Максов, Поттеров, Гампов и других.

К тому же у Боунсов достаточно большое состояние.

Неудивительно, что знатные рода предпочитают рождать мужчин.

Половина магов-мальчиков просто не доживают до совершеннолетия.

Вот сейчас Турпин опоят Амелию любовным зельем, чтобы привязать к себе, и все…

Боунс прекрасно это осознает, поэтому возле нее постоянно маячат двое охранников, которые принесли непреложные обеды. Сейчас они стояли позади нее, внимательно следя за присутствующими.

По добровольной воле Амелия никогда не выйдет за Турпина, так как в какое-то время они несколько раз засветились в делах о Пожирателях, заплатив значительные штрафы, а Амелия была из Боунсов.

У некоторых магических семей были отличительные черты: постоянное желание лезть в политику у Малфоев, тяга к законодательству у Ноттов, боевое сумасшествие у Прюэттов и Блэков, а у Боунсов это был пунктик на правильности и четком следовании законам чести.

Хоть никого из Турпинов не посадили в Азкабан, но в делах о Пожирателях они были замешены не на пустом месте, да и в ближайшей родне у них были такие, как Руквуды, Силверстоуны и Томпсоны.

— Все здесь? — осведомился Гриндевальд, обводя взглядом собравшихся орденцев.

— Все, кроме Алисы Лонгботтон, — ответил Кингсли Шеклболт.

— Алиса же уехала в Ирландию, — напомнила Гестия Джонс.

— Она недавно приехала по просьбе своей родственницы. Каллидоры Лонгботтон, урожденная Блэк.

— Которая сестра Чарис Крауч и Цидрелле Уизли? — уточнил Гриндевальд.

— Она самая. Не знаю, почему, но старухе срочно понадобилась невестка внука с Невиллом.

— А ничего неизвестно по поводу того, в какую все-таки школу пойдет Невилл? — поинтересовался Артур.

— Естественно, в Хогвартс, дорогой, она же лучшая школа в мире, — всплеснула руками Молли Уизли. — К тому же все Лонгботтоны учились именно в Хогвартсе.

— А все О’Брайены учились в ирландском Тихнанеолосе. Все, кроме Алисы. А Магнус Лонгботтон в семнадцатом веке вместе с сестрой Агатой учился в Дурмштранге. Так что вопрос о том, где будет учиться ее сын, еще открыт.

— Но она скорее всего захочет отправить сына туда, где когда-то нашла своих друзей.

— Зато в Ирландии у нее родственники. Клан. К тому же ты знаешь, что все с блэковской кровью немного того. Не удивлюсь, если старая миссис Лонгботтон знатно промоет ей мозги и убедит, что в Британии ее будут окружать одни враги.

— Зная Алису, я уверена в том, что она не поверит подобным байкам и поступит по велению сердца.

— Например, лечь в госпиталь из-за тромба, — отозвался из-за угла Дингл, который по ходу разговора засыпал и погружался в мир грез.

На минуту в кухне повисла гробовая тишина, в которой было отчетливо слышно, как от различного Спектра эмоций к лицу присутствующих приливает кровь.

— Кхм, кхм, — прервал молчание Гриндевальд. — Я все же надеюсь, что Алиса не забудет все то, что ей подарил Хогвартс, все то очарование, что она испытала в годы свои юношеские…

Гриндевальд тщательно пытался копировать манеру речи Дамблдора.

С превеликим трудом.

Он привык говорить коротко. А за последние лет сорок у него практически не было собеседников, из-за чего ему даже пришлось пить специальные восстанавливающие зелья.

— …Помня весь тот свет, которая она, конечно, сохранила в душе своей после войны против приспешников Волан-де-Морта, она точно решит данный вопрос в пользу Хогвартса, учитывая также превосходство в развитии в британской школе чародейства. Но я также хочу услышать, что происходит в министерстве. Амелия, Кингсли, расскажите нам.

Шеклболт поморщился, словно съел лимонный щербет.

— Аврорат, как обычно: занимается переложением бумажки со стола на стол, мышей не ловит, начальство бьет баклуши, а Ночная Аллея производит все больше и больше криминальных элементов и настоящих отморозков, которых мое начальство предпочитает успешно не замечать ровно до того момента, как они не начнут творить настоящую дичь.

— То есть обыкновенная аврорская жизнь, — заключил Гриндевальд, на что Кингсли пришлось лишь кивнуть.

— Крауч просил меня передать вам это, — сказала мисс Боунс, протягивая запечатанный конверт с сургучной печатью, но Гриндевальд не спешил брать его в руки. Он спросил:

— А откуда Крауч узнал, что ты будешь у меня?

— Когда Кингсли позвал меня на собрание Ордена, то Крауч был рядом и все слышал.

— Муди на вас не хватает.

Боунс на миг отвела глаза.

— Это так.

Гриндевальд разорвал конверт и прочел приглашение Альбусу Дамблдору как верховному чародею МКМ на внеочередное собрание совета по поводу вторжения Аргентины в Чили и гражданской войны в Перу.

— Что там? — осведомился мистер Уизли.

— Дела, — сухо отозвался Гриндевальд, поглаживая пергамент своими морщинистыми руками.

Лима.

04.09.1983.

Парящие свечи заливали зал суда мертвенно-бледным сиянием, образуя легкий, как пух, туман, застилавший все помещение, от чего присутствующим становилось немножко неуютно, как будто они находились неподалеку от Златовласовска, сильнейшего некромантического источника магии в мире.

Тени шевелились в углах и за белокаменными колонами, черный камень, из которого были сделаны стены и пол судебного зала, посерел и принялся играть солнечными бликами, от чего через какое-то время у людей начинали болеть глаза, а солнце, без помех проникающее через стеклянную крышу, неумолимо и безбожно поджаривало все живое внутри.

В зале было душно, пахло потом и сигаретами, а подсознание в панике билось, чувствуя что-то потустороннее.

Двенадцать каменных стульев, расставленных полукругом, придавали картине зловещие тона, которые проникали вам в мозг, особенно когда вы обращали свой взор на покоцанную стальную скамейку со следами многих высохших литров крови, с которой свисало несколько внушительного вида наручников, от которых так и хотелось сбежать куда-то подальше, чтобы больше никогда не видеть их.

Тут говорили шепотом, тут кричали психопаты, приговоренные к казни, тут многочисленные преступники корчились в неописуемых муках от наложенного круциатуса, когда от них срочно хотели добиться раскрытия военных тайн, расположения отрядов противников…

Сегодня двенадцать судей молча взирали на четырех лыбящийся мага в оборванных тюремных робах, которые сверху донизу были усеяны синяками, порезами, магическими шрамами и следами физического истощения. Их черные глаза впали внутрь, смотря теперь в черепушку, а наружи остались лишь мертвенные белки, которые казались такими хрупкими, что создавалось ощущение, что при прикосновении они сразу лопнут и зальют все вокруг себя, в том числе и вас, своими внутренностями.

Главный судья встал, поправил мантию и зачел:

— Адриан Дель-Паркинсон, Фиручи Малина, Константин Григорович и Йамарко Саламанка, вы обвиняетесь в многочисленных военных преступлениях, намеренной дестабилизации общественного мнения и политической обстановки в перуанском магическом государстве, в призыву к экстремистским действиям к магам с недостаточно чистой, с вашей точки зрения, кровью, разбавленной маггловской, также в шпионаже на другое государство, государственной измене, многочисленных преступлениях против мирного населения, нескольких случаях нарушения Статута о секретности, поддержки радикального политика Гонсало Биахаро, признанным террористом и государственным изменником. Ввиду того, что все судьи были тщательнейшим образом ознакомлены с подробностями вашего дела и многочисленных свидетельств мирных граждан, которые подтвердили свои показания под веритасерумом, прямо сейчас вы можете подвергнуться лишь одному наказанию, согласно кодексу военного магического правопорядка, главе о антиправительственных заговоров, — к смертной казне через электрическую скамью.

Этот метод казни был подсмотрен у магглов. Только вместо стула — скамья, чтобы убить сразу нескольких.

Главный судья, новый министр магии Перу, Антонио Петерко махнул рукой и нажал на красную кнопку, вмонтированную в стену возле его кресла.

Электрический ток выжег преступников, которые в последние секунды своей жизни лишь улыбались, как будто отправляются в райское место на отдых.

Тирл Шварц, сидящий на крайнем стуле, закрыл глаза и попытался успокоить свои нервы. Обстановка тут и так зловещая, а еще смотреть, как казнят твоих друзей… Это вдвойне тревожней. Да и еще кто-то может выдать его в последнюю секунду, а он долго под допросами не продержится. Но обошлось без этого. Все-таки члены Летящих Орлов не зря славились тем, что никогда, не при каких допросах не выдавали своих соратниках. Хотя, кто знает, но о таких случаях, если они были, никто ничего не знал.

Если бы чилийские протекторы не ушли себе на родину, разбираться с неожиданным аргентинским вторжением и бунтом грязнокровок, то через несколько месяцев Летящие Орлы пришли бы к власти в стране и очистили бы Перу от негативного влияния маггловской крови на умы магической цивилизации. Но сложилось, как сложилось.

Но он, Тир Шварц, будет верен своему делу до конца. Даже, если для этого придется ждать десять лет, или сбежать в другую страну, чтобы присоединиться к движениям за освобождение магического мира от грязнокровок. Например, к испанским Касаткам, недавно пришедшим к власти, или к греческому правительству.

Сантьяго,

06.09.1983.

Магическое Чили состоит из квартала неподалеку от центра маггловского Сантьяго и двоих небольших поселений: на севере, возле границ с пустыней Атакама, и на юге. Поговаривали, что в чилийских Андах есть большое поселение, состоящее исключительно из индейских магов. Но никто этого поселения никогда не видел, и большинство уверено в том, что это лишь красивая легенда.

Сейчас аппарировать в магический Сантьяго было невозможно из-за поднятого купола, а возле выхода на маггловскую сторону выставили двоих охранников, которые должны были предупредить отряд, засевший в баре позади них, о появлении аргентинцев.

Вчера из Перу прибыл отряд Аврора. Элитный отряд боевиков, которые всем сердцем и кошельком верны нынешнему правительству. Они находились по середине главной магической улицы страны, готовые оперативно переместиться в самую горячую точку или зайти врагу во фланг, нанеся колоссальные потери.

Энрике Пабло Дель-Поттер собрал армию из семидесяти троих магов. В то же самое время в Сантьяго было пятьдесят девять колдунов официальных войск и пару сотен мирных жителей. Правда, Дель-Поттер надеялся на поддержку со стороны местного населения, которое устало от тирании нынешней власти.

К сожалению, эльфы не могли пробраться на магическую улицу из-за поставленных ограничителей, поэтому у аргентинцев не удалась операция по распространению листовок среди мирных чилийцев с призывами помочь свергнуть их правительство.

Как-то и без них справятся.

Главной проблемой было — как попасть на магическую улицу?

Вчера один маг уже погиб, когда просто подошел. Вокруг входа в магический мир было нарисовано несметное количество рунических цепей, которые определяли наличия магического ядра у человека, наличие каких-либо амулетов, волшебной палочки и так далее.

К сожалению, Даниэль не успел сбежать, попав под Аваду.

Тогда Дель-Поттер приказал срочно найти пару маггловских пистолетов, чтобы снять охранников с расстояния.

Семеро магов побежали по маггловской столицы, расспрашивая встречных. Немного ментальной магии от амулета — и магглы рассказывают все, что они знают о рынках легального и нелегального огнестрела.

Через восемь часов поисков аргентинцам удалось выйти на нужного человека, и вечером они уже приобретали десять стволов.

Из аргентинских магов маггловским оружием никто не умел пользоваться. Пришлось снова искать маггла, который вкратце объяснил базовые методы использования пистолета: когда нужно открывать и закрывать затвор, как работает ударник и прицел, в какую позу лучше встать, как правильно взвести курок и прочее.

Утром пятого числа маги поблагодарили и отпустили магглов. После была подготовка. Моральная и физическая.

Ночью на шестое сентября двое магов повернули на улицу, где был вход в магический мир, остановились, попытавшись слиться со стенами, прицелились и произвели несколько выстрелов, не забыв одеть глушилки.

Несколько звуков, похожие на чихи, и вот два мага уже лежат на земле, не успев ничего понять и не успев никого предупредить.

Из-за поворотов появилось еще восемь магов, которые присоединились к стрелкам. Две пятерки, состоявших из четырех боевиков и одного стрелка с “Browning”.

— Врываемся и без слов стреляем в боевиков. Мирное население стараемся не трогать, — напомнил распоряжения главнокомандующего предводитель одной из пятерки, которой и предстояло прямо сейчас ворваться в бар.

А в баре происходило шевеление. Чилийцы что-то почувствовали. Да, никаких сигналов об опасности от постовых не было, но наружи явно что-то происходило. Ненормальное.

Поэтому все гражданские были отправлены на второй этаж, где должны были дождаться конца ночи под охранной двух боевиков.

Взрыв. Это дверь в бар слетела.

Сразу несколько обезоруживающих заклинаний, вследствие чего один из боевиков потерял свою палочку.

Очередь. Еще один упал замертво с пробитой башкой.

Остальные трое схватили палочки, равномерно рассредоточившись по залу, стали кидаться огненными шарами и летящими ножами.

Под шум четвертому магу удалось вернуть себе палочку.

Большинство ножей были отбиты индивидуальными щитами, а в огненные шары отправляли мощнейшие струи воды, которые превращали их лишь в большое облако водяного пара, а потом устремлялись к чилийцам, чтобы залить тем лица горячей водичкой.

Как неудивительно, первая жертва была со стороны аргентинцев. Они слишком близко стояли друг к другу. Удобно было целиться. А щиты ставил каждый сам для себя, поэтому огненный шар без помех пролетел мимо щитов и водяной струи, попав прямо в голову одному из аргентинских магов.

После этого нападающие рассвирепели и перешли к взрывным и пыточным заклинаниям: Бомбардо, бомбардо максимо, Круцио…

Бар затрещал, с потолка посыпалась пыль, столы были разнесены в щепки, трое чилийцев были погребены под завалами с рассеченными головами, из которых мощными струями фонтанировала кровь.

С лестниц послышалось два приглушенных заклинаний. Тройное лезвие и гниющая плоть.

Двоим аргентинцам не повезло. Они выставили щиты, которые с легкостью были преодолены. Одному голову разрубило пополам и перемешало все внутренности в желудке, а у другого все тело сразу пошло красными пятнами, струпьями и кусками гнилого мяса, которое с чавканьем выпадала из орущего мага, доживавшего свои последние секунды.

— Подкрепление! — заорал один из двоих оставшихся, выставляя мощный щит от заклинания, удлинявшего ноги.

Пара магов отскочила от двери, в которую тут же ввалилась пятерка.

Очередь.

В баре снова был стрелок.

В первую же секунду новая пятерка понесла потери в виде отрубленной головы у предводителя.

Очередь.

Один из чилийцев потерял башку, а другому пуля попала рядом с сердцем. В руку.

По счастью для аргентинцев, он был левшой и не мог нормально колдовать правой рукой.

Еще одна пуля — и с ним все.

Пару магов нажали на галеоны, прикрепленные к их поясам, вызывая подмогу из города. В ближайшее время к ним должны заявиться чилийцы с магической улицы.

Несколько минут томительного ожидания, пока ничего не происходило. В баре не происходило.

Тем временем по магической улице летели заклинания. Паре постояльцам удалось выпрыгнуть из окна и рассказать встречным о прибытии освободителей из Аргентины. Эта радостная весть разнеслась по всей улице со скоростью зайца, из-за чего маги вышли наружу, даже те, кто только-что крепко спал, и стали разыскивать чилийских боевиков.

Те сами не были глупцами, расклад могли оценить.

Какая польза от того, что они сейчас перебьют кучу народа?

Поэтому некоторые или сбежали в криминальную часть города, откуда уже можно было аппарировать, или просто слились с толпой, отрицая свою вину.

Все, кроме членов элитного отряда Аврора, который выдвинулся в сторону проникновения оккупантских сил, не забывая по ходу наводить порядок обычными ступефаями и сомниусами.

Десяток бойцов двигались бесшумно, как тени, с наложенными отводами глаз. Сильнейшими отводами глаз, которые не позволяли их увидеть.

Они отодвинули с помощью маги заднюю дверь в бар. Но скрип все равно раздался.

— Кто там?!!! — заорал один из аргентинцев, за что тут же поплатился. Тройное лезвие, любимое заклинание чилийских боевиков.

Оставшиеся аргентинцы продержались лишь пять минут против десяти лучших чилийских боевиков. Но в этих обстоятельствах и этого было достаточно.

Чилийцы были неприятно удивлены наличию мага с маггловским пистолетом, поэтому в первую минуту боя потеряли сразу троих магов. Это было неожиданно, особенно из-за того, что они считались элитными, самыми лучшими боевиками в стране.

— Мьерда, — ругнулся один из них, выдав свою позицию. Туда сразу полетели пули.

Минус еще один.

*Примечание:

“Mierda” — «Дерьмо» (испанский)

Конец примечания

Минус четыре за полторы минуты.

Оставшиеся Авроры разъярились и стали кидаться заклинаниями по типу «Кипящая кровь» и «Текущие мозги», благодаря чему они, потеряв еще одного, полностью уничтожили отряд в баре. Главной и первоначальной целью для них был стрелок, так как от него было больше всего вреда, чем от остальных.

— Адеско Фаэр! — раздался возглас со стороны двери, и Авроры поняли, что лучше всего делать ноги. Они были верны своему государству не только сердцем, но и кошельком, а с того света золотом как-то не попользуешься.

Внутренности бара были полностью сожжены вместе с тем, кто и выпустил со своей волшебной палочки адский огонь.

Авроры убежали в неизвестном направлении. Все надеялись, что навсегда.

Жители Сантьяго приветствовали аргентинцев и с радостью проголосовали «за» на референдуме о присоединении Чили к Аргентине.

Некоторые политики, конечно, попытались заявить, что Чили мощнее и стабильней в экономическом плане, так что не нужно прогибаться под каких-то пришлых, но их сразу заткнули вопросами о том, что они делали для освобождения Чили от криминальной тирании.

Чиновники замолчали, недовольно косясь на аргентинцев, которых они в кулуарах называли оккупантами и экономическими пиратами.

Тем временем заволновались перуанские политики. Они прекрасно понимали, что Аргентина не просто так захотела протянуть руку помощи Чили.

А вдруг они и на Перу нападут?

Поэтому и был созван внеочередной сбор совета МКМ. Перу хотела найти союзников, которые смогут помочь им отбиться от захватчиков.

Крупные капли дождя падали ему на лицо и запутывались в бороде, немного оттягивая ее вниз, из-за чего ему пришлось идти с слегка наклоненной вперед головой.

Где-то жужжали неизвестные жуки, среди лиан то там, то здесь мелькали птичьи силуэты.

Дом Бруно Фернандеса стоял на краю маггловской деревни, на отшибе. Старик предпочитал вести уединенный образ жизни, занимаясь садом и своими книзлами и читая многочисленные маггловские романы, от которых у него ломились полки на кухне.

Бруно Фернандес был испанцем 1880 года рождения. В 1927 году, увидев первого внука, он присоединился к молодежным отрядам Гриндевальда в Австрии. Он работал в местном Аврорате, появляясь на встречах сторонниках Гриндевальда в кафе «Роуз» в магическом квартале Клагенфурта.

Во время войны он участвовал в польской и во второй французской кампаниях, в 1939 году был ранен, после чего отправился обратно в Австрию на работу.

В 1944-1950 годах он не попал в поле зрения международного антигриндевальдовского суда, спокойно доработав до девяноста пяти лет в австрийском Аврорате.

На него Гриндевальд вышел через Блэшвика.

Геллерт остановился у одного из своих сторонников на несколько дней до внеочередного совета МКМ, чтобы исследовать ближайший лес. Неподалеку была аномальная для магглов зона, где частенько пропадали местные жители. Деревенские предпочитали не заходить далеко от границ поселения.

Скорее всего, там был источник некромантической магии, молодой, недавно появившийся, так как люди стали пропадать лишь двадцать лет тому назад.

А примерно в это же время в 1964 году иссяк Златовласовский источник. Просто схлопнулся и перестал обеспечивать мир магией.

В 1973 году болгарский исследователь, Джонни Гривич, обнаружил несколько небольших некромантических источников на севере Албании, в лесах. Если верить измерениям, то они появились примерно в середине шестидесятых.

Гривич тут же договорился с албанским правительством о том, что он сможет двадцать лет единолично владеть этим источником и использовать его, отдавая в казну примерно 200000 галеонов в год.

*Примечание:

Один галеон стоит примерно 5 британских фунтов. Накопленная инфляция с начала 1990-х в фунте составила примерно 120-150%, то есть 5 тогдашних фунтов стоят примерно 11-13 фунтов сегодняшних, а это примерно 1000-1200 сегодняшних российских рублей.

В фанфике начало восьмидесятых, поэтому прибавим еще процентов сорок (1400-1800 руб.).

Получим, что в год Гривич должен отдавать примерно 260-360 миллионов рублей.

Внимание, подсчеты примерны.

Конец примечания*

Зато Гривич стал одним из трех популярнейших ритуалистом-некромантом в Южной и Восточной Европе.

Но сейчас все внимание Гриндевальда было сконцентрировано не на цели поездки, а на том, что ему через сквозное зеркало пытался донести Арчи.

— Говоришь, что Дамблдор вернулся?

— Да, — закивал юноша. — Сегодня появился в министерстве. Заходил к министру, о чем-то беседовал. Я слышал, как Крауч отчитывал его за то, что он еще не отправился в Бразилию на совет, так как до него осталось лишь полтора дня. Крауч никак не мог поверить, что Дамблдор полетит в последний момент на маггловском самолете. Он известен как эксцентричный старик, но, по мнению Крауча, и это перебор.

— А у меня вопрос. Кто такой этот Дамблдор? Кто-то под обороткой?

— Нет, Милорд, я с ним беседовал больше часа, но за это время он ничего не пил.

— Ты уверен в этом?

— На все сто процентов.

— Совет продлится пару дней, потом еще пару дней вернуться в Британию. Так… Когда он вернется, мне нужно, чтобы хотя бы половина из наших была бы в Британии. Они должны тут же помчаться за разговорами к Дамблдору, а потом передать воспоминания мне. Может быть, я смогу понять, кто скрывается под личиной Дамблдора. Хорошо, что я не встретился с ним нос к носу на совете МКМ. Мордред.

20.09.1983. Бразилиа.

На кануне внеочередного совета.

Энрике Пабло Дель-Поттер.

Я с Кристиной Драгонес, представительницей Аргентины в совете МКМ, заселились в два номера в гостинице «Эктоплазма».

В мире существовало лишь семь гостиниц, которые были способны принять все делегации совета, поэтому собрания МКМ проводились лишь в нескольких местах: Бразилиа (Бразилия), Ниагара (Канада), Мерлинтаун (ЮАР), Ингерманград (Россия), Лиссабон (Португалия), Магополис (Болгария) и Каир (Египет).

Обычно их чередовали. Но не в этот раз. Следующая очередь была у египетского города, но Перу попросили провести именно в Бразилии, чтобы приехавшие представители различных стран прониклись бедственным положением региона.

В городе под делегации освободили сразу три гостиницы, выделили отряд в сто авроров, собрав их со всей страны, потратили на организацию всего этого около двухсот тысяч галеонов. Правда, общий доход от совета составит около миллиона. В Бразилии все СМИ принадлежали нынешним властям, а журналисты из других стран должны были заплатить по двести галеонов за то, чтобы приехать на это мероприятие, да и толпы зевак появились на улицах, чтобы поглазеть на приезжих и влить солидные суммы в местную экономику.

Заезд был утром. Каждому выделяли по отдельному номеру-кабинету с кроватью. Все было компактно: пять на пять метров комната с дубовыми стенами и огроменными коврами на полах, которые прогибались от шагов, кровать с мягким постельным бельем, письменный стол, напоминавший скорее тумбочку.

Придя с обеда, я обнаружил на этом подобии стола записку о том, что сегодня перед ужином ко мне войдет союзник, который перед этим трижды постучит в дверь.

И вот эти три стука в дверь раздались.

— Войдите, — разрешил я, не сводя с двери волшебной палочки.

Скрип. Хлипкая дверь, держащаяся лишь с попустительства высших сил, отворилась и пустила внутрь незнакомца с черным капюшоном на лице.

— Кто вы? — прошипел я, внимательно следя за всеми его телодвижениями.

— Тшшш-ш-ш… — ответил он, ткнув пальцем примерно в район своего рта.

Закрыв дверь и навесив на нее многочисленные заглушающие заклинания, неизвестный повернулся ко мне, уперся руками о столешницу, наклонился вперед и сказал свистящим голосом:

— Перу и Бразилия настроены серьезны и хотят попросить у международной общественности выделить им много денег и солдат, чтобы защитить мирных перуанцев от аргентинских агрессоров, которые не разделяют благородные намерения новых властей в Лиме превратить магов в стадо магглов с палочками. Я смогу помочь вам, посоветовавшись с некоторыми людьми из Европы, чтобы те приложили все усилия, находящиеся в их руках, чтобы не допустить этот неправильный шаг для магического мира.

— Кто вы? И с кем вы свяжитесь?

— Свяжусь с Келеной Вочоразне, которая представляет Австро-Венгрию, а Томас Шекмар — сын одной моей внебрачной дочери.

Я замер.

Если удастся склонить на свою сторону Австро-Венгрию, то можно с уверенностью автоматически записывать еще с десяток голосов, так как экономика Македонии, Греции, Сербии, Моравии и других стран региона очень сильно зависит от решений в Вене, поэтому они практически всегда голосуют за то же, за что голосуют австрийцы.

А ЮАР тоже имела экономически-политический вес среди африканских стран.

— Кто вы? — повторил я в третий раз вопрос. — Полагаю, что единичным случаем наше сотрудничество не ограничится, клятв мы принесем друг друга много, поэтому я хочу знать, с кем имею дело.

— Смотри, — улыбнулся незнакомец и снял капюшон.

Я замер в немом шоке.

Гость вскинул волшебную палочку и четким голосом без всяких шепелявостей произнес:

— Я, Геллерт Модест Гриндевальд, клянусь своей магией, что я в 1944 году был отправлен в магическую тюрьму Нурменгард. Люмос. Нокс.

Я сел на рядом стоящую кровать.

Как ему удалось сбежать? Как никто не заметил побега? И сможет ли он сделать то, что обещал?

Вопросы, естественно, я не сдал задавать вслух, так как понимал их цену.

К тому же я в тот момент находился в таком состоянии, что мог бы лишь мычать невнятно.

— Ты согласен присоединиться к моим сторонникам и привести магов к господству над магглами? — поинтересовался Гриндевальд, заглядывая мне в глаза.

Всего лишь одно слово, которое сможет разделить историю Аргентины на «До» и на «После», самый важный выбор в моей жизни, который нужно принимать в течение нескольких секунд.

— Согласен, — выдохнул я, пытаясь унять дрожь в плечах.

Я не успел хорошо обдумать свое решение, поэтому пришлось действовать, полагаясь на зов сердца, которое тянулось к Гриндевальду.

Все-таки мои слова в дружеских кругах были практически прямыми цитатами из речи молодого Гриндевальда перед баварскими избирателями в начале его карьеры. У нас были схожие взгляды на мир. Неудивительно, что мое сердце потянулось к этому баварцу.

В это же время, в другой гостинице.

Здесь номера были немного просторней и светлее.

Шесть на шесть метров. Удобная кровать с резными ножками, на верхушке которых красовались небольшие головы грифонов, раскрывающие и закрывающие пасти, наполненные острыми клыками. Стол, за которым можно спокойно организовать чай или обед на три-четыре персоны или разложить большую мировую карту. На полу железные листы, скрипящие, как старинные паровозы. Стены были из камня, покрашенные в ядовито-красный цвет. То там, то здесь краска уже стерлась, и виднелась каменная укладка, словно стены обмазали кровью, а потом выдавили чьи-то мозги.

Именно в такой номер пришли несколько магов: Александр Кремнев (Россия), Ли Чжао (Китай), Диана Ганг (Индия), Себастьяно Романо (Латиния), Джон Фицджеральд (Новая Англия) и Урбан Йокинг (Островной союз).

Кремнев обвел взглядом пришедших и пригласил их сесть за стол, а сам прислонился возле двери, прищурил глаза и, обводя комнату взглядом, заговорил:

— Я рад, что все вы отозвались на мою просьбу прийти сюда, чтобы обсудить дела насущные. Как вы все знаете, обстановка в Южной Америки накалилась до такой степени, что речь уже идет о военных действиях континентального масштаба. Конечно, до кровавой бойни в Европе, устроенной Гриндевальдом, не дойдет, но все равно это не обесценивает значимость происходящего. Перу — страна постоянных конфликтов и непрекращающихся гражданских войн, от чего экономика этой страны представляет печальное зрелище, а многие перуанцы с радостью перейдут на сторону Аргентины или Бразилии. Завтра пройдет совет, на котором будет решаться вопрос о вводе международных войск в Бразилию и Перу с целью стабилизировать обстановку на континенте. Но, скажите мне честно, кому из вас нужна сильная Бразилия, безусловный лидер по экспорту ингредиентов для зелий и артефактов, страна с одной из одиннадцати священных школ магического мира? И Китай, и Индия, и Латиния давно мечтают о том, чтобы именно им перешел океанический рынок сбыта экспортируемых товаров. Сейчас Индонезия, Австралия, Карибы, ЮАР, Ботсвана, Магриб и Вест-Индия очень сильно зависят от бразильского и колумбийского экспортов.

Кремнев отлип от стены и сделал шаг вперед.

— Сейчас в Бразилии одиннадцать крупных и тридцать с лишним мелких магических поселений, а 25% населения вообще живут в маггловских кварталах. Мы все знаем, что о промаггловскую политику бразильских властей имеет сказать уважаемый господин Ли, но сегодня вечером не об этом. Перу быстро сдастся, так как у них нет организованных войск, нет сил и желания и дальше воевать, потому что народ уже устал от непрекращающихся военных действий. Новая власть в Перу слаба и безнадежна, не имеет не целей, никакой программы, никаких идей о том, как восстановить экономику страны. Аргентинскому правительству за полгода удалось стабилизировать свое экономическое положение, прекратив многолетний полет в пропасть, присоединив к себе за несколько дней Чили, от чего положение в стране только улучшилось. Уехавшие от бед аргентинцы и чилийцы начинают возвращаться домой. Много перуанцев уехали когда-то от войны, и теперь они всем сердцем желают вернуться в спокойную страну, где они могут быть уверенным в том, что на них не нападут члены верховного совета, что не будет никаких репрессий и междуусобиц. Захватив ослабленное Перу, Аргентина сможет подарить перуанцам такой шанс. Аргентина не в силах противостоять Бразилии, но новое развивающееся государство будет проблемой для Бразилии, так как с течением времени Аргентина будет перетягивать одеяло на себя, создавая свою клиентскую базу, перетягивая направления экспорта у Бразилии. Но Дель-Поттер из таких, кто не сможет жить без войны и противостояний. Рано или поздно Аргентина под его руководством нападет на Бразилию, пытаясь урвать себе жирный кусок. Правда, он будет для них слишком жирным. Но это не суть. Пусть аргентинцы проиграют, но и Бразилия ослабнет, особенно в том случаи, если у врага будет приоритетная цель — захватить и перевести к себе источники, питающие бразильское магическое общество. Может быть, Аргентина нападет на Колумбию, от чьего экспорта зависят Зимбабве, Полинезия, Шри-Ланка, Чосон и Аравия? Эти страны завтра будут голосовать «За», если вопрос будет стоять о том, чтобы направить войска в Бразилию. Но что, если вопрос будет стоять по-другому? Если мы продавим на голосование вопрос о том, чтобы ввести на континент миротворческие войска? Сколько стран согласятся на спонсирование этого бесперспективного предприятия? Двенадцать раз в истории предлагали создать миротворческие отряды, но это ни к чему не привело.

Кремнев уставился в потолок с видом, словно планировал плюнуть в него, а потом скосился на слушателей и по их лицам прочел, что они готовы сотрудничать с ним, что они все будут продвигать общие идеи. Каждый для достижения собственных целей.

— Если МКМ все-таки примет решение ввести войска в Бразилию и в Перу, то кто помешает Дель-Поттеру заплатить золото наемникам?

Короткий взгляд на Йокинга.

— Нанять их и пойти на север, в Колумбию, в Индеаландию или же в Вест-Индию? Я уверен, что Латиния с радостью предоставит им базы для перевооружения, отдыха и подкрепления. Новая Англия давно точит зуб на западных и восточных соседей, а тут подвернется такой удобный случай…

Кремнев улыбнулся.

— На этом у меня пока-что все. Обсудим после совета. А пока вы прекрасно знаете, что нам всем нужно будет делать завтра.

В это же время, в столовой гостиницы.

Альбус Дамблдор сидел за крайним столиком и ел рис с жаренной курицей, облитой каким-то соусом, смахивающим на соевый.

В столовой стояла практически гробовая тишина. Обслуживающие эльфы появлялись и исчезали бесшумно, разговаривая с клиентами шепотом. Большинство магов предпочитало накинуть над своим столиком купол тишины на тот случай, если придется вести деловые разговоры, которые не должны дойти до чужих ушей.

— Мистер Дамблдор, — услышал Роман. Отложив вилку, он повернулся и увидел возле себя высокорослого мага в зеленой мантии. В районе шеи на мантии были вышиты какие-то руны непонятного предназначения, а внизу виднелись серые, словно покрытые пылью, маггловские джинсы. Маг был тощим и бледным, под глазами набухли синяки, напоминавшие сливы, а уши нервно подрагивали, как будто пытались услышать сразу все, что творится в зале.

— Могу ли я присоединиться к вам? Антонио Петерко, к вашим услугам. Новый министр магии и верховный судья Перу.

— Конечно, садитесь, — кивнул Дамблдор. — Очень рад, что вы решили обратиться к международной общественности за помощью.

У Романа было мало времени, чтобы структурировать и проанализировать доставшиеся от бывшего владельца тела ошметки памяти, но их было вполне достаточно для того, чтобы разбираться в последних событиях магического мира.

— Благодарю, — ответил перуанский министр, садясь напротив Дамблдора. Заказав гаспачо, Антонио Петерко сказал Дамблдору:

— Мы надеемся, что маги со всего мира обратили пристальное внимание на проблему, на ту угрозу, которой является Аргентина с ее новыми лидерами, которые радикально настроены против магглов и являются очередными поборниками недобитых сторонников Гриндевальда.

Дамблдор чуть не подавился гранатовым соком.

— Вы на все сто процентов уверены в их симпатиях к идеям Гриндевальда?

— Не сомневайтесь, — перуанец раскинул руки, чуть не уронив кофейник. — Этот Дель-Поттер, новый министр магии Аргентины, открыто заявлял о том, что хотел поставить грязных магглов на колени и показать им их место в мире, что не нужно испытывать абсолютно никаких симпатий к этим мерзким зверям.

— Рано или поздно его с такой риторикой свергнут, — сказал Дамблдор. — Политики, которые ведут войска, основываясь на ненависти, в какой-то момент сходят с ума, из-за чего и происходят бунты.

— Да, но когда произойдет момент, когда Дель-Поттер надоест аргентинцам и чилийцам? Я слышал от них лишь хвалебные оды.

— Государственная пропаганда. Такие самодуры, как Дель-Поттер, не приемлют какой-либо критики в свой адрес и пытаются всеми силами убедить народ в том, что этот самый народ любит его.

— Может быть, и так, — Петерко пожал плечами. — Но бунтом там явно не пахнет, а успокаиваться Дель-Поттер не собирается.

— Что его и погубит. Он слишком энергичный, что неудобно для ленивых политиков, которые не хотят прислушиваться к идеологии своего нарциссического правителя, из-за чего в стране и происходят конфликты. Вы можете быть уверены, Дель-Поттер в скором времени создаст прецедент, после которого недовольствие им будет расти, как снежный ком, пока в один прекрасный для всего мира день честные маги не свергнут его.

— Спасибо за оптимистические прогнозы, но я, как честный и сознающий всю глубину своей ответственности перуанский министр магии должен отвечать за спокойствие и довольствие народа страны, поэтому я и потребовал от МКМ срочно созвать все делегации, чтобы магическая общественность помогла честному перуанскому государству защититься от оккупантской армии, во главе которой стоит, может быть, новый темный лорд, чью деятельность лучше прервать на ранних стадиях. Я уже переговорил с французскими коллегами, которые высказали одобрение моим благородным действиям, продиктованным зову сердца и зову моего народа, который нужно защищать от любых угроз. Я надеюсь, что и вы, мистер Дамблдор, сможете дать моему государству всевозможную помощь.

— Будьте уверены, магическая Британия точно не останется в стороне в качестве пассивного наблюдателя. Я обещаю вам сделать все, что в моих силах.

21.09.1983

Совет МКМ состоялся в конференцзале гостиницы «Трансконтиненталь», за одну ночь в котором вы должны были заплатить более 30 галеонов. В некоторых странах эта сумма составляет зарплату среднестатистического чиновника.

С помощью левитации кресла расставили полукругом, разделив на пять неравномерных частей (по континентам).

В последний момент оказалось, что трибуна сломана, и обычным репаро тут не справиться, поэтому пришлось стащить из столовой три стола, поставив их друг к другу короткими ребрами.

Альбус Дамблдор, как верховный чародей МКМ, сразу сел на позолоченный трон перед импровизированной трибуной и внимательно следил за прибывающими магами.

Сегодня утром к нему подходило несколько магов из Аравии, Ассирии, Индонезии и Пруссии с вопросом: «Готов ли он отправить войска в Бразилию и в Перу?» Дамблдор успевал давать короткие положительные ответы, после чего эти маги тут же испарялись, чтобы через секунду обнаружиться на других концах зала.

Но вот все маги были в сборе, двери были закрыты, охрана выставлена, значит пора начинать.

Дамблдор взмахнул волшебной палочкой, призывая к тишине, встал и, прокашлявшись, начал:

— Доброе утро, господа. Сегодня мы собрались на внеочередном совете, чтобы обсудить вопрос крайней важности, от решения которого зависят жизни многих тысяч магов, проживающих во всех концах магического мира. Хоть, на первый взгляд, конфликт и кажется локальным, но на самом деле он является важным для всех нас, он отражает все проблемы, накопившиеся в душах каждого мага, независимо от его происхождения, места жилья и положения в обществе. Тот выбор, который мы должны сегодня принять, должен исходить из глубин наших душ, должен символизировать нашу решимость и моральную зрелость, осознанность наших поступков и дальновидность наших мыслей. Сегодня мы покажем, что мы готовы бороться со всеми проблемами, которые могут возникнуть под давлением тлетворного влияния злых сил, которые никогда не дремлют, но которые можно победить, если мы объединимся, если мы будем готовы смело противостоять, не уйти в тень слабости и пороков наших. Я призываю вас, дорогие господа, судить сегодня справедливо, как вам велит голос разум.

— Он велит мне что-то срочно сожрать, — прошептал кто-то на заднем ряду себе под нос. Кажется это был представитель Испании. Никто его не услышал.

— Мы должны сегодня решить вопрос о вводе войск на территорию Бразилии и Перу, так как эти государства обратились к нам за помощью, надеясь на то, что мы поможем им, протянем в темные времена руку помощи, объединившись против угрозы, которые они видят в Аргентине, которая выступает с радикальными антимаггловскими взглядами. Мирные и честные граждане южноамериканских стран опасаются за свою безопасность и за будущее своих детей, которые могут оказаться в рабских цепях зла, если мы не поможем им справиться с напастью. Итак, мы прямо сейчас выносим вопрос на рассмотрение наших сердец. Мы сегодня голосуем за наше будущее, за будущее стран, которые будут благодарны нам за то, что мы не бежали, как трусы, когда они просили нас о помощи. Кто за то, чтобы ввести войска в Бразилию и в Перу с целью не допустить распространения тлетворного влияния Аргентины и ее военной диктатуры, основанная на доктрине зла? Я объявляю самый честный суд, суд наших сердец и душ открытым. Океания!

— Сука ссанная, — плюнул Ли Чжао. Обычно Дамблдор давал голоса всем желающим. Они опирались на то, что смогут своими речами переманить несколько колеблющихся стран на свою сторону. Но Дамблдор не дал им и рта открыть.

«Вот дерьмо», — флегматично подумал Джон Фицджеральд.

Кремнев посмотрел на представителей стран Океании. Начинали с самого маленького по количеству представителей континента. В Океании было всего пять стран: две продамблдоровских и три колеблющихся.

— Ну давайте, — умолял Ли Чжао. — Не подведите. Есть же Китай.

Всего в МКМ входило 124 стран. Для ввода войск нужно было получить 66% голосов, то есть 82 «За».

Австралия, Новая Зеландия и Полинезия проголосовали за инициативу Дамблдора, Микронезия и Меланезия были против.

3 из 5.

— Америки! — объявил Дамблдор.

Теперь десять стран. Шесть за, четыре против. Удивительно, но и Колумбия проголосовала против. Странно, ведь Аргентина приблизилась и к ее границам. Не видят в ней опасность или хочет договориться? Или что?

9 из 15.

— Европа!

Тридцать стран.

Австро-Венгрия против. Вслед за ней также проголосовали Балканы и чешские государства. Долго подумав, Норвегия проголосовала за.

Кремнев чуть не ругнулся вслух. Значит слухи об увеличении франко-англо-немецкого влияния на Скандинавском полуострове не были безосновательными. Вот и Финляндия, Дания и даже Трансильвания проголосовала за.

Ирландцы с исландцами тоже поддержали предложение. Швейцарцы, как всегда, против любых войск. Официально. Так они за, потому что во время войны деньги текут в их банки. А у швейцарского правительства хорошие отношение с зеленошкурыми.

Тринадцать за и семнадцать против.

22 из 45. Чуть меньше половины.

— Азия! — провозгласил Дамблдор, нахмурившись.

Тридцать четыре стран.

Кремнев следил, как представители поднимают руки. Страны под английским влиянием, как Ассирия, под османским, как Кипр или Уйгурия, под индонезийским, как Таиланд или Шри-Ланка, под французским, как Вьетнам.

Страны, ориентирующиеся на Россию, Китай или Индию, голосовали против.

У Индии буквально было несколько голосов, так как у Непала, Бутана, Сикима не было собственных силовых структур, а порядки в стране контролировались специальными индийскими аврорскими подразделениями. В какое-то время и Афганистан зависел от Индии, но недавно афганцы наладили отношения с Ассирией, значит и с Британией.

Грузия, Азербайджан и Армения недавно отделились от России. Не из-за конфликта с властями, а из-за того, что маги в этих местах имели с магглами более тесные контакты. Поэтому кавказские государства сейчас буквально являлись проводниками между русскими магами и магглами. Многие русские маги, кто имел бизнес в маггловском мире, предпочитали открывать счета в армянских, азербайджанских или грузинских отделениях «Гринготтса», потому что там были более мягкие налоги. Зато половина силовых структур этих стран контролировались из Ингерманграда.

Двадцать стран Азии проголосовали за ввод международных войск.

42 из 79.

Дамблдору нужно собрать еще сорок голосов, чтобы МКМ удовлетворил просьбу Перу и Бразилии.

В Африке было сорок пять стран. С некоторыми представителями Кремнев сегодня уже говорил и намекнул о том, что Россия будет рада одержать любую помощь странам, если они сегодня будут дружны с ними. Александр Васильевич надеялся, что намеки поняты.

В Северной Африке было сильно османское влияние, в Западной, Южной и Центральной Африках — англо-французское. У России были хорошие отношения с Эфиопией, Танзанией, Угандой, Кенией и Ботсваной. Зимбабве и Замбия имели хорошие торговые отношения с Индией, но являлись скорее колеблющимися странами.

— Давайте, не подведите, — говорила Диана Ганг, вцепившись ногтями в подлокотники кресла.

— Африка!

Практически лес рук.

Замбия и Зимбабве за.

Бурунди присоединилась к тем, кто против.

Джибути колебалась, но все-таки проголосовала, как Османия.

Мадагаскар неожиданно против, хотя верховный вождь страны приходился братом матери Жана Делакура, нынешнего нового молодого и амбициозного министра магии Франции.

Масаи недавно отделились от Эфиопией военным методом, но тоже присоединились к противникам перуанской просьбы.

Кремнев облегченно вздохнул.

78. Всего лишь нескольких голосов не хватило.

Дамблдор был разочарован.

Погладив бороду, он встал, обвел зал печальным взором и заговорил укоризненным голосом:

— Мы только-что проголосовали. К сожалению, для того, чтобы поддержать наших товарищей из Южной Америки, нам не хватило четырех голосов. Не знаю, чем руководились те, кто был против помощи честным правителям, — нервный смешок с заднего ряда. — Но Я могу с уверенностью говорить о том, что мы еще увидим всю угрозу, которую представляет Аргентина. Надеюсь, в этот раз мы не будем доводить до той степени, чтобы началась новая мировая война, как это было полвека тому назад.

Дель-Поттер вздрогнул. Дамблдор сравнил его сейчас с Гриндевальдом.

Энрике облизнул губы. Ему еще придется встретиться сегодня с новым господином, чтобы рассказать о том, что к нему подходил представитель Латинии, намекая о том, что они готовы дать Аргентине плацдарм для наступления в Индеаландию или в Вест-Индию. Амбициозные планы. Энрике еще не смотрел в эту сторону, но предложение заманчивое. А что могут предложить ему другие североамериканские страны?

01.11.1983.

Ночь опускалась над Лондоном, тьма пожирала улицы, приглушая свет от фонарей. Редкие автомобили разрывали ночную тишину, где-то слышались крики бредущих по тротуарам пьяниц.

Особняк рода Блэк на площади Гриммо черной скалой выступал из ночной тьмы, величественный и монументальный. Змея, обившаяся вокруг дверной ручки, злобно поблескивала своими красными глазами. Статуи, расположившиеся вокруг здания, бдели и следили за окружающей обстановкой. Даже кусты были напряжены и собраны, словно были готовы сорваться с места и с вырванными корнями понестись в бой с тем смельчаком, который осмелился бы напасть на дом Блэков.

На третьем этаже в одной из комнат сидели трое мужчин. Арктурус Блэк, нынешний глава рода, расположился возле камина, на полке которого стояли кубок и флакон с белесой жидкостью. Сигнус Блэк, нервно сжимая и разжимая кулаки, расположился напротив в венском кресле. Время от времени он косил глаза направо, где сидел последний маг. Высокий с раскатистыми плечами и рыжей шевелюрой, чьи глубоко посаженные глаза обхватывали всю комнату. Это был Дуглас Прюэтт.

Сигнус постоянно порывался что-то сказать, встать и подойти к дяде, но спохватывался и продолжал что-то беспокойно ожидать.

— Ну не томи уж, — сипло произнес Дуглас. От напряжения и неожиданности оба Блэка вздрогнули и напряглись.

Вздохнув, Арктурус Блэк, Отец Ориона, обратился к Прюэтту:

— Дуглас, все-таки мальчишке будет трудно потянуть два рода, хотя Мерлин его знает. Но все же, присмотрись к сыновьям своей дочери. Вдруг среди них будет достойный.

Прюэтт выразительно фыркнул.

— Присмотрюсь, но уверен, что лучше передать Игнатиусу.

— Как знаешь, — сказал Арктурус. После секундной паузы он опрокинул белесую жидкость в вино, которое тут же выпил одним глотком.

Арктурус Блэк III еще успел поставить чашу на стол, после чего затрясся, выгнулся. Из рта у него потекла лиловая пена. Он хрипел и кашлял. Но все это продолжалось лишь несколько секунд, после чего Арктурус замер бездвижно. Он был мертвым.

Сигнус и Дуглас смотрели на родственника и думали о чем-то своем.

На следующие несколько лет Сигнус Блэк вместе со своей женой Друэллой заперлись в поместье Розье. А Дуглас Прюэтт отправился во Францию, подлечить настроение.

Арктурус Блэк III был похоронен вместе со своей женой Миланией Макмиллан.

Главой рода Блэк стал Сигнус.

Перед смертью Арктурус успел порадоваться от осознания, что он умер раньше племянника, что род Блэк после смерти Сигнуса перейдет Прюэттам. У братьев Арктуруса не было собственных семейств, поэтому, если бы он умер бы позже Сигнуса, то все имущество его семьи перешло бы к Макмилланам, которые стали, как говорил сам Арктурус: «Верными собачонками Дамблдора, безвольными дураками и марионетками, которые могут открыть рот только по команде, как трусливые шавки».

Арктурус Блэк не хотел, чтобы его род перешел бы к тем, кто подчиняется кому-то в подобной манере. Особенно если этот кто-то — Дамблдор.

У Дугласа Прюэтта, мужа Лукреции Блэк, был брат Игнатиус, женившийся на Хеспер Розье. У этой пары был сын Рольф, который в 1978 году пошел в Хогвартс и был распределен на Гриффиндор. Именно ему после смерти старшего поколения придется взять на свои плечи рода Прюэттов и Блэков.

02.05.1932 немецкие войска пересекли голландскую границу.

Магическая Голландия состояла из четырех поселений: Гаага, Утрехт, Твенте и Люксембург.

В течение четырнадцати часов гриндевальдовским войскам удалось взять Люксембург, не потеряв ни одного бойца, полностью сломив защиту поселения. Правда, от поселения здесь было лишь одно название — две улицы с несколькими магическими лавками.

На следующий день немцы начали штурм Твенте, жители которого подняли всевозможные щиты и призвали на помощь стаю вервольфов, единственную стаю в стране.

Анри Делакур, недавно выбранный министр магии Франции, публично осудил на совете МКМ нападение на Голландию и призвал сесть за стол переговоров, чтобы отрегулировать спорные вопросы и не доводить конфликты до военной стадии.

В тот же вечер Гриндевальд написал ему письмо, в котором говорил, что он разочарован Делакуром, который казался ему вполне перспективным политиком, поддерживающим правильную сторону, которая сможет защитить магический мир от полного уничтожения. Геллерт Гриндевальд признался, что поспособствовал продвижению Делакура по карьерной лестнице, переговорив с некоторыми своими французскими знакомыми.

После этого признания, которое произошло на том же совете Международной Конфедерации Магов, французский парламент потребовал импичмента министра Делакура, который испачкал себя недостойными связями с новым темным лордом. Именно французы впервые присвоили Гриндевальду титул темного лорда.

Делакур всячески открещивался от связей с Гриндевальдом и требовал проводить проверки всех тех, кто когда-то лично был знаком с Гриндевальдом или с кем-либо из его приближенных.

В тюрьму были отправлены несколько волшебников, которые спонсировались немцами.

07.05.1932 Геллерт Гриндевальд обратился к немецким оборотням с просьбой присоединиться к освободительному походу в Голландии.

Три из четырех стай ответили, что им нужно еще подумать, а вот стая Рэмюэля Блуттенфанга уже на следующий день оказалась в рядах нападавших.

Благодаря оборотням, немцам удалось вскоре нейтрализовать главную защиту голландцев, практически полностью уничтожив их вервольфов.

11.05.1932 Твенте пал.

В тот же вечер Ландерик Клопп, князь магической Голландии, подписал указ о капитуляции войск.

Но жители Гааги не были согласны с княжеским распоряжением.

Из-за этого следующие три дня немецкие войска вместе с голландскими аврорами обстреливали всех, кто пытался покинуть город. Ночью на 15 мая им удалось взломать защитный купол города и в течение нескольких часов навести порядок, убив всех протестующих.

20 мая в Твенте была построена специальная метельная база, на которой дислоцировался так называемый отряд «Черные вороны».

Несколько раз в день «Черные вороны» подлетали к магическому Брюгге и Антверпену и сбрасывали огненные шары. Аврорам удавалось ликвидировать до 95% огненных снарядов, но некоторые все-таки достигали своих целей: здание министерство, казарма фландрийского отряда французского Аврората, который буквально контролировал Фландрию, и здание компании Генри Обдена по производству огневиски. Этот завод кормил около сорока процентов страны. По счастью, урон был незначительный и носил больше символический характер.

29.05.1932 Анри Делакур, Леопольд Дакар (министр магии Фландрии) и Геллерт Гриндевальд встретились в Антверпене под гул бунтующего народа, где и подписали мирный договор и пакт о ненападении. Французы выводили авроров из страны, а немцы прекращали обстреливать фландрийские города и разрешали местный торговцам вести деловые отношения с голландскими коллегами, а некоторые более лояльные к Гриндевальду могли получить субсидии от немецкого правительства.

После подписания франко-германо-фландрийского перемирия, Анри Делакур объявил о тотальных чистках во французском министерстве магии. Также он отметил, что, несмотря на то, что французам пришлось вывести авроров из Фландрии и оставить буквально Брюгге и Антверпен Гриндевальду, его подчиненные пристально будут следить за фландрийцами, часто контактирующими со сторонниками нового темного лорда.

Также Делакур подал заявку в МКМ с требованием проверить идеологию Гриндевальда и, если совет сочтет ее излишни жестокой, то запретить.

Два месяца совет МКМ тянул резину, отговариваясь чем-то, а потом заявил, что Гриндевальдовские идеи нельзя запретить за излишнюю жестокость по отношению к магглам и вообще не мешайте нам работать своими истериками.

В конце августа в Праге Гриндевальд встретился с Мэри Нодь, женой барона Филиппа Нодь, которого также называли австро-венгерским серым кардиналом. Официально Нодь занимал должность главного советника империи, но, по сути, старый император Иоганн XIII давно отошел от дел, оставив руководство страны на плечи советника и своего сына Арчибальда I.

Между принцем и советником сразу начались конфликты. Арчибальд был ярым поклонником Делакура и призывал налаживать отношения с магглами, предлагал некоторым аристократам стать своими и среди маггловской знати. А Нодь был ярым магглофобом и приходил в безрассудство лишь при упоминании идей, разделяемых принцем.

Мэри Нодь на встречи с Гриндевальдом пообещала, что она вместе с мужем предоставит любую помощь, какую они могут оказать. Поблагодарив женщину, Гриндевальд потребовал составить портрет на каждого члена австро-венгерской знати и передать ее Олафу Оттосону, главе немецкого Аврората.

01.09.1932 был убит фландрийский политик Арнольд Уазо, которому прочили пост министра магии. Он много говорил о балансе между прогрессом и традициями, о том, что не нужно отказываться ни от магического, ни от маггловского наследства, что не надо впадать в крайности, как Делакур или Гриндевальд, что стране нужно выходить из орбиты Парижа и подключаться к странам британской орбиты, что благодаря сотрудничеству с Лондоном Фландрии удастся выстроить собственную силовую структуру. В июле 1932 он уехал в Лондон на встречу с тогдашним министром магии Британии. Они сказали много речей о том, что у них одинаковое мировоззрение, что с Гриндевальдом нужно бороться, что энтузиазм Делакура нужно немного усмирить и многое в подобном духе. Поговаривали, что они также обсуждали возможность высадки британских войск в Гааге и Утрехте с одновременном нападении фландрийских добровольцев на Люксембург и Твенте, а после освобождения Голландии от немецких захватчиков ее планировалось объединить с Фландрией, чтобы создать новое сильное государство Нортландию.

Даже, если такие разговоры велись, то они остались лишь обычными словами.

Имя убийцы Уазо до сих пор неизвестно, но многие уверены в том, что за этим убийством стоит Геллерт Гриндевальд, а другие считают, что — Делакур, хотевший рассорить фландрийцев и немцев.

Жители Фландрии подумали на Гриндевальда и 02.09.1932 объявили, что отказываются работать, пока немцы не выплатят достаточную компенсацию за вмешательство в политическую жизнь страны и за убийство гражданина этой страны. Но Гриндевальд всячески отрицал свою причастность к смерти фландрийского политика.

04.09.1932 Анри Делакур в интервью испанской газете «Нуэвэ» объявил, что ему придется нарушить перемирие и ввести французские войска во Фландрию, чтобы успокоить местное население.

На удивление, Гриндевальд полностью поддержал эту идею. Правда попросил голландцев всячески осложнять торговые отношения с соседями.

06.09.1932 французский Аврорат вошел в Антверпен, чтобы разогнать толпы протестующих. Спокойно поговорить, правда, у них не получилось, поэтому пришлось использовать успокаивающие заклинания. Зря. Это лишь больше раззадорило местное население, из-за чего оно перешло к активным боевым действиям.

По итогам, лишь три аврора смогли выбраться из той мясорубки, в которой погибло около пятидесяти волшебников: от детей до стариков, от обычных попрошаек до бравых авроров.

Утром 07.09.1932 Геллерт Гриндевальд объявил, что не допустит подобного надругательства над каким-либо народом, что французы перешли все мысленные границы, раз решили, что им сойдет с рук антверпенская мясорубка, и что отныне немцы берут фландрийцев под покровительство.

В тот же день в окрестности магических Антверпена и Брюгге подтянулись авроры Оттосона, готовые отражать любые нападения со стороны Франции.

Но Делакур не спешил нападать. Наоборот, он старался сделать все, чтобы сгладить углы. Даже уволил нескольких авроров, которые могли дискредитировать его в глазах международной общественности, если начали бы поливать его грязью.

11.09.1932 Леопольд Дакар подписал документ о присоединении магической Фландрии к магической Германии.

01.06.1983

Роман Кузнецов был в этом мире уже девять месяцев. За это время в расследовании пропажи предыдущего Дамблдора он хорошо продвинулся вперед.

Последнее воспоминание, доставшееся Роману Кузнецову, как его пытает какая-то высокая женщина с длинными белокурыми волосами и в черной маске.

За это время Роман встретил три женщины, чьи волосы подходили: мадам Розмерта, Нарцисса Малфой и Келена Вочоразне.

Мадам Розмерту он отмел сразу же. Она постоянно на рабочем месте, всегда готова обслужить клиента, если только он не вломится к ней в полночь с пьяными криками. Она живет своей работой и практически не отходит от своего кафе.

Келена Вочоразне, представительница Австро-Венгрии в совете МКМ. После того совета они еще несколько раз встречались, в том числе и в Хогвартсе, через несколько дней после голосования по перуанскому вопросу.

Они обсудили медицину в различных странах, почему в Западной Европе и в Северной Америке маги относятся к змеям и змееустам враждебно. Когда Роман попытался перевести речь на перуанский вопрос и выяснить, почему Австро-Венгрия проголосовала против ввода войск в Лиму, то Келена простодушно отвечала, что не видит в Аргентине новую империю зла и какую-либо угрозу для Перу.

— Новое правительство Перу и так тесно сотрудничает с Бразилией. А вы думаете, что Аргентина сможет долго противостоять Бразилии и надеяться на выигрыш в прямом столкновении?

Роман только вздохнул.

— А, если вашей стране будет угрожать какая-нибудь Франция или Россия?

— Справимся, — пожала плечами Келена.

Простодушна, наивна, глупа и недальновидна. Именно такой образ сложился в голове у Дамблдора. Такая вряд ли будет пытать. Слишком неподходящий характер.

Остается или Нарцисса Малфой, или какая-нибудь неизвестная женщина.

Целый октябрь Дамблдор умолял Люциана Эббота, нового руководителя Аврората, допросить Нарциссу Малфой. Почему? Э-э-э… Из-за возможного покрывательство новых преступных деяний своего мужа.

Но Люциан Эббот ни в какую не хотел заниматься этим.

Роман нервно жевал губы.

До чего доведет Аврорат этот ленивец? Что он сможет добиться, если так беспечно относится к Пожирателям? Как известно, бывших Пожирателей не бывает. Но за полтора года после ноябрьского отлова сторонников Сами-Знаете-Кого 1981 года Аврорат лишь несколько раз наносил визиты сторонникам Волан-де-Морта, и то абсолютно по другим делам.

На конец-то Кузнецов так достал Эббота, что последний все-таки решился сходить к Малфоем.

За несколько часов допросов авроры не нашли никаких правонарушений.

Кузнецов лишь всплеснул руками:

— Несколько часов? Вы уверены, мой друг, что это достаточно, чтобы выяснить хоть что-то?

— Вполне, — отрезал Эббот и исчез в камине.

Последнее перед исчезновением письмо прислал Артур Уизли. Он просил встретиться возле какого-то леса, после чего — провал в памяти и пытки от белокурой женщины.

Роман встретился с Артуром и попросил объяснить, что это за письмо и почему в точке, куда он аппарировал, его ждали, чтобы схватить? Артур, заикаясь, объяснил, что и вправду хотел поговорить, но вот с координатами аппарации ошибся. Роман поинтересовался, а о чем, собственно говоря, хотел побеседовать Артур? Рыжий, бегая глазами из стороны в сторону, нес что-то на счет подозрение по отношению к Эбботу, что он симпатизирует Пожирателям и надо проверить его левую руку.

Лгал и не краснел. Хорошо, что Кузнецов всегда владел таким прекрасным даром, как понимание: лжет ли ему человек или нет.

Покивав, как будто верит Уизли, Кузнецов ушел. Отойдя на достаточное расстояние от «Норы», он наложил на себя скрывающие чары и стал внимательно следить за домом.

Совы не летали.

Благодаря наложенным чарам улучшенного слуха Роман смог услышать обычный вечерний разговор между двумя супругами.

Дождавшись полночи, Кузнецов так ничего и не выяснил, но попросил Тилли, домового эльфа директора Хогвартса, проследить за совами, которые будут пересекать границы владений Уизли, перехватывать их и отправлять директору копии писем.

Переписку в основном вела Молли. У нее осталось несколько подружек с школьных годов и с времен борьбы в Ордене Феникса, с которыми она то и время обменивалась сплетнями. Артур иногда строчил доносы на бывших Пожирателей мистеру Эбботу, прося проверить его подозрения. Все доносы Артура Уизли ложились в стол, а сам хозяин «Норы» радостно докладывал директору о проделанной работе.

Но раз в неделю, а то и чаще, Артур Уизли просил «Гринготтс» выписки по своим счетам.

Однако, проверив письма на чары, Кузнецов обнаружил, что в 90% случаев эти буквы служили обманками, наложенными иллюзиями, покрывающие настоящий текст. К сожалению, для вскрытия иллюзий нужна была кровь или Артура, или того, с кем он переписывался. Крови Уизли у Кузнецова не было, а в ином случаи, при попытке взлома письма просто самовоспламенялись. Один раз Роман чуть не сжег себе таким образом бороду.

Подозрения в сторону Артура Уизли росли с каждым днем.

Зато Роман прекратил подозревать Нарциссу Малфой, которая вряд ли будет сотрудничать с предателем крови.

Тем более это была не Келена Вочоразне. С венгеркой у Артура не было возможности встретиться. Хотя…

Роман вспомнил, что в этой реальности Артур отправил старших сыновей, в том числе и Персиваля, в Кастелобрушо, бразильскую школу волшебства и чародейства.

Проверив списки обучающихся в Бразилии, Роман обнаружил, что в 1982 году в Кастелобрушо поступил Рихард Озгард, сын Николаша Озгарда и Валентины Озгард, урожденной Вочоразне.

Николаш и Валентина погибли в 1980 году в перуанской гражданской войне, сражаясь за «Стрельчатых орлов», которые на чилийские деньги пытались совершить государственный переворот.

Рихарда отдали под опеку своей тете, Келене.

Теперь Роману стало ясно, где Артур смог встретиться с госпожой Вочоразне, и почему представительница Австро-Венгрии голосовала против введения войск, которые могли поддержать в том числе и правительство, убившее ее сестру.

— Как гнусно путать личные обиды с желанием народа, если от этой путаницы зависят жизни сотней человек, хотя ее можно понять, но нельзя переносить свои обиды на политическую арену, — пробормотал Дамблдор, оторвавшись от списка.

А завтра его ожидали выборы на пост министра магии. Сегодня подсчитали голоса от народа.

1 Бэгнолд 1023

2 Малфой 990

3 Шеклболт 834

4 Эббот 520

Новый глава Аврората явно не пользовался у народа популярностью, но откуда столько голосов в пользу Люциуса Малфоя? Кузнецов не понимал.

— Гер Петровски! Гер Петровски! — орал человек с белокурыми волосами, фанатичным лицом, на котором отчетливо виднелись дергающиеся глаза и синяки от бессонных ночей.

— Что, гер Шварц? — недовольно спросил седой человек, одетый в серый балахон. Он был упитанным и передвигался медленно, степенно. Доктор Отто Петровски смотрел на мир через очки, которые походили на озера.

— Нам удалось вызвать выплеск энергии, не повредив измерительные приборы! — воскликнул Парки Шварц, размахивая руками. Шварц был одет во все черное, пальцы у него были тонкие, как у пианистов. Нельзя было подумать, что подобный человек может работать в маггловской частной лаборатории, где изучали магию, порой жестокими методами.

— Вот как? — в глазах седого человека загорелся огонь. Он немножко наклонился к своему собеседнику.

— Это значительный прорыв в наших измерениях. Как вам удалось добиться таких результатов?

— Случаем, — замялся Шварц.

— Случаем? — прошипел седой, надвинувшись на блондина, от чего у последнего задергался кадык. — И как, изволь сказать мне, дальше проводить эксперименты со стабильными выплесками энергии? Нам нужно поставить эти выплески на поток.

— Доктор Реиннольц сказал, что после сегодняшнего подопечному №13 придется восстанавливаться неделю.

— Сука малолетняя, — ругнулся Петровски. — И как работать с таким материалом? Можно узнать, как вам удалось вызвать у него выплеск энергии?

— Мы скинули его с пятиметровой высоты из окон второго этажа. Он приземлился и тут же отскочил от Земли.

— Хм, интересно… Все-таки удалось. Значит от сильного шока тело совершает выплески.

— Он совершил несколько прыжков. Наши приборы зафиксировали, что он потратил 20791 джоулей, а в округ места, откуда он упал, на пару мгновений образовалось область вакуума объемом четыре с половиной кубических метра.

— Значит столько… — седой пожевал губы, потом скосился на блондина и вздохнул, как будто принял серьезное решение.

— С этой энергией можно подогреть примерно пять литров воды на один градус.

— Наверное. Продолжайте эксперименты. Нам нужно понять на примере детских энергетических выплесков, как работает эта штука, магия. Может быть, принесем благо нашему государству.

— Так точно! — рявкнул Шварц, вытянувшись по струнке.

— Приступить к продолжению выполнения своих обязанностей.

Парки Шварц на носочках развернулся и, чеканя каждый шаг, вышел из кабинета.

Отто Петровски достал из рабочего стола колдографию с тем самым №13, который стал первым магом-ребенком, чей магический выплеск был зафиксирован с помощью маггловской техники с особыми дополнениями, встроенными некоторыми сквибами.

Марио Асулино, восьмилетний магглорожденный маг из Гамбурга.

Петровски удовлетворенно погладил фото, положил его в стол и вышел из кабинета, чтобы собрать данные очередного эксперимента. Удачного.

02.06.1984

Разговоры вязли в глухом воздухе зала Визенгамота, размывая звуки. Сотни людей пришли сегодня, чтобы посмотреть выборы.

Журналисты из различных британских и не только газет столпились напротив полукруга кресел членов обоих советов.

Ближе к двери сели шестнадцать представителей светлой фракции: Джонс, Боунс, Дож, Дамблдор, Вэнс, Дингл, Спиннет, Ричардсон, братья Томпсоны, Хмулкирк, Форест, Петигрю, Тед Тонкс, который в прошлом году попал в Визенгамот каким-то чудом, Броклхерст и Обден. Самая молодая фракция в Визенгамоте, многие из них были вчерашними выпускниками Хогвартса.

На противоположной стороне сели представители темной фракции: Малфой, братья Лестрейнджи, старый Турпин с обоими своими сыновьями, Гойл, Крэбб, Гиббон, Монтегю, Гринвуд, Розье и Фарли. Средний возраст представителей темных был на десять лет больше, чем у светлых.

А между ними располагались оставшиеся двадцать один член совета, так называемые нейтралы: Фадж, Амбридж, Хаспер, Нокс, Блэшвик, Марчбэнкс, Джонсон, Эджкомп, Бэлл, Смит, Калидора Лонгботтон, Эббот, Лавгуд, Гольштейн, Патил, Дэвис, Чанг, Вуд, Макдаун, Макс и Клируотер.

А вот в состав совета лордов входили преимущественно старики: Абраксас Малфой, Корвинус Лестрейндж V, Грегори Эббот и другие. Три места пустовали: Райан Мальсибер, которому перешло место рода Боунс, и Джордж Треверс находились в Азкабане, а Морфин Гонт, чье дело было недавно пересмотрено с подачи Альбуса Дамблдора, после освобождения красочно описал, вокруг чьего причинного места вращал все это министерство, и вернулся в свою хибару.

Нашлось несколько энтузиастов, которые покопались в истории рода Гонтов и обнаружили, что Морфин Гонт — последний мужчина, носящий эту фамилию, а после его смерти род должен достаться Торфину Роули, так как его далекий предок в семнадцатом веке стал последним супругом какого-либо Гонта, взятого не из числа кузенов или братьев-сестер.

Один раз Гонты даже зарегистрировали брак между отцом и дочерью.

Всего 107 голосов. Глава совета лордов, Морган Берк, имел пять голосов, а главе Визенгамота досталось сразу 28 голосов. Кто придумал эту систему? Да никто не знает, но Роман Кузнецов поставил перед собою цель изменить и уравнять все голоса.

В совете лордов большинство было сторонниками темной фракции и лишь семеро — светлой.

Когда все необходимые люди собрались, то Дамблдор ударил в гонг, призывая к тишине.

— Добрый день, леди и джентльмены, — произнес Роман торжественным голосом, который был слышан во всех углах зала и по кольдорадио. — Сегодня мы прибыли сюда, чтобы видеть, как творится история, как мы собственным выбором, порой неосторожным, порой обдуманным, создаем свою судьбу. Сегодня важный день, который определит вектор развития нашей страны на ближайшее время. Вчера народ выбрал двух достойнейших на место министра маги. Миллисента Бэгнолд, идущая на пятый срок, и Люциус Малфой, который в очередной раз будет пытаться сместить мисс Бэгнолд. Хочу предоставить слово обоим кандидатам. Мисс Бэгнолд, прошу.

С кресла, поставленного вне полукруга, встала уже не молодая, но еще не старая женщина с туго сжатым пучком русых волос, невыразительным лицом, которое замерло каменной маской, одетая в зеленую мантию с вышитым на ней грифоном.

Встав перед членами совета, Миллисента Бэгнолд прокашлялась и заговорила четким и равномерным голосом:

— Дорогие граждане нашей многострадальной страны, в последнее время мы прошли через множество неприятностей и опасностей, защищая свои жизни и целостность нашей страны. После тех испытаний, через которые мы вместе прошли, мы должны оставаться едины, чтобы восстановить то, что было разрушено, и создать что-то принципиальное новое, для улучшения условий жизни в нашей стране, чтобы каждый гражданин нашего государства не волновался о том, что завтра его могут убить.

— Убить каждый день могут и в маггловском мире, — пробормотал Каспер Смит.

— Мы должны создать новое безопасное государство, где все будут счастливы.

— Оруэлла она не читала, — сказал себе под нос Ксенофилиус Лавгуд, стенографируя речь кандидата для завтрашнего выпуска «Придиры».

— Я знаю, как мы сможем привести нашу страну к процветанию и счастливому будущему.

— Правильно говорит, — кивнул Кингсли Шеклболт.

— Речи молодого Томаса напоминает, — задумчиво протянул Абраксас Малфой, склонив голову к правому плечу.

Раздались хлопки.

— Благодарим, дорогая Миллисента, — кивнул Кузнецов. — Мистер Малфой, ваша очередь.

Поправив мимолетным движением руки прическу, Люциус Малфой встал, остановился на только-что освобожденном месте и заговорил:

— Дорогие сограждане, наша страна находится в плачевном состоянии. Много мастеров в последнее время мигрировали на континент, так как их стали преследовать официальные власти за использование ныне запрещенной магии, хотя она активно использовалась еще тридцать лет тому назад, когда мы вместе с русскими добивали остатки приспешников Гриндевальда.

— В историю на хрена лезть, — фыркнул Арктурус Нокс.

— Что ожидать от темного, кроме как оправдания темной магии и всякой мерзости, — пробормотала, исказив лицо, Гестия Джонс.

— Тридцать лет назад Британия выбрала вектор развития на ограничивание магии, отговариваясь безопасностью граждан, но большинство сегодняшних выпускников Хогвартса мало-что знают о реальных опасностях, которые могут повстречаться им в жизни. Мы хотели защитить народ от появления новой армии зла, использующую тьму, но давайте посмотрим правде в лицо — у нас не получилось. Темный лорд был, а образование падает. И как Британия теперь выглядит на международной арене? Пока Альбус Дамблдор является верховным чародеем МКМ, то некоторые страны будут сотрудничать, но стоит ему уйти на сослуженный отдых…

— Он что хочет сместить Дамблдора? — недоверчиво переспросил Дедалус Дингл.

— …Как такие страны, как Османия или Дания отвернутся от нас, так как мы кажемся в их глазах отсталыми, боящимися любой тени. Вы хотите выглядеть смешно в глазах всего мира? Вы хотите казаться беспомощными перед глазами иностранцев?

— Бегу и падаю, — сплюнул Патрик Вуд, решив голосовать за Малфоя.

— Мы должны задуматься над будущим, над тем, где будет Британия через десять, через пятьдесят, через сто лет… Мы должны обдумывать наши перспективы на будущее, а не сидеть, засунув на подобии страусов голову в песок. На этом у меня все.

Продолжительные и оглушительные аплодисменты. Некоторые нейтралы решили отдать голоса за Малфоя, изменив первоначальные планы. Просто своими словами про иностранцев Малфой разворошил гнездо ос.

Что говорите? Мы выглядим беспомощными в глазах каких-то иностранцев с тупыми рожами и варварской культурой? Держите нас семеро.

Патил и Чанг переглянулись и еле сдержались от того, чтобы сплюнуть прямо в эту нахальную рожу.

— Благодарим кандидатов за свои речи, — встал Дамблдор. — А теперь предлагаю начать голосование.

Журналисты замерли, зрители наклонились вперед и задержали дыхание.

— Предлагаю начать с совета лордов, — Дамблдор взмахнул. — Кто за Бэгнолд — пустите красные искры, кто за Малфоя — пустите зеленые искры.

— Гриффиндор и Слизерин прям, — фыркнул Дуглас Прюэтт, запуская красные искры. Он предпочитал стабильность от Бэгнолд, нежели мутные планы на международной арене от скользких Малфоев.

Решающий голос был у Берка. Как глава совета лордов его голос весил в пять раз больше, чем у остальных.

Бэгнолд 15:14 Малфой.

По залу пронесся вздох.

— Теперь члены Визенгамота, — сказал Дамблдор, отправив красные искры.

Для победы нужно было большинство голосов, то есть, как минимум, 54.

Нейтралы разделились практически пополам, Бэгнолд лишь на один голос опередила Малфоя. Из светлой фракции за Люциуса проголосовали только Питер Петигрю и Тиберий Обден, а темные — все за Малфоя.

Благодаря тому, что у Дамблдора было 28 голосов, Бэгнолд выиграла в Визенгамоте 52:26, а общий счет:

Бэгнолд 67:40 Малфой.

Люциус пожал руку Миллисенты, поздравляя ту с очередной победой.

Журналисты гудели, члены Визенгамота и совета лордов ругались и общались, кто-то уже хотел полезть в драку.

Дамблдор громким хлопком прекратил это безобразие.

— Ну что-с, народ, вы выбрали в очередной раз Миллисенту Бэгнолд. Так поздравим ее!

Бурные и продолжительные аплодисменты, кто-то кричал, что Бэгнолд лучшая.

— А теперь, — Дамблдор встал. — Пришло время к всенародному голосованию на места в Визенгамоте. Из 56 вы выберите 51 наиболее достойного для того, чтобы носить лиловую мантию и работать с законодательством магической Британии.

Пятью дополнительными кандидатами были Гавейн Робартс и Андромеда Тонкс от светлой фракции и Саргас Кроппер, Пандора Лавгуд и Гиппократ Сметвик от нейтральной фракции.

Один человек мог проголосовать сразу за несколько магов. Обычно выбирали от четырех до десяти кандидатов. Хотя, чисто гипотетически, можно проставить галочки напротив каждой фамилии, но рекордом до сих пор остается 41 голос от одного человека, когда в 1972 году Дебора Яксли проголосовала за всех членов темной и нейтральной фракций.

Целый день народ подписывал бланки, голосуя за тех, кого считал перспективным и полезным для страны, за знакомых, за тех, кто был лучшим на его курсе в Хогвартсе, и просто за приятных магов.

В итоге, четыре из пяти новых кандидатов прошли, только Андромеде Тонкс не хватило 33 голосов до заветной черты.

Элфиас Дож и Дедалус Дингл поблагодарили народ за то, что они со спокойной душой могут отправиться на заслуженный отпуск, ловить рыбу и наслаждаться последними годами жизни.

Тиберий Обден и Корвинус Лестрейндж, которые были лет на тридцать старше Дожа и Дингла лишь фыркнули и сморщили носы, услышав эти слова.

Светлая фракция потеряла Регулуса Томпсона, а нейтралы — Никки Макдауна.

Плюс два светлых, плюс два нейтрала, минус три светлых и минус один нейтрал.

Лидирующая пятерка вновь осталась той же: Дамблдор, Марчбэнкс, Малфой, Боунс и Обден.

Последним из шестерки, набравших больше тысячи голосов, стал Гиппократ Сметвик.

Глава Аврората был в десятке, неподалеку расположились братья Лестрейнджи, Тед Тонкс, Кроппер и Вэнс, которая чуть не визжала от счастья, так как она стала одиннадцатой, что было втрое лучше всех предыдущих результатов.

Несмотря на принадлежность к различным лагерям, которые сегодня и потеряли, и выиграли, вся страна праздновала.

От автора:

Кому интересно, вот полные результаты:

№ фракция имя голоса

1 свет Альбус Дамблдор 2403

2 нейтрал Гризельда Марчбэнкс 1995

3 тьма Люциус Малфой 1740

4 свет Амелия Боунс 1380

5 свет Тиберий Обден 1111

6 нейтрал гиппократ Сметвик 1075

7 нейтрал Люциан Эббот 957

8 тьма Родольфус Лестрейндж 911

9 свет Тед Тонкс 909

10 нейтрал саргас кроппер 900

11 свет Эммелина Вэнс 896

12 тьма Рабастан Лестрейндж 890

13 свет Питер Петигрю 866

14 нейтрал Каллидора Лонгботтон 809

15 свет гавейн робартс 808

16 нейтрал пандора лавгуд 755

17 тьма октавиус принц 733

18 нейтрал Патрик Вуд 605

19 нейтрал Каспер Смит 600

20 нейтрал Чанг Е-Чу 599

21 нейтрал циклопопий макс 577

22 нейтрал понтий клируотер 533

23 тьма тристан розье 528

24 свет Фотос Броклхерст 515

25 свет Муфальда Хмулкирк 500

26 нейтрал Ксенофилиус Лавгуд 467

27 тьма Генри монтегю 450

28 тьма винсент турпин 444

29 нейтрал Ониксар Бэлл 441

30 нейтрал Лоран Голштейн 422

31 свет Оливер Форест 399

32 нейтрал Джон эджкомп 357

33 тьма Джонатан Гринвуд 350

34 нейтрал Корнелиус Фадж 333

35 нейтрал Гордан Джонсон 309

36 тьма аполонис турпин 303

37 тьма Дейрик Гиббон 255

38 нейтрал Арктурус Нокс 254

39 тьма хамстер фарли 251

40 тьма Марциус Крэбб 233

41 нейтрал арчи блэшвик 230

42 свет Гестия Джонс 222

43 нейтрал Миранда Дэвис 211

44 нейтрал Марат Патил 207

45 нейтрал Долорес Амбридж 201

46 тьма Колизус турпин 200

47 нейтрал Воттери хаспер 199

48 свет Дженари Спиннет 196

49 свет Кира Ричардсон 177

50 свет Лоренций Томпсон 160

51 тьма Гвинадор Гойл 155

52 свет Регулус Томпсон 144

53 свет Элфиас Дож 128

54 свет Андромеда Тонкс 122

55 нейтрал никки макдаун 102

56 свет Дедалус Дингл 101

01.07.1984.

Антонио Петерко провел платком по лбу, пытаясь унять дрожь от волнения. Он сейчас будет выступать с обращением к народу по радио.

— Готово? — спросил он у ведущего. Тот молча кивнул и объявил в микрофон:

— Дорогие перуанцы, сейчас с речью выступит наш министр магии.

В сотнях и сотнях магических радиоприемниках раздались эти слова.

— Опять всякий бред будет заливать, — фыркнула одна старушка, разливая зелья по флаконам.

— Что там опять случилось, дорогой? — спросила на другом конце страны только-что проснувшаяся женщина у своего мужа. Это была блондинка, игравшая ловцом в сборной Перу по квиддичу.

— Министр о чем-то говорить будет, — отвечал муж, который играл на позиции загонщика.

— Дорогие граждане нашей страны, дорогие перуанцы, я обращаюсь к вам, ко всем вам, кто живет в нашей стране, кто работает и гордиться тем, что относится к Перу, я обращаюсь сегодня к вам…

— У деда пластинку заело? — поинтересовался один бразилец у своего одноклассника из Перу. Это были студенты второго курса Кастелобрушо.

— Похоже, — улыбнулся перуанец.

— И зачем слушаешь?

— Чтобы поржать.

— А-а-а-а…

— …С просьбой стать сильнее, стать едиными перед лицом всех тех бед, которые принесли нам поствоенные времена. Я выражаю глубочайшую благодарность всем тем, кто помог нам прийти к власти, остановить то военное безумие, развязанное нашими врагами, которые не хотят видеть на карте мира свободное и независимое Перу.

— Чтобы этим ебырям икалось на том свете, — искренне пожелал отставной бразильский аврор перуанского происхождения. Он сидел у себя дома, очищал заклинанием картошку и слушал речь лучшего в истории Перу министра магии.

— Война закончилась именно благодаря вам, благодаря вашим усилиям мы можем не опасаться, что ваши родные пострадают, будут убиты.

— Но обязательно потом он скажет: «Но», — сказала ловец сборной. — Вот я уверена в этом на все сто процентов.

— На конец-то настало мирное время.

— И сколько крови пролилось? — задал в пустоту риторический вопрос отставной аврор.

— Цените это, цените то, что сотворили своими руками, что сотворил наш народ, цените то, что мы можем с гордостью назвать себя жителями такой чудесной страны, как Перу.

— Правильные слова, — крякнув, одобрил аврор.

В это же время в Кастелобрушо один чилиец, услышав эти слова, поморщился и сказал:

— Хосе, ваш министр съехал с катушки? Повторения слов — первый признак деменции.

А загонщик произнес в пустоту:

— Море пафоса, но никакого смысла, — и включил трансляцию мирового командного чемпионата по магическим дуэлям.

— В течение долгой гражданской войны, которая унесла много жизней, мы свергли власть террора, созданную нашими врагами. Но зло не дремлет, враги наши хотят крови и нашего порабощения.

— Очередной упоротый конспиролог, — проворчала старушка-зельевар.

— Они сделали все возможное, чтобы мировое сообщество не помогало нам, оставило нас один на один с ними. Им получилось убедить совет МКМ в отсутствии необходимости ввода войск в Южную Америку. Совет повелся на сладость их лживых и гнусных речей, мы остались без помощи. Выражаю благодарность Бразилии, которая готова прийти нам на помощь, вместе бороться за то, чтобы искоренить великое зло, идущее с юга, чтобы над нашими домами сияло мирное небо.

— Хосе, ну отключи эти бредни, не смешно уже не хуя, — попросил чилиец.

Тем временем в доме Бруно Гриндевальд, выпрямив спину, внимательно прислушивался к словам.

— Перуанцы, я обращаюсь к вам как тот, кто должен объединить вас ради победы над нашими врагами, ради торжества справедливости и чести, чести, которая прославит вас и оставит ваши имена в истории. Зло с юга с каждым днем становится все сильнее и сильнее, нам нужно противостоять ему. Сегодня день мирный, завтра, надеюсь, тоже будет мирный день, но, когда разразится очередная война? Не знаю. Но нужно готовиться. Пока зло не будет уничтожено, эры мира на нашем континенте долго не протянут. Все те, кто является настоящими патриотами, настоящими сыновьями и дочерями своей великой страны… Это вы, все вы, кто встанет единым строем, когда темные дни придут с юга. Благодарю за то, что слушали мои слова. И, надеюсь, вы их услышали и поняли.

— Золотые слова, — вздохнул отставной аврор. — Этим говнюкам нужно показать, что их место у параши.

Гриндевальд нервно стучал пальцами по столешнице.

— Включите колумбийское радио, — потребовал он, не расслабляя лица.

03.07.1984.

— Встречаем бойцов сборной Франции! Грегори Магуайр! Жан Дело! Валентин Нуар! Мортимер Турн! Винсент Мезодеге!

Бурные и продолжительные аплодисменты, а на поле выходят пятеро магов в синей форме.

— И встречаем бойцов сборной Сербии! Владимир Зелдич! Боремир Владышич! Ярослав Непугалов! Всеслав Кириллич! И Иван Илич!

Келена Вочоразне, сидящая на трибуне в секторе с преобладанием сербских болельщиков, откинулась к спинке кресла и спросила у рядом находящегося Артура Уизли:

— Мистер Уизли, вы видите те нашивки у сербских бойцов? У троих сербских бойцов.

— Которые желтого цвета?

— Именно.

— Вижу. И чем же они примечательны?

— Они обозначают принадлежность к группировке «Прогрессивная Босния». Движение, запрещенная в Австро-Венгрии, но популярна среди сербов, которая борется за создание отдельных боснийского и косоварского государств с жестким магглолюбским вектором развития. Большинство в империи сходятся к тому, что австрийцы пойдут на переговоры и разрешат боснийцам и косоварцам отделиться от Сербии. Также венгерские элиты склоняются к тому, что «Прогрессивную Боснию» спонсируют из Москвы, так как некоторые активные члены этого движения входят в число радикальных славянофильских движений, а некоторые живут и работают в России. К тому же в последнее время русские торговцы зачастили с поездками и с экспортом в Сербию, как будто хотят подчинить этот регион себе, отняв у Австро-Венгрии солидный кусок балканского полуострова. Этим движением заинтересовался Гриндевальд.

— И какой же приказ он отдал на их счет? О ликвидации?

— О попытке подчинить их себе.

— Но вы же сами говорили, что у них жесткая магглолюбская программа.

— Умерят свой пыл, все же не школьники с максимализмом в голове.

— А, если не получится договориться?

— Пытать, пытать и еще раз пытать, пока не узнаем обо всех денежных потоках, которые питают это движение.

— Когда начнем?

— Тебе нужно выйти на контакт с кем-либо из них. Например, просто напиши письмо с просьбой о встречи. Предупреди нас о ней. На встречи с ними ходи только с кем-то из наших, чтобы те страховали если-что.

— Хорошо, попытаюсь.

— Сделаешь все, что необходимо для торжества империи нашего милорда.

— Все ради всеобщего блага.

— Именно.

Тем временем на противоположном конце трибуны тоже заинтересовались членами «Прогрессивной Боснии».

Мстислав IV с вниманием ученого, разглядывающего новый образец лунной породы, рассматривал сербскую команду, что-то беззвучно говорил, шевеля лишь одними губами, хмурился, тер лоб и о чем-то напряженно думал.

— Серов, — на конец-то позвал он.

Тонкий и высокий, как тростинка, человек во всем черном и с редкой залысиной появился в ложе российского императора.

Вдруг он споткнулся, замахал руками и упал.

— Извините, миледи, случайно споткнулся о ваши ноги, кхм-кхм…

— Ничего, — со вздохом произнесла Беатриса Магнуссен, жена самого богатого шведского графа и дочь российского императора.

— Звали, мой господин, кхм-кхм?

— Да, Серов, — медленно отозвался император, не сводя взгляда с поля. — Ты, естественно, слышал про «Прогрессивную Боснию»?

— Да, кхм-кхм...

— И ты слышал, чем она занимается?

— О-да, мой господин, всяким непотребством, кхм-кхм…

Мстислав IV откинулся в кресле и свел пальцы домиком.

— Непугалов — великолепный боец, мощный и быстрый… Владышич — предпочитает отсидеться в стороне, но именно он мозг всего этого, умеет предугадывать следующий шаг врага. А Зелдич — просто лидер, крыса, которая будет всеми лапками цепляться за свое место.

— Точное замечание: крыса, сова и лев, кхм-кхм… Зверинец балканский, кхм-кхм…

— Сова и лев могут сильно навредить земле, особенно, если управляются идиотами. Кстати, а ты давно не ходил на охоту?

— Последний раз охотился на кабана в венском лесе два года тому назад. кхм…

— Отлично. А у тебя есть планы на новую охоту?

— Скоро поеду в Белград, в маггловских лесах там много живности и всякого зверья непуганого… Кхм-кхм…

— Отлично, — удовлетворенно кивнул российский император. — Иди, занимайся своими делами.

— Ох да, мой господин…

Стукнувшись лбом о пол, Серов вскочил и испарился.

«С Зелдичем сможем договориться. Ему нужно быть лидером, формальная власть его опьяняет, а французские магглолюбские реформы пусть подождут до лучших времен, да и Австро-Венгрия может быть скоро заинтересуются этим движением, которая хочет отжать земли у сербов, значит у страны, контролируемой Москвой. Пусть боснийские и косоварские земли и отделятся от Сербии, но будут иметь схожий курс».

— Романов! Кемеров! Осипов! Горский! Лесников!

Пять бойцов сборной России вышли на ринг под бурные аплодисменты. Они рассредоточились по левой половине.

Осипов, отвечающий за площадные щиты, встал прямо возле центра, сразу приготовившись к бою. Прямо позади него расположился Кемеров, отвечающий за ветренные потоки, которые должны были корректировать направления лучей заклинаний нападающих.

Горский и Лесников, которые как раз и были нападающими, расположились на концах медиальной линии своей половины, прямо возле края поля. Первый отвечал за огонь, а другой — за воду. Горский был на левом конце, а Лесников — на правом.

Романов, отвечающий за концентрированные щиты, расположился ровно между ними.

— Ковальчук! Дрезденович! Родольфусович! Жрудковски! Козловски!

Когда-то сборная Польши забирала медали на международных соревнованиях, но в последнее время у нее не хватало сильных бойцов, хотевших выступать на турнирах, поэтому Польша оказалась 18-й командой по рейтингу из тех, кто прошел на чемпионат мира.

Ковальчук, Дрезденович и Козловски, отвечавшие за площадные щиты и обычные заклинания, расположились на одной прямой, неподалеку от центра поля. Дрезденович был слева, Козловски — по центру, а Ковальчук — справа. Родольфусович и Жрудковски, которые были магами земли, расположились сразу за защитниками, по краю поля, соответственно слева и справа.

— Начали! — заорал Константин Террикото, судья из Рима.

Первые несколько секунд ничего не происходило. Команды присматривались друг к другу. Ожидали первого шага от противника.

Родольфусович прыгнул на несколько шагов от Дрезденовича и пустил заклинание «Обвивающих лиан», которое в реальной жизни могло и задушить насмерть Осипова, в которого и целился Родольфусович. Но на чемпионате мира каждый боец носил специальный костюм из зачарованной резины, которая не допускала летальные исходы, а просто отправляла в нокаут носителя.

В момент, когда в русского полетели лианы, троица защитников скастовало несколько оглушающих и обезоруживающих заклинаний.

Осипович выставил широкий щит-зеркало, которое перехватило и перенаправило заклинания обратно под такими же углами, только в другие сторону.

Троица успела выставить щиты, но вот только Жрудковски не ожидал, что заклинание лиан отразится прямо в него. Поэтому Ковальчук бросился наперерез, выставив перед собою щит, который с легкостью был уничтожен от заклинания, которое попало прямо в поляка.

— Россия — 1, Польша — 0, — объявил текущий счет судья.

Ковальчук так и остался до конца боя бездвижной тушкой на земле. В момент приземления в его левое плечо вошла игла с усыпляющим зельем, которое вырубило его до тех пор, пока ему не влили в рот антидот.

Жрудковски, поняв, что остался без защиты, а сам он имел такие магические щиты, что только обнять и плакать, бросился к центру.

Заметив это, Лесников пустил струю кипятка, от которой в обычной жизни попавший под нее сварился бы на месте.

Кемеров немного скорректировал струю, направив ее чуть вправо, что и помогло поляку пробраться за спину центрального защитника, пустив несколько заклинаний «Кусачий цветок» в сторону правого фланга русских.

Но Лесников тоже уже начал смещение к центру, поэтому «Цветочки» пролетели мимо него.

Родольфусович пустил еще несколько «Обвивающих лиан», которые отражались на пустой фланг.

Польский нападающий остановился на секунду, после крикнул:

— Аврора!

Это был условный сигнал для определенных действий.

Пока до его напарников доходило, Горский стал швыряться в них огненными шарами, пустив один раз огненным мечом.

А поляки стали атаковать все вместе. На первом этапе площадной щит русских пытались пробить с помощью летящих мелких щитов поляков.

Русский щит стал идти трещинами.

Один из летящих щитов попал в точку, в которую в тот же момент с противоположной стороны прилетел огненный шар.

Взрыв. Половины русского щита нет. А другая идет трещинами.

Среагировав практически тут же, польские нападающие пустили несколько «Летящих кусачек» и «Кусающихся лиан» в сторону Горского.

Кемеров отбивался от них ветренными потоками, Горский сжигал их огнем, а Романов сместился немножко вперед и влево, выставляя раз за разом небольшие щиты, которые с легкостью распадались.

Огненный меч, пущенный Горским, попал в Родольфусовича.

И в этот момент русский площадной щит пал, а одна из «Кусачих лиан» зацепилась краем за плечо Осиповича, но для программы это было достаточно.

— Россия — 2, Польша — 1, — озвучил счет судья.

Романов прыгнул к Кемерову, выставляя щит, в который тут же попала та самая лиана.

— Россия — 2, Польша — 2.

Никто не обращал внимания на Лесникова, а зря. Он выплетал сложное заклинание, забившись в самый крайний угол. Когда плетение заклинания было готово, он прыгнул и выпустил магию.

В поляков полетел водяной меч, который раздвоился по середине русской части, а потом эти мечи еще раз раздвоились в центре поля.

Один меч улетел в пустоту, один попал в Жрудковски, третий — в Козловского, а последнее чуть не задело Дрезденовича, переместившегося чуть ближе к центру.

— Россия — 4, Польша — 2, — таким же беспристрастным голосом сказал Террикото.

Общими усилиями Кемерова и Лесникова российской команде удалось за несколько секунд сломить последнюю защиту Дрезденовича.

Россия выиграла со счетом 5:2 и в 1/8 финала встретится с Ирландией, победившей на кануне у Кении.

Несколько дней до этого.

Вращающиеся приборы в кабинете директора Хогвартса тихо попискивали, считывая информацию. Портреты спали. Фоукс тоже прикорнулся на своей жердочке, скрыв голову под крылом.

Положа руки на стол и передвинув очки ближе к концу носа, Альбус Дамблдор приветствовал своих гостей: Амелию Боунс, Гестию Джонс и Кингсли Шеклболта.

— Добрый вечер, директор, — сказала, немного запыхавшись, Амелия. — Вы писали, что у вас какое-то неотлагательное дело?

— Да, Амелия. Садитесь. Чай?

— Спасибо, но нет.

— Хорошо, перейдем к делу. Мне нужно, чтобы ты, Амелия, отправила Гестию и Кингсли в командировку в Ирландию.

— Зачем? — изумилась Боунс. — И почему не через Эббота?

— Так как я не очень хорошо знаю его и не могу доверять ему. На последних выборах он голосовал за Малфоя. А в Ирландии мне нужны верные Ордену люди. Чем больше, тем лучше. Может быть, тебе удастся вытащить Ричардсон из Отдела Тай, но мне нужно максимальное количество людей, которые смогут в воскресенье быть в магическом Дублине.

— Но можете объяснить, зачем? — осведомилась Гестия Джонс.

Альбус вздохнул.

— Где-то год тому назад был у меня один период, когда меня чуть не убили. Можете посмотреть сами.

Он пододвинул к ним омут памяти.

— И да, забыл. Когда будете уходить, то поклянитесь, что без моего разрешения ничего не скажете о том, что здесь произойдет, что вы здесь видите и услышите.

— Хорошо, — кивнул Шеклболт, наклоняясь к омуту.

Несколько минут Джонс, Боунс и Шеклболт смотрели воспоминания про странное письмо, про пытки, про то, как Дамблдор прошел мимо четы Малфоев на Косой Аллее (а Нарцисса Малфой как раз походила на ту женщину из предыдущего воспоминания, только волосы чуть короче), про разговор с Артуром, про странные письма, которые частенько прилетают к хозяину «Норы», про то, как Дамблдор случайно услышал в министерстве, что Уизли берет отпуск на пару недель, чтобы посмотреть чемпионат мира по командным магическим дуэлям.

Выбравшись из омута памяти, орденцы имели потрясенный вид.

— То есть вы хотите сказать, что за тем вашим похищением стоит Артур Уизли? — строгим голосом поинтересовалась Амелия Боунс.

— Нет, но вокруг него слишком много странных событий происходит, которые, я это точно чувствую, каким-то образом связаны с тем моим похищением. И мне нужно, чтобы за ним кто-то проследил, а потом доложил, с кем и когда встречался. И Хорошо бы установить слежку за Келеной Вочоразне, которая очень похожа на ту белокурую девушку из моих воспоминаний. Ну и также за какими-либо еще подозрительными личностями, которые будут кружить вокруг Артура. Вы справитесь?

— Естественно, — сделав спину палкой, ответила Боунс. — Смогу подключить Вэнс, Джонс, Шеклболта, Робартса и Ричардсон. Чтобы никто не смог случайно проговориться Артуру, то по официальной версии кто-то жаловался на оборотней, терроризирующих североирландские деревни, а британский Аврорат отправляет им помощь. Этим никого не удивишь. Вэнс и Ричардсон, конечно, могут и официально поехать на чемпионат. Будьте спокойны, директор, мы проследим.

Спустя несколько дней.

Двухстороннее зеркало завибрировало. Прислонив ладонь к обратной стороне, Дамблдор ответил на вызов.

— Что-то случилось? — поинтересовался он.

Боунс выдохнула:

— Да. Артур встретился сегодня на трибуне среди сербских болельщиков с Вочоразне.

— Вот как…

— Подслушать их разговор нам не удалось, так как они наложили купол тишины. Весь день Вочоразне была на публике, а вечером ушла в свою палатку и спит.

— А что Артур?

— После матча Франция VS Сербия, на котором как раз и разговаривал с этой женщиной, он тотчас отправился к своей палатке и стал писать письмо. К сожалению, содержание нам не удалось узнать, увидели лишь то, что оно адресовалось некоему… — шуршание бумаг, после чего Джонс на заднем фоне по слогам произнесла:

— Do-ro-go-mu Bo-re-mi-ru Vla-di-shichu...

— Дорогому Боремиру Владышичу? — переспросил Дамблдор.

— Именно.

— А это кто?

— Нам пока-что не удалось узнать. Ищем.

— Письмо он получил?

— Получил. Пока ответа нет.

— Хорошо. Если-что, то сразу докладывайте мне.

— Да, Альбус, — отозвался Шеклболт. Дамблдору показалось, что он немножко пьян.

Отложив двухстороннее зеркало в сторону, Дамблдор наклонился к камину, зачерпнул и кинул в огонь немножко пороха и вызвал:

— Кабинет Главы Отдела Международных Магических Отношений! Бартемиус, дорогой, вы еще на работе?

— Да. Добрый вечер. Зачем понадобился?

— Не можете зайти на минуту?

— К сожалению, нет.

— Ну или ответить на мой вопрос через камин?

— Что у вас опять произошло срочного?

— Вы не знаете, кто такой Боремир Владышич?

— Нет, впервые слышу это имя. Русский что ль?

— А сможете разыскать для меня всю информацию, которая про него есть в открытых и в не очень источниках?

— Попытаюсь.

— Хорошо, жду.

На следующее утро серая сова передала директору Хогвартса записку от Крауча-старшего:

«Боремир Константин Владышич — серб, 24 года, сын сербского торговца Константина Ярослава Владышича и сербской женщины Ярины Радославы Станкевич. Неженат, участник сборной Сербии по командным дуэлям, ловец «Белградских врат» и сборной Сербии. Был замечен в ношении символики организации «Прогрессивная Босния», которая недавно была признана террористической организацией австро-венгерскими, польскими, норвежскими, финскими, русскими и шведскими властями, а также в тесных контактах с членами этой организации. Это все, что мне удалось накопать на него.

Бартемиус».

— Значит «Прогрессивная Босния», — сказал в пустоту Дамблдор, потянувшись к зеркалу.

— Амелия, вы уже не спите?

— Нет, директор. Доброе утро.

— Хорошо, а можете разыскать всевозможную информацию про организацию «Прогрессивная Босния»? У меня есть источник, который говорит, что в нее как раз входит Владышич, а также о том, что в половине восточноевропейских стран она запрещена как террористическая.

— Хорошо, директор, поищем, — кивнула Амелия, на лице которой еще были видны следа недавнего сна.

— Спасибо, девочка моя, надеюсь на вас.

05.07.1984.

— Не знаешь, кто такой Артур Уизли? — осведомился Владышич у Непугалова.

Они шли по темной улице в маггловском коттеджном поселке неподалеку от Белграда. Стояла теплая июльская ночь, где-то чирикали птицы, а ветер шевелил листьями деревьев, словно играл прощальный марш. Луна ярко сияла на небесах, затемняя своим светом звезды, рассыпанные по небосводу.

— Нет, не знаю, — отвечал Непугалов, кося взгляд вправо. — А откуда ты взял это имя?

— Да написал мне один человек с таким именем. Когда придем, то покажу.

— Хорошо.

Тут из-за поворота выпрыгнул грузовик, кряхтя и пыхтя, кузов так и норовил отцепиться от кабины. Из полуоткрытого водительского окна тянулась струя сигаретного дыма. Водитель увлеченно слушал радиопередачу, редко-когда бросая мимолетные взгляды на обочину.

— Дебилоид, — пробормотал Непугалов, отскакивая от шатающегося во все стороны грузовика. — Куда ты блять едешь, глаза разуй или на очко натяни.

* * *

Мыслеслав Йованович давно занимался перевозом всяких криминальных личностей через югославскую границу. Боялся ли он, что окажется в тюрьме? Естественно, боялся. До одури, до дрожащих колен. Но все равно продолжал перевозить всяких воров, наркодилеров и убийц, которые хотели спрятаться от закона. Почему Йовановича еще не поймали? Вопрос без ответа. Так сложилось.

Но на кануне к нему подвалил какой-то тип с монголоидной внешностью. Он, разговаривая с сильным английским акцентом, предложил сделку. Йованович помогает ему разыскать определенных личностей, а он сделает так, чтобы милицейские в упор не видели то, что таится у Мыслеслава в специальном блоке.

Йованович уже хотел рассмеяться, но незнакомец взмахнул рукой, и машина пропала.

— Что ты, сука, сделал? — завелся он, резко разворачиваясь к незнакомцу.

Быстрое перемещение под землю? Или как? Как он так быстро смог украсть грузовик?

— Просто подойди к тому месту, где был твой транспорт, — посоветовал незнакомец.

Мыслеслав подошел. Потрогал воздух. Машина была на месте. Без всяких изменений, если не учитывать, что она стала невидимой.

А в следующую секунду грузовик снова стал видимым.

Незнакомец сильно сжал левое запястье Станислава, шепча что-то то ли на албанском, то ли на болгарском. Мыслеслав не разбирался в языках.

— Теперь ты не сможешь рассказать простецам, что увидишь, — прошептал незнакомец себе поднос, а громче спросил:

— Сделка будет?

— Будет, — вздохнул Йованович.

* * *

Месторасположение дома Непугалова и Владышича, которые жили вместе, было секретом Полишинеля.

Сначала Богуслав Ярорадович хотел просто заколдовать простеца, но это оказался сквиб. Другого водителя не было времени искать, поэтому пришлось договариваться.

И уже вечером грузовик этого простеца ездил вокруг коттеджного поселка, наворачивая круг за кругом.

Но вот водитель увидел Непугалова и Владышича.

Ярорадович постучал по стенке три раза, как договаривались.

Богуслав открыл заднюю дверь кузова и спрыгнул наружу, наколдовав под собой травяной щит. Ярорадовичи издревле славились хорошим отношением с землей и земляной магией, большинство из семьи становилось гербологами или зельеварами, в крайнем случаи, если предку сносило крышу, то его отправляли в Славную дружину (Сербский аналог Аврората).

Непугалов и Владышич подошли и замерли перед своим участком.

Сейчас.

Богуслав выхватил маггловский пистолет и зарядил очередью в членов «Прогрессивной Боснии».

Непугалову моментально снесло голову, только ошметки разлетались по кустам и падали с смачным чавканьем, а Владышичу пули угодили в лопатки, но не смогли пронзить мантию из драконьей кожи.

Откинув маггловский оружие, Богуслав замахал руками, быстро заплетая нити заклинания.

Кряхтя, — все-таки третья пуля попала в правую половину пятой точки — Владышич пытался совершить перекат к кустам.

Этого и ждал Ярорадович.

Миг… И Кусты сжимают молодого боевика в удушающих объятьях, разрывая драконью кожу, хрустя косточками, проникают ветками в сосуды, заменяя кровь корой.

Задание было выполнено.

30.09.1932 был создан СФЕ (Союз Фронта Европы), в который вошли Франция, Румыния и Польша как представители западной, южной и восточной Европ. Идея союза состояла в защите магической Европы от угроз стабильности, но, по сути, все это затевалось лишь для того, чтобы свергнуть Гриндевальда.

06.10.1932 в Париже состоялась первая встреча представителей стран-членов СФЕ. Встреча продлилась три дня, и 08.10.1932 румынский, польский и французский представители наметили несколько планов по убийству Гриндевальда.

Но, покидая Францию, Златолес Лисицын, представитель Польши, произнес:

— Проблема не в Гриндевальде, а в том, во что верит общество. Убийство Гриндевальда не приведет к решению проблемы.

А французский представитель возразил:

— Если мы убьем Гриндевальда, то Фландрия и Голландия тотчас же выйдут из оккупации, присоединившись к освободителям. У последователей Гриндевальда останется лишь Германия, окруженная врагами. У них не будет выбора, кроме как сдастся.

Тем временем венгерские элиты пытались пропихнуть через прессу идею, что Австрия главенствует в империи, притесняя интересы венгров, что Гриндевальд сможет помочь венгерским магам образовать свою суверенную страну.

На встрече 01.12.1932 в Пльзене Мэри Нодь сообщила Гриндевальду, что половина венгерских обывателей готовы бить австрийцев, на что немецкий лидер сказал:

— Обыватели в магическом мире — это те, кто читает утром газеты, живет в маггловских домах, пользуется волшебной палочкой, чтобы разогреть воду, и ничего не смыслит ни в политики, ни в темной магии, ни в нуждах общества. Такие маги бесполезны в войне. Мне нужно, чтобы венгерские бойцы поддерживали меня, то есть те, кто с радостью возьмет палочку и пойдет на войну. Работайте дальше.

В конце декабря в ряды Шильдунтшверта (немецкого Аврората) вступил молодой болгарин с немецкими корнями, Володислав Крам. Он заявлял о бескрайней любви к Гриндевальду и непоколебимой уверенности в правильности его политики. Крам старался изо всех сил понравиться руководству отрядов.

01.01.1933 года его отряд был отправлен в Пльзень, в столицу магической Богемии, которая на недавнем референдуме присоединилась к Германии. Но проблема заключалось в том, что результаты были немного подтасованы правительством. Ну как немного, официально за присоединение проголосовало 80%, а в реальности — лишь 11%.

Немецкие войска были введены в Богемию для поддержания порядка и усмирение бунтующих.

Но вот только Гриндевальд недооценил мощь негатива простого народа. Богемия всегда находилась в хороших отношениях и с Баварией, и с Пруссией, но никогда ее народ не мечтал о присоединение к стране Гриндевальда. По той простой причине, что богемцы не хотели воевать. Но капитулировать перед оккупантами они не были намерены.

Поэтому весь январь 1933 немецкие войска пытались успокоить богемский народ. Десять дней страной правил немец, Отто Шульман, но он был убит при стратегическом выводе войск из страны, а по-простому — при беспорядочном бегстве из Богемии.

01.02.1933 Австро-Венгрия и Болгария вошли в состав СФЕ. Фракция, возглавляемая Мэри Нодь, пыталась всячески отсрочить этот момент, уговорить остальных немного подождать, надеяться на свои собственные войска, но их сил было недостаточно, чтобы противостоять большинству, а саму Мэри Нодь с некоторыми приятелями посадили в тюрьму за пособничество Гриндевальду.

И тут в венгерской прессе произошла бомба. Журналисты обвиняли австрийское правительство в том, что они совсем зарвались и скоро начнут сажать невинных венгров. Эти статьи подействовали. Венгры стали роптать, выходить на митинге, призывая отменить тюремный приговор. Австрийским аврорам приходилось туго, к тому же каждая стычка представителей властей и обычного народа только усиливали конфликт.

13.04.1933 Франция, Румыния, Болгария и Польша отправили в Австро-Венгрию по десять своих бойцов, чтобы подавить прогриндевальдовские мятежи.

Пресса разразилась статьями о том, что венские власти в конец обнаглели и абсолютно не уважают мнение венгерских честных магов, которые не хотят видеть тут всякие иностранные войска.

Это послужило последним триггером к полномасштабной войне проделакуровской Австрии и прогриндевальдовской Венгрии.

Петунья Дурсль не прибывала в радости от того, что ей придется воспитывать отродье своей сестрицы.

С самого момента, когда она сама себя помнит, Петунья чувствовала к Лили какое-то неприятие, раздражение, враждебность.

Ей казалось, что младшая сестрица глупая.

Окончательно она убедилась в этом, когда из кустов выпрыгнул Северус Снейп, сын знаменитого на весь город алкоголика-дебошира и какой-то полоумной карги с видом вяленной селедки.

Как разумный человек их статуса спокойно мог разговаривать с подобным мутным типом, который с достоверностью не мог сказать, не подрабатывает ли его мать иногда девушкой легкого поведения?

Семья Снейпов жила в такой части города, где к десяти годам дети превращались в малолетних отморозков с видом жеванного и выплюнутого куска дерьма.

Петунья испытывала физическую боль от одного присутствия этого типа поблизости.

Но Лили, по своей дурости, заглядывала ему в рот и позволяла ему ебать свой мозг такой речью, от которой у петуньи уши вяли.

А потом эта дура пошла в волшебную школу.

Петунья про себя, раз в несколько лет честно признавалась, что она завидовала сестрице, что та может что-то, что она не может. А потом сразу прятала подобные мысли на многие годы в самые дальние уголки своего сознания.

Узнав в 1976, что Лили разорвала отношения с этим бескультурным Северусом, Петунья порадовалась, что у сестрицы появились крохотные зачатки интеллекта и критического мышления.

Рано радовалась. Какой дурой была, такой и осталась. И вышла за подобного типа. Нет, хорошо, что жених был богатым, но слишком богатым для них. И к тому же бескультурным хамлом, глупым мажором и обезьяной без инстинкта самосохранения.

Хорошо, что Петунья видела этого типа лишь на пироне.

Сама старшая дочь четы Эвансов вышла замуж за достаточно благополучного и культурного молодого человека, у которого был свой небольшой бизнес, который мог обеспечить ее комфортабельной и правильной жизнью, в которой не будет местам всяким магическим уродом, выродкам алкоголиков-шлюх и умственно отсталых типов.

Да и город выглядел приличным, респектабельным. Просто мечта всей ее жизни.

Но сначала неподалеку от них поселилась какая-то маразматическая кошелка. По всем внешним признакам, миссис Дурсль рассудила, что мисс Фигг произошла из такого же неблагополучного района, что и Снейп, значит не имеет никаких манер и не слыхивала о правилах приличия.

И подобная будет жить рядом с ними, по соседству?

Все добропорядочные домохозяйки Литтл-Уингинга плевались ядом от подобного пополнения.

Но мисс Фигг с видом поврежденной разумом блаженной не замечала вообще ничего, что происходит вокруг нее.

Домохозяйки приняли решения просто не обращать внимания на мисс Фигг, как они не обращали внимания на политическую обстановку в Перу.

А в ноябре 1981 года сестрица подарила Петунье незабываемый подарок в виде ребенка. Сама Лили откинула копыта.

Целый гребанный месяц Петунья с Верноном носились по различным инстанциям, пытаясь доказать родство с ребенком и взять над ним опеку.

Домохозяйки всячески помогали товарке, попавшую в такую ситуацию.

Официальная версия: Лили со своим мужем-фриком отправились в религиозную секту, где одни алкоголики, шлюхи и прочий сброд обшивается, отказалась от документов, родила сына — хорошо, что от мужа, а не от рандомного одноногого негра с косоглазием и сифилисом — спилась вместе со своим мужем до смерти и подкинула сестре, которая ведет правильную жизнь хорошей и нормальной женщины, своего отпрыска.

Петунья была уверена, что этот Гарри пойдет в своего папашу и мамашу, то есть будет очередным выродком. Придется им пытаться сделать из него нормального человека.

Хорошо, что от отродья сестры не было никакого шума. Мальчик вел себя достаточно тихо. Когда Дадли пытался бить Гарри, последний просто развернул его к себе лицом, посмотрел в глаза, повернул на сто восемьдесят градусов и немного подтолкнул.

С тех пор Дадли предпочитал не замечать кузена.

А миссис Дурсль благодарила небеса за то, что никаких магических выбросов не было, что племянник растет тихим и нормальным ребенком, что маги не обшиваются вокруг них, а жизнь течет в размеренном ритме. О чем еще можно мечтать? Прекрасная жизнь!

— Это шутка? — расхохотался Люциан Эббот, сидя в кресле напротив Дамблдора в его кабинете. — Это просто абсурдно, как книги Локхарда.

— Но мы располагаем достоверной информацией, которая заставляет нас думать в подобном направлении, — тихим голосом отвечал директор.

— Вы хотите убедить меня, что Уизли шпионил на австрийцев и работал с боснийскими радикалами? Извините, но не верю.

— Тем не менее…

— Вот орден на обыск, — командным тоном прервала Боунс, левитируя пергамент с министерской печатью.

Эббот замолк и напрягся.

Это приказ, который он не может ослушаться. Он будет обязан обыскать «Нору».

Но зачем Дамблдору обыск в доме своего соратника и верного последователя? Чтобы показать журналистам и общественности, что Аврорат непристрастен и может совершать обыски и в домах светлой фракции, а не только у бывших Пожирателей?

Нет, Эббот в это не верил. Он чувствовал, что тут замешаны какие-то большие интриги.

Итак, Дамблдор планирует избавиться от своего соратника. Для чего?

И что за обвинения? Да последняя курица не поверит в это.

Если только авроры не выбьют из Артура Уизли признания, что будет гарантией, что весь этот бред — правда.

Значит рыжая пешка Дамблдору больше не нужна. А это, в свою очередь, значит, что старик гонял Артура в хвост и в гриву, пользуясь его связями с австрийцами и боснийцами. Раньше. Из этого можно сделать однозначный вывод, что Австро-Венгрия каким-то образом участвовала в деятельности Ордена Феникса.

Ииинтерееесноооо…

— Думаю, чтобы в случаи провала вашей версии к Аврорату не было никаких претензий, то с подобными вопросами мы должны прошерстить дома некоторых нейтралов. Ну и Пожирателей, естественно, проверить на всякую темную магию.

Вот крючок.

— Но…

— Естественно, через полчаса все нужные документы будут подписаны и переданы вашей группе. Можете готовить бойцов.

Амелия такая предсказуемая. Стоит ей услышать хоть слово про Пожирателей, то…

Эббот попытался скрыть ухмылку.

Боунс исчезла в камине, а Роман Кузнецов стал напряженно думать.

Итак, Эббот зачем-то попросил сделать дымовую завесу.

Он скосил взгляд на список фамилий.

Лавгуд, Нокс, Прюэтт, Малфой, Нотт, Лестрейндж, Блэк, Блэшвик, Фадж, Уизли.

Зачем Эбботу, который все это время не хотел отрывать свою ленивую задницу от кресла, совершать столь масштабную кампанию по поместьям? Да и сегодня он долго сопротивлялся подозрениям об Уизли.

Кто и что должен понять от Эббота, увидев это?

— Думаю, что на всякий случай Уизли нужно перенести в начало. На всякий случай, — сказал Роман.

— Хорошо, — закивал Эббот.

«Поскорее хочет избавиться от своей бракованной пешки», — подумал глава Аврората.

«Порядок не важен… А то, если Эббот и Уизли были бы за одно, то Люциан всячески пытался бы оттянуть визит в «Нору», чтобы, пока его подчиненные обыскивают поместье каких-то Пожирателей, передать приказ своему соратнику срочно бежать. Но нет. Однако, зачем тогда Эббот проявил столь нетипичную для себя инициативу?»

— Милорд, — произнес Бруно Фернандес. — К вам гости.

Гриндевальд оторвал голову от стола. В последнее время он мало спал, так как постоянно приходилось навещать уйму бывших своих сторонников, которые были раскинуты по всей Южной Америки, как мухи по котлетам.

— Кто? — осведомился он сиплым голосом, выхватывая подставленный домовиком графин с соком.

— Сеньор Де Лаго.

— Проводи его, — кивнул Геллерт.

Через минуту на пороге комнаты показался такой же старик, как и Гриндевальд. Испанский ученый был низковат, с округлыми плечами, агрессивно выпирающими вперед, головой-яйцом, которая выглядела комично при таком маленьком тельце, и с густыми смоляными волосами, от чего он становился похожим на магов-индейцев из детских книг Ренно. Гриндевальд помнил, что в его время сказки Ренно были намного популярней сказок Бидля, но француз писал то, что выдумал сам, а швед основывался на настоящих легендах.

— Добрый вечер, профессор Де Лаго. Присаживайтесь. С чем пришли?

— Спасибо, Геллерт. Хочу сообщить радостную новость. Нам удалось окончательно просканировать и распознать структуру нового источника магии. Необычайнейший экземпляр.

— И в чем же его особенность?

— Смотри, — и Хосе Де Лаго кинул на стол пергамент, на котором быстрыми и скупыми движениями было выведены приблизительные наброски структуры источника. Очень приблизительно. Но все равно Гриндевальд понял, в чем особенность.

Обычно Источник магии имеет одну направленность, а структура представляет собой большой туннель с некоторыми ответвлениями, которые могли расходиться на достаточно небольшую территорию и составлять лишь 10% от всего источника.

Попадались мультивекторные или разноцентральные источники.

Они имеют два четко обозначенных главных туннелей, выходящих наружу поблизости друг от друга, при этом их ответвления сплетаются и создают необычные узоры, вызывающие различные аномалии. Например, в Нижегородской области России или в графстве Уилтшире Англии.

Новый источник обладал уникальной структурой. В центре был четко выражен туннель некромантической магии ровной округлой формы. Ответвления, отходящие от главного туннеля, образовывали круг из двенадцати выходов наружу. При чем расстояния между главным и придаточными выходами было нетипично для подобных размеров главного туннеля. Слишком далеко друг от друга.

Но между кругом придаточных выходов и главным туннелем некромантической магии был еще один круг, состоящий из одиннадцати выходов целительской магии.

— Мерлин милосердный, — пробормотал Гриндевальд. — Но почему не образовался туннель целительской? Тут же лишь придаточные выходы? Где же главный туннель?

— А не образовался, — осклабился Де Лаго. — Будем внимательно следить за развитием подобной аномалии.

— А как местные магические власти столько лет не обращали внимания на всякие случаи?

— Просто в семидесятые в Бразилии раз в год ловили несколько некромантов. Ну и все висяки скидывали на них, особенно, если дело касалось магглов. Несмотря на декларируемую любовь к магглам, для большинства бразильских магов магглы — это просто любопытные и миленькие зверьки без магии.

— Угу, миленькие зверьки, уничтожающие целые города, — буркнул Гриндевальд, на что ученый мог лишь помахать руками в воздухе из стороны в сторону.

Артур Уизли в тот момент был на своем рабочем месте. Решал кроссворд в утреннем «Пророке». Вызовов пока-что не было.

— Добрый день, мистер Уизли, — расплылся в улыбке Люциан Эббот. — К сожалению, вам придется покинуть свой пост, чтобы пройти в допросную.

— Зачем? — заволновался Уизли. — Что-то случилось?

— Случилось, случилось, — медовым голоском пропела Долорес Амбридж, которая должна была запротоколировать допрос.

— Идем, — бросил через плечо Эббот. — Реиннольц, Робартс, Мактавиш, Фергюсон и Скринджер. Обыщите «Нору». Не переходите грань.

— Так точно! — рявкнул Руфус Скринджер, принимая руководство пятеркой.

Интересно, а как бы вел бы себя Кингсли Шеклболт? Он вроде бы постоянно просит за подозреваемых, но также является верным человеком Дамблдора. Защищал бы он Уизли или нет?

Они поднялись на второй уровень. Комната для допросов находилась неподалеку от лифтов.

Это был небольшой кабинет пять на пять метров, в центре которого стоял дубовый стол, покрытый лаком, ближе к входу располагалось неудобное и скрипящее кресло для тех, кого допрашивают. Кресло должно скрипеть и приставлять дискомфорт для того, чтобы сбить концентрацию сознания человека, сидящего на нем.

Кроме стола, стульев и черного ковра, ставшего немного красным из-за того, что на него постоянно проливали тыквенный сок или огневиски, в допросной ничего не было. Флакон с сывороткой правды, омут памяти и остальные приспособления располагались в многочисленных ящичках стола, чье количество приближалось к сотне. Очень некомфортная конструкция, ведь запутаться запросто.

— Садитесь, мистер Уизли, — бросил Эббот через плечо. — Никсон. Сыворотку.

— Да, сэр!

— Долорес, начинайте протокол.

Амбридж произнесла вслух, прицеливаясь пером:

— Допрос от 11.07.1984 ведет Люциан Грегори Эббот. Подозреваемый — Артур Персиваль Уизли. Свидетели: Долорес Джейн Амбридж, главный секретарь Аврората, и Рональд Патрик Никсон, рядовой аврор при несении службы. Допрос ведется при использовании сыворотки правды, чья благонадежность была подтверждена Горацием Борисом Слакхорном и Северусом Тобиасом Снейпом.

Мистер Уизли влил в себя зелье. Он очень волновался, так как не мог знать, до чего докопались авроры, какие вопросы они будут задавать ему, какие тайны он откроет им и не навредит ли это делу повелителя.

— Ваше имя?

— Артур Персиваль Уизли.

— Жена?

— Молли Мари Уизли, урожденная Прюэтт.

— Сколько у вас детей?

— Семеро. Шесть сыновей и одна дочка.

— Где учатся Уильям Персиваль, Чарли Септимус и Персиваль Игнатиус Уизли?

— В волшебной школе Кастелобрушо, Бразилия.

— Почему вы предпочли отправить своих сыновей учиться подальше от Англии?

— Потому что приятель посоветовал.

— Но почему все-таки не Хогвартс?

— Хотел посмотреть, чем бразильское образование отличается от британского.

— И к каким выводам вы пришли путем наблюдения?

— К тому, что бразильское образование в различных странах обычно ценится выше британского.

— Хорошо. Где вы были в начале июля этого года?

— В магическом Дублине.

— С какой целью вы посетили магическую Ирландию?

Главное, сейчас не проколоться. Естественно, главной целью была встреча с Вочоразне, а потом и с Волковым, представителем «Прогрессивной Боснии», которая все-таки пошла на контакт. То есть все ради удовлетворения целей повелителя. Но аврорам это не нужно знать. Поэтому…

— Чтобы посмотреть чемпионат мира по командным дуэлям.

По мнению Эббота, все эти турниры были неудачной постановкой, от которых за Миллю несло обманом.

— И у вас не было каких-либо иных целей?

— Были. Например, поглазеть на ирландских красоток, поставить на вторую подряд победу Болгарии в турнире, отдохнуть, посмотреть на иностранцев, послушать ирландскую речь, поесть ирландскую еду, попить ирландские напитки…

— Хватит.

Что-то Уизли стал недоговаривать. Но так он может перечислять до бесконечности, а правды от него в таком состоянии не добьешься. Все-таки сыворотка — это не гарант того, что ты тут же узнаешь всю правду, только правду и ничего, кроме правды. Зато виляние в ответе напрягло всех авроров.

— Собираетесь ли вы участвовать в заговорах против нынешней власти магической Британии?

— Нет.

Нет, они пока о Британии вообще не думали.

— Сливаете ли вы важную информацию Австро-Венгерской разведке?

— Нет.

— Какую-либо вообще информацию?

— Нет.

Значит его подозревают в шпионаже…

— Состояли ли вы в связях с членами радикального движения «Прогрессивная Босния»?

— Да.

— И в каких же?

Люциан Эббот подался вперед, словно пес, почувствовавший дичь.

— Просто встретился с некоторыми представителями этой организации.

Пусть он не спрашивает, для чего я встречался.

— И собираетесь ли вы примкнуть к их движению или уже это сделали?

— Нет.

Это боснийцы должны примкнуть к рядам Гриндевальда.

— Сотрудничаете ли вы с ними в какой-либо другой форме?

— Нет.

Нет, дурак, сейчас он сидит в допросной и отвечает на вопросы. Не надо задавать вопросы в настоящем времени.

У Артура сердце билось часто-часто, дыхание участилось, на лбу появилась испарина. Все эти проявления страха и тревоги точно не укрылись от взгляда главы Аврората.

— Собираетесь ли вы каким-то образом влиять на британскую внутреннюю политику, используя связи с боснийскими радикалами?

— Нет.

— Разделяете ли вы их взгляды?

— Нет.

— Спонсируете ли вы «Прогрессивную Боснию»?

— Нет.

— В каких отношениях вы находитесь с Келеной Вочоразне?

— Не в каких.

Он похож на дурака, который может изменить Молли?

— Но у нас есть свидетельские показатели, что вы о чем-то с ней разговаривали во время сражения французской и сербской команд.

Мордред, да кто же донес на него?

— Мы обсуждали матч.

И это чистейшей воды правда, так как после боснийских радикалов они перешли к обсуждению боя.

— Как вы относитесь к австро-венгерскому правительству?

— Дураки они.

Кхм… Может быть, Артур Уизли просто отказался сотрудничать с австро-венгерскими властями, нарушая приказы Дамблдора, а из-за того, что рыжий слишком много знает, глава Ордена Феникса решил его слить аврорам?

— Сотрудничали ли вы с австро-венгерскими властями? Влияли ли вы вместе с ними на внутреннюю политику магической Британии?

— Нет и еще раз нет.

— Никсон. Антидот. Мистер Уизли, запомните. Вы в ближайшее время еще ни раз будете сидеть за этим столом и отвечать на мои вопросы. Пока-что мы отпускаем вас, но прошу о том, чтобы вы не совершали никаких глупых поступков. А сейчас отправляйтесь в «Нору».

— С-с-с-с-спас-с-с-сиб-б-б-бо… — еле смог выговорить Артур, пошатываясь и вываливаясь из кабинета.

Итак, из допроса следует, что Вена не сотрудничала с Орденом Фениксом, а с боснийскими радикалами Артур лишь общался. И с венгеркой тоже. Против властей ничего не имеет. Правильный человек. Но почему Дамблдор решил скинуть с доски именно эту пешку? Не является ли это лишь обманным маневром?

31.08.1984

Стоял жаркий день. Дул легкий и освежающий ветер, заносящий на палубу морской запах. Облака медленно, лениво плыли по небу, исчезая за светом солнечных лучей. Голубое небо слепило всех, кто решался долго разглядывать его. Маггловская яхта, разукрашенная красно-белыми полосками, медленно плыла вдоль аргентинских берегов. На палубе было пару магглов, взятых под империус. Их стеклянные взгляды глядели в никуда, руки с телом двигались механически, согласно отданным приказаниям.

По центру стоял раскладной столик из пластика, на котором стоял чайник с индийским чаем и пустой кофейник. Маггл-официант только-что отнес посуду из-под паэльи и принес поднос с чуроссом.

Гамлет Бабио, новый министр магии Бразилии, прищурился, наклонив голову немного вперед, словно кот, ищущий пути взлома холодильника с чем-то аппетитным.

— Сеньор Дель-Поттер, наш общий знакомый рекомендовал вас как хорошего политика, который сразу чует, куда ветер дует.

Дель-Поттер, сидящий напротив бразильского коллеги, отставил чашку с чаем, в который намеревался положить пару кубиков сахара, и ответил:

— Вы про нашего австрийского знакомого?

— Именно. О повелителе нашем.

— И что он вам говорил?

Энрике Дель-Поттер уже давно собирался с обедом молчанием покинуть ряды сторонников Геллерта Гриндевальда. Ему вообще ничего не поручали, не давали никакой информации, держали в вакууме. Это его сильно бесило. Ладно, если он был бы обыкновенным клерком, коим и являлся еще пару лет тому назад, но сейчас у него много полезных связей, много власти и возможностей, которые можно воспользоваться. В идеале, Энрике мечтал стать правой или левой рукой Гриндевальда. Он думал, что это будет также просто, как восхождение к посту министра магии Аргентины. Но нет. Он буквально был никем в организации. Он пока-что вообще ничего не мог сделать полезного для Геллерта Гриндевальда, не смог выделиться, чтобы его заметили и повысили, дали больше власти.

Пару раз у аргентинского мага в мозгах мелькала крамольная мысль убить Гриндевальда и занять его место.

Но у Дель-Поттера было слишком мало авторитета среди сторонников австрийца. В случаи смерти Гриндевальда, скорее всего, руководство организацией на себя возьмет та венгерская фифа с видом, словно у нее под носом кучка дерьма. Дель-Поттеру не нравились подобные личности.

— Мы должны привлечь на свою сторону Колумбию, чтобы образовать Южноамериканский союз. Вы ведь хотите больше власти?

Энрике попытался сделать вид, как будто слова собеседника не имеют ничего общего с его настоящими мыслями.

— Почему вы так решили? Я похож на дурака, который кидается на любую конфету? Любой маг и маггл хочет больше власти, но у меня хватает здравого смысла, чтобы задать вам в лицо вопрос: а почему именно я должен возглавить весь этот кипиш?

«Да по той простой причине, что повелитель разглядел в тебе верного сторонника, которого надо приблизить. Но Дель-Поттер сейчас сам откажется от подобной привилегии. Конечно, Бабио сильно рисковал. Если Гриндевальд прознает об этом…»

— По той причине, что вы достаточно ответственны, чтобы нести такой груз руководства целого континента и иметь смелость отвечать перед народом.

— Я согласен, — ответил Энрике, чуть подумав.

«Блин, он оказался излишни глупым. Не заметил моего намека, что на его голову посыпятся все шишки. А я так старался. Придется доложить повелителю, что аргентинец согласился. Интересно, а почему именно я должен был оторвать свою задницу и говорить с этим индюком? Похоже я чем-то разгневал повелителя, раз тот решил воспользоваться моими услугами».

На самом деле Геллерту в тот момент было не до того. Он вместе с профессорами Де Лаго и Ласкером уходили на изучение магического источника.

Домовой эльф поставил чашки с кофе и с тихим хлопком испарился.

Мстислав IV наклонился к Ковальскому.

— Значит сообщение от Грюнербаума?

— Так точно, ваше сиятельство.

— Дай сюда.

В руку императора магической России лег конверт с расшифровкой.

«Великий правитель российский, к которому я питаю большое уважение, я должен сообщить вам некоторые известия, которые мне удалось обнаружить.

Недавно я стал главой Австро-венгерского Аврората и отныне у меня больше полномочий и власти, которая поможет вам.

Мне удалось установить, что в последнее время Келена Вочоразне стала активно передвигаться по различным странам, часто появляясь в Бразилии и в Англии.

Келена Вочоразне — дочь чистокровного в нулевом поколении, Петра Вочоразне, и дочери князя Нодь, Патриции Нодь, таким образом она является внучкой знаменитой Мэри Нодь, которая была одной из главных поклонниц Гриндевальда. По слухам, Келена разделяет взгляды своей покойной бабушки.

Но на недавнем чемпионате мира по командным дуэлям она пригласила на некоторое время в свое ложе Артура Уизли, представителя одной из аристократических семейств магической Великобритании, которая на родине известна как семейка Предателей крови.

После встречи с госпожой Вочоразне Артур Уизли написал письмо, содержание кое мне неизвестно, но, проследив за совой, мне удалось установить, что оно адресовалось господину Владышичу, который принадлежал к запрещенной на территории магической Австро-Венгрии организации «Прогрессивная Босния». В тот же вечер Владышич был убит вашими агентами.

Узнав о смерти Владышича, Артур Уизли тут же встретился с Келеной Вочоразне, Вероникой Длинноногой, Яном Цяньфу (глава швейцарского Аврората, в свое время преследовался российской дружиной за вступление в ряды прогриндевальдовских войск) и с Германом Гауфтманом (прусский аристократ, чей отец был ярым сторонником Гриндевальда).

Как вы понимаете, такое большое количество родственников сторонников Гриндевальда не может не напрягать.

Как мне стало известно из разговоров, Ян Цяньфу намерен обратиться к Путникичу с предложением о предоставлении базы для «Прогрессивной Боснии» на территории магической Швейцарии».

По мере прочтения письма Мстислав IV менял выражения лица. Сначала он морщился от манеры письма Грюнербаума (слишком много слов), потом заинтересовался странными контактами венгерской аристократки, потом задумался о содержании письма Владышичу, а при упоминании сборища, которое может быть попыткой воссоздать движения за идеи Гриндевальда, русский император улыбнулся.

Написав ответ, он протянул его Ковальскому, который с невозмутимым видом ожидал действия своего повелителя.

— Зашифруйте и отправьте в Австро-Венгрию, — приказал император.

— Будет исполнено, — Ковальский поклонился и вышел, беззвучно ступая по каменным коридорам подмосковской резиденции правителя.

01.09.1984.

Роман Кузнецов обвел взглядом большой зал. Все студенты со второго по седьмой курс рассаживались по столам, пытаясь перекричать друг друга. Вскоре Минерва Макгонагалл введет первокурсников, которые будут распределены на четыре факультета.

Филиус Флитвик о чем-то беседовал с Помоной Спраут, а Септима Вектор рассказывала про летнее посещение Египта и экскурсии по пирамидам. Хагрид чему-то улыбался. Филч ворчливой статуей притулился с другого конца. Профессор Лидс разглядывал британских учеников с видом астронома, который решает стоит ли он на пороге великого открытия, или это опять стекло в телескопе засорилось. Северуса Снейпа в этом году Кузнецов отправил повышать квалификацию в Пражскую академию. У Романа сложилось ощущение, что чехи были готовы прыгать до потолка от счастья, когда осознали, что Кузнецов отправил им Снейпа. До уровня какого-нибудь Рогозина или Медичи Снейпу еще далеко, но все же.

Семь лет Снейп сможет спокойно проработать в чешской академии и вернется лишь в год поступления Гарри Поттера. Чему сам Северус был не очень рад, но смирился с этим, когда осознал, что семь следующих лет будет занят научной работой под руководством Алексея Рогозина, которого считают лучшим зельеваром в Восточной Европе.

Да, в 1980 и 1982 Снейп выигрывал европейский турнир по зельеварению, но лишь по той причине, что Рогозин, Медичи и Ларсон не участвовали. У них никогда нет время на подобное.

В 1979, 1981 и 1983 году Снейп получал бронзовые котлы за третьи места, а в 1984 он занял только четвертое место.

Патриций Лидс был прусским магом. Не грандом зельеварения — в этом году лишь 27 место по Европе — но в своем деле точно разбирается.

Трудно поверить, но Роман уже чуть больше года в этом теле. Он успел узнать, что Артур Уизли, Келена Вочоразне и еще несколько магов каким-то образом связаны с его пленением. Кстати, у него не осталось воспоминаний, как он выбирался оттуда. Может быть, это поможет?

Но нет, память упорно обрывалась на пытках и на какой-то сырой камере.

Также он часто появлялся на заседаниях Визенгамота. Сначала обсуждали пошлины на ввоз южноамериканских товаров на фоне разгорающегося конфликта. Еще обсуждали закон о запрете колдовства на каникулах для тех несовершеннолетних, кто живет в маггловских районах. Закон составил Кингсли Шеклболт. Это был практически единственный раз, когда весь совет Визенгамота проголосовал одинаково.

После нескольких допросов Артура Уизли в кулуарах пошел слух, что Дамблдор занимается чем-то незаконным, а несогласных просто подставляет под суд. Сайрус Гринграсс тут же вышел из светлой фракции и вернулся к нейтралам, а Арчи Нокс призадумался над тем, а нужна ли ему светлая фракция, к которой он стремился.

Да и соратники по Ордену Феникса пытались выяснить, правда ли говорят про Уизли. Роману пришлось выкручиваться и солгать, что он тут вообще не при чем, а главу Аврората подкупили. Боунс молчала. Осознавала, что при признании, что Дамблдор о чем-то подозревал Артура, Уизли пустится в бега, а в Ордене начнется бурление говн.

За этот год Роман лишь пару раз заглядывал в Выручай комнату, чтобы поискать диадему Равенкло. Слишком много мусора и территорий, просто невозможно искать в таких условиях, а в комнату домовым эльфам входа нет. Можно, конечно, проводить их под ручку, но колдовать они не смогут.

Но вот вошли первокурсники. Кузнецов послал им ослепительную улыбку.

31.08.1984.

Хлопок Аппарации.

Антонио Петерко хотел уже вздохнуть, но не успел.

С тихим щелчком пали сферические щиты, которые его стража установила на автомате сразу после аппарации.

Сначала аппарировала тройка стражников, через секунду сам Петерко, а через еще пару мгновений — вторая тройка стражников.

Первую тройку сразу же завлекли в бой. Ожидавшие их в засаде маги поставили антиаппарационный барьер именно в тот момент, когда перемещалась вторая тройка.

Педро был дезорганизован и временно непригодным к сражению, Николас превратился в большую кучу окровавленного мяса, из которой вываливались растянутые и изжеванные кусочки внутренних органов, а от Пабло долетели лишь голова с правой рукой (остатки тела пришлось разыскивать по всей ближайшей поляне).

Нападающих было семеро. Фанатики-берсерки, которых накачали до потери рассудка и пустили в бой. Они быстро кастовали взрывные, убивающие, пытающие, огненные и удушающие заклинания, подавляя любые попытки контратак.

— Эн онор а Коломбиа! — закричал один из них, плюясь слюной. Его крики поддержали остальные.

*Примечание:

«Во славу Колумбии» (Испанский)

Конец примечания*

В течение двадцати секунды уже бывший министр магии Перу и его ближайшие соратники были убиты, а нападавшие продолжали разить заклинаниями. Сначала запытали до смерти Педро, превратили его голову в розовый помидор, свернули кишки в виде сложного узора, проломили насквозь грудную клетку веткой дерева, а ноги трансфигурировали в шампуры.

— Может быть их остановить? — спросил Диего Костас, наблюдавший за этим с вершины одного из холма, которые стояли ровным рядом примерно в двадцати метрах от боевиков.

— Сошедших с ума боевиков лучше не останавливать, — произнес надменным голосом Тирл Шварц, опираясь на деревянную трость, испещренную защитными рунными цепочками. — Это должно послужить сигналам всем любителям свергнутого грязнокровного правительства, что мы не остановимся ни перед чем, чтобы освободить Перу от тлетворного влияния Англии и Бразилии. Тем более, они рано или поздно сами себя прикончат. Можно и не вмешиваться. Кстати, Лоран обещал привести из Колумбии хорошей выдержки портвейн, чтобы отметить наше кратковременное восхождение к перуанскому министерскому креслу.

— Почему кратковременное?

— По той причине, что, как показывает история, перуанские маги не хотят воевать сами с собой, но власти постоянно втягивают их в гражданские войны, при этом никто не умел управлять этой страной. Поэтому я передам власть Колумбии. Слава всем древним богам, что они вместе с некоторыми океаническими странами проголосовали против ввода международных войск в Южную Америку. Вот. Смотри, что я тебе говорил? Сами себя убили. Можно отправляться праздновать победу. Не думал, что охота на дорвавшихся к власти грязнокровок пройдет так быстро и легко. Совсем разучились понимать магию.

01.09.1984.

— Юрий! — воскликнул Парки Шварц. — Новые подопечные приехали.

Борисов был среднего роста старичком с редкой сединой, водянистыми глазами. Хоть он и был полным, но передвигался со скоростью гепарда и грацией лани. В одежде предпочитал белый, стерильный цвет.

Юрий Борисов встал со своего стула, где проводил многие скучные дни в компании кружки чая. От осознания, что у него на конец-то появилась работа, в его глазах загорелся огонь энтузиазма. Ради того, чтобы просто что-нибудь делать, он был готов совершать абсолютно любую работу.

— Сколько? Откуда? Их метрики были занесены в базы данных?

— Я не знаю, — развел руками Шварц.

— Ок, — кивнул Борисов и помчался к распределительному пункту.

Это была комната с серыми металлическими стенами, где из мебели было лишь с десяток скрипящих стульев, на которых расселись дети. Пару из них стояли.

Когда Борисов вошел, то парочка попыталась кинуться на него, но в это учреждение отбирали людей с определенными характеристиками, в которые как раз и входило хорошая физическая подготовка. Борисову особенно не пришлось напрягаться, чтобы вытолкнуть детей обратно.

— Так, — произнес он со сладкой улыбкой. — Давайте знакомиться, дети.

— The ubludok herov, — произнес один из тех, кто пытался совершить побег.

Юрий Николаевич обратился к нему по-русски:

— Значит ты из СССР. Из России?

— Из Украины.

— Хорошо, — Борисов занес данные в черную тетрадку, которую только-что достал из кармана халата.

— А как тебя зовут, мальчик?

— Гена. А вы вообще кто?

— Тот, кто будет следить за вами, — улыбнулся Борисов.

— Но у моих родителей нет денег! — воскликнул мальчик. Кто-то из сидящих пробормотал:

— Шитье бастарди науду непрасис, вьюнус пьекаукс лидз навэй.

*Примечание:

Примерный перевод: «Эти ублюдки денег не будут требовать, отпиздят до смерти». (Латышский)

Конец примечания*

Борисов чуть не подпрыгнул от звуков родной речи.

— Значит ты из Латвии, — констатировал он, говоря уже по-латышски. — Из Риги?

— Из Валмиеры. Константин. Тринадцать лет, — сообщил угрюмый подросток, свирепо сверкая глазами. О боже, сколько подобных взглядов Борисов уже видывал от пойманных магов.

— Отлично, — кивнул Борисов, а затем спросил по-английски:

— Никто еще не хочет познакомиться?

Затем он повторил вопрос на испанском, русском, латышском и немецком. Никакого ответа.

— Ладно-ладно, — произнес он, убирая тетрадь обратно в халат.

12.04.1934 Россия и Швеция вступили в СФЕ.

А 14.04.1934 группа, состоящая из 30 сквибов, с маггловскими пистолетами напали на министра культуры, Патрициана Людвика, и экс-главу австрийского Аврората, Мартина Региментссона, которого мобилизировали из-за тяжелой ситуации в стране. И министр, и аврор жили в маггловских районах, а нападение для властей маггловской Австрии замаскировали под разборки между преступными группировками.

Оба видных деятелей были убиты.

В тот же вечер Мэри Нодь, которая смогла бежать из тюрьмы со своими сподвижниками, выступила на братиславской площади и призвала венгерских магов идти войной на Вену и поддержать Гриндевальда.

*Примечание:

В магическом мире территории маггловской Словакии числились за венгерской половиной Австро-Венгрии. Поэтому в Братиславе были венгерские маги. В маггловском мире большая часть современной Словакии с конца IX века входили в Венгрию, а в 1918 году вошли в состав Чехословакии.

Конец примечания*

Сформировалось двадцать пятерок. Конечно, нельзя было сказать, что они были боевыми, так как половина участников была не боевиками, а энтузиастами.

Утром 15.04.1934 года Россия и Швеция ввела дружинные отряды в Грац и в Вену. Вскоре к ним присоединились поляки.

Французский представитель в МКМ, Шарль Де Филе, возмутился, объявив, что русские, шведские и польские отряды действуют автономно и не подчиняются скоординированным приказам руководства СФЕ, что подрывает любые попытки Союза Фронта Европы по борьбе с Гриндевальдом.

Ответа от восточных коллег Де Филе не получил, зато получил через два дня понижение до поста заместителя французского Аврората. На место Шарля поставили Томаса Канара, который имел трансильванские корни и был менее резок и не высказывался с критикой восточных коллег. Правда, и Канар не продержался на этом посту долго.

16.04.1934 Гриндевальд обратился к немецким и голландским магам:

— Дорогие сограждане, жители нашей империи, империи, которая приведет магический мир к процветанию, сегодня я обращаюсь к вам. Сегодня на сцене театра военных действий венгерские маги самоотверженно борются против австро-французской гегемонии. Но у них слишком подлые противники, которые не против использования самого гнусного использования так называемой светлой магии. На самом деле, светлая магия — это результат больной фантазии трусливых садистов прошлого, которые сотрудничали с маггловскими фанатиками и вошли в историю как святые борцы с магией. Это предатели магического мира, предатели крови, предатели магии и своей чести, предатели высшей цивилизации на Земле. Наш несомненный и безусловный долг заключается в поддержке отважным венгерским бойцам, которые не хотят видеть гибель нашего мира. Мы обязаны выступить с походом на Вену и одержать сокрушительную победу, которая покажет нашу мощь всем ублюдкам, которым мы противостоим. Нет света и нет тьмы, есть власть, которую кто-то берет, осознавая груз своей ответственности, а есть те придурки, которые хотят лучше, но делают хуже, так как не осознают своей ответственности. Власть создана ради всеобщего блага, но на протяжении тысячи лет и маги, и магглы использовали свою власть для самоуничтожения. Мы, народ великой империи, должны осознавать величайший моральный груз ответственности, который нам приходится взваливать на свои плечи. Ради будущего магического мира, ради торжества империи, ради всеобщего блага.

17.04.1934 Австрию атаковали с двух сторон: с востока — венгры, а с севера — южнонемецкий корпус. В ход пошли короткие нападения боевых пятерок, огненные обстрелы с метел и сквибские отряды с огнестрельным оружием.

Делакур призвал в тот же день вторгнуться на территорию Фландрии, чтобы нанести урон северонемецкому корпусу, базирующемуся в Антверпене и Твенте. Делакур говорил, что именно сейчас они могут сломить хребет Гриндевальду. Но от такого плана французские политики не пришли в восторг. Они называли его самоубийственным. А Крылов, представитель России в МКМ, услышав о плане, заявил, что России лучше воевать в одиночестве против всей мощи империи Гриндевальда, так как с такими союзничками и врагов не надо.

Крылова также в срочном порядке сослали в Сибирь. На отдых. Следующие несколько месяцев место Крылова занимал сам император Николай III.

17.04.1934 немцы выбили австрийцев из Швайнеберга, а венгры — из Вены.

Руководство страны переехало в Любляну, а имперская семья выехала в дружественную Румынию.

Николай III тут же отправил вопиллер австрийскому императору, Иосифу X, приходящемуся ему троюродным братом, и в жесткой форме раскритиковал побег семьи, объявив, что император просто сбежал из страны, чтобы побыстрее сдать ее в руки Гриндевальду.

Все российские магические газеты 18.04.1934 года написали на первых страницах речь Николая Владимировича, который обвинил своего австрийского родственника в том, что он работает на Гриндевальда, так как Геллерт сам был австрийцем, что Иосиф X специально довел конфликт в стране до такой точки, чтобы СФЕ было вынуждено вмешаться, а все по той причине, чтобы ослабить противников Гриндевальда, устроив им мясорубку, а поэтому Россия, Польша и Швеция, которые до сих пор поддерживали торгово-военный союз, выходят из этой кровавой бани и просят остальных членов СФЕ поступить также, так как это была ловушка.

Будущий император Федор II, брат Николая, высказал в лицо своему брату, что тот просто сошел с ума и видит теперь в каждом зевке заговор против себя, что у него острая форма параноидальной психопатии, с которой сможет справиться лишь специалист по ментальной магии. И то, не факт.

Скандал вышел знатный. Федора Владимировича чуть не посадили в тюрьму за шпионаж в пользу Гриндевальда. Хорошо, что жены, которые приходились друг другу кузинами, кое-как усмирили своих супругов.

20.04.1934 несколько венгерских квиддичистов присоединились к немецким воздушным войскам и возглавили отряды, обстреливавшие Любляну и Клагенфурт.

21.04.1934 с большими потерями польским, русским и шведским магам удалось прорваться через окружение Клагенфурта, прихватив с собой нескольких наиболее лояльных к Петербургу австрийских аристократов. Они остановились в Белграде.

23.04.1934 Гриндевальд, в честь своего Дня Рождения, приказал остановить обстрел Любляны и ослабить для гражданских лиц окружение Клагенфурта. Геллерт Гриндевальд обратился к Фридриху Мерцу, который стал временным руководителем запертого в Любляне правительства, с предложением о капитуляции. На раздумье давалось 24 часа, но уже через три немецкие войска входили в город.

Мерцу дали спокойно покинуть со своими наиболее приближенными приятелями страну и отправиться в Болгарию.

В это же время велись переговоры между правителями Моравии и Богемии об объединении в единую магическую Чехию.

Меньше всего Григорий Любич, великий герцог болгарский, хотел вступать в войну. Он предпочел бы остаться нейтральной страной, как Португалия или Швейцария, но приехавший из Австрии Мерц и Россия, с которой у Болгарии были хорошие отношения, настаивали на том, чтобы Любич тоже втянулся в войну. Это с одной стороны. С другой стороны, среди болгарской знати была сильна проосманская фракция, большая часть болгарского магического бизнеса тесно сотрудничало с османами, которые выступали скорей на стороне Гриндевальда, но не хотели воевать.

Целый месяц продолжалась эта свистопляска. В конце концов, 01.06.1934 Любич обратился к болгарскому народу и поставил вопрос на всенародное голосование. Количество голосов за вступление в войну на стороне союзников, за вступление в войну на стороне Гриндевальда и за поддержания нейтралитета оказалось одинаковым.

Тем временем, 20.06.1934 года образовалась Чешская магическая республика. Министром магии был назначен Кассиус Дэшть, тесть Ричарда Лестрейнджа и Фридриха Мерца.

В Моравии народ меньше испытывал симпатий Гриндевальду.

01.09.1934 Польша ввела войска на территорию Чехии как представительница Союза Фронта Европы. В Пльзене, Праге и Мелуне расположились польские стрельцы (те, кто использует маггловское огнестрельное оружие) и дружинники, а в Силезию перебросили отряды русских, шведов и румын.

11.09.1934 Любич все-таки сдался и разрешил сербам, которые формально не входили в СФЕ, но оказывали ему всяческую финансовую поддержку, ввести студенческий корпус дружины. Соседние греки и трансильванцы хотели уже возмутиться и подать в совет МКМ на Болгарию как на пассивного агрессора, но они не могли ни к чему подкопаться (все догадки — это лишь плод их воображения), а также Гриндевальд попросил не нагнетать обстановку.

Также против высказался Сергей Мельников, глава тогда запрещенной в Сербии группировки «Хорватская справедливость: право и прогресс».

Сам Гриндевальд в это время вел переговоры с римскими и испанскими коллегами. Хотя правительства в этих странах не очень любили магглов, но не спешили поклоняться немцам. Один из римских политиков сказал в интервью:

— Мы не будем лизать жопу тому, кто так мягко хочет обращаться с магглами. Их или надо уничтожать, или просто игнорировать. По-моему, Гриндевальд занимается бесполезной фигней, которая не приведет Европу ни к чему хорошему.

В Испании конфликтовали политики. Одни выступали вместе с королевской семьей против Гриндевальда и за сближение с магглами, а другие кричали о том, что надо ужесточить законы против магглорожденных, а немец как раз это и предлагает.

Таким образом началась операция «Бабушка умрет» по перевороту власти в Испании. Мирным путем было невозможно присоединить к своей империи Испанию.

Но немецкий император также вел переговоры с Тосканой. Договор с Россией и другими странами времен Итальянской войны давно закончился. В Тоскане не стали ненавидеть магглов, но многие видные деятели высказывались в духе, что за магглами нужен строгий контроль, который как раз может подарить Гриндевальд.

Швейцария и Португалия снова и снова кричали о своем нейтралитете. Они кричали и кричали, кричали и кричали, кричали и кричали…

Швеция дергало норвежское правительство с предложение ввода войск, а Россия отправила официального посланника в Островной Союз для набора наемных боевиков. Переговоры прошли в Рейкьявике, и 10.10.1934 отряд из пятидесяти магов с островов северных морей отправились в Силезию.

Европа притихла перед бурей.

— Круцио, — произнес мужчина уставшим голосом.

Женщина забилась в компульсивных судорогах от пыточного заклинания, царапая ломающимися ногтями мраморный пол, хрипя и вопя от боли, до крови закусывая губы.

Через две секунды маг опустил палочку и осведомился приторным голосом, скрывающим ярость и гнев:

— Значит хоркруксы?

— Д-д-д-да… — заикаясь после очередного сеанса круциатуса, ответила Кира Ричардсон, поправляя выбившуюся прядь золотистых волос.

Корвинус Лестрейндж V, кинув в сторону своей подчиненной «Ступефай», сел за рабочий стол и задумался.

Пару дней до этого Дамблдор обратился к Кире, которая входила в состав Визенгамота от светлой фракции и была внештатным консультантом Ордена Феникса.

Директор Хогвартса объяснил Кире, что Волан-де-Морт в тот Хеллоуин не погиб, а только развоплотился, так как наклепал хоркруксы — якори, содержащие осколки души, которые не позволяют ему уйти за грань. Один из них находится в Хогвартсе, в Выручай комнате. Поисковые и призывающие заклинания в комнате не работали, а вручную этот хоркрукс можно искать до скончания веков. И да, Дамблдор почему-то уверен, что это диадема Равенкло.

Кира Ричардсон, зная, что Корвинус Лестрейндж, ее непосредственное начальство, ненавидит Дамблдора всеми фибрами души и пытается всячески ему гадить, откажется помочь в поисках хоркруксов и запретит любую самодеятельность, а саму Киру за связь с директором отправит в опасное исследование в Индонезию, где ее, под пристальным контролем доверенного лица закопают в ближайшей яме, списав ее как погибшую при выполнения рабочих обязанностей.

Поэтому она вышла на Лавгуда. На первый взгляд, милого и придурковатого чудика. По сути, Ксенофилиус как раз им и был. По характеру. Ну или он так троллит окружающих, скрывая свою мизантропию. Корвинус Лестрейндж склонялся ко второму варианту. И Пандора Лавгуд, урожденная Паркинсон, супруга Ксенофилиуса уверена во втором варианте.

Как раз Пандора и привела Киру к начальству. Подслушав разговор своего мужа с мисс Ричардсон, она подхватила последнюю мобиликорпусом, спеленав предварительно инкарцеро, и понесла к начальству.

И вот уже полчаса Лестрейндж пытался вытянуть из Ричардсон хоть какую-нибудь информацию. Но ничего путного. Дамблдор не из тех, кто раскрывает все свои секреты.

Вряд ли он планирует, что в Хогвартс ворвется отряд невыразимцев, возглавляемый Корвинусом Лестрейнджем. И да, Лестрейндж уверен, что Волан-де-Морт не воскреснет, а все слухи про его бессмертие — бредни алкоголиков из «Дырявого котла».

Диадема Равенкло будет хранится в Отделе Тайн. Под чутким надзором охранных чар. У них никогда не было идиота, который вручил бы им осколок души. Вообще, идиоты с осколками души еще не встречались.

Сейчас надо позвать Тикки, чтобы тот подправил Кире память, как будто она сама захотела доложиться начальству — какая умненькая и послушная девочка — а где-нибудь после Юля (зимнего солнцестояния) она отправится в отдых на Танзанию, где превратится в прожаренный стейк в желудке редкого вида магического крокодила.

Может быть, удастся протащить тогда в Визенгамот Бродерика Броуда, который тоже невыразимец?

Но они еще посмотрят.

01.10.1934 года в Тегеране Геллерт Гриндевальд встретился с Дайаваушом Асби, который одновременно был министром магии магического Ирана и верховным чародеем МКМ.

Гриндевальд хотел поговорить о будущем Ирана. Он даже был готов предоставить иранцам автономию, когда немецкие войска придут и завоюют Азию. В успехе азиатской кампании Гриндевальд был уверен на все сто процентов.

Но Асби не захотел ничего слушать, сказав, что как верховный чародей и министр магии своей страны выступает с жесткой критикой магглофобских взглядов немецкого лидера, которые в конце концов приведут к падению Статута о секретности и новой маго-маггловской войне. Гриндевальд пытался убедить иранского лидера, что Статут сам рано или поздно падет из-за развития маггловского мира, а, чтобы предупредить войну между магглами и магами, нужно взять первых под жесткий контроль, чтобы они не смогли направить на магический мир все свое оружие.

Асби заявил, что Гриндевальд переел грибов, поэтому ему лучше отправиться в госпиталь, подлечить ментальное здоровье.

03.10.1934 немецкий император встретился с османским султаном, который не был его ярым поклонником, но быстро согласился с тем, что в Иран нужно ввести войска для свержения правительства, которое рано или поздно угробит свой народ. На протяжении долгого времени считалось, что и Иран, и Ирак, и Ливан и Ассирия находятся в османской орбите и не могут что-либо вякнуть против Константинополя.

Османский султан встретился с иранским коллегой и предупредил его, что надо слушаться Константинополь, а не Париж. Но Асби ответил, что Иран — суверенное государство, которое самостоятельно может определить своих союзников.

30.11.1934 в Османию прибыли несколько отрядов немецких и венгерских магов, а также хорватские сепаратисты, которым Гриндевальд пообещал выделить отдельное от Сербии государство.

В ответ Россия ввела в Кавказский союз войска, которые были готовы вторгнуться в Османию для подавления прогриндевальдовских сил. Николай III потребовал от Парижа позволения ввести также войска в Иран и Ирак, которые тесно сотрудничали с Францией. Но Делакур отказал российскому императору, обвинив его в трусости и за вывод войск из Австро-Венгрии.

03.12.1934 российские войска на Кавказе были разброшены по всем поселкам и деревням региона, но уже не с целью если-что вторгнуться в Османский султанат, а с целью защиты от южного агрессора. Глава дружины объяснил, что прогриндевальдовские силы ослабнут при походе на Иран и Ирак (последний тоже тесно сотрудничал с Францией и выходил из-под османского влияния). Поэтому, если они вторгнутся на Кавказ, то будут не так сильны, как сейчас.

Кто-то спрашивал про планы, если османцы и немцы двинутся на север, на Кавказ, но всерьез никто не рассматривал этот вопрос.

В ноябре 1934 Гриндевальд вел напряженные переговоры с представителями Ирака, Ливана, Аравии и Ассирии. Все они отказались от сотрудничества с немцами, так как из Парижа и Лондона в Самарканд, Бейрут, Багдад и в Джиду шли непрерывающимся потоком письма с обещанием вот завтра прислать подмогу. Только сейчас чаи допьем и все сделаем.

22.12.1934 на встрече стран СФЕ, к которому в то время присоединилась и Болгария, в Малко-Тырново французский представитель, Шарль Де Филе, которому снова поручили говорить на международной арене от лица Парижа, в ультимативной форме потребовал от стран-членов предоставить подмогу Ирану, Ираку и Ливану. Российский император ответил, что еще два месяца тому назад они были готовы удовлетворить эту просьбу, но Париж сам отказался. Российский император сказал, что с такой переменчивой позицией Делакура просто невозможно говорить о каком-либо сотрудничестве с Францией, так как неизвестно, какие еще фортели она выкинет в следующую же секунду. После продолжительных препирательств договорились, что Россия перебросит из западной Польши несколько пятерок для защиты Ирана, а Франция, Румыния и Болгария введут войска в Ирак и Ливан, а англичане, которые не входили в СФЕ, но тоже воевали против Гриндевальда, — в Ассирию.

Уходя, Николай Владимирович сказал, что англичане воюют не против Гриндевальда, а исключительно за свои деньги, а на союзников им насрать.

11.01.1935, когда франко-румынские отряды еще не развернулись до конца, алеппский корпус немецко-венгерских войск и отряды хорватских сепаратистов пересекли иракскую границу и стали бомбить Дамаск, взяв его в клещи из толп големов и инферналов, не позволяя гражданским покинуть его предела. Кто-то говорил, что иракцам тайно помогали вампиры, которые 24.01.1935 убили лидера хорватов, Даниила Либерича, но никаких доказательств у историков в пользу этой теории нет.

02.11.1984.

Роман Кузнецов неспешной походкой шел по безлюдным коридорам министерства магии. Было раннее утро, рабочие еще не появились. Зато в министерство пришли члены Визенгамота.

Каждую пятницу проходили обсуждения законодательства магической Британии.

Сейчас активно шло обсуждение закона о запрете торговли с магглами.

Согласно четвертой статьи Статута о секретности, маги не могут продавать магглам магические вещи (артефакты, зелья и прочее, что могло раскрыть существования магии) и заколдованные маггловские вещи. Но вот маггловскими вещами маги могли торговать. Чем некоторые и занимались.

Например, семья Ноттов торговала стройматериалами в Ливерпуле и в Глазго.

Подобные предприятия были редки в Великобритании. Самое интересное, что в основном этим занимались представители чистокровных семейств, которые являлись сторонниками Волан-де-Морта или просто симпатизировали ему.

Кузнецов не очень хотел выдвигать подобный закон и вообще каким-либо образом ограничивать контакты магического и немагического миров, но главной целью этого закона было ударить по финансовым потокам старых чистокровных семейств, которые присоединятся к Пожирателям Смерти в случаи возрождения Волан-де-Морта. Конечно, Кузнецов попытается сделать все возможное, чтобы не допустить этого, но исключать ничего нельзя.

И да, он попросит некоторых представителей Ордена Феникса, например, Джонс или Андромеду Тонкс поторговать в маггловском мире, нарушая закон. Деньги для войны нужны.

Чистокровные, наверное, тоже будут нарушать этот закон или будут действовать через посредников, но денежные потоки явно уменьшатся, значит Волан-де-Морт получит чуть меньше финансовой поддержки.

Нейтралам было насрать на магглов, поэтому они, скорее всего, будут голосовать за закон, если только их не простимулируют сделать обратное фракция темных.

Вот и будет видно, кто склоняется к темной стороне.

Роман, как всегда, пришел за пару минут до начала заседания.

Кузнецов обвел собравшихся продолжительным взглядом из-под очков.

Как обычно, нет Гиппократа Сметвика. Скорее всего, он в следующем году откажется от своего места в Визенгамоте. Черт, сколько усилий Роман потратил, чтобы переубедить колдомедика хотя бы попробовать. Неудачный опыт.

Эббота тоже нет. Скорее всего, гоняет мелких воров по Ночной Аллее. Как всегда, вместе с ним нет Петигрю и Робартса. Как будто специально отбирает светлых авроров именно в дни заседаний Визенгамота.

Невыразимцев нет полным составом. Ни Лавгудов, ни Ричардсон, ни Гиббона, ни Кроппера, ни Гольштейна.

В основном, отсутствуют представители нейтральной фракции, парочку светлых и один темный. Хорошо, что у главы Визенгамота 28 голосов. Только Кузнецов не сможет ими воспользоваться, так как он сам подготовил этот закон.

Получается, судьбу его закона будут решать 40 членов Визенгамота и министр магии, который имеет 5 голосов.

Не продумал, нужно было попросить выдвинуть этот закон от лица кого-то из орденцев. Но Роман еще не вполне хорошо разбирался в порядках работы Визенгамота.

Начнем.

Пятнадцать минут Кузнецов в красках описывал слушающим всю опасность торговли с магглами, что маги запросто могут обрушить маггловской рынок, что неблагонадежные элементы могут немного нарушать четвертую статью Статута о секретности, добавляя, на первый взгляд, в обычную маггловскую вещь что-то магическое, что это происходит на постоянной основе и практически везде, что из-за этого магический мир стоит на пороге раскрытия, поэтому нам, как ответственным магам, нужно запретить любую торговлю с магглами, ради нашей безопасности.

Кто-то зевал, кто-то слушал внимательно, кто-то толкал соседа в бок и пытался переубедить голосовать против закона.

— Есть те, кто хочет еще высказаться? — поинтересовался какой-то аврор, который следил за стенографированием заседания и порядком в зале.

Встал Теодор Тонкс, который формально принадлежал к светлой фракции. Что, скорее всего, изменится после этого заседания.

Тонкс стал убеждать слушающих, что опасность невелика, что министерство делает все возможное, чтобы не допустить возможной утечки информации и раскрытия магического мира — спасибо Артуру Уизли и его отделу по борьбе с незаконным использованием маггловских вещей, который работает 24 на семь, чтобы обеспечить безопасность нашей страны. Так что, благодарим Уизли, голосуем против и расходимся по домам.

Кузнецов осуждающе смотрел на Тонкса, на лице которого была вселенская усталость. Скорее всего, всю ночь помогал Сметвику.

— Кто-нибудь еще хочет высказаться? — осведомился все тот же аврор.

Выступили Люциус Малфой и Миллисента Бэгнолд. Последняя полностью соглашалась с Дамблдором, а вот Малфой говорил, что закон Дамблдора похоже на методы Пожирателей, которые он сам же и осуждал, и он, Люциус Малфой, как исправившийся после снятия Империуса гражданин должен противостоять подобной риторики.

Кузнецов скрипнул зубами. Похоже Малфою удастся переубедить нейтралов и настроить против Дамблдора.

— Голосуем, — на конец-то объявил аврор, подняв специальный пергамент.

Судьи стали направлять волшебные палочки или к верхней половине «За» или к нижней «Против», соответственно за то, за что они голосовали. Возле правого края менялись числа, подсчитывающие голоса.

Кузнецов вцепился в подлокотники кресла.

Из темной фракции Дамблдора поддержал Октавиус Принц. Тот самый, кто выгнал из рода Эйлин, свою дочь, которая вышла замуж за маггла, Тобиаса Снейпа.

Из светлой фракции против Дамблдора проголосовали Тонкс и Форест. Последний торговал в маггловском мире мебелью.

«Придется объяснить ему политику партии», — подумал Роман.

Форест не входил в Орден Феникса и не знал про планы по борьбе с бывшими Пожирателями.

Чанг и Патил, естественно, голосовали против того, за что голосовал Малфой, то есть поддержали Дамблдора. Фадж с Амбридж тоже были за (подлизываются к великому магу). Бэлл и Джонсон, потомственные гриффиндорцы-равенкловцы, поддержали старого директора. Также из нейтральной фракции за проголосовали Каспер Смит и Калидора Лонгботтон, урожденная Блэк (как известно, практически все Блэки не испытывают симпатий к магглам).

23 против, 22 за.

Но у закона Дамблдора будет еще один шанс, так как сегодня на заседании были не все. Когда наберется полный состав Визенгамота, то будет окончательное голосование по этому закону. Вероятно, к Новому Году справятся.

По счастью, у Минервы Макгонагалл утром в пятницу не было никаких занятий, а то ей пришлось бы разделиться на сотню маленьких котят, чтобы все успеть.

На ней и бухгалтерия, в которую она иногда вносила незначительные правки для того, чтобы выделить деньги на блага Ордена Феникса — хорошо, что никаких проверок прошлогодних отчетностей не проводится, тем более Пожирателями.

Еще деканство на Гриффиндоре. Но это, как считала профессор Макгонагалл, была самая легкая из ее обязанностей. Старосты, слава Мерлину, были ответственны и политически грамотные, при этом не относились к числу радикалов. Практически все. Вот кроме, например, Патрика Уайльда, который имел магглорожденного отца, которого убили Пожиратели Смерти, и теперь Уайлд безбожно снимает баллы со Слизерина. Минерва, естественно, иногда приструнивает его, но она все прекрасно понимает. Ну не может подросток просто сдержаться. Не все же без греха. Также по поводу всех остальных гриффиндорцев, которые плюются пеной при виде пожирательских сынков и дочурок. Ради этого она будет готова простить Северуса Снейпа, если он будет брызгаться слюной при виде Гарри Поттера, который так похож на Джеймса, своего отца, который был противником Снейпу во время школьных шалостей.

Еще она должна была составлять расписания — директор почему-то все время просил ставить, как можно чаще, в пару Гриффиндор и Слизерин, говоря, что детям нужно налаживать контакты друг с другом и учиться договариваться, а не враждовать — следить за выполнением учебного плана, договариваться с министерскими представителями об изменении состава учебных пособий и корректировках учебного плана, параллельно с Филчем вела учет отработок студентов, должна была согласовывать проведение турниров и тренировок по квиддичу и плюй-камням, отвечать на гневные письма родителей, которые трясутся над своими отпрысками, словно они хрустальные ангелочки какие-то, пополнять по просьбе завхоза список запрещенных вещей, составлять перечень мест, которые надо отремонтировать (хотя никто не спешил выделять деньги на ремонт), согласовывать изменения в меню по просьбе домовых эльфов и представителей попечительского совета, составлять заявки на обновления инвентаря, которые много лет пылятся, организовывать совещания по определению профессий на пятом курсе и согласовывать с представителями министерства порядок проведения экзаменов, СОВ и ТРИТОНов, а еще пару раз в неделю Минерва замещала директора.

Она, конечно, гордится и восхищается великим светлым чародеем, который и в министерстве, и в МКМ, и в школе работает, а также проводит пропаганду в пользу светлой фракции прогрессивных магов, открытых маггловскому миру, борется на международной арене с нападками недружественных стран и координирует деятельность орденцев — все ради процветания и благоденствия магической Британии — но ради школы он мог бы делать чуточку побольше. Например, усмирять бешенных слизеринцев, которые до сих пор не приняли гибель Того-Кого-Нельзя-Называть.

Короче, это было обычное утро, когда Минерва Макгонагалл заменяла Альбуса Дамблдора, когда в директорском кабинете взвилось зеленое пламя, и из него, отряхиваясь от сажи, вышли невыразимцы с аврорами.

Их лидера Минерва сразу узнала. Все-таки учились в одно время, на одном курсе.

— Корвинус, — прошипела она по-кошачьи, откладывая бухгалтерскую книгу.

— Минерва, — жизнерадостно ответил Лестрейндж, приподняв брови.

Это был бледнокожий маг, одетый в черную кофту, белую рубашку, черный галстук и черную мантию. Несмотря на достаточно солидный возраст, волосы у него всегда оставались темно-русыми и торчали небольшими косичками, как кукуруза на полях. Глаза у него были синие, а лицо всегда выражало какое-то снисхождение.

— Сколько лет, сколько зим? — осклабился он, протягивая письмо. — Вот приглашение от Дамблдора. Просил поискать определенную вещь в Выручай комнате.

Минерва покрутила в пальцах письмо. В нем не сообщалось ничего более того, что сказал Лестрейндж.

— Хорошо, ищите, что надо, — махнула она рукой, опять погружаясь в расчеты.

Компания из Корвинуса Лестрейнджа, четы Лавгудов, Януса Тикки, Джона Долиша, Лорана Гольштейна, Питера Петигрю, Люциана Эббота и Киры Ричардсон, которую взяли под Империус, а потом стерли память Обливиэйтом — теперь она думает, что выполняет их приказы по доброй воли (простейший вид ментальной закладки) — направилась на восьмой этаж.

Поиски заняли двадцать минут. У Корвинуса Лестрейнджа была копия слепка магии Томаса Риддла, известного в народе как Волан-де-Морт или Сами-Знаете-Кто.

Диадема Ровены Равенкло, артефакт, который считался на протяжении многих веков потерянным. Где его только нашел Риддл? Случайно, что ли наткнулся?

Корвинус Лестрейндж собирался возродить Волан-де-Морта. Если окажется, что у того несколько хоркруксов, то он выберет тот, в котором прописан самый адекватный слепок личности, загрузит воспоминаниями из самого последнего, уничтожит все остальные и вернет диадему Ровены Равенкло в Хогвартс, сообщив Дамблдору, что та очищена.

Тем временем его подчиненные стали изображать бурную деятельность. Ричардсон Лестрейндж утащил с собой. Во избежание. Вдруг Дамблдор не к месту вернется, попытается поговорить с Кирой и поймет, что она под ментальной закладкой. Нет, последние месяцы своей жизни она проведет в Отделе Тайн.

У Корвинуса были свои причины возрождать темного лорда. Много причин, но он отчетливо помнит, какими вывалились в ноябре 1981 его внуки после многочисленных допросов в Аврорате. Мерлин милосердный, инферналы в Гаити лучше выглядят. Нортон чересчур активных служак, конечно, выгнал, но все же. Дамблдор, когда Лестрейндж предъявил ему счета — так как чересчур активными служаками оказались директорскими протеже с Гриффиндора и Хаффлпаффа — сказал, что эти авроры просто не сдержались при виде Пожирателей. Чего вы хотите, у них психологическая травма. У них родственников убили.

Раз так, то у него, Корвинуса Лестрейнджа V, тоже есть психологическая травма, так что возрождению Тома быть, а директор с этими дегенератами пусть своими причинными местами подавятся.

20.01.1935 в Аммане, столице магической Персии, встретились персидский шах, Махмет X, и Геллерт Гриндевальд. Последний пытался получить больше союзников среди азиатских стран. С одной стороны, персидский лидер не отказывался от поддержки Немецкой империи, а, с другой стороны, он выдвинул условия, что персы присоединятся лишь тогда, когда будут захвачены Ирак, Сирия и Палестина. Дело было в том, что Персия практически со всех сторон была окружена Аравией, куда как раз прибыли англичане с французами. В маггловском мире остатки когда-то великой магической державы занимали север Саудовской Аравии, а также территории современных Бахрейна, Катара, Кувейта и Иордании. Хоть в магическом мире границы и значили меньше, чем в маггловском, так как маги могли передвигаться на достаточно большие расстояния, но все равно расстояние имело определенную роль, а армии предпочитали не скакать через границы. Поэтому персы будут ждать, пока немцы не приблизятся к их границам. На всякий случай, они так себя комфортней будут чувствовать.

Поняв это, Гриндевальд пока-что отказался заключать какие-либо договоренности с Персией и отправился в Константинополь. У него был одноразовый портал до османской столицы. За этот портал пришлось отдать около 3000 галеонов, что соответствует цене в 90000 галеонов в 1990 году.

Тем временем големам и инферналам при поддержке с воздуха удалось прорвать защиту Дамаска, героически убившись об нее, от которой после масштабной атаки остались лишь ошметки, сквозь которые спокойно прошли немецко-венгерские войска.

Затем гриндевальдовцы двинули на юг, к Уруиштару. Из 250 боевиков, 20 оборотней, 300 големов, 8000 инферналов и 25 песчаных чертей, которые принимали участие в этой битве, погибло 100 боевиков, 20 оборотней, 256 големов, 6092 инферналов и 24 песчаных чертей. Битву при Уруиштаре называют главным сражением в азиатской кампании. После этого защита Ирака, можно сказать, была уничтожена под ноль, так как были убиты все оборотни, 90% магов, а самое главное, были убиты братья Анны, некроманта, которые фактически были главным ресурсом иракской армии. После этого немцы с венграми спокойно вошли в Багдад.

Узнав о падении Уруиштара, из Ирана двинулись русские части, а из Аравии английский корпус переместился в Палестину.

Битва при Уруиштаре длилась 49 часов, с рассвета 02.02.1935 по рассвет 04.02.1935.

А 08.02.1935 Гриндевальд снова встретился с персидским шахом. Немецкий лидер пытался надавить на Махмета X, требуя присоединиться к ним и вступить в войну, а то они сейчас победили и заняли Багдад, но потери были большие, но подкрепление из Константинополя что-то не спешит, а русские уже стоят под стенами Багдада и пытаются пробить оборону, которая трещит. Но персидский шах заявил, что у них нет достаточных сил, чтобы поддержать немцев, а сам шах не хочет пока рисковать, ибо немцы все равно потеряют Багдад, а, если персы каким-либо образом вмешаются и нападут на русских, то англичане тут же нападут с территории Палестины и Аравии. Нет, спасибо, мы подождем.

Разозленный Гриндевальд приказал отступать из Багдада и занять оборонительные рубежи в Уруиштаре, а потом обрушился с упреками на османского султана. Видите, наши парни тут умирают в Ираке, возвращая вам власть, а вы помочь не хотите, где, черт вас раздери, был константинопольский корпус, когда русские нас выкуривали из Багдада, если бы вы пришли со своею помощью вовремя, то мы сейчас могли бы обстреливать Эр-Рияд или Иерусалим, но теперь нам приходится думать, как не потерять Ирак.

Короче говоря, Гриндевальд психанул и потребовал от Османии каких-либо решительных действий, а то они сейчас забирают вещи и пусть они сами с русскими и французами воюют, а он будет думать, к каким херам собачим они полезли в Азию.

В итоге, немецкий и османский лидера кое-как смогли договориться о том, что в следующий раз первыми в бой вступают османские части, а Константинополь и Анталию будет защищать фландрийский корпус.

В Азии готовились к второму походу на юг, главной целью которого станет Багдад и Бейрут.

У невыразимцев было мало информации про работу хоркруксов. Лишь только, как их создавать и как они обустроены внутри.

Хоркрукс — это слепок личности, основанный на памяти и характере носителя в момент запечатления. С помощью хоркрукса можно возродить мага, поместив слепок личности в голем.

Но это будет лишь подобие мага. Просто послушная кукла.

Для того, чтобы возрожденного можно было называть самостоятельной личностью, то нужно было с помощью магии запустить мыслительные процессы, активировать ментальный скелет, подключить его к ауре и астральной проекции, а также поймать и присоединить к этой конструкции душу носителя. В хоркруксе содержится специальный маяк, с помощью которого можно призвать душу.

Но как быть с телом? Не в деревянную ж куклу помещать?

Можно было поместить внутрь чьего-то тела, но, как показывает опыт, тело быстро разрушается, а внутренняя конструкция деформируется, из-за чего маг быстро сходит с ума и начинает творить лютую дичь.

Если верить некоторым древнегреческим и персидским свиткам, которые британцам удалось получить, то есть какой-то ритуал, основанный на плоти, костях и крови, который может создать стабильное тело для помещения души. Если верить легендам, то финикийцы и спартанцы поставили этот процесс на конвейер и клепали мясо для войн, а древние ассирийцы таким образом размножались, как кролики: они заставляли рождать своих женщин, сколько возможно, а когда процессы репродукции затихали, то ассирийцы убивали женщин и помещали души умерших в молодые тела, которые снова могли рождать.

Но инструкция к этому ритуалу была потеряна. Ничего, Корвинус Лестрейндж поклялся себе, что перероет все библиотеки и старинные архивы, если это поможет найти возможность нормально воскресить Волан-де-Морта.

Два месяца он пытался разобраться в хитросплетениях хоркрукса, понять, где какая часть запрятана.

Но Ксенофилиус, который практически безвылазно торчал в Хогвартсе, сообщал, что Дамблдор уже проявляет недовольство медлительности невыразимцев.

Плюнув, мистер Лестрейндж схватил хоркрукс и при поддержке Кроппера переместил его в первую попавшуюся посудину.

Ей оказалась любимая кофейная кружка Лорана Гольштейна.

Пришлось снова переносить. Теперь в перо Кроппера.

После этого Корвинус подарил диадему Ровены Равенкло декану Филиусу Флитвику, поздравив факультет воронов с такой находкой, и отозвал исследовательскую группу из Выручай комнаты. И так несколько сот артефактов прихватили, хомяки любопытные.

Пандора Лавгуд и Деррик Гиббон еще два месяца разбирались в структуре хоркрукса. В начале марта им на конец-то удалось без потерь перенести память на специальные магические кристаллы. Просто скопировать они не могли, так как резервные копии могли принести хоть какую-либо значимую пользу лишь при потере оригинала, до этого в них не было никакой магии и с ними ничего нельзя было сделать.

В феврале Кира Ричардсон написала письмо Альбусу Дамблдору, сообщив, что отправляется в Будапешт, так как ей выделили отпуск, которым она планирует воспользоваться, чтобы встретить своего парня.

Через пару дней в «Ежедневном пророке» появилась статья о смерти мисс Ричардсон от передозировки Амортенции.

Гиббон долго и в подробностях жаловался своему начальству, что у магглов самый неудобный транспорт в мире и как они могут строить какие-нибудь международные отношения с такими медленными скоростями.

Еще один месяц невыразимцам понадобился для того, чтобы перенести характер на отдельный носитель. Кроппер получил свое перо обратно.

В мае Пандора отправилась в Аравию. Официально, для культурного обмена между Отделами Тайн, неофициально — перелопатить максимум литературы, касающийся древнего ритуала возрождения. С такими же целями Гиббон отправился в Китай.

В июне от Пандоры пришло письмо, где она говорила, что у нее есть срочные новости, которые она может сообщить лишь при личной встречи, так что она уже едет в Лондон.

Пришлось отзывать Гиббона в Британию.

Группа заговорщиков заперлась в кабинете Корвинуса V, где миссис Лавгуд протянула письмо от человека, который умер, но возродился.

Старик Лестрейндж с упорством нюхлера, поймавшего запах золото, обнюхивал и обсматривал письмо со всех сторон, просмотрел прикрепленные к посланию воспоминания, получил заверение от Пандоры, что вот эти руны на обратной стороне пергамента не позволят автору написать ложь.

— Как бы нам встретиться с нею? — спросил Корвинус.

— Я попытаюсь организовать встречу, — пообещала миссис Лавгуд.

— Постарайся.

Главным препятствием для заключения испано-немецкого военного союза во времена Гриндевальда была королевская семья, которая накладывала вето на любые переговоры с немцами.

В магической Испании того времени были королевская семья и Консехо (совет) 14 старинных родов.

Если король предлагал какой-нибудь закон или внесение правки в существующие, то Консехо мог наложить вето на этот закон\правку, если за инициативу монарха проголосует меньше 9 членов (66%).

Если закон или правку предлагал кто-то из представителей Консехо, то его отправляли на одобрение к королю и, если тот одобрял закон\правку, то голосовали.

Таким образом, от представителей Консехо практически не было предложений, так как половина членов находились не в очень хороших отношениях с королевской семьей, поэтому их предложения всегда заворачивались и не вносились на голосования. Правда, все зависело от короля. Некоторые короли объявляли члена Консехо своими личными врагами, получив лишь один отказ, а некоторые короли предпочитали просто не обращать внимания на то, кто за что голосует, и рассматривать любые предложения от членов Консехо.

Филипп II был из первых, поэтому он поддерживал какие-либо деловые отношения лишь с тремя-четырьмя членами, представителями наиболее лояльных к короне семейств.

В Консехо заседали 14 представителей аристократических семейств Испании, передавая места по наследству.

Между Испанией и владениями Гриндевальда находилась Франция. Кто-то из приближенных Гриндевальда советовал тому вывести войска из Азии и срочно захватить Францию, а потом и Испанию. Но Геллерт Гриндевальд отверг этот план как самоубийственный и безнадежный.

Но у Испании были хорошие торговые отношения с Римом.

30.03.1935 Энтони Страччио, журналист «Дневных вестей», главной римской газеты, а по совместительству работник внешней разведки Гриндевальда, написал статью, в «Лупе» (конспирологической римской газете) от лица анонимного испанского аристократа, к которому в руки попалась информация о том, что Мадрид вместе с Флоренцией собирается напасть на Рим и окончательно уничтожить север, так как южане всегда хотели добить северян, а испанцы могут выделить им невиданную ранее военную мощь, для того, чтобы получить льготные условия по закупкам итальянского сырья и чтобы сделать из Тосканы буферную зону от Гриндевальда.

На следующий день Страччио, ссылаясь на анонима из «Лупы», опубликовал статью уже в «Дневных вестях», спрашивая у народа, что делать.

Римляне уже не хотели воевать с южанами. У них уже были налажены торговые отношения, а Итальянская война за сто лет была забыта.

Но вот сообщение в газете взбесили римлян. Они потребовали от правительства выступить на юг с военным походом, чтобы нанести превентивный удар против испанских захватчиков.

Что оставалось делать властям?

Пошли на юг.

Тосканские власти не черта не понимали, что происходит, но были ярыми борцами с влиянием Гриндевальда, даже хотели вступить в СФЕ, что раздражало обычных магов Тосканы, которые не хотели вступать ни в какую войну.

Так и получилось, что 03.04.1935 образовалась единая магическая Италия. И никто не был против. Кроме бывших властей Тосканы, которые сбежали в Париж и объявили правительство в изгнании.

Столицей Италии стал Рим.

Власти Италии, конечно, не хотели поддерживать Гриндевальда, но понимали, что даже нейтральные страны будут лояльны или одной стороне, или другой. Поэтому 12.04.1935 Римский император, Просентус III, поехал в Константинополь, на встречу с немецким лидером.

15.04.1935 переговаривающие стороны договорились о том, что Италия вступает в военный лагерь Немецкой империи, выделяет добровольческие отряды, которые будут воевать в Азии, а взамен Гриндевальд не будет захватывать Италию, только торговлю с испанцами прекратите.

Ну римляне и прекратили.

К концу мая испанский госпиталь имени святого Мунго почувствовал резкую нехватку лечебных зелий. До этого все зелья закупались у тосканских и римских мастеров, но теперь им было запрещено торговать с испанцами, а нелегальные зелья стоили в десять раз дороже, и не каждый мог позволить себе такое лечение.

Были Бразилия и Китай, но последние предпочитал не иметь дела с любой европейской страной, считая их излишни магглолюбскими, а поставки из Бразилии стоили дороже нелегальных итальянских.

02.07.1935 Консехо выдвинул вотум недоверия королевской семье, заручившись поддержкой 1300 подписей от народа (общее население магической Испании того времени составляло 3000-3200 магов).

Под давлением испанский король Филипп II официально отказался от власти. Уехав в начале августа в Париж, он объявил себя легитимной властью Испании в бегах, он заявил «Французским временам»:

— Я готов бороться до конца, чтобы освободить мою страну от негативного влияния Гриндевальда и его приспешников, моя цель — восстановить легитимную власть короны в Мадриде, вернув истинную власть моему народу.

22.12.1935 Филипп II со своей женой Елизавет, которая приходилась дочерью экс-канцлера Швейцарии, были убиты на самой оживленной парижской улице.

Тем временем, Гриндевальд расположил две пятерки боевиков в Гибралтаре.

Впоследствии операцию немецких служб по свержению испанского короля назовут «Бабушка умерла», взяв фразу одного маггловского военного. Эта фраза в 1939 была произнесена по телефону, сообщив, что у маггловской Германии теперь есть повод вторгнуться на территорию Польши.

11.01.1985.

Пусто!

Все сканирующие чары показывали, что в диадеме Ровены Равенкло нет хоркрукса. Это значит или его там не было, или его уничтожили, или его перенесли для возрождения Волан-де-Морта. Скорее всего последнее, учитывая, кто возглавлял группу невыразимцев. Корвинус Лестрейндж, представитель одной из двадцати восьми священных семейств, из сочувствующих Пожирателям Смерти и их родственник.

Придется снова собирать Орден Феникса и готовиться к возрождению.

Правда была еще одна проблема. Такая рыжая проблема.

Артур Уизли, который как-то причастен к странной пропаже Альбуса Дамблдора.

С французскими коллегами Роман уже переговорил и намекал на то, что Келена Вочоразне ведет себя, как сторонница Гриндевальда. Французы намек поняли и стали мутить воду, требуя от голландских и азиатских коллег разрывать любые контракты с Австро-Венгрией, особенно с теми, кто связан с госпожой Вочоразне. Серьезных результатов пока-что это не принесло.

В августе ничего доказать не удалось, так как Артур Уизли не работал австро-венгерским шпионом, не вступал в ряды «Прогрессивной Боснии» и не собирался свергать британское правительство, но Кузнецов был убежден, что Артур Уизли замешен в событиях лета 1983. Доказательств прямых не было, но совы с завидной регулярностью прилетали в «Нору» с зашифрованными письмами.

Тем временем происходило какое-то шевеление в Южной Америке. За последние несколько месяцев было убито сразу четыре бразильских премьер-министра. Кто-то поговаривал, что эта должность проклята, но Кузнецов ставил на то, что это разборки местных властей. Это, может быть, и не заинтересовало бы всерьез Романа, если бы последний премьер-министр, Алехандр Пасару не был бы близким приятелем Ян Цяньфу и вместе с ним не служил бы в войсках Гриндевальда. Пасару в сорок пятом сбежал в Швейцарию, где отсидел пятнадцать лет, вернулся на родину, устроившись преподавателем древних рун в Кастелобрушо, а пару лет тому назад занялся политикой и стал протеже Филиппо Ратуэйру, который в свое время спонсировал Гриндевальда. А в июле Ян Цяньфу тоже встречался с Вочоразне, с Уизли и с еще несколькими бывшими сослуживцами.

Слишком много Гриндевальда на один квадратный метр. Слишком подозрительно. Поэтому, обуреваемый самыми мрачными предчувствиями, на каникулах Альбус Дамблдор затребовал срочный визит в Нурменгард с целью проверить, находится ли Гриндевальд на месте или нет. Пропуск выписали оперативно. Но проблема заключалась в том, что последние полтора года Гриндевальд находится в изоляторе в виде овоща. Организм функционирует нормально: ест, пьет, срет и что-то ухает, как пьяная сова, но мозг ничего не соображает, от памяти остались лишь одни ошметки, которые не представляется возможным восстановить, связь с душой и астральным телом ослаблена, а ментальный скелет находится в откровенно плачевном состоянии. Словно кто-то испытывал на Гриндевальде Круциатус на протяжении нескольких часов. Но никто из стражников таким не баловался, никто даже не подходил близко к камере. А Кузнецов все больше уверовал, что вся эта непонятная возня связана с немецким лидером. Скорее всего, в Нурменгарде последние полтора года томился кто-то другой, а Гриндевальд разгуливает на свободе. Вероятней всего, освободился он примерно в то же время, когда Роман попал в этот мир, а Альбуса Дамблдора пытали. Самое интересное, что Роман видел в воспоминаниях, что основным заклинанием, которым пытали предыдущего носителя этого тела, был как раз Круциатус. Похоже он был не единственным, кто попал в лапы неизвестных приспешников прошлого темного лорда.

Практически все свои соображения он высказал при личной встречи Миллисенте Бэгнолд, Жану Делакуру (премьер-министр Франции) и Юлиусу Пайку (премьер-министр Фландрии). Все они были возмущены и пообещали сделать все, чтобы снова справиться с Гриндевальдом. Правда, деятельность придется вести подпольно, чтобы раньше времени не спугнуть австрийца и не спровоцировать новую мировую войну.

Роман передал папку с компроматом на Артура Уизли мисс Бэгнолд. Ну как компромат: на пятом курсе украл из пятой теплице ростки тентакулы, три раза пробирался в запретную секцию библиотеки, кинул пару мелких сглазов на однокурсников со Слизерина и разговаривал с Келеной Вочоразне и некоторыми бывшими гриндевальдовцами. И да, посмотрите в сарай.

В сарае обнаружили зачарованный маггловской автомобиль, но Уизли отделался штрафом в 300 галеонов, что могло бы серьезно ударить по бюджету семьи, но в министерстве пошли на компромисс: Уизли выплачивает сейчас 200 галеонов, а в течение следующего года выплачивает долями еще 300 галеонов, но ему запрещается занимать кресло в Визенгамоте (совет лордов не в счет) и вести какой-нибудь бизнес в течение следующих пятнадцати лет.

Артур согласился.

Остальные правонарушения были незначительны, только Артуру нервы немного потрепали расследования и пару часов допросов в Аврорате.

На вопрос про встречи с сочувствующими Гриндевальду он отвечал, что просто обсуждал сражения на турнире. Так как его допрашивали под сывороткой правды, то все поверили и отпустили его.

Роман был готов рвать на себе бороду. Орден собирать надо, но лишнюю информацию в руки Артуру он не собирался давать, так как не знал, как это могло обернуться против него в будущем, а не пригласить Уизли он не мог, потому что сразу пошли бы вопросы от орденцев, а где Артур.

С нейтралами Кузнецов не собирался сотрудничать, так как там такое болото, что Пожиратели тут же узнают все, что скажет Дамблдор.

Остается ожидать и копать под Уизли, донимая его постоянными проверками по работе. Видите, в последнее время в Британии активизировались анонимные неравнодушные граждане, у которых есть вопросы к работе мистера Уизли. Сам Артур списывал все это на козни Малфоев.

Артур Уизли родился 06.02.1950. Он был младшим сыном Зевсеса Уизли и Андромеды Уизли, урожденной Нокс.

Старший брат Биллиус в 1959 году поступил на Гриффиндор. На первых двух курсах он отличался спокойностью и уравновешенностью, он больше походил на ученика Равенкло, нежели Гриффиндора, но с третьего курса, с того года, когда поступил Артур, Биллиус стал меняться. Постепенно, шаг за шагом. К концу пятого курса Биллиус сыскал славу отвязного бедокура, который не прочь залезть под каждую юбку, выпить лишнюю бутылочку сливочного пива и поучаствовать в какой-нибудь драке.

Артур Уизли поступил в Хогвартс в 1961 году. Распределительная шляпа уговаривала его поступить на Равенкло. Убеждала вяло и уже понимая бессмысленность уговоров.

— Гриффиндор! — на конец-то прокричала она.

Артур был среднестатистическим студентом, если не брать в расчет, что он происходил из одной из священных семейств.

На его курсе из мальчиков на Гриффиндор поступили Арктурус Нокс, его кузен, которому место было на Слизерине, Феликс Стенли из семьи потомственных невыразимцев (хрен знает зачем он поступил в Хогвартс) и Роберт Уильямс, магглорожденный парень, с которым Артур подружился.

Именно от Уильямса Артур узнал на третьем курсе про ядерную бомбу и большой конфликт в маггловском мире.

Увидев, к чему привел сброс ядерного оружия в японских городах, Артур одновременно ужаснулся и заинтересовался магглами.

Да, ходили сплетни, что его семья разбирается в маггловском мире, как в своих владениях, но это было не так. Да, они ратовали за равноправие, независимо от происхождения, но откровенными магглолюбами их нельзя было назвать.

Артур увлекся маггловским миром. Он изучал его со всех сторон, доставая до икоты абсолютно всех магглорожденных, до которых мог дотянуться, искал информацию в учебниках по маггловедению, спрашивал профессора Кинга, который жил в маггловском Лестере. Все-таки не зря его Распределительная шляпа хотела на Равенкло, к концу седьмого курса Кинг убегал от Уизли, как от чумы.

Почему он женился на Молли Уизли? Потому что она показалась ему достаточно хорошей особой. Да, он был романтиком в школьные годы, а Молли Прюэтт в то время как раз подходила для прогулок по Косой Аллее, для многофутовых писем, полных горячей любви, да и в постели она оказалась великолепна.

Поэтому сразу после выпускного объявили о свадьбе Артура Уизли и Молли Прюэтт.

Во время беременности в 1970 году ее характер стал ухудшаться, она стала постоянно кричать и быть чем-то недовольной. После рождения Чарли и Билла это, конечно, прошло, но не полностью.

В 1971 году Артур Уизли получил отпуск на шесть недель (в британском министерстве в год дают 42 дня отпусков, не считая праздничных дней). Три недели он провел с супругой, а потом отправился в Болгарию. Она привлекала его историями о темных колдунах, которые там встречаются на каждом углу (даже бармены очищают стаканы с помощью некромантии), а также про отношения к магглам. Болгарское министерство можно было разделить на тех, кто продвигает интересы Австро-Венгрии, России, Греции, Османского султаната, самой Болгарии и на не многочисленную группу колеблющихся, которые могли каждый день менять лагерь, исходя из личных побуждений.

В Болгарии была научная газета «Око на разума», в которую он послал одну статью про магглов.

На следующий день его вызвали в издательство «Око на Разума», где его дожидалась шатенка с короткими волосами, жизнерадостным выражением лица и приветливой улыбкой. Это была Анья Ковач, цензор газеты. Она должна была проверять достоверность информации в статьях. Но Артура вызвали по другому поводу. Ковач объявила, что статья господина Уизли, конечно, хороша, но вот главный редактор, господин Маркович, работает на австрийские власти, которые считают позицию, описанную в статье господина Уизли, гриндевальдовской пропагандой, значит Маркович не допустит эту статью в публикацию. Но господину Уизли не стоит горевать. Статью госпожа Ковач не пропихнет в публикацию, но зато может свести со своей покровительницей, которая как раз разделяет подобные взгляды. Таким образом Артур Уизли и познакомился с Келеной Вочоразне.

Артур присоединился к подпольному клубу почитателей Гриндевальда. Вскоре этот клуб превратится в международную организацию, которая справится с побегом из самой знаменитой тюрьмы в магическом мире.

В Англии Уизли носил публичную маску: немножко туповатый чиновник с лавгудовским взглядом глаз, который охотно берет взятки у мелких хулиганов, так как у него дома проблемы с финансами, подкаблучник, который не мог сказать ни слова против жены, у которой с каждым днем портился характер, а на шее у них сидело сразу несколько детей.

Пару раз в год Уизли уезжал на континент, где встречался с соратниками по клубу, знакомился с достижениями маггловской науки и с культурой магглов.

С каждым годом, как уже говорилось, Молли становилась все требовательней и раздражалась практически по каждому поводу. Неудивительно, что муж ее с радостью брал отпуски и уезжал на континент, чтобы встретиться с Келеной Вочоразне или с Янушем Герцогхом. Герцогху и Вочоразне было немного некомфортно так тесно общаться на равных с кем-то, кто ниже их по социальной лестнице, но постепенно они освоились.

Стоит отметить еще отношения с семейством Малфоев, кто еще помнил, что в шестнадцатом веке Уизли тесно сотрудничали с испанской инквизицией, за что их и прозвали Предателями Крови. Все позабыли об этом, кроме Малфоев, у которых из-за инквизиции погиб один из предков, к тому же они заполучили проклятие одного ребенка. В ответ Малфои тоже наслали на род Уизли проклятие. Проклятие пониженных магических способностей. По оценкам экспертов, магический уровень у рыжих после проклятия упал на 20-30%.

Можно было снять проклятия Уизли и Малфоев. Для этого по одному представители обоих семейств должны совершить ритуал на крови, ритуал клятвы братства, покляться, что они будут верны друг друга до смерти, как братья. Но было одно «Но». Для этого нужно было убить всех остальных носителей этих фамилий: от младенцев до стариков. Даже в магической Британии шестнадцатого-семнадцатого веков на такое посмотрели бы косо, а потом появилось министерство магии, Азкабан, новый Статут о секретности и так далее… Да и не рождалась еще такая пара Уизли-Малфой, которая была бы так дружна, чтобы совершить подобный ритуал.

В течение месяца они сверяли фотографии мальчиков во время рентгена. Снимали на обычную камеру и на колдокамеру. Если нанести зелье Валмора на колдографии, то движущиеся картинки могли увидеть и магглы, а без этого зелья для них колдографии превращались в мутные пятна на рванной бумаге.

Стоит отметить, что магглы не двигались даже на колдографиях.

Борисов спал и видел сны о зелье, с помощью которого ученые смогут различать волшебников и на обычных фотографиях. К сожалению, в магическом мире пока-что не удалось найти правительство какой-нибудь страны, которое дало бы им спонсирование на этот проект. Приходилось брать деньги у частных лиц по обе стороны Статута. В маггловском мире основным спонсором выступал основатель компании Nixdorf Computer, Хайнц Ницше, который находился в уверенности, что его деньги идут на поддержание студентов, интересующихся информационными технологиями, а в магическом мире это был Герман Гауфтман, один из внутреннего круга Гриндевальда.

Исследователи были одними из первых, кто помимо приближенных узнал о побеге Гриндевальда.

— Хорошо, больше денег заплатит, — прокомментировал Дмитрий Калныньш.

Все были с ним согласны.

Гриндевальд пообещал в ближайшее время расконсервировать несколько научных баз, оставленных в сорок четвертом в Австрии. Пока-что исследователи пытались добиться хоть какого-нибудь результата на небольшой базе в Латвии, с которой все в спешке вывозили при отступлении гриндевальдовских войск.

Исследователи во время рентгена вращали вокруг находящихся под наркозом магов ультрафиолетовыми и инфракрасными лучами, тыкали прямо им в лицо. Нулевой результат. Пытались экспериментировать с мальчиками без наркоза. Половина разносила все, в том числе и измерительные приборы. Слава господу, один раз удалось сохранить в целостности аппарат, который показывал около 20000 джоулей. Это тогда, когда мальчика скинули с высоты пять метров. Были и те, кто спокойно реагировал на все манипуляции. Но все равно никакого результата не было, им никак не удавалось зарегистрировать отклики ауры или магических потоков внутри детей. Ничего.

— Все из-за китайского дерьма, чего ожидать от обезьян, которые думают партийными частушками, а не своими мозгами, — распылялся Бонифаций Силинша, который терпеть не мог китайцев и все, что с ними связано. — Лучше покупать у немцев или у советов.

Пробовали и с немецким, и с советским оборудованием. Результата все равно не было.

Решили работать с той группой мальчишек, которые реагировали спокойно. Те, кто пытался разнести комнату и уничтожал приборы, которые стояли до хера много денег, отправлялись обратно. Им стирали память — выплески магии во время заклинаний также не фиксировались маггловскими приборами — и отправляли обратно, к родственникам, от которых ранее забирали. Мальчики ничего не помнили, и все сходились во мнении, что их похитил какой-то маньяк, который несколько месяцев, а то и лет держал мальчика у себя в подвале. Но ребятам чудом удалось сбежать. А память они потеряли из-за сильного стресса. Черт знает, что могло взбрести в голову маньяку, что месяцы выпадали из памяти.

А в январе 1985 году Гауфтман прислал сову с письмом, в котором писал о том, что исследовательская база в Шарваре, на юге Венгрии, расконсервирована, и ученые с подопытными и со всем оборудованием могут переезжать.

То, что Тед Тонкс поддержал темную фракцию на ноябрьском заседании Визенгамота, на котором голосовали за и против закона, выдвинутого Дамблдора, послужило последней каплей. В семье разразился скандал. Андромеда обвиняла его в сговоре с Пожирателями и чистокровными выродками, а Тед говорил, что просто руководствуется логикой. В итоге, развод. Нимфадора осталась с матерью, а Тед вернулся к своим маггловским родственникам, где прожил месяц, после чего он переехал в Уилтшир, в поместье Роули, став семейным целителем. Семейные целители обычно одновременно с этим работали и в госпитале святого Мунго, но приоритетным пациентом для них будет представитель рода, а не пациент госпиталя. Например, Гиппократ Сметвик определенное время в молодости был семейным целителем для Ноттов, Лонгботтонов и Гринграссов. Семейным целителям платят достаточно солидные деньги, поэтому их себе могли позволить лишь несколько семей на всю страну.

Роман один раз встретил в атриуме министерства магии Люциана Эббота и потребовал от того, чтобы тот с Петигрю и Робартсом присутствовали на генеральном заседании по вопросу закона Дамблдора, которое должно было состояться прямо перед Рождеством. Вздохнув, Эббот пообещал постараться не пропустить со своими подчиненными столь важное событие, но Роман был готов поставить галеон против вчерашней газеты на то, что кого-то из авроров он точно не досчитается.

Благодаря Кингсли Кузнецов смог заручиться поддержкой Нокса, который не перестал испытывать осторожность по отношению к директору Хогвартса и лидеру Ордена Феникса, про которого до сих пор поговаривали в народе, что тот сдает своих и занимается шпионажем на австрийцев, но Арктурус происходил из семьи, которая часто скрещивалась с Гринграссами, у которых было отвратительные отношения с Эбботами, чей представитель, скорее всего, проголосует против. И да, 200 галеонов хорошо стимулируют к правильному шагу. Слава Мерлину, что у Кингсли были горы золота в личном сейфе.

Форесту разъяснили политику партии и завербовали в Орден. Ему пообещали, что, если он попадется орденцу, то никто его не будет осуждать, даже помогут заместить следы. За крышу над своим бизнесом, который, может быть, станет нелегальным, Форест был готов голосовать за Дамблдора. Сплетням про австрийских шпионов он не верил.

Роман также поговорил с Гиппократом, запугав того грядущим возрождением Волан-де-Морта, и да, вот доказательства под клятву о нераспространении.

Посмотрев на все это, Гиппократ сказал:

— Альбус, ты всегда темнишь и что-то недоговариваешь. То, что ты показал с доказательствами, что Британия летит в жопу, может обозначать лишь одно. Британия летит в полный пиздец.

Но главной головной болью Дамблдора оставались невыразимцы: Гольштейн, Лавгуд и Гиббон. Последний носил Черную метку и еле откупился в 1981 от Азкабана. Лавгуды и Гольштейны были нейтралы, а в последний раз Малфою удалось перетянуть симпатию нейтралов на свою сторону. Как будет в этот раз? Неизвестно. Но не надо забывать, что руководителем Лавгудов и Гольштейнов был Корвинус Лестрейндж.

Роман поговорил с мисс Бэгнолд, попросив поработать с нейтралами.

Также Кузнецов отправил сову с письмом Октавиусу Принцу, единственному представителю темной фракции, который поддержал его. Роман просил Октавиуса простимулировать темных отказаться от маггловских бизнесов. Принц цедил слова через губу и обещал сделать все, что в его руках. В тот момент у него в руках была кружка с остывшим чаем.

И вот этот день настал. День генерального заседания и голосования по его закону.

Сначала пламенную речь закатила Миллисента Бэгнолд, поздравляя народ магической Британии с рождественскими-йольскими каникулами, которые семьи должны проводить вместе, пообещала всем плюшки и безопасность, напомнила важность Статута о секретности и попросила голосовать за Дамблдора. У нее не было гипнотического голоса, она не зачаровывала им, она просто руководствовалась здравым смыслом и фактами. Естественно, факты интерпретировали в правильном ключе, но факты оставались фактами.

Потом выступил Люциус Малфой. Он говорил с видом уверенности в своей победы, а вся эта речь — лишь формальность, призванная показать, что Малфои не успокаиваются.

Потом голосование.

Роман напряженно рассматривал зал, следя за каждым голосом. Всего сегодня было 55 голосов. Это значило, что для успеха он должен был набрать 28 голосов.

Как и ожидалось, Эббот против. Хорошо, что Марчбэнкс теперь на их стороне. Невыразимцы тоже блокируют принятие закона. Но Фарли из темной фракции голосует за. Не зря Роман связался с Принцем. Все светлые за. Тед Тонкс проголосовал против, но он уже считается представителем нейтральной фракции. Сметвик сдержал слово и присоединился к продамблдоровской партии, как и старуха Лонгботтон, потомственные гриффиндорцы-равенкловцы из Бэллов и Джонсонов, Фадж, Смит и Амбридж.

30 за, 25 против. Закон Дамблдора принят.

Теперь начнутся несколько месяцев постоянных споров по поводу каждого пункта этого закона, оппоненты Дамблдора будут пытаться выторговать какие-нибудь послабления, но Роман прямо сейчас не думал об этом. Он радовался победе.

К концу января все детали закона Дамблдора о запрете торговли с магглами были утрясены и согласованы.

А в феврале начала работать компания FFC (“Fantastic Forest Compony”), которую возглавлял Оливер Форест, известный в маггловском мире как Реджинальд Дженкинс. Компания занималась продажами мебели: шкафов, кроватей, книжных полочек. Для прочности накладывали слабые заклинания. Но, узнав об этом, Роман был готов разораться на орденцев. Он объяснил, что в случаи чего этим делом будет разбираться Артур Уизли, в чьей лояльности он уже сомневается.

— А почему вы в нем сомневаетесь? — спросил Питер Петигрю.

— К сожалению, всех подробностей я не могу вам поведать, так как это государственная тайна, но поверьте, у летнего допроса Артура были весомые причины. Пока-что ему удается заметать следы, но рано или поздно я докопаюсь до правды.

— То есть вы хотите сказать, что Артур связался с Пожирателями? — уточнил Шеклболт.

— Нет, не с Пожирателями, а с врагами с континента.

— Говорите, как будто мы будем вести войну на два фронта, — заметил Севидж, молодой аврор.

Роман печально и протяжно вздохнул.

— Я очень надеюсь, что мои худшие опасения не подтвердятся.

На кухне в поместье Шеклболтов, где они собрались, повисла гнетущая тишина. Каждый из присутствующих всеми клеточками своего тела почувствовал напряжение, разлившееся в воздухе, ту давящую атмосферу неопределенности, которая наводит животный страх. Воздух стал липким, склизким, дыхание было затруднено, а мысли у собравшихся метались, как испуганные зверки.

На кухне в поместье семейства Шеклболт собрались Альбус Дамблдор и верные ему авроры: Шеклболт, Робартс, Петигрю, Севидж и Спиннет, а также Амелия Боунс.

Роман смотрел на них. Он устал. За последнее время на него столько навалилось. Оказалось, что попадание в Альбуса Дамблдора — это до хера сложно. Международные скандалы, подковерные интриги в министерстве, борьба сразу с двумя темными лордами, которые не пойми где шляются.

Кузнецов не хотел переступать через закон. Это противоречило его воспитанию, которое он получил в своей прекрасной семье в том мире. Но сейчас в магическом мире идет война, на которой надо использовать любой шанс, чтобы победить, так как враг точно не будет ограничивать себя в методах борьбы. Ну можно, конечно, договориться с кем-то из лордов и пойти на другого темного лорда. Например, с Гриндевальдом. Если верить информации, которую Кузнецов помнил про мир «Гарри Поттера», то к концу жизни Геллерт Гриндевальд стал раскаиваться и чувствовать сожаление о том, что он творил в магической Европе. Это хорошо, Роман одобрял. В какой-то мере Гриндевальд ему нравился, так как он понял свои ошибки и набрался мужества признаться в том, что был неправ. Да поздно, когда уже ничего нельзя было повернуть вспять, но это хоть что-то.

Роман был уверен в том, что Артур Уизли работает на Гриндевальда или на какую-нибудь другую организацию, стоявшую за побегом из Нурменгарда. Раз он, Роман Кузнецов, хочет вести переговоры с Гриндевальдом, то надо приструнить авроров, которые зачастили в последнее время в «Нору» и передать через Артура весточку старому другу. Когда-то Дамблдор и Гриндевальд на самом деле были близкими друзьями, хорошими приятелями и научными партнерами. В 1910-е они выпустили несколько научных статьей в «Око на разуме» и в других восточноевропейских магических газетах.

Нужно будет вернуть Артура в близкие к себе люди, созвать на конец-то Орден вместе с рыжим и начать противостоять Волан-де-Морту. Интересно, а он уже возродился или еще на стадии?

Черный дневник хранился у Малфоев, но посылаемые Дамблдором авроры не смогли ее найти.

Хижина, в которой хранится кольцо Гонтов, запечатано, и там давно никто не жил. Старик Гонт переехал в какой-то домик на юге Португалии. Говорил, что хочет восстановить здоровье. Да и не пойдет он на сотрудничество с каким-то полукровкой.

Диадема была утеряна и досталась в лапы невыразимцам во главе с Лестрейнджем, который стопроцентно участвует в возрождении Томаса Риддла.

Чаша Хаффлпаффа находится в сейфе Лестрейнджей в «Гринготтса», но Корвинус точно не отдаст эту побрякушку.

Змея не пойми где.

Дух Волан-де-Морта, скорее всего, болтается в балканских лесах.

Оставался еще мальчик, который словит вторую Аваду и останется жив.

20.02.1985.

Стояло спокойное и умиротворенное утро. Во дворе «Норы» переговаривались куры, перелетая с места на место короткими прыжками, а с другой стороны двора бурчали вернувшиеся садовые гномы.

Артур Уизли, немножко потрепанный после сна, спустился к завтраку, отчаянно зевая. Молли уже давно проснулась и занималась хозяйством: успела покормить куриц, быстренько просмотреть пару каталогов, ища подарок на День Рождения Рональда, и начать готовить овсяную кашу на завтрак.

Чарли и Билл в школе. Перси тоже был в Бразилии на подготовительных курсах. Молли не понимала, зачем нужно было отправлять детей на другой конец света, если есть Хогвартс, но Дамблдор объяснил это тем, что Ордену нужны будут новые члены, а в бразильской школе ее дети смогут найти друзей, которые с готовностью помогут, вступив в ряды фениксовцев, а в Хогвартсе все свои и новых людей будет проблематично привести, потому что девяноста процентов из них уже с детства принадлежат определенным лагерям.

Такое объяснение Молли удовлетворил. Поэтому она не против, когда Артур стал подыскивать другую школу для близнецов. Скорее всего, остановится на японской школе Махотокоро.

Тут камин затрещал, взвилось зеленое пламя, из которого, чихая, на пол выпал Питер Петигрю, который был покрыт сажей с головы до ног.

— Питер, — Молли всплеснула руками. — Что случилось?

— Где Артур? — спросил Петигрю на выдохе и закашлялся. Он начал махать волшебной палочкой, уничтожая сажу, которая, кажется, забилась во всевозможные места его организма.

— Я здесь, — ответил Артур из-за стола. — Доброе утро, Питер. Что-то случилось срочное? Это связано с Дамблдором?

— Да, но… — Питер многозначительно покосился на Молли. Та подбоченилась и смерила муженька подозрительным взглядом.

— А-а-а-артур-р-р… — проговорила она голосом, который не обещал ничего хорошего, сверкая глазами. — Во что ты опять ввязался, о чем я не знаю?

— Не знаю, ничего такого я не делал.

— А почему Питер пришел тебя о чем-то предупредить? — прошипела та.

— Не знаю. Надо у Питера спросить. Питер, что ты хотел сказать?

Тот замахал головой с таким усердием, что, казалось, она вот-вот отвалится и разлетится мелкими кусочками по всей кухне. Петигрю провел пару раз пальцами по горлу, косясь то на Молли, то на Артура.

— Клятва, — на конец-то придумал он отговорку. — Могу сообщить только лично.

— Ладно, пойдем, — вздохнул Артур, отодвигая стул и вставая. — Ко мне в кабинет.

Крысеныш закивал головой, слегка улыбнувшись.

Молли проводила их настороженным взглядом. Она хотела уже пойти за ними, чтобы подслушать, но тут вспомнила, что ей однажды по пьяни показал Биллиус. Специальные чары для прослушки, которые смогут обойти элементарные барьеры тишины.

Взмахнув палочкой, она уставилась на потолок, где примерно находился кабинет ее мужа и стала ждать. Ждать ей пришлось недолго. Вскоре миссис Уизли услышала звук отворяемой двери, звук шагов по деревянным доскам, шепот Артура, который накладывал заглушающее чары. Затем мистер Уизли поинтересовался у Петигрю:

— Так что ты хотел мне сообщить?

— Дамблдор тебя подозревает.

— В каком смысле подозревает?

— Сегодня он провел малое собрание Ордена.

— Где?

— В поместье Шеклболтов. Там были я, Дамблдор, Кингсли, Гавейн, Роберт и Амелия.

— Какой Роберт?

— Который Севидж.

— И?

— Дамблдор сказал, что не доверяет тебе и поэтому не может собрать весь Орден.

— Но почему он мне не доверяет?! — воскликнул Артур.

— Потому что подозревает тебя в сговоре с Гриндевальдом.

— Что за чушь? Гриндевальд сидит в Нурменгарде.

— Дамблдор уверен, что летом 1983 года Гриндевальд бежал из тюрьмы, оставив в камере кого-то похожего на себя, уничтожив предварительно тому разум.

— А при чем тут я?

— Он уверен, что ты каким-то образом связан с этим побегом. Уж не спрашивай меня, как, но Дамблдор уверен в этом в такой же степени, в какой я уверен, что солнце встает на востоке. Это все, что я могу сообщить тебе.

— Спасибо за информацию, Питер. Я подумаю над этим.

— Хорошо. Я пошел. У меня вообще-то рабочий день.

— А? А, ну да. У меня тоже.

— Пошли скорее.

Они стали спускаться.

Стоило Питеру появиться в то утро в «Норе», как мистер Уизли стал чувствовать себя некомфортно, как будто он что-то упустил, что-то важное, но вот что — он не помнит.

Но, когда Петигрю произнес слово «Гриндевальд», то Артур от ужаса похолодел. Хорошо, что Петигрю не заметил испарины на его лбу и трясущихся рук. Мистер Уизли уже смутно помнил, как завершилась беседа, как он провожал через камин орденца, очнулся лишь, когда жена требовательным тоном осведомилась, о чем Питер рассказал тому.

— Дамблдор просил никому рассказывать, поэтому я принес обед молчания, — проблеял Артур, садясь завтракать. Тем временем он думал, зачем Питер сообщил ему эту новость? Или это просто проверка? Проверяют, что он будет делать?

Но Гриндевальда все равно нужно предупредить, что Дамблдор уже копает под них.

Вечером после работы он постучался к Лавгудам.

Открыл Ксенофилиус, устремив взор во вселенские дали.

— Добрый вечер, — прокашлявшись, произнес Артур. — Извини, Ксенофилиус, но не могу ли я одолжить у тебя сову?

— Добрый вечер. Марс сегодня излишни яркий. Да, конечно, бери.

Без лишних вопросов Лавгуд пропустил соседа в дом, указав направление к совятне. Всего у Лавгудов было семь сов. Зачем им столько — Артур не понимал.

Он написал повелителю, сообщив о приходе Петигрю и о своих соображениях. Уизли был уверен, что Дамблдор не на столько уверен в его вине, на сколько об этом говорил Петигрю, но все-таки подозревает его в чем-то. Скорее всего, он отследил его контакты в Дублине. Гермес и Стрелка слишком заметные совы, поэтому лучше воспользоваться чужой.

Гриндевальд, пытавшийся стабилизировать положение в Бразилии, получил сову через двенадцать часов. Прочитав его, он выругался вслух. Опять проблемы от Дамблдора.

За последние полтора года он со своими последователями не продвинулись ни на шаг в решение вопроса, а кто занял место Дамблдора. Но явно тот, кто тоже всегда всем создает проблемы.

Пока итальянцы ждали результатов своей экономической блокады Испании, Гриндевальд с упорством бронебойного поезда искал союзников среди азиатов.

01.05.1935 он встретился с махараджи Паваном Капуром, главой Индии и великим князем сикимским. Княжество Сиким стало отдельным государством лишь в 1955 году.

Гриндевальд призывал махараджи подписать с ним союз. По плану Гриндевальда Индия должна была стать центральным азиатским государством. Немецкий лидер прекрасно понимал, что все страны магического мира в одно государство просто невозможно объединить, но вот создать несколько центров, которые будут идти одним политическим курсом, — это вполне осуществимый план.

Немецкий император напирал на безопасность магического мира, на возможную угрозу, которую представляют магглы, на то, что нужно объединяться, что Индия сможет получить большую власть, если присоединится к Германии, но Паван Капур ответил отказом, так как индийские маги не видят в магглах серьезную угрозу для своего существования, что они и дальше планируют сотрудничать с ними и предоставлять свои услуги. Так, например, согласно закону от 1899, каждый колдомедик должен предоставлять индийским магглам услуги, леча их средствами, травами и амулетами, которые пропитаны целительской магии. Зельями магглов нельзя было лечить. Зелья на них просто не работали, магглы чувствовали лишь отвратный вкус. А вот с помощью небольшого количества целительской магии можно было влиять на организм магглов. Магия не могла полностью исцелить магглов, но нет больных, есть лишь не до конца обследованные.

В начале июня Паван Капур встретился в Белграде сначала с представителем Франции, а потом и с представителем России. Де Филе призывал Индию вступить в ряды СФЕ, а на замечание, что Индия не является европейским государством, просто отмахнулся и сказал, что это лишь формальности. Крылов, который был также восстановлен в своей должности, уговаривал Индию не вступать пока-что в войну, поднять расходы на вооруженные силы и провести несколько совместных учений в Аркаиме или в Мохенджо-Даро.

Паван Капур не давал никаких обещаний, уезжая обратно в Индию.

30.06.1935 прошел семнадцатый съезд Лиги Небесных войск, в которые входили Индия, Афганистан, Бутан, Шри-Ланка, Филиппины, Индонезия, Таиланд, Камбодже, Лаос и Вьетнам. На следующий день Лига Небесных Войск объявила о временном невмешательстве в войну с Гриндевальдом, а также каждое государство-член Лиги должна привести свои войска в полную боевую готовность, чтобы выступить единым фронтом против любых противников.

Вьетнамцы, тайцы и лаосцы не хотели воевать вместе с французами, индийцы и индонезийцы не хотели воевать вместе с англичанами, филиппинцы и ланкийцы не хотели воевать с русскими, и все они не хотели воевать за Гриндевальда.

Тем временем немецкий лидер встретился с китайским императором, Чу Шикаем, основателем династии Чу. Чу Шикаю тогда было 140 года, на престол он взошел после тридцатилетней гражданской войны в 1872 году. Все удивлялись, как он смог так долго прожить, учитывая пару десятков претендентов на трон.

Чу Шикай был радикальным магглофобом. Его взгляды на магглов перенял его внук, Чу Уди, который являлся одним из иностранных спонсоров Пожирателей Смерти.

Чу Шикай пообещал Гриндевальду предоставить помощь.

Именно против китайцев собирались воевать представители Лиги Небесных Войск, именно в Чу Шикае они видели главного своего врага, а не в Геллерте Гриндевальде.

А 01.08.1935 константинопольский корпус начал штурм Багдада и русских отрядов, засевших в нем.

11.03.1985 в «Ежедневном пророке» и в «Ведьмополитене» появились заметки от Риты Скитер о смерти Киры Ричардсон в Венгрии. Газеты выражали сочувствие родственникам погибшей девушки. Корвинус Лестрейндж объявил, что три дня подряд служащие Отдела Тайн должны передвигаться по министерству со специальными траурными повязками на кистях.

Роман Кузнецов был уверен, что тут что-то нечисто. Кира до этого никогда не говорила, что у нее есть какой-то парень, тем более в Венгрии. К тому же после того, как Роман объяснил про хоркруксы, им так и не удалось поговорить. Из Отдела Тайн, в котором Ричардсон пропадала все четыре месяца, приходили лишь короткие отговорки, что она занята и не может выделить время из плотного графика. Над чем она работала — неизвестно.

Но тут она сорвалась на континент, а через пару дней находят ее труп. Официально, она была застрелена неизвестной криминальной личностью венгерской наружности, но никто не отменял оборотку. Ну или звенящие галеоны. Но международных переводов в последнее время не было. Если только с рук на руки.

Таким образом было освобождено одно кресло в Визенгамоте. Заседание 15 числа было отменено, так как проходило голосование. Кто-то предлагал сразу провести голосования на всех членов Визенгамота, но эта инициатива не получила поддержки.

Всего кандидатов было пять. Вернуться в Визенгамот хотел Регулус Томпсон, сорокалетний служащий ДМП, третий заместитель Амелии Боунс. Также Роман уговорил вернуться Бартемиуса Крауча, который отошел от дел Визенгамота летом 1982. Пришлось долго разговаривать с Краучем-старшим, на конец-то тот решился. Роман вздохнул от облегчения. Он уже думал, что придется доставать аргумент в виде спрятанного Крауча-младшего. От нейтралов был Никки Макдаун, который подрабатывал помощником в кафе Флориана Фортескью, а так жил за счет своего приятеля Арчи Блэшвика. Из авроров были Джон Долиш (нейтрал) и Кингсли Шеклболт (свет).

Тем временем Миллисента Бэгнолд решила провести генеральную проверку бюджета в отделе Артура Уизли. Было выявлено несколько небольших нарушений, из-за чего Артуру пришлось выплатить 40 галеонов. Юлиус Уоррингтон, работавший под начальством Уизли, заплатил 35 галеонов.

Роман спрашивал у Миллисенты по поводу отставки Корвинуса Лестрейнджа как сочувствующего Пожирателям Смерти. Бэгнолд ответила, что большинство членов Визенгамота не пойдет на такой шаг, тем более обычно все главы Отдела Тайн уходят в отставку по причине смерти, Визенгамот лишь однажды отстранял главу Отдела Тайн от занимаемой должности. К тому же у них нет достоверных доказательств, что Лестрейндж планирует воскресить Волан-де-Морта, а потребовать допрос с сывороткой правдой — это вызвать панику и непредсказуемые ответы от Пожирателей. Мордред раздери, из-за этого может вспыхнуть новая гражданская война. Вы этого хотите?

Нет, Кузнецов не хочет новой гражданской войны, хотя и настаивал на допросе с сывороткой правдой. Хотя бы в допросной Аврората. Но Бэгнолд уперлась и запретила пока-что предпринимать любые действия против Лестрейнджа как против Пожирателя Смерти. А проверки бюджета? Нет, спасибо, там даже черт ногу сломает. Все это прекрасно знают, поэтому просто отпишутся, что все ок.

В Орден был принят Фотос Броклхерст, еще один невыразимец. Он бодро докладывал, что Лестрейндж, Лавгуд, Гольштейн, Кроппер и Гиббон чем-то занимаются, запершись в кабинете у начальника. Уже несколько месяцев чем-то занимаются. Иногда к ним присоединяются Янус Тикки из госпиталя святого Мунго и Люциан Эббот.

Если они позвали Тикки, эксперта по ментальным проблемам, то, вероятней всего, из-за того, что они занимаются чем-то связанным с ментальной магией. Роман не имел нужной литературы про хоркруксы, чтобы ответить на вопрос: а нужна ли ментальная магия для воскрешения человека. Скорее всего, нужна, но это не точно.

А точно то, что Бартемиус Крауч-старший с большим отрывом победил и вернулся в состав Визенгамота.

15.03.1985.

Буэнос-Айрес

Энрике Пабло Дель-Поттер

Я плюхнулся в вязанное кресло на веранде моего летнего дома, который досталось мне от предыдущего министра магии, и щелкнул пальцами, зовя домового эльфа.

«Сейчас на вопрос: «Что вы делаете в свободное время», — я спокойно могу ответить, что сплю, прогуливаюсь по саду и пью кофе», — подумал я, беря из рук моего домовика кружку с горячим напитком, от которого исходил умопомрачительный аромат.

После присоединения Чили у меня было много работы.

Несколько раз приезжала специальная комиссия из совета МКМ с вопросом:

— Откуда деньги, голубчики?

Хорошо, что мы подумали об этом заранее.

Раз в три-четыре недели в «Аргентинском вестнике» появлялось сообщение об отряде черных искателей, которые находили клады в маггловских пустынях.

А маггловские полиции Аргентины, Чили и Парагвая занесли в свои базы данных информацию про несколько действующих банд карманников, которые воровали небольшие суммы (10-15 галеонов). Мало-помалу нам удалось накопить около 5000 галеонов, которые пошли на поддержку обычным торговцам и лавочникам.

Члены международной комиссии видели, что аргентинские власти получают деньги от черных искателей, магглов не обворовывают, объявили нас коррупционерами и мафиозными властями и уехали обратно. Совет МКМ написал около двадцати страниц релиза, в котором журил и осуждал мою администрацию за открытое сотрудничество с криминалом и рекомендовал всем странам не торговать с нами.

Большинство стран продамблдоровского блока: Франция, Фландрия, Египет, Дания и другие присоединились к санкциям и депортировали на родину нескольких аргентинских граждан, которые тут же уехали в Колумбию и Новую Англию, которые доброжелательно принимали их и отправляли работать уборщиками в министерство или в драконьи заповедники.

Еще одной проблемой была Бразилия и ее постоянно меняющие друг друга министры. При этом у каждого следующего министра был абсолютно иной курс развития, противоположный старому. Нельзя было рассчитывать на долгосрочное сотрудничество.

Когда обнаружилась связь между министром Пасару, его покровителем и главным спонсором и Гриндевальдом, то разразился жуткий скандал, подпитываемый деньгами партии «Справедливая и честная Бразилия» Сейджа Густо. Пасару ушел в отставку, уехав в Швейцарию, а Густо занял его место и присоединился к санкциям против Аргентины, посадив в тюрьму всех аргентинцев и чилийцев, которые были в тот момент в стране. Парочке удалось сбежать нелегально, через маггловской мир.

Мне пришлось несколько раз встречаться с каждым министром магии Бразилии. Естественно, на нейтральной территории. Если я бы поехал бы в Бразилию при некоторых министрах, то тоже попал бы за решетку. Нет, встречи исключительно в Каракасе или в Паликире.

Сейчас кажется, что власть Густо стабильна и продержится достаточно долго.

Тем временем власть сменилась и в Колумбии. Министром магии стал Веспасиан Торропьеро, который получил кличку Бульдог. Он оказался ярым сторонником идей Гриндевальда.

Мой повелитель уже отошел от идеи объединить Южную Америку в единое государство. Сейчас наша главная цель — уничтожить Бразилию.

Недавно я приехал с первой встречи с Торропьеро, на которой мы предварительно поделили Бразилию. Поход запланирован на лето 1986, когда Аргентина наберет достаточно денег, а в Колумбии партия Торропьеро — достаточно голосов за ведение военных действий. Сейчас Каракас ведет внутреннюю пропаганду против нынешних бразильских властей, осуждая их практически по каждому поводу. Интересно, а они имеют хоть что-то делать нормальное? Или колумбийские газетчики обвинят их даже в том, что они неправильно дышат?

Колумбии достается богатый север, в том числе и Жуан-Песоа, Риу-Бранку, Манас, Белен и другие, а Аргентине достанется менее богатый юг: Сан Паулу, Рио-де-Жанейро, Флорианополис, Потоси и другие.

Когда мы покинули встречу, то Антонио сказал мне:

— Эх, колумбийцам все богаче и проще. В Риу-Бранку их встретят, как своих, так как этот штат давно хотел отделиться от Бразилии.

В ответ я заметил:

— В Потоси сейчас тоже низки провластные настроения. В 1910 этот штат хотел отделиться и создать Эстаду-Да-Либердади, а недавно появилось течение, возглавляемое магглорожденным, за создание суверенной Боливии. Слышал, в Потоси многие недовольны тем, что им не позволяют создать поселки на территории маггловской Боливии вне Потоси. Но любые власти магической Бразилии руководствуются принципом: «Один маггловской штат — один магический поселок». И многие, особенно на юге, этим недовольны. Не думаю, что нам будет сложнее, чем колумбийцам. Да, у них более богатые места, зато у нас территорий больше, а там пляжи, солнце сияет, что очень хорошо привлекает желающих отдохнуть. Какой-нибудь португальский или австрийский аристократ с радостью поедет в дружественную Аргентину, а не в проанглийский Египет.

Теперь готовимся к бразильской кампании и смотрим на внутреннюю обстановку во вражеской стране. Может быть, удастся привести к власти более лояльные к нам власти.

01.08.1935 константинопольский корпус начал штурм Багдада, где дислоцировались русские отряды. Защитники Багдада подняли куполообразные щиты, а также выставили круг из големов и нескольких смеркутов.

Если патронусом можно отогнать дементоров и смеркутов, то, чтобы уничтожить их нужно более сложное и энергоемкое заклинание, которое под силу немногим магам.

Среди осман таких было трое: Зейнеп Дениз, Джемил Курт и Реджеп Келебек.

Смеркуты были разброшены по всему периметру города, а по тем, кто пытался их уничтожить, тут же открывали шквальный огонь заклинаний. 01.08.1935 таким образом погибли Дениз и Келебек.

Третьего числа к Багдаду прибыл Флориан Растмус, фландрийский мастер чар, трехкратный чемпион мира по дуэлям. За три дня смеркуты убили двенадцать бойцов, а щиты просели лишь на 30 процентов.

Десятого числа Растмус доложил в Константинополь, что смеркуты полностью уничтожены, защитный купол пробит, а большая часть отрядов големов была подавлена. Несмотря на колоссальные потери, османы пошли вперед, где их уже ждали хорошо приготовившиеся русские.

А сзади вдруг появилась часть бейрутского отряда англичан, которые тоже открыли огонь по османам.

Некоторые бежали с поля боя, а кто-то остался до конца.

В итоге, Багдад остался за русскими, а османский и английский отряды были полностью уничтожены.

23.08.1935 османский султан, разозлившись от печальных известий из Ирака, приказал выдвинуть в сторону Багдада новый отряд, состоявший на половину из итальянцев.

Услышав о приближающихся османо-итальянском отряде, Артем Камилов, возглавляющий оборону и коммуникацию иракского фронта, сказал, что Багдад они точно потеряют, но в силах оставят незабываемый сюрприз гриндевальдовцам.

Со всех сторон магический Багдад был обложен минами, которые взрывались и уничтожали все в радиусе двадцати метров от себя при приближении кого-то живого.

Несколько раз мины срабатывали на магглов. Мины, которые могли почувствовать магический фон и сработать лишь при его флуктуациях, в то время были редки и существовали в единичных экземплярах.

Пока османы и итальянцы добирались до Багдада, 15 из них подорвались.

03.09.1935 после трех дней перестрелок османы и итальянцы заняли Багдад.

После продолжительных переговоров 30.09.1935 Германская империя, Италия, Османский султанат, Швеция, Польша, Россия и Болгария подписали белградское перемирие на полтора года. По условиям этого перемирия, ни одна из сторон конфликта не должна в течение полутора лет нападать на другие страны договора. Подписание перемирия было вызвано усталостью солдат и большими потерями с обеих сторон.

В октябре к этому перемирию присоединились англичане, испанцы, швейцарцы, португальцы, греки, сербы, румыны, трансильванцы, датчане, ливанцы, индийцы, персы и албанцы. Большинство из них хотели гарантий того, что их не втянут в войну.

Единственной страной из СФЕ, которая не подписала перемирие, была Франция, которая обвиняла в трусости все страны, которые присоединились к белградским договоренностям.

Народ ликовал, когда Крауч вернулся в Визенгамот. Все-таки Бартемиус-старший прославился в первую очередь как бескомпромиссный борец за справедливость и правду, а то, что он посадил собственного же сына, который оказался Пожирателем Смерти, только сработало на его рейтинг. Народ говорил:

— Смотрите, какой он справедливый, готов пожертвовать собственным же сыном. Все ради справедливости, все ради всеобщего блага.

Ой, извините, народ не говорил последнюю фразу. Все-таки дни войны с Гриндевальдом впечатались в осознание магов сильно и надолго. Но суть вы точно уловили.

Пожиратели скрипели зубами и злобно поблескивали своими глазками, плевались ядом прямо в министерстве при появлении Крауча на горизонте и обходили его десятой дорогой.

Сам Крауч нанял для себя двоих громил из стаи оборотней. Из тех оборотней, которые зарегистрировались в министерстве и прошли проверку на адекватность. Но звериную сущность никто не отменял, поэтому такие оборотни в магическом мире могли работать лишь телохранителями.

В магической Британии было две стаи оборотней. Проминистерская стая Рундвика Айза, в которую как раз и вступил Ремус Люпин, и аппозиционная стая Фенрира Грейбека. Официально Фенрир со своими волками находился в розыске, а в реальности преспокойно появлялся пару раз на неделе на Ночной Аллеи и сдавал сбор трав из запретного леса лавочникам. Немного по сниженной цене. Лавочники были довольны, так как хорошо экономили на нем, а в Аврорате пополнялись папки с досье, в которые с педантичной аккуратностью вносился компромат.

Тем Временем Роман пытался отыскать хижину Гонтов. Единственная информация, которая ему была известна, — это адрес. Литтл-Хэнглтон.

Роман мало-что знал про жизнь в маггловской Англии. Он мог опираться лишь на книги Агаты Кристи и Артура Конан Дойла. На информацию конца девятнадцатого века. Но он все равно знал про магглов побольше, чем большинство жителей магической Британии.

Читая учебник по маггловедению, по которому учились немногие студенты Хогвартса, Роман Кузнецов был готов биться головой о стену. Еще неизвестно, от чего больше: от смеха или от тупости и отсталости составителя учебника.

Железные телеги с паровым двигателем, успокоительное из опиума, колониальная система… Черт, этот учебник писали в прошлом веке. Это уже недействительна.

Он пытался поговорить на эту тему с Миллисентой Бэгнолд. Та, нахмурившись, ответила, что разберется с этим и прогнала его из кабинета, так как пришел Люциан Эббот с нытьем про то, что жители Ночной Аллеи вообще обнаглели и не дают взятки честным аврорам.

Нет, этот гундеж Роман сейчас не будет слушать. А лучше вообще никогда.

У него проблемы с хоркруксом.

В железнодорожных справочниках никакой информации про Литтл-Хэнглтон не было. В буклетах для туристов тоже.

В начале мая Роман плюнул и написал письмо лорду Гонту с просьбой помочь в убийстве его племянника Томаса, по чей милости Морфин провел полвека в Азкабане.

Хотя Морфин и ненавидел нечистокровных всей душой, но он иногда оперировал таким понятием, как отдача долга. Он был должен этому проклятому полукровке за то, что тот вытащил его из Азкабана, иначе Морфин загнулся бы через пару лет. Небольшой долг жизни все-таки висел, так что, если этот грязный полукровка объяснит по нормальному, зачем ему эта хижина, то, может быть, он поможет ему.

Нужен перстень, который этот маггловский выродок спрятал в хижине? Пускай, он не против.

Гарри Поттер.

Первые несколько недель моего пребывания на Тисовой улице кузен Дадли пару раз пытался истыкать меня до смерти. Он начинал толкать и тыкать меня и внимательно следил, как я постепенно отодвигаюсь от него.

На конец мне все это надоело, и в один прекрасный день я схватил его руки, которые уже потянулись по направлении ко мне, и уставился прямо ему в глаза очень недовольным взглядом, выплеснув в окружающую среду немного магии.

Удалось. С тех пор Дадли предпочитал обходить меня десятой дорогой. В тот раз он обделался в штаны. Сочувствую, крайне отвратное ощущение.

Наверное, полтора года в теле младенца, в рот которого несколько недель вливают молоко, вкусовые качества которого не могли получить никаких положительных отзывов, а из нижних отверстий которого льется и льется в штаны, приучили меня невозмутимо глядеть на грязь и прятать поглубже в душу возникающие эмоции отвращения. По моему лицу вряд ли можно было прочитать, что меня чуть не передергивает от грязи, но в чистоплотности я переплюнул тетю Петунью, которая помешалась на этом.

Первые полугода я жил в одной комнате с кузеном. Тете было так удобно. Если придется вскочить ночью, то нужно будет бежать лишь в одно место.

Но летом 1982 года меня все-таки переселили в маленькую спальню, находящуюся на втором этаже прямо напротив спальни дяди и тети, так что я все прекрасно слышал, что творится там.

Когда тетя говорила мне, что теперь это моя комната, на ее лице было такое выражение, словно она говорит с умственно отсталым. Не знаю, была ли она знакома с моим отцом, но, если да, то понятно, откуда такое отношение. Все-таки гены пальцем не размажешь. Хотя я слышал в прошлой жизни, что дети чаще идут в дедов, и, если отец или дядя вашей супруги был убийцей, то, вероятней всего, в вашем ребенке рано или поздно проявятся криминальные наклонности.

Тетя и дядя постоянно жили на взводе, ожидая, что я что-то отчебучу. Например, подожгу шторы или разрушу стол. Особенно это было заметно в первые месяцы. Потом они немного поуспокоились, когда я не проявлял магические способности. Черт дери, как они еще не сошли с ума и не стали параноиками похлеще Муди, если они каждую секунду ожидали от меня огненного смерча? Железные нервы.

Осенью 1984 года нас отправили в подготовительный класс. В британских школах дети идут в первый класс в пять лет. Слышал, что где-то в Шотландии и Северной Ирландии могут отправить и в шесть лет, но это исключение.

Полкисс и остальные рожи из канонной шайки Большого Д тоже появлялись на этих занятиях. С Полкиссом я уже был знаком. И Дурсли, и Полкиссы были видными семьями в Литтл-Уингинге. В одной семье муж руководит фирмой по производству дрелей, на которой работает сразу несколько семейств победнее из городка, а жена быстро завоевала доверие среди местных домохозяек, а во второй: муж — глава полицейского участка, приятель главного полицейского в графстве, а кто-то поговаривал, что Полкисс-старший имеет связи и в албанской мафии, но это не точно, а жена мистера Полкисса тоже была постоянной и уважаемой посетительницей клуба домохозяек городка.

Неудивительно, что Вернон Дурсль и Ричард Полкисс часто ходили друг к другу в гости.

Когда мне исполнилось четыре года, то тетя стала поручать мне отнести мусор и немного подмести на втором этаже. Говорила при этом она с таким лицом, словно разговаривала с садистом, который на ее глазах разорвал на куски британского премьер-министра и сожрал его сырое сердце.

Одним прекрасным летним утром в 1985 году я проснулся от того, что кто-то теребит меня за руку.

Эта была одна из тех ночей, когда мне ничего не снилось, а сон скорее можно было назвать дремой. Та самая дрема, после которой во рту остается мерзостный привкус.

Открыв глаза, я уставился в два зеленых фонаря, которые висели на уровне моей руки и, не моргая, смотрели на меня. Это были глаза живого существа, потому что от направленных лучей фонарей, во-первых, исходит тепло, а эти зеленые лучи не согревали, а, во-вторых, взгляд можно отличить от луча света по весу, по давлению. Взгляд может давить на кожу, проникая прямо в мозг, а свет на подобное не способен. Просто в свете нет толики жизни, которая присутствует во взгляде животного или человека.

Я машинально потянулся правой рукой к тумбочке, на которой лежал заточенный нож. Только сегодня заточил. Как будто чувствовал, что понадобится.

Войдя на кухню, тетя вскрикнула:

— Что ты делаешь, мальчишка?

— Нож точу, — невозмутимо ответил я. — На прогулке понадобится. На тот случай, если всякие маньяки будут приставать.

С этими словами я развернулся, размахнулся и кинул нож так, что он врезался прямо в яблоко, лежащее на столе.

Тетя отшатнулась и с ужасом поглядела на меня.

С тех пор она предпочитает избегать меня. Не удивлюсь, что она подумала, что вскоре к нам придет полиция, так как я кого-то зарежу. Надеюсь, в школу святого Брутуса меня не отправят.

— Сэр Гарри Поттер! — пропищали зеленые глаза. — Это вам!

Тут что-то полетело и с тихим чавканьем приземлилось мне на грудь, а глаза с тихим хлопком исчезли.

Домовой эльф? И кто может писать мне в такое время?

Пожиратели, которые все-таки хотели отомстить за своего лорда? К сожалению, новостей из магической Британии я не получал, поэтому не знаю, посадили ли тех же Лестрейнджей или Джаксона.

Я потрогал конверт пальцами. Вроде бы пока-что все нормально.

Ключевое слово — «Пока-что».

Я сел, разорвал конверт и включил настольную лампу.

Прочитав письмо, я хмыкнул.

Значит так быстро? Не нужно ждать девяноста первого года?

Я много раз думал над словами «Сделать лорда снова адекватным». К сожалению, у меня не было шаблона или четко указанных требований к понятию «адекватный».

Можно ли считать лорда 1981-го года, которого я несколько раз видел в коттедже Поттеров, адекватным? Скорее всего да. Может быть, в нем осталось то безумие, из-за которого в 1977-1979 годах Пожиратели Смерти превратились в банду убийц? Наверное, осталось. Разбираюсь ли я в хоркруксах? Нет. Значит нужно найти того, кто шарит в этой теме. Встану если-что я под знамена лорда? Вряд ли. Вероятней всего, свинчу куда-нибудь на континент, подальше от разборок Дамблдора и Волан-де-Морта, так как они мне на хрен не сдались.

Но пока-что у меня есть задание, которое мне лучше выполнить. Последствия я не берусь предсказывать, но у меня есть стойкое ощущение, что они точно мне не понравятся. Поэтому лучше не испытывать судьбу.

Зачем это мрачным жнецам или тем, кто прикидывается ими? А черт их знает. Вряд ли они соизволят назвать настоящую причину. Какую-нибудь причину-пряник, чтобы я, веляя хвостиком, побежал выполнять их задания — да. Могут и назвать. Но я бы не доверял бы им. Однако, это уже их проблемы, они сами разберутся. Не маленькие, а в няньки или в военные аналитики я им не нанимался.

Сьюзен Боунс.

Не знаю, как я смогла пережить первые два года. Пришлось сосать груди у этой Мэри.

Я вздохнула от облегчения, когда моих новых родителей на конец-то прибили.

На торжественных поминках мне было скучно и хотелось спать.

А теперь на голову тети легла еще одна проблема.

Мое кормление.

Из-за отвратительного вкуса еды я часто устраивала магические выбросы. Например, ломала китайскую вазу или рамку от памятной колдографии. То есть то, что легко можно восстановить с помощью обычного Репаро.

Иногда к нам заходили Тонксы. В первый раз от вида бывшей сестрицы меня чуть не перекосило, а с потолка упала дверная перемычка. Почти стукнула голову Андромеде. Жаль, что промахнулась.

Нимфадоре — какой маггловской алкаш придумал это имечко — было восемь лет. И она мечтала поступить на Хаффлпафф вместе с Арфангом Макмилланом. Интересно, почему в том мире она связалась с блохастым оборотнем Люпином, который вдвое был ее старше и выглядел, как маггловской бомж, а не с Макмилланом? Ладно, пусть будет светлый, не за сына же Пожирателей ей выходить замуж. Но почему она разорвала отношения с Арфангом?

Если бы не Макмиллан, то ей прямой путь на Гриффиндор.

Вместо приветствия она предпочитала хватать меня и кидать наверх, как бладжер.

Бесит, Мордред ее отымей.

Вон та ваза прекрасно смотрелась на ее голове. Что сразу орать?

Анди и тетя Амелия пили чай и разговаривали про то, что происходит в магической Британии.

А Нимфадора выкладывала на меня абсолютно все сплетни, которые она слышала.

На риторический вопрос:

— Как ты думаешь, стану ли я мужем Арфангу, — я ответила, буркнув:

— Превратите друг друга в фарш.

Нимфадора на это лишь рассмеялась, подумав, что я случайно ляпнула фразу, как попугай, подслушав ее про чьи-то семейные отношения.

Кстати, а никакого Арфанга Макмиллана в том мире я не помнила. Или его не было, или я его просто не заметила, или он погиб.

Первого числа ноября 1981 светлая праздновала падение милорда, говоря, какой он был ужасный и вообще…

Прибить кого-то хотелось, честное слово.

Джаксону удалось бежать на континент. Где он — никто не знает. Разгром поместья — а там перевернули все верх дном — ничего не дал.

Слышала, что Рабастан женился и теперь имеет сына. Странно, в том мире казалось, что его вообще не привлекает противоположный пол. Даже в Хогвартсе он ни за кем не ухаживал.

А тут какая-то немка.

Фрэнка и Августу Лонгботтон убили. Алиса уехала в Ирландию.

О чем я думала в том мире, когда в ноябре 1091 встретилась с четой Лонгботтонов и пыталась выбить из них правду? Лишь о служении лорду. Для тогдашней меня это было все. Стану ли я такой в этом мире? Вряд ли. Между мирами в меня внесли какие-то ментальные закладки, которые просто не дадут мне поступить так. Да, со временем они могут истончиться и поломаться, но это случится ближе к тридцати-пятидесяти годам. Время еще есть.

Сначала мы жили в поместье Боунсов, хотя номинально оно принадлежало Раймонду Мальсиберу, как ближайшему родственнику Эдварда Боунса мужского пола. Но Мальсибер отсиживается в Азкабане, поэтому никаких претензий выдвинуть не может.

Только для содержания большого поместья нужны большие деньги, а тете Амелии доступен лишь небольшой сейф, доставшийся ей от родителей, плюс министерская зарплата.

Поэтому в 1983 году мы переехали в летний домик в Корнуолле и продали последнего домового эльфа. За 2000 галеонов. Средняя цена для этого времени. Это в девяностых она резко повысится из-за резкого спада рождаемости ушастых, большой смертности и той истории с Добби.

Магическая Британия быстро узнала, что Люциуса обдурил собственный эльф. И тут все подумали, а почему их также не могут обмануть свои же эльфы. Некоторых домовиков из-за разыгравшейся паранойи прибили до смерти, а многие пошли продавать. Сначала цена резко упала вниз из-за роста предложений и отсутствия спроса, но эльфы быстро гибли от рук заботливых хозяев, так что в 1995 домовика практически нельзя было достать. Если только у вас не было сейфов Малфоев с миллионами галеонами. Выгодней было закупить где-то во Франции или в Дании, куда дошли лишь отголоски скандала.

Слышала, что в Португалии в 1996 году не осталось ни одного домовика. Лучше своими руками убирать поместье, потратив много часов, чем опасаться, что тебя прибьет эльф.

А домовики с этим ничего не могли поделать, потому что они были более послушней, чем Добби.

В декабре 1984 Тед Тонкс и Анди развелись. Моя непутевая сестрица обвиняла Теодора в том, что тот блокирует закон Альбуса Дамблдора. Несмотря на всю мою ненависть и брезгливость к магглам, я поддержала бы Теодора, так как у старинных семейств достаточно много финансов вложено в маггловской рынок.

Также Андромеда обвиняла Теодора, что тот предал идеалы света и переметнулся в стан врага. Короче, они развелись. Нимфадора, к моему неудовольствию, досталась матери, которая также с завидной регулярностью встречалась с тетей Амелией. А через пару дней Теодор стал семейным целителем Роули. Интересно, какую сторону он примет в случаи возрождения милорда? В том мире до меня доходили слухи, что в рядах Пожирателей, среди стада молодежи, которая воевала или за деньги, или из-за гормонов, встречались грязнокровки, которые скрывали свое происхождение. В принципе, убивать всех грязнокровок и магглов милорд не собирался. Да, запретить им вступать в браки с полукровками и чистокровными. Но тот же завхоз Филч, сквиб, спокойно выполнял свою службу, а Теодор Тонкс также работал в госпитале святого Мунго и не собирался уходить в подполье. Были такие же фанатики, как Амбридж, которые придумали теорию о краже магической крови, которую милорд негласно поддержал. Меня подобные материи тогда не волновали, тогда я хотела быть рядом с милордом и следить за каждым его шагом. На политику и идеологию мне было наплевать.

А тот закон все-таки приняли. Придется всем чистокровным продавать свои компании. Скорее всего, родне из числа сквибов или доверенным лицам из магглов. Никто не хочет терять прибыль.

В мае 1985 года я решилась написать два письма.

Пергамента в доме было хоть отбавляй. Специальные руны пришлось чертить пару недель, опираясь на воспоминания. Хорошо, что есть омут памяти, в который тетя никогда не заглядывает.

Одно письмо отправила Гарри Поттеру. Ну или тому, кто занимал его тело, с просьбой о встречи в ближайшее время. А второе письмо отправилось Пандоре Лавгуд, с которой мы дружили во времена учебы. Как раз для переписки мы нашли эти руны. Если не ошибаюсь, их первой нашла Арджентина Берк. К письму Пандоре прилагался небольшой флакон с воспоминаниями. Надеюсь, поверит.

Наша сова смоталась в два конца Британии достаточно быстро. Тетя ничего не заметила. Не заметила, как под ее носом начался заговор по возрождению темного лорда.

31.05.1985

Эр-Рияд.

Пылало адски. Даже охлаждающие заклинания не справлялись. Животные попрятались, верблюды взирали на мир с вопросом в глазах: «За какие грехи отцов наших нам такие муки достались?», а в беседке, в самом холодном на многие километры месте, сидели двое магов и обсуждали способы разбора души на компоненты и их сохранения на физических носителях. Такие услуги были редкими, и лишь самые умные некроманты могли справиться с поставленной задачей. По счастью, один из них жил в Аравии. Ахмет Аль-Вахид У-Субъун.

На протяжении нескольких дней он втолковывал Пандоре Лавгуд базовую информацию по теме разделения души, физических носителей ее частиц, применении их в некромантических зельях и в создании инферналов. О способе полностью возродить человека, собрав из остатков души целую, он не знал, лишь слышал.

А на вопрос «Зачем вам эта информация», Пандора Лавгуд, подумав немного, решилась потребовать с Ал-Вахида У-Субъуна непреложный обед, после чего рассказала вкратце поставленную перед ними задачу.

Некроманты в Аравии быстро теряли популярность, некоторые уезжали в Магриб или в Индию, где их профессия до сих пор была востребована. Поговаривали, что под напором светлой фракции, глава которой, Бенджамин Ибн-Аль-Туйур, был другом Альбусу Дамблдору, продвинут и смогут утвердить закон о запрете некромантических ритуалов и зелий на территории Аравии.

Подобные тенденции наблюдались практически во всех странах, исключая полузакрытые страны, куда иностранцам достаточно проблематично попасть, например, в России или в империи Чосон.

В 1984 году некромантию запретили в Новой Англии и в ЮАР, вскоре к ним присоединятся Аравия, Ливан, Палестина и поговаривали еще про Австро-Венгрию с Албанией.

Перед британским Отделом Тайн стояла задача найти наиболее адекватный слепок личности из имеющихся — с этим никаких проблем не должно быть — взять оттуда ментальный скелет и все, что связано с ментальным состоянием и рассудком, а потом закачать туда память из наиболее старого слепка личности, которая к тому моменту была крайне нестабильна и поддерживалась лишь с помощью магии из сети меток.

— Не о вашем темном лорде идет речь? — задал Ахмет риторический вопрос, на который получил ответ в виде предостерегающего взгляда.

— Я все прекрасно понимаю, я не буду говорить ничего светлым. И да, послушай, если вам понадобятся моя помощь, то вы, вероятней всего, найдете меня или в Непале, или в Азербайджане. Я постараюсь найти всю доступную информацию про возрождения человека, но большинство из них хранится в египетских пирамидах, а я слышал, что тамошние светлые заинтересованы в полном уничтожении этих знаний.

Лицо Пандоры выдало ее отношение к тем, кто хочет уничтожить какое-либо знание.

— Все есть яд, и все есть лекарство. Отравленный человек возненавидит яд, который проник ему в организм, и будет бороться до конца, пока не выиграет или не проиграет эту битву. И он не будет слушать слов тех, кто будет утверждать, что он отравлен лекарством. Египетские светлые не отступятся, они будут ссылаться на многовековую историю страны, на протяжении которой некроманты творили лютую дичь, от которой пострадало много людей. Не знаю, к чему приведет возрождение вашего лорда, но я могу прочесть в воздухе запах веления судьбы, которой угодно, чтобы история мира нашего пошла именно по этой ветви развития. А кто мы такие, чтобы противоречить или пытаться обхитрить высшие силы? Никто, с точки зрения вселенной и здравого смысла, и самопровозглашенные боги, с точки зрения нашего самолюбия. Поэтому я поеду в Египет, пытаясь украсть то, что смогу, и передам вам на хранения. Надеюсь, не нарвусь на конкурентов.

— Спасибо за вашу помощь, господин Ал-Вахид У-Субъун, — поблагодарила миссис Лавгуд.

— Джин с тобой, дитя северных земель, — ответил старый некромант.

*От автора:

Интересно, кто-нибудь сможет догадаться, откуда я взял фамилию для аравийского некроманта? Жду ваших предположений. И спасибо, что читаете мое произведение.

30.05.1985

За обедом в столовую «Пешки» влетела взмыленная сова с выпученными глазами. Ксенофилиус поймал брошенный совой конверт с прицепленным флаконом воспоминаний прямо над своей чашкой супа. А вот вазу с яблоками он не успел уберечь. Сова плюхнулась в нее, как маггловской истребитель с подбитым крылом, опрокинув вазу на бок. Яблоки посыпались и покатились по полу, а сова моментально уснула.

Лавгуд пустил пару элементарных сканирующих заклинаний, которые он знал. По всей видимости, сова долгое время долбилась в антисовиный барьер, который оставил магические следы на ее перьях и клюве. Они должны быстро выветриться, все нормально. Также под совой был еще один конверт.

Конверт, пойманный мистером Лавгудом, был невзрачный, серым, без всяких опознавательных знаков.

Ксенофилиус хмыкнул, прочитав «Лично в руки Пандоре».

После обеда он подозвал Ориона, самого выносливого почтальона их семьи, который сможет долететь до Аравии, и вручил тому письму, приказав лететь к хозяйке.

— Ух-ух-ухух, — отозвался Орион, стукнул мистера Лавгуда по макушке и вылетел в распахнутое окно.

А в кармане мантии Ксенофилиуса топорщилась точная копия письма с копией воспоминаний.

Запершись у себя в кабинете, Ксенофилиус раскрыл письмо и начал читать:

«Дорогая Пандора,

Может быть, ты не поверишь в то, что тебе пишу именно я, но руны, нанесенные на обратной стороне пергамента, должны убедить тебя, что это вправду я. Как ты помнишь, эти руны не позволят мне написать что-то ложное. Прошу сначала просмотреть воспоминания в приложенном флаконе перед тем, как читать дальше…»

Ксенофилиус посмотрел на обратную сторону, испещренную линиями и небольшими руническими символами. Похоже это были славянские символы.

Где у них тут пособие по славянским рунам?

До четырех часов утра, позабыв про ужин, Ксенофилиус просидел над свитками. Получив результат, он засел за написание письма своему начальству. Он все-таки как-то должен объяснить свой прогул на работе. Вот и описал в подробностях значение и взаимодействия рун и магических линий на рисунке, который он добавил в начале.

Потом настало время воспоминаний.

Омут был в Отделе Тайн.

Хорошо, что для своих сотрудников здесь камины всегда открыты.

Через полчаса он вынырнул из омута, хватая воздух ртом. Такого он не ожидал.

«…Теперь ты просмотрела мои воспоминания и хочешь задать мне вопросы. Предлагаю поскорее встретиться, чтобы все разъяснить. Ты можешь прийти одна или привести с собой пару наиболее доверенных лиц из числа: мужа, Корвинуса Лестрейнджа или Саргаса Кроппера. Кому из них ты больше доверяешь? В свою очередь, я попытаюсь привести с собой того, кто известен в этом мире как Гарри Поттера, чтобы мы смогли обсудить все интересующие нас темы за минимальное количество раз.

Жду твоего ответа,

Твоя Беллатрикс»

Ксенофилиус вернулся домой. Отоспаться.

За обеденным столом уже сидела его пятилетняя дочь Луна. Завтракала.

— Доброе утро, Луна, — поздоровался мистер Лавгуд.

— Доброе утро, папа, — задумчиво ответила та, смотря куда-то вне пространства. — У тебя много мозгошмыгов.

Угу. Да, он очень устал. А в их семье «много мозгошмыгов» обозначает или напряженную мозговую деятельность, или усталость от проделанной работы.

— Да, Луна. Я сейчас пойду спать.

— Хорошо, Обсерванус за мною присмотрит.

Ксенофилиус кинул короткий взгляд в угол, где притаился домовик.

Вот все-таки хорошо, когда есть такой прекрасный помощник, как домовой эльф. Особенно, если вы пропадаете на работе по нестабильному графику, а у вас маленький ребенок, за которым нужен присмотр.

Гарри Поттер.

Письмо мне пришло поздно ночью. С эльфом, который тут же исчез. И меня просят написать ответное письмо.

И каким образом я должен отправить ответ? Моментально овладеть телепатией на уровне бога и отлевитировать несчастный листок на другой конец Британии? Кстати, куда? В Уилтшир, в Лестершир или в другое место?

Хорошо, что на следующую ночь эльф снова появился и потребовал ответ. Срочно дать ответ, так как он не может так долго и на таком расстоянии обходиться без хозяйки, по той причине, что связь между ними еще не окрепла. Эльфа подарили госпоже Амелии Боунс на День Рождения первого мая, вот эльф еще не успел нормально наладить связь с магией хозяек, от которой он питается, а взамен выполняет работу по дому. Ему повезло, что обе хозяйки — сильные волшебницы. Подарили его Амелии Боунс, однако, ее племянница более сильная волшебница даже в этом возрасте, поэтому он пытается привязаться сразу к обеим, а из-за силы младшей хозяйки с большим удовольствием выполняет именно ее поручения и не собирается докладывать номинальной хозяйки, пока та на прямую не спросит.

Я кивал, как китайский болванчик, пока выслушивал эти объяснения, и карябал короткий ответ.

Мне удобней всего было встретиться в парке в нескольких улицах от дома семьи Дурсль, ночью, желательно в выходной день, когда мне не нужно вставать рано и идти в школу.

Встреча состоялась в ночь с 15 на 16 июня, с субботы на воскресенье.

Пока Дурсли мирно и крепко спали я на цыпочках пробрался по дому и выскользнул на улицу. Остановился на минуту, прислушался. Мне показалось, что входную дверь я закрыл слишком громко и сейчас Дурсли от этого грохота встанут и поймают меня.

Обошлось.

Я, ежась от холодного ветерка, который, в отличие от весеннего или осеннего, проникал прямо до костей, пробирался по пустынным улицам Литтл-Уингинга. Где-то вдалеке вяло лаяла собака, словно она не хотела делать это, но обязанности заставляют, а по веткам деревьев мимо меня, махая хвостом, прыгала с решительным выражением морды белка.

На конец-то я пришел в парк.

Компания магов была заметно издалека. Больше никого в тот час не занесло в это место.

Они сидели на скамейке в центре парка возле фонтана, который отключили на ночь. Два мага среднего возраста держали перед собой волшебные палочки с зажженными на концах Люмосами.

Первого я узнал сразу. Ксенофилиус Лавгуд. А он не изменился за эти четыре года. А вот другой был серым человеком с ничем непримечательным лицом, который запросто затерялся бы в толпе, с полным отсутствием волос, от чего его голова напоминала футбольный мяч. Одет он был в легкую летнюю одежду. Хорошо, что не в ночнушку с юбкой.

Между ними сидел старик. Хотя он и выглядел на пятьдесят лет, одетый в маггловской деловой костюм и излучавший энтузиазм подростка, но по глазам и по морщинам сразу становилось понятно, что ему под сто или того больше. В принципе, нормальный возраст для мага, чтобы уйти на покой и заняться разведением соплохвостов на заднем дворе.

Пандора Лавгуд сидела по правую руку от своего мужа, а справа от второго мага среднего возраста сидела девочка моих лет с рыжими, как морковь, волосами, синими глазами, курносым носом и пренебрежительным выражением лица. Если бы не последнее, то она была бы точной копией Амелии Боунс. Она тоже была одета, как выращенная в маггловском мире.

Сьюзен Боунс.

— Добрый вечер, господа, — проговорил я, пытаясь придать голосу хрипловатость, а то он получался совсем писклявым.

Старик вперился в меня заинтересованным взглядом.

— Гарри Поттер? — осведомился он.

— Да.

— Или же Якоб Смирнов?

— Хоть горшком назовите, только в печь не ставьте, — буркнул я, садясь возле Сьюзен.

Маги фыркнули.

Первым представился старик. Это был Корвинус Лестрейндж V, который, в отличии от своих предков и потомков, пошел не в породу Лестрейнджей, а походил на свою мать из рода Тремпли.

Вторым магом среднего возраста оказался Саргас Кроппер, заместитель Корвинуса и главный помощник, мастер чар и рун.

Волновался ли я? Отчасти. За последние несколько лет у меня было много опыта по сдерживанию эмоций и волнений. Достаточно, чтобы приглушить в этот раз мои чувства. Но все равно я волновался от осознания того, что я касаюсь части магического мира, от осознания, с кем разговариваю — особенно, кто сидит рядом — и от того, что участвую в каких-то интригах.

Первой заговорила Сьюзен. Хотя остальные маги и были вкратце осведомлены о задании, но Сьюзен добавила деталей, упомянув о моем обмене.

— Значит вампиром, — произнес в полголоса Лестрейндж, окинув меня внимательным взглядом ученого, который вышел на след открытия мирового уровня.

— Да, сэр, — подтвердил я.

— Кхммм…

— А на сколько ты осведомлена о последних событиях магического мира? — поинтересовался глава Отдела Тайн у Сьюзен.

— Слышала про то, что Тонксы развелись. Все потому, что Андромеда дружит с моей матери и часто заглядывает к нам. Также слышала про закон Дамблдора.

— Что еще за закон? — прервал ее я.

— Закон о полном запрете торговли с магглами. Раньше на маггловском рынке нельзя было торговать зельями и амулетами, согласно какой-то статье Статута о секретности, — начал объяснять Ксенофилиус. — Но теперь британские магии вообще не могут ничем торговать с магглами.

— Даже маггловскими носовыми платками? — поинтересовался я.

— Даже ими.

— А зачем Дамблдору принимать подобный закон?

— Официально, так как он заботится и о магглах, и о магическом мире, и не хочет, чтобы маггловские компании страдали от магических конкурентов и чтобы маги не подвергали свой мир риску раскрытия.

— Последний аргумент хорошо сработал?

— Да, многие нейтральные семьи перешли на сторону Дамблдора по этой причине.

— Все равно им удалось выиграть лишь с преимуществом в десять голосов, — прокаркал мистер Лестрейндж. — Тем более в июле Визенгамот будет рассматривать апелляцию от Люциуса Малфоя, который попытается убедить их смягчить условия.

— Например позволить торговать с магглами маггловскими вещами без следов магии? — уточнил я.

— Именно, — кивнул Саргас.

— А по кому этот закон ударил больнее всех?

— По старым семьям, которые торговали с магглами.

— Например?

— По Ноттам, Роули, Розье, Селвинам, Кэрроу и другим.

— Одни фамилии Пожирателей. А среди светлой стороны были те, кто пострадал от этого?

— Неизвестно, — пожал плечами Ксенофилиус.

— Если только Теодор Тонкс, который потерял жену из Блэков, — фыркнула Сьюзен.

— Зато смог стать семейным целителем Роули, — заметил Саргас.

— А в госпитале он прекратил работать? — спросил я.

— Нет, он может совмещать, но, если что, предпочтение отдаст лечению представителей семьи Роули.

— Ясно.

— Еще Питер принес одну интересную новость, — отозвалась Пандора. — Он сообщил, что Дамблдор подозревает Артура Уизли в сговоре с поклонниками Геллерта Гриндевальда, которые освободили его летом 1983 и подкинули в Нурменгард кого-то похожего.

— Гриндевальд на свободе? — изумился я.

— Так говорит Дамблдор.

— И почему он совсем ничего не предпринимает?

— Не знаю, что он предпринимает или нет, но колумбийские коллеги недавно сообщили, что в правительстве страны началось какое-то странное шевеление, стали проводиться частые тренировки авроров и некоторых добровольцев, а в газетах начали поливать грязью все, что связано с нынешними властями магической Бразилии.

— Как будто готовятся к войне.

— Именно.

— Мы сюда пришли обсуждать возрождение Волан-де-Морта, а не южноамериканскую политику, — на конец-то прервал нас Корвинус Лестрейндж. — Так вот… Мне удалось установить, что хоркруксов шесть, и один из них находится в живом носители.

Я потрогал шрам. Вернее, то, что от него осталось. Магия, из-за которой в ту октябрьскую ночь я заполучил шрам в виде молнии, выветрилась и оставила след лишь в виде небольшой отметины на лбу, которую, если не присматриваться, можно и не заметить.

— У лорда была змея? — поинтересовался я.

— Да, Нагини. Маледиктус.

— В ней как раз хоркрукс.

— Но в ней и так есть живая душа с ментальным скелетом и астральным телом. Там просто нет места для еще кусков души! — воскликнул мистер Лестрейндж.

— А в ком еще может быть хоркрукс? Не в Люциусе Малфое?

— Точно не в нем.

— Может быть, Волан-де-Морт вышвырнул из тела змеи предыдущую владелицу и поместил туда свой хоркрукс? — предположила Пандора.

— Если я не ошибаюсь, — задумчивым голосом произнес ее муж. — Для создания хоркрукса нужно ритуальное убийство.

— Заавадил маледиктуса и поместил в пустую оболочку свой огрызок? — хмыкнул глава Отдела Тайн.

— А это идея, — проговорил Саргас.

— Вполне возможно, — кивнул Корвинус. — А месторасположение остальных нам неизвестно.

Я вздохнул.

— Диадема в Выручай комнате в Хогвартсе…

— Уже забрали, спасибо Дамблдору, который позвал нас.

— То есть вы выкрали у Дамблдора хоркрукс так, что он ничего не заподозрил?

— Нет, мы вытащили из диадемы хоркрукс, а потом подарили случайно найденную диадему Филиусу Флитвику.

— У вас фамилия Лестрейндж?..

— Я же уже говорил.

— А Дамблдор уверен, что Волан-де-Морт не умер окончательно и может вернуться, соответственно, вероятней всего, он знает про хоркруксы… Теперь ясно, почему он начал активность против Пожирателей. Готовится к новой войне.

Интересно, поведение здешнего Дамблдора похоже на поведение попаданца, о котором мне забыли сообщить. А чего еще я ожидал от слуг смерти? Правдивых ответов? Ха… Они не обманывали, а просто не договаривали. Ну или планы изменились позже. Когда там Гриндевальд сбежал? Летом 1983? Может быть, в этот момент на том свете изменили свои планы и засунули в тело Дамблдора чужую душу? Зачем — вопрос, на который мы никогда не сможем ответить, но какая-то причина все-таки есть.

И я вывалил на голову моим слушателям все эти соображения.

— Нельзя исключать и такого, — проговорил Корвинус. — Все-таки с лета 1983 года Дамблдор стал более энергичным и принципиальным, словно помолодел лет на сорок.

— Еще одно доказательство в пользу теории о попаданчистве, — проговорил я.

— Мерлин меня раздери и отымей во все щели, — схватился за голову Корвинус Лестрейндж, уставившись куда-то не моргающим взглядом. Потом, скинув с себя оцепенение, требовательным тоном приказал мне:

— Говори, где остальные хоркруксы.

— Чаша Хаффлпафф в сейфе или вашего рода, или в сейфе Беллатрикс.

— Все ее имущество в этом мире после смерти отошло мужу.

— Значит где-то там надо искать. Кольцо Певереллов — в хижине, где родилась мать лорда, в Литтл-Хэнглтоне.

— Нужно будет поговорить с Морфином…

— Он же в Азкабане, чем он поможет?

— По поручению Альбуса Дамблдора его отпустили доживать последние годы на южном побережье Франции.

— Вот еще одно доказательство в пользу моей теории, — довольно произнес я. Не знаю, но в те минуты на меня накатил какой-то азарт. Азарт охотника, идущего по следам довольно опасной дичи.

— Наверное. А что с другими огрызками души?

— Медальон Салазара Слизерина хранится в кладовой домового эльфа рода Блэк, на Гриммо-12.

— С Сигнусом или Дугласом поговорить надо.

— Дуглас Блэк?

— Дуглас Прюэтт, скорее всего, следующий глава рода Блэк, так как из самих Блэков остались лишь Сигнус и отрезанный от рода Сириус, который не сможет наследовать титул.

— А Арктурус?

— Умер в том году.

— Хорошо, — кивнул я, вспоминая про оставшийся хоркрукс.

— И черная тетрадка у Малфоев.

— Черная тетрадка?

— Да, дневник, первый хоркрукс. Еще со школьных времен.

— Отлично, спасибо за информацию, — поблагодарил Корвинус Лестрейндж, бросив на меня непонятный взгляд.

02.09.1935 при постепенном отступлении из Багдада был убит Эдмунд Янковас, глава польской дружины, популярный автор любовных и приключенческих романов, один из доверенных лиц польского монарха, популярный активист и политический деятель в своей стране. Именно поэтому ему организовали торжественные поминки, когда тело доставили на родину.

Смерть Янковаса было потрясением для польских магов, а также триггером к гражданской войне.

13.09.1935 на следующий день после похорон Эдмунда Сигизмундовича на торговой площади в Вильне выступил Вячеслав Сташионис, еще один политический деятель. Он выступил с речью, в которой выражал недовольствие тем, что польские маги должны умирать где-то там, вдали от родных земель за чьи-то непонятные интересы, тем, что Польша была втянута в войну лишь по причине русско-шведско-польского договора, а в смерти Янковаса он обвинил русских военных, которые решили сдать Багдад с боем, в котором как раз и погиб Эдмунд Сигизмундович.

Большинство из собравшихся поддержало Сташиониса, который требовал от толпы решительных действий по саботированию губительных для Польши решений монарха и преступной деятельности пророссийских политиков.

Но тут появились авроры, и пошла-поехала мясорубка. Лишь одному аврору, Павлу Ежикову, чудом удалось выбраться и аппарировать на базу, чтобы доложить о бунте.

14.09.1935 была провозглашена суверенное государство Курляндия, в которое входили Вильна, Брест, Рига, Талин, Гданьск и Златогурск.

16.09.1934 Сташионис, выбранный временным правителем Курляндии, обратился с просьбой о помощи к Геллерту Гриндевальду. На следующее утро в Гданьске появилось несколько пятерок фландрийского корпуса, который пару месяцев без дела простоял в Константинополе и только-что вернулся на родину. Фландрийцы были недовольны тем, что их отправили в Османский султанат без каких-либо целей, чтобы они промаялись от скуки, а потом вырвали обратно домой. Поэтому они воевали, как припадочные, швыряясь заклинаниями, как маггловскими пулями.

25.09.1935 Курляндия объявила себя автономной республикой в составе Германской империи. Наместником курляндским стал великий князь Ригаслав Феликсович Коппель, близкий друг Николаса Шварца, министра пропаганды Гриндевальда.

26.09.1935 в бой вступили силезийские отряды русско-шведских боевиков. 29.09.1935 им удалось выбить курляндцев из Златогурска, а 30.09.1935 они начали штурмовать Гданьск. Но уже через двадцать часов им приказали заморозить границы и прекратить военные действия из-за подписания Белградских договоренностей, под которые Курляндия попадала как часть Германской империи.

10.10.1935 в Варшаве встретились польский монарх, Ярослав XX, российский император, Николай III, великий князь Коппель курляндский и Геллерт Гриндевальд. Коппель и Гриндевальд требовали вернуть им оккупированный Златогурск, но польский монарх отказался наотрез. В тот день договаривающиеся стороны так ни к чему и не пришли.

Тем временем значительного оттока магов из Златогурска в Курляндию не наблюдалось. Да, парочка уехала в Вильну или в Гданьск, но это были единичные случаи.

Ригаслав и Геллерт поехали в Берлин, где вместе с немецкими военными стали планировать план по расширению курляндских земель. В открытую они не могли воевать, никто из курляндских магов не мог воевать с Польшей, иначе по всем магам страны, чьи граждане нарушили договор, хорошо жахнет магический откат. Так как в Белграде было сразу несколько сильных волшебников, то решили подписать магический договор группового характера. Это, когда глава какой-либо группы поручается за своих подчиненных, что те не нарушат договоренности, иначе все члены группы, чей представитель нарушил договоренности, в лучшем случаи получат снижение магических способностей. Но для того, чтобы подписать подобный договор, нужны очень могущественные маги, к которым относились Геллерт Гриндевальд, Николай III и некоторые другие маги, а за глав государств, которые не обладали достаточной магической силой, вступились германский император, Николай Владимирович и Ярослав XX, которые подпитывали более слабых коллег своей магией.

22.10.1935 появилось первое магическое радио на территории восточной Европы — «Радио свободной Польши и Прибалтики». Оно вещало, пропагандируя преимущества от жизни в Германской империи и в Курляндии. Оно должно было промыть мозги польским магам, настроив их против королевской семьи и ее политики.

30.11.1935 на стол Николаю Владимировичу лег доклад о деятельности курляндского колдорадио. На следующий день, получив сову от российского императора, Ярослав Ярославович Краковский, польский король, издал указ о расстреле без суда и следствия всех магов, у которых найдут колдорадио, подключенное к «Радио свободной Польши и Прибалтики».

01.01.1935 в эфире официального сербского колдорадио «Вести» появилась политическая программа с ведущим Родионом Зенитичем, которого спонсировал сербский аристократ Евгений Василенко и российский разведчик Ларион Панфиленко. Целью этой программы было постепенное изменение общественного мнения в магической Сербии к тому, что нужно воевать, и воевать на стороне антигриндевальдовской.

А 03.01.1935 Николай Владимирович поручил аристократу и меценату Умославу Кирилловичу Соколову создать производство колдорадио. К концу месяца было изготовлено 200 изделий, которые отправили в штабы дружины, госпиталя и иные структуры и компании, принадлежащие всем придворным политикам. Постепенно изделий становилось все больше и больше, их ставили повсеместно, а некоторым семьям выдавали. При этом нельзя было отказаться, иначе можно было получить статью за поддержку Гриндевальда.

Началась так называемая война за радиоэфир, война за общественное мнение, за умы и за информацию.

Гарри Поттер.

Все лето меня снабжали информацией по событиям 1981-1985 годов и текущей обстановки.

Фракция светлых настаивала на том, что нужно закрутить гайки и усилить контроль над использованием темной магии. Под определение темной магии подпадало все, что может нести вред окружающим и все магические практики, основанные на негативных эмоциях. Интересно, а зелья от Северуса Снейпа подпадают под определение темномагических, ведь он часто не в духе?

Лестрейндж писал, что первые полтора года после смерти Волан-де-Морта Дамблдор расслабился и позволял смягчать приговоры Пожирателям, призывая с трибуны давать вторые шансы глупой молодежи, которая, как стадо, шла по стопам своих предков, запутавшись в морали и временно потеряв жизненные ориентиры и нравственные ценности.

Но после лета 1983 года Альбус активизировался. По докладам Питера Петигрю, Альбус несколько раз собирал Орден Феникса и втолковывал с озабоченным лицом про грядущее возрождение темного лорда, наводя панику в рядах своих последователей.

Мне кажется есть несколько объяснений. Или он пытается разжечь огонь вражды между темными и светлыми без отсутствия Волан-де-Морта, чтобы они не пришли к окончательному примирению, а то смотрите Тонкс уже целитель Роули, а что будет дальше. Вариант второй, он что-то знает про возможность новой магической войны в Британии. Учитывая мою версию с попаданцем, то это вполне возможно, если тот читал канон. Первая версия исключает возможность попаданца в Альбуса Дамблдора, так как ни один адекватный человек не станет настраивать две группы народа друг против друга без видимой причины. Ну или тут неадекват, или причина есть. Этот попаданец может быть фанатом фанфиков с совсем безумными и неадекватными Пожирателями, на впечатлении от которых теперь и строит политику, ну или у него есть какие-то свои причины, например, тот, кто за ним стоит попросил начать новую гражданскую войну в магической Британии. Например, какой-нибудь Фламель или Кощей Бессмертный. Или гоблины, если уже лезть в самые дебри мировых заговоров.

Все свои предположения, опустив упоминания фанфиков, я отправил письмом с домовиком Корвинусу Лестрейнджу, который написал, что правдоподобней выглядит версия с попаданцем, который хочет разобраться с Волан-де-Мортом без его возрождения — в пользу этого говорит поиски диадемы Ровены Равенкло — хотя, он сам, верит в гипотезу с фанатиком, который или по своему желанию, или по чьему-то велению хочет утопить Британию в реках крови.

Также я узнал, почему Петигрю на свободе, а Блэк сидит в Азкабане.

02.11.1981 Блэка схватили в Ливерпуле. Сириус гнался за Питером, крича о гнусных крысах и подлых предателях, но, в отличии от канона, Питер не разыгрывал сцену с собственной смертью, а просто обезоружил и обездвижил Сириуса, после чего вызвал авроров.

Блэк несколько дней завывал на одной писклявой ноте, что это он виноват в смерти Джеймса и Сириуса, так как… А по-то-му-что.

Этого было достаточно, чтобы его отправили на двадцать лет в Азкабан. За соучастие в убийстве, согласно магическому законодательству Британии, в Азкабан отправляли на десять-пятнадцать лет, но сослались на особый статус четы Поттеров как героев войны.

Альбус Дамблдор пытался вытащить Сириуса. Он единственный знал, что хранителем фиделиуса был не Блэк. В конце концов он потребовал допроса Петигрю под сывороткой правдой.

Допрос проходил примерно в следующем ключе:

— Вы Пожиратель Смерти?

— Нет.

(У него не было метки)

— Вы служили темному лорду Волан-де-Морту?

— Нет, не служил.

(Он сотрудничал с ним)

— Вы причастны к смерти четы Поттеров?

— Нет.

(Нет, не причастен. Ни к смерти старших Поттеров, ни к смерти Джеймса и Лили).

— Вы помогали Волан-де-Морту в поиске убежища Поттеров?

— Нет.

(Он и без его помощи справился)

Ну и все. Никаких доказательств против Петигрю не было, а Дамблдору Питер объяснил, что Лили Поттер обманула старого директора. Всем рассказали, что хранителем будет Сириус, директору -Петигрю, а кто на самом деле был хранителем — неизвестно. Скорее всего, Фрэнк или Алиса Лонгботтоны. Первый мертв, а вторая уехала в Ирландию и не отвечает ни на одно письмо.

Скрепя сердцем, Дамблдор все-таки восстановил Петигрю в рядах орденцев.

Гарри Поттер.

На июльских заседаниях Визенгамота были приняты две поправки о смягчении закона о запрете торговли с магглами.

Во-первых, магам можно будет заниматься перепродажей товара, созданных магглами.

Во-вторых, магам разрешили заниматься в строительном и ресторанном бизнесах. Смотрите, вот у Марата Патила есть бизнес в маггловском Уэльсе и в западной Англии. Как раз по строительству, рекомендуем. Только-что открылся.

Также строительный бизнес был у Нотта. Только к началу июня он должен был продать его и положить деньги в сейф в «Гринготтсе». Хорошо, что продал своему кузену-сквибу. Осталось только официально выкупить долю в бизнесе, а то пару месяцев приходилось сначала отправлять деньги в фонд по защите пингвинов от кенгуру, а только потом выводить и класть в карман лорда Нотта.

Благодаря тому, что Дамблдор упомянул открывшийся бизнес Марата Патила в своей речи, когда уже смирился с поправками и благодарил судей за разумное решение (т.е. переобулся в воздухе или планировал эти смягчения заранее), строительная компания “Patil modern development” быстро получила нескольких клиентов из числа магов, которые хотели получить дома в Лондоне неподалеку от «Дырявого котла».

А в интервью «Ежедневному пророку» директор Хогвартса сказал:

— …Эти поправки позволят магам все-таки взаимодействовать со своими родственниками в маггловском мире и вести с ними общий бизнес. Я тоже, знаете, подумываю над тем, чтобы заняться перепродажей какого-нибудь антиквариата или открыть небольшое кафе. Может быть, займусь этим, когда выйду на пенсию. Старым магам в магическом мире остается только заниматься садом, но некоторые не теряют задор молодого человека и в пожилом возрасте, например, Корвинус Лестрейндж, который работает и живет работой, в случаи, если его попросят на выход, не сможет найти работу в магическом мире и вряд ли захочет заниматься выращиванием капусты. И как раз для таких случаев есть маггловские рестораны и кафетерии. Я говорил об этом с Миллисентой Бэгнолд, я говорю это вам…

Глава Отдела Тайн поведал, что пару раз, идя по министерству утром в «Гринготтс», чтобы поискать чашу Хаффлпафф, он натыкался на Дамблдора, который останавливал его и заводил душещипательные речи на полчаса про стариков, которым на пенсии нечем заняться и о прекрасных возможностях открыть свое небольшое кафе в Лондоне или в других британских городах. В конце концов, не выдержав и устав ждать окончания речей, Лестрейндж рявкнул:

— Помирать не собираюсь, а, если умру, то восстану, чтобы завершить дела на Земле, — после чего удалился на спринтерской скорости. Никто не ожидал от него такой прыти.

Сам Корвинус V объяснял это тем, что понимал намеки Дамблдора. Дело было в том, что, если тебя назначили на пост главы Отдела Тайн, то будь добр работай до своей смерти. А один раз один маг проработал пару часов после своей смерти в виде призрака, пока не закончил свои дела, после чего просто растворился в воздухе на облегчение рабочему коллективу, который уже подумал, что у них всегда начальником будет призрак мага, который был знаменит склочным характером. И лишь один раз 51 судья Визенгамота проголосовали за смещение главы Отдела Тайн. Тогда главу срочно отправили в госпиталь святого Мунго в палату больных разумом, а авроров пустили зачищать результаты бешенного некроманта. Неделю очищали залы, а утрату или поломку редких амулетов и экспонатов было просто невозможно компенсировать. Именно после этого пятнадцатый министр магии, Родольфус Лестрейндж I, приказал закрыть Отдел Тайн, а через два месяца он подал в отставку, прожил неделю и умер при загадочных обстоятельствах.

И теперь Дамблдор намекает на то, что Корвинус Лестрейндж может делать на отдыхе, когда покинет пост главы Отдела Тайн. А это может случиться лишь в том случаи, если Визенгамот проголосует за его отставку.

Слова директора Хогвартса, что «Он говорил об этом с Миллисентой Бэгнолд», обозначают не то, что они обсуждали перспективы старых магов на маггловском рынке, а возможную отставку Лестрейнджа.

Все это поняли, но, как обычно, без пинка судьи и прочие сотрудники министерства претворились слепоглухонемыми, которые ничего не слышали, ничего не видели и ничего не говорили. Но я поставил бы галеон против вчерашнего «Пророка», что осенью Дамблдор начнет говорит об этом на заседаниях Визенгамота, а то и выдвинет вотум недоверия Лестрейнджу. Но некоторые списывают это на раскрутку светлой фракции перед выборами министра и состава Визенгамота, которые состоятся 01.08.1985. Может быть, после усилений светлой фракции в министерстве Дамблдор немножко успокоится, прекратит намеки на отставку Лестрейнджа и переключится на иные программы. Но ясно было то, что Дамблдор хочет вывести противостояние светлой и темной фракций на новый уровень, на уровень, когда обе стороны конфликта пытаются выбить из властных структур представителей вражеского лагеря. С темными это будет попроще — просто попросить пересмотреть дела некоторых Пожирателей. Ну или обвинить их в подготовке возрождения Волан-де-Морта.

Первым среди нас такую мысль высказал Саргас Кроппер.

— Значит не будем привлекать всяких Малфоев, Ноттов и иных Пожирателей, — заявил Корвинус. — Будем опираться на нейтральные семьи: Гольштейн, Эббот, Лавгуд, Тикки и прочие.

— А вы? — поинтересовалась Пандора.

— Я уже погряз во всем этом по самую макушку и обратной дороги для меня нет. Нужно идти до конца и сделать все возможное, пока могу.

Также светлые не успокаивались и, как курицы во время пожара, носились по министерству с изменениями к закону об использовании темной магии. Эти правки к законодательству магической Британии включали такие изменения:

• Поцелуй дементора вместо пожизненного в Азкабана за любые некромантические ритуалы, проводимые без разрешения от министра магии, верховного чародея Визенгамота или главы Аврората.

• Пожизненное в Азкабане вместо штрафа 300000 галеонов или двадцати лет Азкабана за распространение и хранение литературы по некромантии.

• 2000 галеонов вместо ничего за право получить за границей статус мастера некромантии, 20000 вместо ничего — за гранд-мастера некромантии. Таким образом, условный Снейп не смог бы заполучить гранд-мастера. На мастера у него, может быть, еще найдутся средства, но не более. Ну или бежать с островов и просить политического убежища в Швейцарии.

• Поцелуй дементора вместо пожизненного в Азкабане за торговлю некромантическими амулетами.

• Поцелуй дементора вместо десяти лет Азкабана за использовании непростительных заклинаний на магглах (поэтому Долохов получил только тридцать лет, так как было доказано его причастие лишь в трех Авадах, примененных на магглах).

Ну и еще полсотни пунктов в подобном духе.

Визенгамот каждую неделю рассматривал лишь один-два пункта из этого списка. Ведь надо рассчитать возможные прибыли и убытки от введения этих изменений, обсудить с коллегами за чашкой кофе политическую и идеологическую позицию тех, кто эти законы составили, их моральное аспекты, как они смогут повлиять на состояние их кошельков и шкурок и прочее…

Таким черепашьим темпом они до выборов 1986 не успеют размусолить изменения, так как не все же время обсуждать лишь законы светлых. Нужно будет разговаривать и рассматривать законы нейтральных и темных и так далее. Короче говоря, я считаю, что до двадцать седьмого Дня Рождения Северуса Снейпа (09.01.1987) они не успеют.

Корвинусу Лестрейнджу надо было просмотреть восемь сейфов в «Гринготтсе».

Во-первых, два семейных. Почему у Лестрейнджей было сразу два сейфа, которые передаются по наследству, — это тело темное и исключительно семейное. К сожалению, ответ ушел в могилу вместе с Корвинусом Лестрейнджем IV, погибшим в Нью-Йорке в 1926 году.

Еще один достался Корвинусу V от матери, но там можно было и не искать. Сейф был маленький, компактный, всего три на четыре метра, на полу сияло несколько галеонов — все, что досталось от материнского наследства. Лорд Реджинальд Тремпли не отдал своей дочери ни одного галеона, так как она вышла замуж под непростительным заклинанием, а, когда то спало, не потребовала отправить мужа в Азкабан, а полюбила того и зажила с ним. Реджинальд Тремпли не смирился с такой позицией и отказал дочери от наследства.

Еще один был подарен ему как сотруднику члену Отдела Тайн уже давно, когда еще не родился Ричард. Там тоже было всего несколько галеонов и пару папок с документацией и премиями.

Ученический сейф рода. Личные сейфы Рабастана и Родольфуса. А также сейф, доставшийся Родольфусу после смерти Беллатрикс. Для доступа ко всем эти хранилищам Корвинус должен был получить разрешения от их владельцев. А внуки его сейчас находились то ли в Польше, то ли в Болгарии. Международная почта работала с перебоями, известия приходили нерегулярно. Разрешения пришлось ждать две недели.

Кроме золота, серебра и меди в сейфах были стеллажи с книгами. Некоторые были напечатаны недавно и исторической значимости не несли — такие книги были у каждой семьи, даже у обычных магглокровок они встречались. Были и те, которые были написаны в X веке в 200-300 экземплярах, что для того времени было достаточно приличным тиражом, но со времени половина из них потерялась или была уничтожена, и теперь такие книги несли историческую значимость и хорошо ценились на аукционах. Была одна книга «Трактат о защиты сердца и разума человеческого и не только, написанный по велению судьбы и пророчества, касающегося автора сего трактата, для того, чтобы обучить и дать знания отпрыскам семей благородных о защите сердец и умов их и не только, если на то будет необходимость профессиональная» какого-то древнегерманского мага, который подписывался как Зуну Дэс Вульфэс. Эта книга с труднопроизносимым названием была написана в пяти экземплярах, один из которых хранится сегодня в португальском Отделе Тайн, другой экземпляр — у зятя нынешнего министра магии Новой Англии, а еще два — у каких-то семей в Пруссии и в Кении. Эта книга посвящена окклюменции и защите от серьезных и смертельных сглазов и порчей, связанных с рассудком, астральным телом, ментальным скелетом, физическим мозгом, нервной системой, сосудистой системой и всего, что связано с сердцем. Если мистер Лестрейндж решится продать такую ценную книгу, то сможет выручить около двух миллионов галеонов. Только написана она на старонемецком, но сам Корвинус хорошо владел этим языком.

А также было очень много других книг. Некоторые не несли особого значения кроме того, что они уже несколько поколений передавались от отца к сыну в роду Лестрейндж. Можно было сдать их в Отдел Тайн, так как там была интересная информация и необычные теории и гипотезы средневековых магов, некоторые из которых были опровергнуты, но для статистики и истории можно было отправить, однако, это было то, что ассоциировалось у Корвинуса с родом, с его семьей, он просто не мог отдать это кому-то чужому, даже коллегам по работе.

Пятнадцать минут уходило на то, чтобы проверить стеллаж на наличие тайников и пространственных складок, в которых могла храниться чаша, а потом еще с полчаса он просматривал находящуюся здесь литературу. Вдруг найдется завалявшийся раритет, где будет говориться про воскрешение людей.

Но нет, подобной литературы не нашлось.

Зато в сейфе Беллатрикс, куда Корвинус заглянул сразу после своих, прямо на виду нашлась чаша Хаффлпафф. На поиски он потратил три недели. Если бы не проблемы с международной перепиской, необходимость каждый день появляться на работе, составлять кучу документации и общаться с министерскими чиновниками, то он завершил бы поиски на много быстрее.

03.03.1936 возле ворот в свое поместье был убит сербский аристократ Станислав Евгенич, который выступал за поддержку Гриндевальда и за вход Сербии в состав Германской империи. Убили его из маггловского пистолета, потратив для этого семь пуль. Три пролетели мимо, три попали в защитное поле, активированное специальным амулетом от маггловских пуль, но подобные амулеты в то время были новинкой и работали из рук вон плохо, поэтому четвертое попадание снесло щит. Пуля попала ему в висок, прошив голову насквозь.

По сербскому колдорадио целую неделю бодро докладывали, что это рук дел иностранных спецслужб и что это в очередной раз доказывает, что Сербия не сможет отсидеться в стороне, поэтому магам страны нужно объединиться и нанести сокрушительный удар по Италии. Почему по Италии? Потому что это было наиболее слабое звено в орбите Германской империи. Зелья есть, боевики совсем необученные, коммуникации с Берлином и приграничными отрядами немцев нет, связь с Испанией нерегулярна, армия находится в плачевном состоянии, а народ вообще не хочет воевать. Хоть сейчас иди и бери.

13.03.1936 был убит глава российского клана Вуйцик, Родион Ефимович Вуйцик. Он попал под камнепад, вызванный искусственно. По оценкам следователей, прибывших на место преступление, убийца отлевитировал на голову одного из видных политиков Российской империи около пятнадцати с половиной тонн камней. Шансов выжить не было.

В тот же день Николай Владимирович назначил награду в 1500 галеонов за поимку убийцы Вуйцика.

Тем, кто убил Родиона Ефимовича, оказался неизвестный маг с острыми усиками, короткими черными волосами и орлиным носом. По крайней мере, так утверждал призрак самого Вуйцика, появившийся через несколько минут после прибытия группы уголовной дружины.

Как это окажется позже, этим неизвестным магом был фландрийский фанатик Мюр Морган.

20.03.1936 Николай Владимирович объявил о создании Запрещенного списка. В Запрещенный список вошли около полутора сотен магов, которые подлежат немедленному уничтожению при пересечении российской границы за активное сотрудничество с Гриндевальдом.

За политическую поддержку в Запрещенный список вошли сам Геллерт Гриндевальд, Леопольд Дакар (наместник фландрийский), Ландерик Клопп (наместник и великий князь голландский), Филипп Нодь (венгр, глава транспортного отдела и коммуникации с военными частями на южной и восточной границах), Сэмюэль Праудфут (английский меценат и член Визенгамота, неофициальный лидер английской прогерманской фракции), Мордред Янукович (глава хорватских сепаратистов) и другие.

За военное сотрудничество в список вошли Ян Цяньфу (глава голландского корпуса и член комиссии по набору добровольцев), Ратибор Герек (словенский генерал и также член комиссии по набору добровольцев) и так далее.

За научное сотрудничество были внесены голландский историк Арчибальд Юрген, английский зельевар Рональд Флетчер, австрийский мастер чар Еуджиниус Беовульф, датский рунист Никкель-Сваанем Гангадиигеннемснэр. По этой статье в список также вошел британский мастер трансфигурации и мастер зельеварения Альбус Дамблдор. Уголовная дружина отыскала несколько австрийских и голландских газет 1913-1915 годов, где были несколько научных статей, подписанных совместно Геллертом Гриндевальдом и Альбусом Дамблдором, а также одна статья 1921 года в богемской газете «Пльзень вести», в которой Дамблдор и Гриндевальд вместе рассуждали о верности нынешнего политического курса Германской империи. Поэтому британца записали и в политические, и в научные.

31.03.1936 был казнен первый из этого списка. Российский спортсмен, профессиональный квиддичист, Феликс Брежнев, который проходил по военной статье. Брежнев вместе с приближенными Мэри Нодь в 1934 году угодил в австрийскую тюрьму, потом участвовал в гражданской войне и в двух спецоперациях по устранению двоих польских ученых. Российскую границу он пересек, чтобы подкинуть бомбу в маггловский кремль и убить некоторых представителей верховного руководства СССР.

Заседания Визенгамота начинались в пятницу в десять часов утра, в то время, как выпуск «Ежедневного пророка» выходил в восемь часов и тут же разлетался по всей стране, а иногда доставлялся штучными экземплярами за границу. На июль 1985, если верить архивам газеты, у «Пророка» было 12 иностранных подписчиков, половина из которых жили в Ирландии и Франции.

Отчет о заседании Визенгамота в «Пророке» выходили субботу утром, если только не происходило что-нибудь экстраординарное, например, в 1911 году прямо во время заседания был убит верховный чародей Фарадей Бут, которого отравили при помощи кубка вина с ядом. Убийца до сих пор неизвестен. Домовики, которые обслуживали то заседание, наотрез отрицали свою причастность к убийству. Именно после этого случая было запрещено что-либо пить или есть во время заседаний, если это не объясняется медицинской необходимостью.

Летом 1985 года в субботу выпуск «Пророка» освещал вчерашние события на заседании, где во всю шли обсуждения изменений к законам о темной магии. В субботу были исключительно комментарии приспешников Дамблдора и редких светлых нейтралов, например, Нокса. Светлые давили на чувство ответственности и на страх перед неизвестным, они в жутких и живописных подробностях описывали опасность темной магии и ее массового применения. Читатели хватались за сердца, а производители и продавцы зелья от сердца безмолвно благодарили светлых, которые наводили панику.

В воскресенье и понедельник на второй странице появлялись комментарии нейтралов, которые выражали благодарность светлой стороне, что открыли глаза народу на опасность темной магии, но просили у этого же народа повременить с радикальными решениями, так как они никогда не приводят ни к чему хорошему. Но подобные слова уже не находили отклик у читателей, которые еще не отошли от субботнего чтива.

А во вторник, среду и в четверг на первых страницах разворачивались комментарии темных нейтралов и представителей темной фракции, которые пытались убедить народ, что опасность от темной магии сильно преувеличена, что в некоторых случаях она полезно, что может подтвердить Теодор Тонкс, который по работе иногда обязан применять темную магию, если пациент совсем плох. И да, вот вам сводки Аврората, которые так и пестреют пометками о применении темной магии, но британские острова под море что-то не собираются уходить, значит все норм.

И народ успокаивался, а темная сторона, особенно темные нейтралы, получали сторонников.

В 1985 году основной темой в политической жизни магической Британии были законы о темной магии. Благодаря газетным статьям, как мы увидим позже, большую поддержку народа сыскали светлая фракция Дамблдора и темные нейтралы, которых возглавила Амбридж.

Все было готово к выборам, назначенные на четверг 01.08.1985. С пятницы перенесли из-за матча Ирландия VS Австралия, финала чемпионата мира по квиддичу, проводимого в Индонезии. Англия в тот год вылетела в четверть финала от Кении, а бронзу в матче за третье место у кенийцев украли датчане.

И вот, первого числа августа 1985 раскрылись монументальные двери зала Визенгамота, в который тут же потянулась вереница людей. Здесь были судьи, журналисты, представители английского колдорадио «British Today», а также иностранные гости, например колдограф из испанской газеты “El heraldo de la verdad” или ведущий трансильванского колдорадио «Spectacol”.

Альбус Дамблдор расположился на месте верховного чародея Визенгамота и цепким взглядом обвел зал.

Но вот пришло время для речей.

Встал Дамблдор. Прокашлявшись, он произнес:

— Добрый день, дамы и господа. Сегодня мы вновь собрались здесь, чтобы определить вектор развития нашей страны на следующий год. Это важное решение, которое отразится на всех наших жизнях. От голосов каждого зависит наше будущее, куда мы пойдем, что будем делать, будем ли мы в безопасности или открыты перед опасностями неизведанного…

Перья скрипели, иностранные специалисты с радио судорожно пытались вспомнить английский и попутно перевести для слушателей.

— …Сегодня — важный день для нашей страны. Каждый год она стоит на грани выбора: полететь в пропасть с риском погибнуть или пойти дальше, расправив гордо плечи и идти до конца, пока не придет в светлое будущее, где будет процветать гармония и умиротворение…

— Соль подайте, а то у меня щас зубы слипнутся, — проговорил в полголоса Каспер Смит.

— …Я прошу вас, дорогие друзья, ответственно подойти к своему решению. Хочу вам представить первого кандидата на пост министра магии, Миллисенту Бэгнолд!

В очередной раз больше всех голосов набрали Бэгнолд и Малфой. Эббот, Крауч и Фадж оказались за бортом.

Бэгнолд обвела присутствующих усталым взглядом, всем своим видом олицетворяя трудоголизм и рдение на благо страны.

— Дорогие граждане, — произнесла она голосом великомученицы. — Я благодарю за ту поддержку, которую вы оказали мне. Вы все знаете, сколько много я сделала для нашей страны. И впредь я планирую делать все, чтобы наше общество оставалось стабильным, чтобы никакие напасти, связанные с темными силами, не угрожали нашим жизням…

— Говорит, как будто повелитель возродился, прошипел Нотт сквозь зубы, за что тут же получил незаметный под стульями тычок в ногу от Гринвуда.

— …Мы — единый народ, который прошел через огонь, воду и медные трубы, который терпел лишения и подвергался нечеловеческим испытаниям, из которых мы вышли непобежденные…

— П**дит, — прокомментировал по-английски испанский колдограф.

— Густав, не мешай, — шикнул на него репортер. — Перо.

— Извини.

— …Это показывает нас с лучшей стороны, — при этих словах присутствующие польские журналисты скривились, как будто от кислого лимона. — Мы прошли через многое и идем дальше. Я обещаю вам, граждане нашей великой страны, что я приложу все усилия, чтобы сохранить все то, что мы добились. Благодарю, что вы поддерживаете меня и смотрите в светлое будущее. Спасибо.

Аплодисменты…

— Люциус Малфой, — сказал Дамблдор.

Поправив подола мантии, Малфой с высокомерным видом продефилировал в центр зала.

— Пэун, сплюнул трансильванский колдограф.

*Примечание:

«Павлин», — румынский.

Конец примечания.

— Дорогие граждане Британии, — начал Малфой. — Я обращаюсь сегодня к вам с вопросом. А что ждет нас в будущем?..

— Опять про врагов-иностранцев будет заливать, — скривился Чанг Е-Чу. Патил согласно кивнул.

— Ждут кровь, кишки, говно и крышка гроба, — ответил Октавиус Принц.

— …Можем ли мы дать ответ на этот вопрос? Нет, потому что ответа нет в природе, его не существует. Мы каждый день создаем свое будущее вместе, каждый день мы можем принять судьбоносное решение, которое перевернет путь, по которому мы идем, на сто восемьдесят градусов. Мы можем ошибаться, мы можем быть правыми, мы можем быть неуверенными или дезориентированными, но не надо слушать тех, кто пытается убедить вас в том, что вы трусливое стадо, которое боится чего-то неизведанное…

Правая половина полукруга судей, где сидели темные и темные нейтралы, с трудом подавила гомерический смех. Это был серьезный камень в огород светлых, которые все лето говорили об опасности неизведанной темной магии. Народ запомнил эти слова. И теперь, со слов Малфоя, получается, что светлые таким образом хотели превратить народ в стадо пугливых баранов.

Нотт и Тонкс свернулись в позе эмбриона, схватившись за животы.

— …Дерзайте, творите и создавайте настоящую магию, мы должны быть едины и сильны, мы должны отважно смотреть в будущее и быть готовыми ко всем ударам. Благодарю всех тех, кто разделяет мою обеспокоенность по поводу нашего будущего и готов творить.

Аплодисменты…

— Точь-в-точь слова нашего нового министра, — проговорил испанский репортер.

— Голосуем, — сказал хмурый Дамблдор. Он прекрасно понял, что Малфой не надеется выиграть голосование за пост министра магии, зато хотел отыскать в последнюю минуту поддержку у обычного народа, который был чересчур ленивым, но не терпел того, что кто-то тыкал их в это носом. А где Малфой, там и остальные темные, которых он весь июль прославлял в газетных статьях.

Начали с совета лордов.

Темная фракция вся голосовала за Малфоя, а из светлых за него неожиданно проголосовал Гораций Слакхорн.

Из нейтралов Малфоя поддержали лишь Алиса Лонгботтон и Дуглас Прюэтт, а Шаффик, Гринграсс, Берк и Булстроуд — Бэгнолд.

Малфой 15,

Бэгнолд 14.

Время судей Визенгамота.

Дамблдор…

И этим все сказано. Сразу 28 голосов за Бэгнолд. Миллисенте для однозначной победы нужно было еще двенадцать голосов.

И она получила двадцать два.

Бэгнолд 64,

Малфой 43.

Невыразимцы все голосовали за Малфоя. Тонкс тоже, за что и был причислен к фракции темных, пересев на следующем заседании между Ноттом и Монтегю.

Фадж и Амбридж, которые приходились друг другу кузеном и кузиной, решили разделиться: Корнелиус голосовал за Миллисенту, а Долорес — за Люциуса.

Из светлых за Малфоя проголосовал Петигрю, все остальные единогласно поддержали старого министра.

— Спасибо, спасибо, спасибо, — рассыпалась в благодарностях Миллисента Бэгнолд, которая преобразилась на глазах. Она словно помолодела на десяток лет, пропали следы изнурительной работы, она расцвела, как подснежник в феврале.

А потом были часы голосований. Народ устремился к избирательным пергаментам, ставя галочки напротив имен тех, за кого хотел проголосовать.

Гиппократ Сметвик уходил из состава Визенгамота навсегда. Он был слишком востребованным специалистом, чтобы просиживать штаны в судебном кресле.

Из дополнительных кандидатов были Регулус Томпсон (свет), Андромеда Тонкс (свет), Никки Макдаун (нейтрал), Юлиус Уоррингтон (тьма), Джон Долиш (нейтрал), Кингсли Шеклболт (свет), и братья Яксли (тьма).

Пятьдесят семь кандидатов.

В этом году Дамблдор с трудом набрал 2000 голосов, чуть не уступив Марчбэнкс и Малфою. В первой тройке кандидаты буквально дышали друг другу в спину, их разделяло всего лишь 31 голос. Речь Малфоя явно оставила неизгладимый след у народа. Из-за нее также, вероятней всего, несколько своих голосов потеряли Боунс и Обден, последний пропустил Эббота. Из-за того, что они особенно не усиливали свои позиции и редко-когда появлялись в публичных местах или на торжественных мероприятиях, братья Лестрейндж значительно сдали в рейтинге, зато Тонкс чуть не переступил рубеж в 1000. Вэнс тоже откатилась к более привычным для нее позициям. Колдорадио уже объявило народу, кто за какого министра голосовал, поэтому Петигрю даже набрал голосов, если сравнивать с предыдущим годом. Неожиданно серьезно поднялся Патрик Вуд, перевалив за отметку 700, а Чанг Е-Чу на конец-то исполнил свою мечту, получив более 600 голосов. Среди темных нейтралов, которые хорошо выстрелили благодаря июльским статьям «Пророка», были Амбридж, Фадж, чета Лавгуд и Гольштейн. Сдали Джонс и Дэвис, зато Патил сильно поднял свой рейтинг благодаря строительной компании в маггловском мире, которая активно продавала магам дома неподалеку от Косой Аллеи. Визенгамот чуть не потерял второго Томпсона, который мог вылететь. Гойлу не хватило лишь трех голосов. Из новых в совет вошли Корбан Яксли (тьма) и Кингсли Шеклболт (свет).

Минус один нейтрал, минус один темный, плюс один темный и плюс один светлый. Несмотря на все усилия Малфоя, светлая фракция только крепла.

Результаты:

№ фракция имя голоса

1 свет Альбус Дамблдор 2030

2 нейтрал Гризельда Марчбэнкс 2001

3 тьма Люциус Малфой 1999

4 свет Амелия Боунс 1208

5 нейтрал Люциан Эббот 1107

6 свет Тиберий Обден 1003

7 нейтрал Тед Тонкс 956

8 нейтрал саргас кроппер 901

9 свет Питер Петигрю 893

10 нейтрал пандора лавгуд 856

11 свет бартемиус крауч-старший 855

12 свет гавейн робартс 795

13 нейтрал Каллидора Лонгботтон 777

14 тьма октавиус принц 734

15 нейтрал Патрик Вуд 711

16 тьма Родольфус Лестрейндж 695

17 нейтрал Каспер Смит 622

18 нейтрал Чанг Е-Чу 613

19 нейтрал Ксенофилиус Лавгуд 596

20 нейтрал циклопопий макс 585

21 свет Эммелина Вэнс 582

22 тьма Рабастан Лестрейндж 558

23 нейтрал Марат Патил 527

24 нейтрал Лоран Голштейн 525

25 нейтрал Долорес Амбридж 511

26 тьма тристан розье 510

27 нейтрал Корнелиус Фадж 509

28 свет Фотос Броклхерст 500

29 нейтрал понтий клируотер 489

30 свет Муфальда Хмулкирк 488

31 тьма Генри монтегю 422

32 свет Оливер Форест 400

33 тьма винсент турпин 396

34 нейтрал Ониксар Бэлл 395

35 тьма Джонатан Гринвуд 366

36 нейтрал Джон эджкомп 360

37 нейтрал Гордан Джонсон 344

38 тьма аполонис турпин 250

39 тьма хамстер фарли 250

40 нейтрал Арктурус Нокс 244

41 тьма Дейрик Гиббон 240

42 тьма Марциус Крэбб 239

43 нейтрал арчи блэшвик 238

44 тьма корбан яксли 200

45 свет Гестия Джонс 199

46 нейтрал Миранда Дэвис 185

47 свет Дженари Спиннет 170

48 нейтрал Воттери хаспер 165

49 тьма Колизус турпин 162

50 свет кингсли шеклболт 150

51 свет Лоренций Томпсон 147

52 тьма Гвинадор Гойл 144

53 тьма Юлиус Уоррингтон 135

54 нейтрал джон долиш 133

55 тьма кристиан яксли 130

56 свет Регулус Томпсон 123

57 нейтрал никки макдаун 100

58 свет Андромеда Тонкс 78

02.08.1985

Альбус Дамблдор.

Хорошо, что мне достались части воспоминаний предыдущего носителя имени Альбуса Дамблдора. В том числе те, где он выучивал и применял защитные и атакующие заклинания. А то я бы не пережил бы этот день.

Именно сегодня я договорился с Морфином Гонтом на посещение его хижины.

Последний носитель фамилии Гонт напоминал скукожившуюся мартышку с выдвинутой вперед челюстей, от чего его лицо приобретало дебильный вид.

Хижина разваливалась на глазах и держалась лишь по воли магии. Зайдя на территорию, я почувствовал легкий ветерок, донесший отвратный запашок, от которого мне сразу стало неуютно. Змея на двери выглядело мерзостно. Как она не воняла — не знаю.

Вокруг кольца была наворочена такая защита, что мне пришлось с полчаса непрерывно махать волшебной палочкой, распутывая сложные сплетения заклинаний, а иногда переть напролом, смахивая одним росчерком палочки несколько магических нитей и энергетических конструктов. Морфин по мере сил помогал. Некоторые заклинания мог безопасно снять только он, так как они были связаны с носителями крови потомков Слизерина. В том числе на кольце было проклятие, которое должно было убить всех, кто коснется кольца, не являясь близким родственником Томаса Риддла.

Казалось, что все закончится спокойно, так как старый лорд Гонт уже снял проклятие с кольца, но то вдруг завизжало так, что стекла, держащиеся лишь чьими-то молитвами, выскочили из окон и рассыпались по двору. Тем временем кольцо взвилось вверх и устремилось к Гонту. Тот выставил палочку, пытаясь откинуть хоркрукс своего племянника., но у него ничего не получилось. Честно, я тоже скастовал несколько щитов, но кольцо прошило их, как будто их и не было.

Проклятый хоркрукс прилип к солнечному сплетению Морфина, прямо возле энергетического центра, которые ученые называют магическим мозгом мага. От этого Морфин стал усыхать и рассыпаться на глазах. Кожа почернела и стала отваливаться, превращаясь в сажу. Взвились языки пламени, объявшие старого лорда Гонта. Они лизали его с головы до ног, уничтожая остатки одежды и проникая прямо до костей, поджаривая мясо до черных углей. На миг в этом пламени проступило зеленое кольцо, опоясавшее талию лорда Гонта. Это был сигнал от специального заклинания, что Морфин Марволо Гонт мертв, о чем вскоре узнают члены совета лордов.

Пожрав тело Гонта, огонь повисел несколько секунд и кинулся на меня, но исчез под напором огромной струи ледяной воды. Хижину заволокло туманом, как над рекой в утренние часы. Огонь погас, а кольцо упало на пол, переливаясь зловещим зеленым светом. Я подождал несколько минут, вдруг будет какая-нибудь еще ловушка. Но нет, все успокоилось. Я спокойно забрал себе кольцо. Теперь нужно будет подумать над тем, как его уничтожить. Адское пламя у меня не очень стабильно, поэтому пока-что не рискую, а яда василиска нет. Но хоть хоркрукс успел забрать. В диадеме ничего не обнаружилось — скорее всего, поместили в гомункул, чтобы возродить своего повелителя. Мрази ебучие, убийцы проклятые, хотящие развязать террор.

Еще будут сложности с остальными хоркруксами. Чаша Хаффлпаффа — в сейфах Лестрейнджей в «Гринготтсе», а зеленошкурые не дадут ограбить себя, так как сторонники Рогнэра еще не получили достаточную власть в гоблинской иерархии. Дневник — у Малфоя в поместье. Можно было бы организовать обыск в мэноре, но ордер на подобные действия может дать или сам глава Эббот, или его заместитель Кристиан Яксли. А это никогда не произойдет. Хотя, пытка — не пытка, и стоит попробовать сломать Эббота. Для того, чтобы получить допуск на Гриммо-12, придется устраивать побег Сириуса, так как Визенгамот упорно отказывается пересматривать тогдашние дела. А змея хрен пойми где шляется. Может быть, в Албании, но там лесов столько, что их территория сравнима с территориями Косово, Ямайки или пяти российских столиц. И как там отыскать одну змею? Тыкать в карту?

Еще тут проблемы в политике. За июль удалось добиться некоторого ужесточения законов про некромантию, но бюрократическая и судебная система магической Британии двигались со скоростью «Жигули», с трудом воспринимая необходимость борьбы с темными искусствами и той опасностью, которая от них исходит. Что они будут говорить, когда у них из-за нее погибнет кто-то близкий? Сразу побегут соглашаться, а так ни-ни, наша хата с краю. Стадо пугливых ленивцев, которые не хотят посмотреть правде в лицо. Как с такими ослами работать? Только видят деньги — сразу готовы продать родную мать, чтобы нажраться, напиться и свалиться со свинячим визгом, словно примитивные животные. Так скоро я заполучу характер, как у Снейпа, который смотрит на мир, как на кучку дерьма. Порой понимаю его, когда вижу, что британские судьи из нейтралов предпочитают деньги, а не жизнь.

02.08.1985

Два хлопка аппарации.

По середине тенистой аллеи, по бокам которой росли многовековые раскидистые дубы, появились два мага среднего возраста с усталыми лицами. Хотя нужно отметить, что у Рабастана и Родольфуса Лестрейнджа, а это были именно они, лица всегда такие. Они пошли в отца.

Они неспешным шагом побрели по направлению к большому мэнору, вокруг которого стояло несколько разноцветных фонтанов, по бортам которых возвышались статуи древнегреческих богинь, а между фонтанами шли бескрайние луга, выпрямленные по линейке. На этих лугах нельзя было найти ни одной кочки или неровности. А само здание было сплошь выкрашено в белый цвет, от чего смахивал издали на маггловскую больницу, но при приближении становились видны массивные колоны из мрамора, на которых опечатались следы времени. Стены были поновее, их, в отличие от колон, меняли после создания мэнора.

Братья вошли в просторный холл, тянувшийся вдоль всей передней части здания и частично заворачивал на боковые стороны. Прямо напротив входа была большая деревянная дверь в большую столовую, откуда доносились тихие голоса.

Перед Рабастаном и Родольфусом появились эльфы, которые взяли мантии и также безмолвно исчезли.

Открыв дверь, братья увидели, что за каменным столом сидел их дед Корвинус, вокруг которого расположилось несколько десятков магов. Некоторых Рабастан и Родольфус смогли распознать. С работы были бесцветный Саргас Кроппер, который до умопомрачения любил старого Лестрейнджа, что был готов целовать тому ноги, задумчивый Лавгуд, который постоянно буравил взглядом ни в чем неповинную точку на стене или на потолке, общительная Пандора, которая каким-то образом успевала переговорить со всеми, отследить действия каждого и запомнить все это, юридической внешности Лоран Гольштейн, который даже чай размешивал с многозначительным видом, и Дейрик Гиббон, который напоминал маггловского фермера, напившегося в баре пивом. Из старых друзей Корвинуса остались только Октавиус Фадж, который приходился дядей Октавиусу Принцу и дедом Корвинусу Фаджу, и Рональд Яксли, который уже одной ногой стоял в могиле, но бодрился, наблюдая за карьерным ростом своих внуков и еще надеется увидеть, как его правнуки поступят в Хогвартс. Из министерских братья распознали Корнелиуса Фаджа, о чем-то беседующего с Пандорой Лавгуд, Долорес Амбридж, слушающую Деррика Гиббона, который в красках описывал свои приключения молодости в южной Европе и в центральной Азии, и еще пару лиц из средних чиновников. Шло празднование лугносада.

— О, Басти и Руди пришли, — первым их заметил Корвинус. — Садитесь, — он указал на два пустующих места по обе руки от себя. Рабастан сел слева, возле Гольштейна, который с обвинительным видом взирал на зеленый горошек, лежащий у него в тарелке, а Родольфус — возле Октавиуса Фаджа, с решительностью нарезающего курицу.

— На конец-то приехали из Болгарии? — осведомился старый лорд Лестрейндж, наливая «Обденское». — Слышал в тех краях водится очень много чудесных вейл. Вы были в Малко-Тырново?

— Да, дед, — кивнул Рабастан, пока Родольфус наливался красным от непристойных намеков своего предка.

— А теперь планируете осесть в Британии?

— Да, решили прекратить мотаться по миру и на конец-то взяться за дела Визенгамота и министерства вплотную.

За столом разговоры немного притихли. Никто не закрыл рот, но все разом стали в пол-уха прислушиваться к разговору между Лестрейнджами. Это было важно. Нужно понять, что ожидать от Рабастана и Родольфуса, которые половина июля пробыли в Болгарии, из-за чего два раза в министерстве не могли набрать полный состав Визенгамота, чтобы проголосовать по поводу изменению статьи, касающуюся распространению запрещенной литературы, в том числе и по некромантии. Придется в следующую пятницу снова переговариваться, чтобы светлые не утащили на свою сторону кого-то из лагеря темных нейтралов, к тому же будет немножко обновленный состав. Все ожидали реакций Корбана Яксли и Кингсли Шеклболта, которые впервые оказались в составе верховного судебного и законодательного органа страны.

Нарезая ножом свинину, Корвинус продолжал разговор со своими потомками:

— И что вы можете сказать, например по поводу того, что нужно давать пожизненный срок за распространение литературы по некромантии?

— А что значит распространение? — спросил Родольфус. — То, что написано в статье, где говорится, что распространение — это доведение информации, материала, товаров, результатов деятельности другим лицам таким образом, чтобы те получили к этому доступ? Или распространение — это то, что можно одним, но нельзя другим? Как обычно. А, если верно второе, то кому можно, а кому нельзя? И не входим ли мы в список тех, кому можно меньше?

— По счастью, Эббот здравомыслящий человек, который пытается не допускать произвола, — проговорил Корвинус, насаживая на вилку картошку.

— И сколько этот Люциан проживет и будет занимать должность главного аврора? А там еще есть истеричная Амелия Боунс, которая при одном виде Пожирателей плюется ядовитой слюной и теряет последние зачатки разума, — сказал Рабастан, наливая себе бренди.

— Эббот надеется прослужить столько, сколько сможет, и сделать все возможное, чтобы не допустить падения страны в бездну равноправия и вседозволенности тех, кто не понимает определение слова «ответственность» или вообще не слышал про такой термин.

— Но люди смертны, — заметил старый Фадж.

— Ты прав, Октавиус, и мы с тобой когда-то отойдем в мир иной, но пока-что мы достаточно бодро шкандыляем по министерству назло всем нашим недругам.

Лестрейндж и Фадж раскатисто рассмеялись, показав на миг свои потрескавшиеся от старости зубы.

Вдруг у Корвинуса на запястье правой руки появилось зеленое кольцо, которое наливалось цветом и становилось все ярче и ярче, пока не стало словно люмос. В Зеленом сиянии проступили слова «Лорд Гонт».

Все замерли. Этот сигнал был известен. Только-что лорду Лестрейнджу пришло уведомление о смерти лорда Гонта.

— Извините, мне нужно покинуть вас, — сказал Корвинус. — Родди, мантию и переговорное зеркало.

Через миг все необходимое было перед старым Лестрейнджем.

— Люциан, — рявкнул Корвинус в зеркало, надевая мантию официального вида. — Срочно аппарируй по координатам, — перечисление цифр и направлений. — И своих парней прихвати. Лорд Гонт откинул копыта.

— Щас будем, — сказал Люциан Эббот.

Через три минуты авроры и лорды аппарировали к хижине, успев прихватить Альбуса Дамблдора, который уже хотел слинять с места смерти. На вопрос: «Почему не вызвали Аврорат», — Дамблдор ответил, что не видел причины, чтобы делать это. Но вот вопросы появились, когда авроры увидели труп Морфина Гонта, вернее, кучку пепла, которая осталась после него. На всякий случай Дамблдор отправили в камеру предварительного заключения, чтобы во всем разобраться. Но главное было то, что Лестрейндж разглядел кольцо. То самое кольцо, где был хоркрукс Томаса Риддла. Можно, конечно, призвать и кусочки души с того света, но это будет муторно и придется делать за границей из-за законов о некромантии. Поэтому лучше иметь при собой эти куски. По этой причине Лестрейндж бросился к Эбботу и с пылом стал убеждать того передать колечко в Отдел Тайн. Эббот отговаривался, что им нужно посмотреть, что это за артефакт, но в конце концов Лестрейнджу удалось уговорить Люциана создать проверочную комиссию из независимых экспертов, в которую вошли сам старик Корвинус, Гольштейн и Гиббон. Сколько будем проверять? А столько, сколько нужно. У нас как раз появились новые методики проверки и сканирующие заклинания. Поверьте, невыразимцы протестируют их всех. На бумаге, естественно, а так они будут извлекать хоркрукс. Тем временем Дамблдора отпустили быстро. Выйдя из камеры, он осведомился по поводу кольца, а, услышав про специальную комиссию из независимых экспертов, схватился за голову и посерел лицом. На следующем заседании Визенгамота, когда в зал вошел Люциан Эббот, Дамблдор громогласно спросил того: "А не хочет ли глава Аврората сменить место и сдвинуться немного вправо, к темным?"

Стали думать над тем, кто пойдет просить отдать Малфоя черную тетрадь, подаренную Волан-де-Мортом. На первый взгляд, должен был пойти Деррик Гиббон, так как он вместе с Люциусом состоял в Пожирателях, но Гиббон был социализирован на уровне пещерного тролля, то есть вообще никак, его дальше пяти метров от своих колб и рунных схем нельзя отпускать, чтобы ничего не натворил. Рабастана и Родольфуса пока-что не просвещали в нынешние дела Отдела Тайн, да и они сами как-то не рвутся искать куски своего пропавшего повелителя. Люциан Эббот — аврор, поэтому с ним разговор будет коротким. Конечно, можно заставить Люциуса отдать эту тетрадку силой, объявив ее при обыске неизвестной темномагической пакостью, но Малфой сможет узнать, кому это на самом деле понадобилось, а там… А там хрен знает что, но точно ничего хорошего. Поэтому и кандидатура Эббота отпадает. Корвинус Лестрейндж… Да, Корвинус в свое время знал Графиуса Малфоя, хорошо с ним общался и вел совместные дела, но Люциус — это другое дело, Корвинус совсем его не знает, поэтому у них вместо разговора получится абсурд. Пусть те, кто общался и знает Люциуса идет и просит у него тетрадку. Кто у нас есть? Пандора Лавгуд и Лоран Гольштейн, которые состояли в той же переговорной группе в 1981, что и Малфой, братья Лестрейнджи, братья Яксли и многие другие. Окей, пусть кто-нибудь из них идет, а лучше оба. Ксенофилиуса не берите, Малфой явно не оценит его внешний вид. А теперь идите отсюда.

Пандора и Лоран явились спустя час. Лоран хотел еще поговорить с Нарциссой — все-таки учились на одном курсе и приятельствовали — но Пандора схватила его в одну руку, а в другую — хоркрукс и в министерство, так как лучше Нарциссе ничего не знать. На всякий случай. Все-таки среди авроров слишком много светлых, которые желают арестовать семью Малфоев по любому поводу. Чем меньше улик они смогут достать, то тем лучше. Поэтому Пандора сразу влепила Люциусу в щеку жалящим заклинанием, быстро объяснила, что к чему, и, поигрывая волшебной палочкой, потребовала черную тетрадку и непреложный обед, что белокурый павлин никому не станет трепаться про этот инцидент. Малфой оценил риски для своей шкуры, потребовал допуск к некоторой информации из библиотеки Отдела Тайн и, получив такое согласие (только под присмотром кого-то из невыразимцев), достал из своего сейфа хоркрукс повелителя и дал обед.

Таким образом Лестрейндж и ко за неделю смогли достать сразу два хоркрукса. У них были подробные заметки по работе с хоркруксом еще с диадемы, поэтому кольцо они успели разобрать к концу августа. И да, камень они тоже изъяли. Официально как неопознанный предмет, предположительно амулет, от которого так и фонит темной магии, скорее всего, некромантией, а в реальности невыразимцы просто не хотели, чтобы воскрешающий камень кому-то достался. Лежал он несколько веков под матрасом у Гонтов, и никто его не трогал… Пусть теперь он полежит в глубинах Отдела Тайн под охраной, а то наружи найдет его кто-нибудь и устроит, а им потом расхлебать. Нет, спасибо, им подобного счастья не надо. Кольцо можете забрать себе, оно чисто, никаких душ, никаких отложенных проклятий и ничего в подобном роде, можете пользоваться во всю.

А в первые числа октября невыразимцам удалось достать слепок из тетради. Теперь нужно было определиться, какую из них можно считать наиболее адекватной копией. С одной стороны, это первый хоркрукс, тетрадка, так как в то время Томас был обычным старостой Слизерина с шестого курса, который еще не почувствовал вкус вседозволенности и осознания, что он спокойно может убивать в магическом мире так, чтобы страдали более слабые, которым никто не верит (например его дядюшка или эльфийка), но, с другой стороны, тогда ему было шестнадцать лет, и пусть он мог контролировать свои эмоции так, чтобы никто не знал, что у него на самом деле творится в душе, но это не отменяет того факта, что он был обычным подростком шестнадцати лет, то есть и на слепок повлияли гормоны и все в таком же духе. И не забываем про юношеский максимализм. Возродим вот это, а оно пойдет в разнос, и польется кровь. Нет. Сошлись, что надо достать медальон, в который Тома Риддл поместил свой слепок души в двадцать три года. Да, он к тому времени уже убивал, но можно немного пошарить в настройках и скорректировать проблемные моменты. Естественно, они не боги, но заблокировать определенные участки памяти или притушить их значимость они вполне могут. В то время он еще был юношей, но двадцать три года — это все-таки лучше, чем шестнадцать. Чашу Томас нашел в тридцать лет, но к тому времени он уже убил несколько человек, что слишком сильно отразилось на его душе. Томас убивал, в том числе, чтобы заполучить медальон и создать из него хоркрукс. Невыразимцы решили, что это уже не то, поэтому ищем допуск на Гриммо-12.

Согласно белградским договоренностям, страны, подписавшие их, не могли воевать друг с другом, но никто не подписывал документ, в котором говорится, что нельзя спонсировать аппозиционные движения в иных странах или каким-либо иным образом способствовать свержению правительства.

Поэтому 22.01.1936 Геллерт Гриндевальд встретился с Мордредом Януковичем, главой «Хорватской народной армии свободы и суверенитета», Сергеем Мельниковым, главой политического движения «Хорватская справедливость, право и прогресс, которая в тот день была переименована в «Права и Свободы», и с Бричяславом Шумско, главой торговой гильдии Сербии, то есть со всеми, кто выступал за присоединение Сербии к Германской империи или отделение северо-западной части страны, в частности таких городов как Златногора, Сплит, Загреб и Шумсколице.

22.02.1936 «ХНАСС» официально стал базироваться в Граце как народное движение, которое никак не относилось к немецким властям. Неофициальная база движения «Права и Свободы» находилась в Любляне.

01.03.1936 Сербия направила требование в Берлин с требованием об экстрадиции Мордреда Януковича, Сергея Мельникова и еще троих их приближенных, замеченных в Австрии: Изяслава и Рабастана Слетцко и Володислава Полоцкого. Берлин отказался, так как не видит в их действиях ничего запрещенного. Именно эти слова использовали на сербском колдорадио, чтобы окончательно убедить народ, что надо воевать на антигриндевальдовской стороне.

За весну 1936 Гриндевальд потратил около 50000 галеонов на снабжение хорватских сепаратистов и подпольную сербскую газету «Правда», которая призывала поддерживать нейтралитет.

Но 01.06.1936 Сербия вошла в состав СФЕ. Однако, вышла уже через тридцать пять дней, так как в стране сменился министр. Новый правитель магической Сербии, Рогволод Приземский объявил, что Союз Фронта Европы перестал функционировать нормально и является бесперспективным объединением стран, которые не собираются поддерживать друг друга и при первой возможности выйдут из Союза. Рогволод Приземский убедил Григория Любича в правильности своей точки зрения, поэтому 13.07.1936 Болгария также покинула ряды СФЕ. Де Филе кричал о том, что нужно расстрелять Приземского как пособника Гриндевальда, который наводит смуту в ряды защитников Европы и свободных магов. После этого СФЕ, можно сказать, окончательно распался, так как Польша, Швеция, Румыния и Чехия в ближайшие дни также покинули Союз. Осталась одна Франция.

20.07.1936 на съезде восточноевропейских политиков в румынском Кишиневе (в магическом мире Кишинев относится к магической Румынии) был подписан документ, названный Декларации об единении славянских магов. Ключевой целью этой декларации тогда служила борьба с Германской империей. В договоренности входили совместные боевые учения, обмен военными специалистами и дружинниками, создание общего патруля городов, обмен разведывательной информации про деятельность германских агентов на территории стран, подписавших декларацию, и общий военный бюджет. Декларация также включала в себя положения о пошлинах, налогах, общих законов и прочее, но самым важным тогда считали борьбу с Гриндевальдом. После войны этот документ также подпишут Трансильвания и Австро-Венгрия, но это будет уже потом.

А 01.08.1936 жители Сплита и Шумсколице объявили о создании независимой Хорватии, входящей в состав Германской империи. Но Сербия пока-что имела право ввести дружину для подавления бунта, так как никаких официальных соглашений и подтверждения с немецкой стороны не было, а говорить эти хорваты могут все, что им взбредет в голову.

Однако, администрация Приземского не учла, что кроме жителей Сплита, Шумсколице, Загреба и Златногоры в Хорватии появятся добровольцы из австрийцев и осман, которые решили поддержать своих союзников. Многие хорваты погибли в Ираке, поэтому османский султан решил проявить ответную помощь.

Через одиннадцать дней сербские власти убедились, что на данном этапе в Хорватии слишком много войск на один квадратный метр, а Сплит так и кишит иностранными воинами. К тому же 12.08.1936 Гриндевальд официально подтвердил статус Хорватии как автономного региона в составе Германской империи. 13.08.1936 польский дружинник Славко Войнич возглавил Белградскую гвардию, которая должна была разыскивать по всем магическим поселениям Сербии агентов Хорватии, запрещенную литературу и иные проявления враждебности к Белграду, а в случаи окончания белградских соглашений (ночью с 31.05.1937 на 01.06.1937) гвардия должна немедленно напасть на Хорватию, чтобы вернуть свободу сербскому народу, проживающему на оккупированной территории. 20.08.1936 после продолжительного содержания под стражей и пыток с целью узнать информацию о деятельности гриндевальдовцев и аппозиции Белграду был казнен Брячислав Шумско. Теперь торговая гильдия была одна на все страны Декларации, и возглавлял ее россиянин Воронослав Берг.

01.06.1985

Где-то между Белградом и Загребом в маггловском мире.

Они устроили встречу в небольшом маггловском кафе, где их не будут искать дружинники. Это был небольшой провинциальный город, состоящий из десяток улиц, дома администрации, почтамта, одной заправки и пару кафешек, где подавали жидкое кофе и сухие булки.

Естественно, магглы сразу обратили внимания на группу из семи неизвестных, которые разрядились, как какие-то книжные колдуны, сели за столиком в кафе и о чем-то тихо шушукаются.

На самом деле магглы не могли ничего услышать, так как вокруг столика повесили купол от прослушки. В лучшем случаи любопытные граждане могли бы расслышать невнятное бормотание на неизвестном языке. На каком — неизвестно.

А за столиком сидели семеро сербских магов.

Главным среди них считался Лабуд Неплюев. Высокорослый боевик с рыжими волосами и орлиным лицом, который отличался импульсивным характером. Также он славился как жуткий бабник, который готов гоняться за первой встреченной юбкой. Его называли главой движения «Прогрессивная Босния», а у каждого сербского дружинника на него была ориентировка, поэтому Лабуд скрывался в маггловском мире, где у дружинников меньше шансов найти его.

Но ни одно предложение Неплюева не реализуется в жизнь, если не получит одобрение Боремира Владышича. Так как у Неплюева был импульсивный характер, то он часто спорил с Владышичем и часто орал на него, но никогда не отстранял от дел, так как прекрасно понимал, что благодаря Владышичу он не доведет движение до краха.

В прошлом году у Боремира Владиславовича был неудачный опыт на чемпионате мира по командным дуэлям. В газетах его называли основной причиной проигрыша сборной Сербии в первой же битве против французов, а после ему пришлось срочно драпать в маггловской мир, потому что ему на хвост подсели дружинники, получившие данные об его связях с боснийскими подпольщиками. Владышич был высокий, имел астеническое телосложение, от чего его наградили кличкой Упырь.

По другую руку от Неплюева сидела главный спонсор «Прогрессивной Боснии», австрийская аристократка, Вероника Гаубиц. Это была женщина пятидесяти лет с железным характером. Она всегда сидела с прямой спиной и пронзающим взглядом, который словно постоянно обвинял мир в лени и тупости. У нее были сплетенные в две косы черные, как смоль, волосы и прозрачная кожа, от чего она походила на призрак.

Напротив Неплюева сидели двое громил: Григорий Глушаков и Карл Кварацхелия. Они были представителями древних, но не аристократических семей. У Карла мать была из сербской семьи, которая веками занималась продажей зелий, а отец был магглорожденным волшебником-боевиком из Грузии. А у Глушакова по обеим линиям были потомственные боевики из родов Глушаковых, Немировых и Карлецко. Ходили слухи, что Карл Кварацхелия возьмет в жену сестру Глушакова, Нину, а сам Григорий — сестру Карла, Марфу. Нина и Марфа тоже были боевиками. В «Прогрессивной Боснии» Кварацхелия и Глушаков отвечали за набор новобранцев, их политическое и идеологическое обучение и за устранение неудобных конкурентов, которые слишком сильно начинали копать против движения. Издали Карла и Григория можно было принять за братьев: оба мощные, пробивные с сердитым и вечно угрюмым выражением лиц, но Карл был посветлее и имел крючковатый нос, в то время, как у Григория были волосы цвета смоли и приплюснутый нос.

Среди собравшихся было еще два мага.

Первый, Володислав Приземский, отвечал за наблюдением за высшим светом магической Сербии, за сбор информацию на высокопоставленных чиновников и за налаживание контакта с потенциальными спонсорами и сочувствующими «Прогрессивной Боснии». Это был улыбчивый блондин с открытым выражением лица, голубыми глазами и вьющимися волосами. Поговаривали, что количество его любовниц переваливает за двадцать, а бастардов — за тридцать. Кто-то шептался, что внук одного из самых популярных министров магии Сербии (1936-1945 года правления), является биологическим отцом трехлетнего Саши Кириешки, единственного официального сына нынешнего министра магии Сербии, Богдана Кириешки.

И поляк, Фома Янкович, отвечал за связь с иностранными представителями «Прогрессивной Боснии». Он являлся главой компании «Шторм», производящей популярные спортивные и гражданские метлы. Янкович часто приезжал в различные страны под предлогом инспектирования производств, однако, настоящей целей посещения Османского султаната, Греции, Болгарского княжества или Албании заключалась в встречах с местными сочувствующими и спонсорами движения.

Неплюев спросил:

— Все здесь?

— Как видишь, — ответил Янкович, отхлебывая из кружки горячий чай со специальными лечебными травами. Он никак не мог отойти после путешествия в индонезийские джунгли, где чуть не лишился магии.

— Не буду ходить кругами, нам поступило два предложении о протекторате. Смотрите сами, — с этими словами он отлевитировал копии полученных писем каждому присутствующему. Следующие несколько минут раздавалось тихие возгласы удивления и звук переворачиваемого пергамента.

— Все всё прочитали? — уточнил Владышич через пять минут, отложив свои копии.

— Удивительно, — проговорила Гаубиц. — И как же никто не заметил его побега? Это точно он, никакая не подстава?

— Нет, могу поклясться, что я проверил все тщательнейшим образом, что могут подтвердить Боремир и Володислав. Гриндевальд точно находится на свободе и ищет потенциальных союзников, — сказал Лабуд. — А также нашим движением заинтересовались русские.

— Русские? — буркнул Григорий. — Они же с белградской администрацией дружны.

— Дружны они дружны, — сказал Янкович. — Но вот не хотят допустить, чтобы Австро-Венгрия, которая стала налаживать отношения с Парижем и Лондоном, стала контролировать какой-то кусок на Балканском полуострове. Сербия, Болгария, Македония, Греция, Албания, Трансильвания, Словакия и Хорватия сейчас зависят от венской администрации, которая, как уже говорилось, налаживает отношения с Францией и Британией, то есть уходит из-под российского контроля. А это потеря ресурсов, потеря финансовых потоков, потеря потенциальных союзных государств, которые предоставят плацдарм для возможных войн вдали от собственных границ. Поэтому я буду настаивать на принятие русского предложения.

— Предложения тех, кто поддерживает Белград? — усмехнулся Кварацхелия.

— Я поддерживаю предложение тех, кто может предоставить нам гарантии безопасности взамен на услуги. Болгария в прошлом году провела совместные боевые учения с Грецией и Россией. Отрабатывали возможные отражения и наступательные действия в горных регионах. А в Австро-Венгрии как раз есть Альпы. То есть русские уже готовятся к потенциальной войне с австрийцами и венграми, если те окончательно уйдут в другой лагерь. А ты, как я могу рассудить, фанат британской политики ограничения и обскурантизма?

— Нет, — затряс головой Карл, который не понял последнее слово «обскурантизм», но понял суть вопроса.

— Именно. Я тоже не в восторге от того дерьма, которое совершали все эти темные маги и некроманты доморощенные, но с таким же успехом магглы могут отказаться от ядерного оружия, от ядерной физики, от танков и прочей военной техники и перейти на мечи и копья. К тому же Гриндевальд снова заболеет идей объединить весь мир в одно большое государство. Ему сколько лет?

— Сто пять, — ответила Вероника.

— По последним докладам из Нурменгарда, которые соответствовали действительности, то есть двухгодичной давности, Геллерт Гриндевальд прибывает в отличной физической форме, — проговорил Владышич.

— Да, но все-таки возраст. И концепция его про единение всех стран в одну империю — глупость, обреченная на провал. Никто не смог, не может и не сможет объединить все страны даже в магическом мире. Рано или поздно наступит коллапс системы, разруха, руины империи и мировая война. Да и когда Гриндевальд сможет обеспечить нас постоянной поддержкой? Сейчас он никто и звать его никак. Какой-то австриец, бродяжничающий по всему миру, живущий за счет своих сторонников. И много он в таком статусе навоюет? Ни одно государство не станет выдвигать его в свои правители. Он просто не сможет приобрести достаточный политический вес, чтобы раздавать стопроцентные гарантии. А русские смогут обеспечить нас независимостью. Да, нам придется расплачиваться, так и сыр бесплатным бывает лишь в мышеловке. Кто-нибудь хочет сказать что-то против?

Кварацхелия и Глушаков были недовольны такой позицией, но помалкивали, так как их слово в политических обсуждениях ничего не весили. Им поручали лишь то, что связано с военными действиями и ликвидацией тех, кто может угрожать существованию и целостности движения.

— Мне не нравится, по какому курсу идет моя страна, — на конец-то заговорила Гаубиц. — Поэтому я полностью поддержу Янковича.

— Даже, если для этого придется пожертвовать определенной частью вашего государства? — спросил Приземский, а Владышич пояснил:

— Белград вряд ли просто так позволит русским раздавать их земли кому попало, тем более нам. Но вот, если русские пообещают Белграду земли, например, от Австро-Венгрии взамен на суверенитет Боснии, то Белград может и согласиться, но тогда Австро-Венгрия потеряет часть территории.

Гаубиц в упор посмотрела на Боремира Изяславовича:

— Сейчас моя страна на всех парах летит в англо-франко-германский лагерь, что я категорично не приемлю, при этом я прекрасно понимаю, что даже русским, полякам и шведам вместе не удастся завоевать Австро-Венгрию так, чтобы не потерять ее и не получить недовольствие местных жителей. Но в Любляне достаточно много сербоязычного народа, да и на юге страны много тех, кто не поддерживает политику венской администрации. Сербам хватит территории, чтобы сохранить осколки моей империи. Поэтому я тоже за русский вариант.

— Есть кто против? — поинтересовался Неплюев торжественным голосом.

Ответом ему было молчание.

— Тогда я отправляю ответное письмо в Россию, сообщая о том, что мы принимаем их предложение, — сообщил лидер «Прогрессивной Боснии».

Январь-июнь 1985.

В декабре 1984 и январе 1985 в Пелопоннесе (Греция) прошли совместные учения болгар, русских и греков. Отрабатывали ведение боевых действий в горных районах. Самым частым заданием было постройка защиты для одиночных бойцов, которая поможет при элементарном сканировании. Для этого строили ниши в горе, после чего прислоняли каменные плиты так, чтобы внешний наблюдатель ничего не заподозрил. В этих нишах располагались бойцы. Когда проходящие мимо отряды противника сканируют местность на наличие врагов, то обязательно тревожат руническую защиту, выбитую мелким шрифтом на каменных плитах. При нарушении покоя защитной системы активируются наблюдательные амулеты, расположенные на тридцать метров выше. Видео с этих амулетов передается Лейтенанту, командующему отрядом, который располагается на этой же горе еще в тридцати метрах выше. Когда вражеские войска пересекают линию, на которой располагаются амулеты, то из укрытий выше по склону горы выскакивают бойцы. Те, кто сидит ниже по склону (обычно пять-семь человек) должны не допустить отхода вражеских войск и поддержать антиаппарационный купол. В случаи провала эти бойцы обязаны снять купол и активировать порталы на базу в Афинах. В случаи, если вражеские войска стремятся к низшей границе купола, то бойцы должны обстреливать и не пускать врагов за границу. Если враг стремится пересечь боковые границы купола, то они обстреливаются четырьмя стрелками, вооруженными огненными снарядами и маггловским огневым оружием. Греческие и болгарские командующие были уверены, что первыми нападут австрийцы с немцами, поэтому нужно подготовиться вести оборонительные боевые действия, но русские представители сказали, что лучше отработать наступательные боевые действия и попытки выйти из этой западни. Хотелось бы, чтобы из нее выбралось бы 30% от состава, нанеся при этом непоправимый урон врагу. Благодаря тактике, заключавшейся в ликвидации фланговых стрелков, уровень выживаемости смогли повысить до 35-50%, что было признано приемлемым в случаи, если выходящие из западни войска наносят равносильный или более серьезный урон врагу.

01.05.1985.

Уппланд (Швеция), неподалеку от Сигтуны, поместье семьи Фиск.

Сегодня праздновали свадьбу Алана Фиска со своей троюродной сестрой Каспианой Уггла. Фиск — древний род, который время от времени роднился с представителями шведской магической королевской семьи. На сегодняшний день лорд Вильгельм Фиск является вторым по богатству магом в магической Швеции после лорда и секретаря короля Фридриха Берга, который также приходится четвероюродным братом российскому императору Мстиславу IV. Семья Уггла не является столь богатой и появилась лишь в семнадцатом веке, за несколько лет до подписания русско-польско-шведских соглашений. Сейчас это не так уж богатая семья, которая, однако, все-таки имеет вес во внутренней политики магической Швеции, контролируя абсолютно все совятни в стране и также экспортируя совиный корм в Финляндию, Норвегию и Данию. Благодаря женитьбе единственной дочери господина Юстаса Уггла на представителе приближенной к королю семьи род Уггла примыкал к фракции Фисков при дворе шведского короля Эрика X и поднимал свой статус в обществе. При шведском магическом дворе существовало две основных конкурирующих за внимание короля семьи. Первая — это Фиск, возглавляемая лордом Вильгельмом Фиском, чья тетя, Амелия Хельдпадда, является вдовствующей королевой и матерью Эрика X. А вторая — семья Берг, которая часто роднится и с русскими, и со шведскими монархами. Жена нынешнего короля, Елизавета Фролова, является кузиной по материнской линии лорду Фридриху Бергу.

И сегодня Угглы выбрали сторону и присоединились к королевскому двору.

Приглашенные люди (в основном из союзнических придворных или из нейтральных семейств лавочников и мелких артефакторов) праздновали, пили пиво и мед, сплетничали, ой, извините, то есть обсуждали придворную жизнь, разговаривали про международную политику и так далее.

Ближе к концу вечера Вильгельм Фиск попросил тишины, так как он хотел произнести речь.

Это был упитанный человек, носящий все синее с вкраплениями желтого, с рыжими, как лисья шубка, волосами и холодным, как озерная вода, взором голубых глаз. С одной стороны, он всегда улыбался, но, с другой стороны, взгляд его при этом оставался холодным и жестоким.

— Прошу тишины! — проорал он, наколдовав скандинавский аналог Соноруса.

Когда толпа притихла и обратила на него свое внимание, Вильгельм Фиск прокашлялся и заговорил:

— Дорогие гости, я рад, что вы все пришли сегодня на празднование женитьбы моего сына. Женитьба, создание семьи, — это важная точка и ступень развития в судьбе каждого мужчины, независимо от магической силы и от умений. Также это является гарантом, что род борется за свое продолжение и процветание. И я, и Юстас смотрим сегодня на наших отпрысков и радуемся, что они соединились, создав такую чудесную семейную пару. Но мы не можем не волноваться и о будущем их. Что их ожидает в будущем? Смогут ли они спокойно жить в нашей стране? Да, я вижу, что вы встревожены такими вопросами, но, если рассудить, то наши волнения не так уж и беспочвенные. Посмотрите, что несут магглорожденные в наш мир, в наш мир, который построен на многовековых традициях, которые прошли испытание времени и подтвердили свою правильность. С чем мы сталкиваемся сейчас, что мы видим в маггловском мире? Что выкинут в следующий раз шведские магглы? Легализуют однополые браки и предоставят таким… Таким людям равные права с теми, кто создает нормальные браки, заводят нормальные семьи, построенные на естественном образе жизни, то есть направленные на размножение и поддержание человеческой цивилизации. К чему приведут такие необдуманные и противные природе решения? И как это отразится на нашей с вами стране? Хотим ли мы видеть, как она гниет изнутри, как маги вымирают, потому что отказываются от заведения потомков? К чему это приведет? К полному исчезновению магов? Мы и так сильно сдали с древних времен, загнав сами себя в рамки Статута о секретности, боясь как-то противостоять магглам. И что будет дальше? А я вам скажу, что будет дальше. Мы со все нарастающей скоростью будем регрессировать и увидать. Хотим ли мы это, хотим ли мы видеть смерть нашей страны, нашего мира? Каждый решает за себя, но вы уже понимаете, к чему я призываю вас. Я призываю вас включить рассудок и осмотреться, увидеть, что происходит. Что делают король и Берги, чтобы не допустить краха магического мира? Ничего, они попустительствуют внедрению магглов с их экстремистскими и антисоциальными идеями, которые они в коллективном безумии своем считают нормы. Товарищи, что вы делаете, чтобы не допустить этого? Что вы будете делать для этого? Сегодня я прошу вас задуматься посерьезней о будущем…

Спустя три дня, московская резиденция Мстислава IV.

— Ваше сиятельство, — в кабинет вошел Абрахам Ковальский, который сегодня надел обувь на каблуках. — Сообщение от Степана Мозглякова.

Российский император отложил утреннюю газету, которую со всем невниманием читал верх ногами, раскрыл послание и углубился в чтение. Спустя несколько минут, начеркав ответ, он отослал Ковальского обратно.

«Надо поддержать Фиска», — подумал Мстислав Федорович, — «Грядет крупная война, и Швеция наравне с Австрией и Италией будет спорной территорией, за которой будет вестись борьба. Сейчас общество разъединено, но думаю, что у Фиска есть достаточно харизмы и силы воли, чтобы свергнуть короля и единолично повести шведских магов за собой. Одного человека как-то проще контролировать, нежели весь этот придворный клубок. Нет, интриговать и при Фридрихе будут, но Фиск всю эту кодлу построит одним строем и отправить воевать на нашей стороне. К сожалению, Эрика не спасти, хотя можно посоветовать начать контролировать, хотя бы по минимуму, то, что приходит из маггловского мира, а то пропустим так легализованную проституцию и узаконенное лицензирование киллеров».

Май 1985.

В начале месяца император Мстислав Федорович отправил сообщение шпиону в Швеции с сообщением, что надо приблизиться к возможному новому правителю страны. После этого он поехал на новые боевые учения, проводимые на равнинах в Польше. В этих учениях участвовали русские, греки, поляки и финны. Отрабатывали бои в парах, построение треугольником (один с площадными щитами впереди прикрывает двоих атакующих, стоящих по бокам и немного позади) и иные схемы. 09.05.1985 Мстислав IV появился среди посетителей Парада Победы на Красной Площади. Маггловское правительство СССР об этом не узнала.

Потом Мстислав Федорович поехал в Румынию, чтобы встретиться с министром магии Романовым и обсудить с ним производство российских метел и экспорт зелий. В последнее время румынские медики предпочитали закупаться у римлян. Мстислав Федорович попросил повысить пошлины на итальянскую продукцию, так как еще неизвестно, кого будут спонсировать римские и тосканские зельевары в потенциальной войне. Естественно, хочется обойтись и без этого и просто ввести итальянские государства в свою орбиту, но меры принимать все-таки стоит. Чтобы не разглашать народу информацию про грядущую войну, лучше как-то по-другому объяснить повышение пошлин или полный запрет импорта из Рима и Тосканы. Например, предоставить общественности экспертизу, в которой черному по белому будет написано, что в импортированных с запада товарах встречались некачественные и опасные экземпляры, из-за чего Румыния пока-что прерывает всю торговлю с итальянцами. Пока разберутся, что к чему, там уже и война будет стучаться в дверь, и народу будет уже не до качества зелий.

Также российский император нанес несколько визитов в Кишиневе, где наладил контакты с некоторыми местными магами.

20.05.1985, когда российский император уже собирался уезжать Румынию и направиться в Трансильванию, чтобы встретиться с предводителем восточноевропейских вампиров, его позвали на ужин в маггловском ресторане чета Брошкэреску. Маггловский ресторан выбрали для конспирации, так как у Филиппа и Вероники Брошкэреску была, как они сами утверждали, чрезвычайно важная информация для императора магической России.

Когда Мстислав Федорович, Филипп Кириллович и Вероника Жановна перешли к кофе, то последние сообщили, что в румынском и трансильванском обществе все чаще появляются слухи о побеге Гриндевальда. Газета «Румынский пророк», которая являлась главной желтой прессой в магической Восточной Европе, несколько раз печатала статьи, что Гриндевальд на свободе, а владелец этой газеты — Владислав Антонеску был внуком одного из лидеров гриндевальдовской Трансильвании. А Урбан Орбан в открытую заявил, что при Гриндевальде трансильванскому народу жилось намного лучше, чем сейчас под русской пятой.

Мстислав IV поблагодарил чету Брошкэреску за то, что переживают за русско-румынское сотрудничество.

Он отправил письма на юг Александру Романову и Ивану Шварцу с требованием отправиться в Трансильванию и Румынию, чтобы проследить за бурлящими в тамошних светских кругах страстях и раскрыть сеть сторонников Гриндевальда. А то и у австрийцев наклевывается непонятное шевеление. Вот и Нодь снова с Уизли встречалась.

В двадцатых числах мая Мстислав IV встретился с Святославом Урбановичем Пешко, которого неофициально называли главным вампиром Европы, но фактически его слушались лишь восточноевропейские и некоторые балканские кровососы. В очередной раз представитель вампиров на предложение людей ответил отказом, но не таким категоричным, как обычно. Ответ: «Мы подумаем», — было даже больше, чем то, на что надеялся Мстислав Федорович, отправляясь в Бухарест. С одной стороны, для людей это звучало, как отказ, а, с другой стороны, для вампиров это звучало, как возможное и робкое согласие.

Российский император был доволен. Однако, это не могло не настораживать. Что должно было случиться, чтобы кровососы снизошли до сотрудничества с простыми магами? До семнадцатого века они часто отказывались даже идти на контакт с представителями магических правительств. Лишь при зарождении магических государств на американских континентах вампиры наладили дипломатические отношения и подписали Салемский договор 1820 года, согласно которому они не нападают на магов и не пьют у них кровь, если на то не будет дано согласие магических властей или самого объекта укуса, а маги, в свою очередь, запрещают на законодательном уровне охоту на вампиров и казнят тех, кто все-таки осмеливается на этот шаг со всеми причастными, а порой и непричастными. Хотя подобные субъекты редко-когда выходят из лап вампиров, а то, что от них в конечном итоге остается, можно поместить под ногтем.

Даже во время Великой Магической Войны ни Гриндевальду, ни Николаю Владимировичу не удалось переманить вампиров на свою сторону.

10.08.1985

Роман Кузнецов находился в отвратном настроении. И диадему, и кольцо он упустил. А, учитывая, что здесь замешен Отдел Тайн, который возглавляет Корвинус Лестрейндж V, чья семья относилась к симпатизирующим Волан-де-Морту, то, скорее всего, черная тетрадка Малфоев тоже упущена. Интересно, а сколько нужно хоркруксов, чтобы воскресить Волан-де-Морта? Питеру Петигрю, который в этом мире на стороне Ордена Феникса, в каноне для этого не нужны были хоркруксы, но он возрождал из осколка, шатающегося по албанским лесам. Вдруг это был основной кусок души, из которого можно было сразу возрождать, а, когда имеешь дела с хоркруксами, нужно использовать все разом? Вряд ли. Но теперь, где их искать? В жопе Мерлина?

А тут Крауч попросил зайти в кабинет и выложил информацию. Знаете, не только у русских есть шпионы. Британские тоже не баклуши бьют.

Джери Криви сейчас находится в Сербии, представляясь итальянским магглорожденным. Для конспирации ему сменили имя на Джерома Свена, а его дети, Колин и Дэнис, пойдут в Хогвартс со статусом магглорожденных. Если только отца раньше времени не раскроют.

Криви докладывал, что русский монарх носится по союзническим странам, как оголтелый. В мае военные учение в Польше, дальше посещение Румынии и Трансильвании. Зачем Мстислав Федорович посетил последнюю — вопрос открытый, так как он только зарегистрировался в министерстве, потом пропал на пару дней со всех радаров, а затем отправился в Хорватию. Даже парочкой слов не перекинулся ни с кем из министров. В Хорватии проводил смотр местных войск. Потом странные истории с итальянским экспортом в Румынии. Кишинев обвинил Рим и Флоренцию в экспорте некачественного товара, который ведет к заболеваниям у потребителей, ввиду чего любые поставки из итальянских государств в магическую Румынию на время прекращаются, пока ведутся проверки и расследования, а римлянам и тосканцам рекомендуется получше мышей ловить и проверять, что они продают на международный рынок. Из-за румынского инцидента с итальянцами также разорвали контракты хорваты и болгары. И да, во второй половине июня Мстислав Федорович посетил Болгарию, также проводил смотр местных войск и, как в Хорватии, ввел конфиденциальный разговор с местным правителем. Слишком подозрительно, слишком много случайных совпадений.

02.08.1985 Хорватия, Македония и Болгария объявили, что на следующем чемпионате мира по квиддичу они выступят единой командой магической Югославии. При этом сами государства будут отдельными.

Подобные инциденты были. В 1950-1955 годах Чосон и Япония выступали как команда Кореи, а в 1952 году появилась команда магического Советского Союза, в которую вошли квиддичисты из западной половины Российской империи, а восточные выступали за команду магической Сибири. В Российской империи тогда недавно произошел государственный переворот.

Но Криви, разъезжая по Балканскому полуострову, также заметил, что и сербские, и хорватские авроры после визита российского императора в Загреб и Белград перестали переворачивать магические поселения каждую неделю на наличие боснийских оппозиционеров. А во вчерашнем докладе Джери писал, что уточнял об этом у Джованни Евтушенко, сербского министра торговли, который подтвердил его гипотезу о том, что сверху отдали приказ перестать гоняться за боснийцами и переключиться на возможных иностранных шпионов. Поэтому Крауч-старший принял решение отозвать Криви из Сербии, чтобы его не поймали. Но Роман воспротивился, объясняя это тем, что, если что, Британия сможет освободить Криви, обменяв его на Долохова. Долохова как раз недавно разоблачили.

Один стражник скучал и ходил туда-сюда по бесконечным коридорам Азкабана. Для полноты картины «Скучающий работник» не хватало плевков в потолок. Ну или хотя бы на пол. И вот, проходя мимо камеры Долохова, стражник услышал, что тот что-то бормочет во сне. На удивление, проходящий мимо стражник мог свободно общаться на русском и на болгарском, поэтому сразу распознал южный акцент и смог перевести слова. После этого Антона Евгеньевича снова повели на допросы и выяснили, что тот долгое время сливал информацию про события в Британии русским.

Дамблдор и Крауч были уверены, что журналисты уже кропают свои скандальные статьи, которые выйдут завтра утром.

В конце концов, Дамблдору удалось убедить главу Отдела Магических Международных Отношений в необходимости оставить Криви на Балканах. Арестуют его Мерлин знает когда, а пока-что он сможет раскопать достаточно много полезной информации. Вот недавно докладывал, что магические конспирологи все чаще и чаще заговаривали про побег Гриндевальда из Нурменгарда и грядущей Второй Великой Магической Войне. Поразмыслив и взяв с Крауча-старшего непреложный обед, Роман рассказал ему про свои соображения по поводу побега Гриндевальда. Ой, за что?

Крауч стукнул Романа так, что у того из глаз посыпались звездочки, а голова чуть не слетела с плеч. Следующие полчаса, наложив заглушающие заклинания, Крауч в цветистых и порой нецензурных выражениях рассказывал, какой Роман — самонадеянный кретин, который может угробить целый континент, потому что хочет решить все сам, то есть, как всегда, а, как всегда, — это полное дерьмо, ведь выходит не пойми что, а всем остальным приходится подчищать за светлейшим магом, и это в конце концов заебет всех до такой степени, что Кузнецову мало не покажется. Потом осведомился, кто еще в курсе. Услышав, что магические министры Британии и Франции слышали размышления Кузнецова, Бартемиус окончательно успокоился и попросил директора зайти по этому вопросу к нему через месяц. Пока его ребята и хорошие знакомые будут переворачивать весь магический мир в поисках великого австрийского мага и его последователей.

Август 1985 в магической Британии был полон на события. Чего стоят выборы министра и членов Визенгамота.

А в кулуарах шли слухи про раскол во фракции темных. Что-то не поделили Александр Паркинсон и Кристиан Яксли, из-за чего в поместье Паркинсонов авроры стали заглядывать почти каждый день, требуя перевернуть все верх дном, так как стражи порядка хотели убедиться в отсутствии запрещенного в поместье.

А дело было в одном здании в маггловском мире, в центре Лондона. За место боролись компании Паркинсона и Яксли, в итоге оно досталось первым. Последние разозлились и стали терроризировать Паркинсонов.

31.08.1985 Паркинсон продал дочернюю компанию Flora Development Building, занимающуюся строительством спорного объекта, материнской компании Yaxley Development Compony, которая переименовала дочку в City-Modern Building Flora, в обмен на обещание, что следующие три года авроры не будут шастать в поместье Паркинсонов и не будут устраивать ему в министерстве проверки по расчетам. Но, естественно, Александр затаил неприязнь по отношению к Кристиану. У него со школьных лет и так были не радужные отношения с Корбаном, с которым они пару раз подрались на магических дуэлях. Оба боролись за звание стать королем своего курса, хотя, в конечном итоге, их опередили Беллатрикс Лестрейндж (Слизерин), Пандора Паркинсон (Хаффлпафф) и Лита Гамп (Гриффиндор). Но, разумеется, Александр пользовался положением старосты своей сестры. К тому же его невеста, Лаура Гамп, была старостой Равенкло. Лаура отличалась кротким нравом и при виде любого конфликта замирала в ступоре, как заяц перед удавом, не понимая, как разруливать ситуацию. И этим пользовался Александр Паркинсон, который боролся за власть на Равенкло со своим однокурсником, старостой, Гавейном Робартсом, который теперь был аврором и членом Визенгамота. Вы теперь знаете, кого Эббот ставил во главе группы, которая инспектировала владения и имущество Александра. Из-за временного перемирия Яксли и Паркинсонов делам не дали ходу, зато в столе у Люциана Эббота появилась достаточно увесистая папка компромата.

Услышав про свадьбу своей сестры Деборы с Кристианом Яксли, Александр чуть не ушел из семьи.

Корвинус Лестрейндж был недоволен этим не ко времени разгоревшемуся конфликту. Поэтому он надавил на Люциана и потребовал, чтобы тот не выдвигал в следующий раз свою кандидатуру на пост министра, зато прорекламировал кандидата Паркинсона, а то они потеряют поддержку Малфоя, который ревностно следил за своими протеже. Такими, как Гойл, Крэбб, Паркинсон и Хаспер. Поговаривали, что Люциус Малфой собирается помочь Миранде Дэвис перейти на темную сторону, чему сопротивляется Абраксас Малфой, не доверяющий любым нейтралам. Но Люциус — достаточно самостоятельный человек, поэтому сможет поспорить и пойти против своего отца. За такое вряд ли Абраксас отнимет у собственного же сына поместье, лишив того наследства. Хотя, Мордред его знает, до чего додумается старый лис.

А 02.09.1985 Корвинус Лестрейндж созвал многих членов группы перемирия к себе в поместье. Собрались Люциус Малфой, чета Лавгудов, братья Яксли, Александр Паркинсон, Люциан Эббот, Алиса Лонгботтон, которая недавно восстановилась в Аврорате, братья Лестрейнджи, Петигрю, Гольштейн и Гиббон. Не хватало лишь умерших и Бэгмена, который недавно стал ловцом «Анжуйских медведей», переехав во Францию.

Глава Отдела Тайн закатил речь на десять минут, из которой слушатели поняли, что надо быть едиными, интриги за маггловской бизнес и взаимную неприязнь пока-что не переносить на политическую арену, так как идет новая война со светлыми, в которой нужно выиграть и не давать шанса врагам . И вообще, ведите себя дружно. А теперь идите, останутся Эббот, Малфой, Петигрю, Гольштейн, Гиббон и Лавгуды.

Лестрейндж выложил на стол диадему, кольцо, чашу и дневник.

— Это четыре хоркрукса, благодаря которым нам удастся воскресить Волан-де-Морта, — прокаркал старик. — По моей информации еще один хранится у Блэков, а последний шатается не пойми где. Скорее всего, где-то на Балканах. Люциус, — обратился он к блондину, сидящему на другой половине стола. — Попроси свою жену связаться со своим отцом, чтобы открыть дом на Гриммо-12.

— Мистер Лестрейндж, — Малфой говорил аккуратно, подбирая каждое слово. — Боюсь, что мой тесть рано или поздно поймет, для чего нам нужен дом Блэков, и донесет на нас Дамблдору.

— Во время войны не доносил, что его дочь является правой рукой лорда, — заметил Корвинус.

— Да, поэтому он и не говорил. Не хотел видеть свою дочь в Азкабане.

— Но одна вышла замуж за магглорожденного. Извините, за грязнокровку, за что и была изгнана из рода. А теперь она — шавка Дамблдора.

— Андромеда была изгнана стараниями моей тещи, а также Вальбурги и Ориона.

— То есть ты хочешь утверждать, что Сигнус был не против породниться с Тедом Тонксом, которого тогда называли обыкновенным выскочкой? Ты хочешь утверждать, что Сигнус Блэк разглядел в своем зяте будущее светило колдомедицины?

— Нет, не видел, но…

— Тогда не заливай мне в уши. Теодор Тонкс тогда был обыкновенным зеленым магглорожденным, без рода и без связей, ничем непримечательным. Что могло заинтересовать в нем Сигнуса Блэка?

— Теодор Тонкс по материнской линии был внуком Мариуса Блэка, изгнанного из рода Блэк сквиба, — ни чуть не изменившись в лице, произнес Малфой, хотя ему было неприятно от осознания, что пришлось раскрыть такую карту. Все удивлялись, почему он поддерживает магглорожденного. В обществе он этим пользовался, чтобы вернуть утраченный из-за связей с Пожирателями Смерти авторитет. Типа, смотрите как он исправился, помогает магглорожденному. Все отчаянно делали вид, что верят в эту сказку. Но теперь он отдал козырь Лестрейнджу. Мордред знает, как тот им воспользуется.

— Ты хочешь предложить физически устранить Сигнуса? — осведомился Корвинус.

— Сэр, — подал голос Люциан Эббот. — А где живет лорд Блэк?

— В летнем домике на южном побережье во Франции, — сообщил Малфой.

— Можно провести проверку дома, — сказал Люциан.

— И как ты объяснишь, что будешь рыться в вещах домовика? — поинтересовался старик Лестрейндж.

— Ищу припрятанные вещи, проявляю постоянную бдительность и повышенную мнительность, — невозмутимо ответил Люциан.

— А не думаешь, что эльф будет сопротивляться такому вандализму и перепрячет хоркрукс? Или ты собираешься объяснить, зачем он нам позарез понадобился? А эльфы — это вещь, которая не подлежит допросу, согласно нашему идиотскому законодательству. Какие еще предложения, господа?

Молчание.

— Можно испытать жидкий империус, — отозвалась на конец-то Пандора.

— Еще не известно, как эльф отреагирует. Вдруг почувствует зелье и откажется выполнять приказ? — сказал Гольштейн, поправив очки.

— Эльф не может не подчиниться хозяину, — напомнил Люциус.

— Если только это не Добби, — в потолок произнес Эббот, от чего Малфой покраснел и злобно сверкнул глазами в сторону главы Аврората.

— Зелье пока-что экспериментально, и неизвестно, как оно может себя повести, поэтому мы сейчас ищем того, кто согласится на убийство лорда Блэка, а попутно разрабатываем иные планы, — сказал Лестрейндж. — А теперь за дело.

Трудным август 1985 был не только для тех, кто хотел возродить Волан-де-Морта, но и для их противников.

Светлые полным ходом осваивали маггловский рынок. Пытались освоиться. Правда, некоторые считали по принципу «20 + 20 = 140», но прогресс все-таки был. Для светлых это была непривычная ниша, к тому же у них не было столько денег, сколько было у тех же Малфоев, Лестрейнджей, Ноттов, Кэрроу, Треверсов и других богатых семейств. Из состоятельных в Ордене был, собственно говоря, лишь Кингсли Шеклболт, который был главой одной из двадцати восьми священных семейств, и Амелия Боунс, которая, несмотря на потерю прав на владение поместьем и потерю родовых банковских счетов, смогла накопить приличную сумму, которую частично стала вкладывать в компанию Фореста. Как оказалось, Форест занялся торговлю с магглами сразу после падения Волан-де-Морта. Он открыл бы свой бизнес и раньше, но боялся, что это привлечет ненужное внимание Пожирателей Смерти.

А в двадцатых числах августа Петигрю подошел к Дамблдору и сообщил, что в Аврорате идет какое-то шевеление, в результате которого Люциан Эббот прекратил говорить о своей новой попытке стать министром. Тот даже пару раз демонстративно подчеркнул, что он аврор, ответственный человек, который доволен своим постом, что звезд с небес ему не надо и так далее. Кузнецов поручил Кингсли и Гавейну узнать причину столь резкого изменения риторики Эббота. Робартс сказал, что изменения в риторике произошли сразу после прекращения постоянных вызовов в Паркинсон-мэнор. Скорее всего, причина зарыта в отношениях между двумя лордами.

А 31.08.1985 в курилке Люциан сказал Роберту Уильямсу, что Паркинсон — прекрасный кандидат на пост министра магии Британии. Да, он относится к фракции темных, но в пожирательской деятельности активного участия не принимал, имеет более мягкую позицию, нежели у Люциуса Малфоя, и хорошо разбирается в политике.

Спустя пару часов эти слова дошли и до Шеклболта и, соответственно, до директора Хогвартса.

— То есть сначала весь месяц авроры по приказам Эббота терроризировали Паркинсона, а потом он резко сменил вектор и стал нахваливать лорда? — уточнил Роман.

— Все так, — подтвердил Гавейн Робартс.

— Похоже, что Люциан переобулся в воздухе, — сказал Кингсли. — А это наводит на мысль, что он сменил лагерь.

— Или место имел какой-то договор, — предположил Петигрю. — Нужно присмотреться к тем потерям, которые Паркинсон понес в последнее время.

— Я готов за ним проследить, — сказал Артур Уизли, который устал от скуки в своем отделе. Что делать, когда все кроссворды давно решены?

— Хорошо. Артур и Гавейн присмотрят за лордом Паркинсоном,- кивнул Кузнецов.

Тем временем все мысли Романа кружились вокруг темы Гриндевальда.

Среди австрийцев и венгров активизировались родственники сторонников Гриндевальда, потомки тех, кто воевал за Германскую империю сорок-пятьдесят лет тому назад. А из Швейцарии и из Южной Америки вылезли бежавшие сторонники, кто сами принимали активное участие в тех событиях. Например, Ян Цяньфу. До этого мирно сидел в швейцарском Аврорате, перекладывал документы и набивал карманы взятками. Но он вышел на пенсию и, как сайгак в степи, принялся скакать по Европе. Ян Цяньфу посетил голландскую школу чародейства, побывал на чемпионате мира по командным дуэлям, несколько раз мелькал в Сербии, Трансильвании и в Венгрии. Мэри Нодь с международных трибун и с передовиц многотиражных газет кричала о том, что надо потуже затянуть пояса и повнимательней присмотреться к тому, что происходит в маггловском мире, а магглы, на минуточку, тот же биологический вид, что и мы, так что надо проявить к ним сочувствие и направить их на путь истинный. В Швеции появились слухи про темного лорда, который перебьет всех грязнокровок и поставит магглов на колени. Известно, проходили, если запамятовали, то можете обратиться к британцам, в их мозгах еще свежи воспоминания о подобных речах.

Румыны стали первыми за многие века, кто обнаружил «Полную несостоятельность и низкое качество» практически всех импортируемых из Рима и Тосканы товаров. Это неслыханный случай, так как в течение многих веков никто не сомневался в качестве итальянских зелий. А теперь одна страна за другой (Македония, Греция, Польша, Россия, Китай, Ирак, Индия, Япония и др.) накладывают санкции и завышают до заоблачных процентов пошлины на товары из Рима и Тосканы. А у последних двух стран большая часть экономики завязана на экспорте, особенно, на секторе зелий. Если честно, у итальянцев были серьезные проблемы со своими артефактами и мастерами рун. За последние тридцать лет даже магическая Британия породила больше разрушителей проклятий, чем Рим и Тоскана вместе взятые.

В начале сентября Крауч вызвал Дамблдора поговорить и сходу заявил, что на континенте готовятся к огромной войне, которая сравнится или даже превзойдет войну с Гриндевальдом, которая, по сути, состояла из многочисленных небольших стычек, разброшенных на полтора десятка лет, а тут намечается что-то грандиозное, стремительное, но очень кровопролитное.

Восточный лагерь представлен следующими государствами.

Российская империя. Сильное государство, которое справилось с последствиями войны с Гриндевальдом. Авторитарное государство, где власть сконцентрирована в руках императора и нескольких его наиболее доверенных лиц из силовых структур и своей семьи. Большая военная мощь. По оценкам экспертов, может запросто самостоятельно раскатать австро-венгерскую оборону, учитывая, если Вене на помощь не придут многочисленные союзники.

Грузия, Азербайджан и Армения, кавказский регион. Постоянно меняется власть, но на протяжении последних десятилетий явных антироссийских течений не наблюдается. Военный потенциал неизвестен, но в войне с Гриндевальдом проявили себя, как отважные и стойкие бойцы, с которыми нужно считаться.

Китай, Чосон, Индия и Япония. Предельно ясно, что не хера не ясно. Информации — ноль, иностранцев туда не пускают, китайцы цедят сквозь сжатые зубы, что не желают иметь никаких дел с белокожими обезьяньими выродками (как будто русские не белые), хотя, если верить слухам, даже российской элите трудно легально пересечь китайские границы.

Нелегальных мигрантов в магическом мире мало, так как вокруг границ каждого государства находятся специальные линии, которые срабатывают, когда их пересекает что-то магическое, и сигнал с них моментально отправляется в министерство, откуда тут же аппарирует специальная пятерка авроров. Таким образом, в любой момент министр может узнать содержание каждого международного письма, отправленного Васей Пупкиным из Урюпинска Джону Доу в Бэкуотер.

Короче, по азиатским союзникам мрак кромешный. Лига небесных войск пала после дуэли Дамблдора и Гриндевальда, но сегодня существует Конфедерация Защиты Свободной Азии, в которую входит двадцать государств: Китай, Чосон, Япония, Индия, Сиким, Таиланд, Шри-Ланка, Индонезия, Бутан, Непал, кавказские страны, Ирак, Иран, Камбодже, Лаос, Монголия, Тимор и Филиппины. Половина Азии. Из этого региона западный лагерь может рассчитывать на поддержку Ливана, Палестины, Аравии, Ассирии, Афганистана, Тибета, Уйгурии, Персии, Османского султаната, Омана, Мальдив и Кипра. Количественно меньше, но среди арабских магов весть отряды безумных смертников, которые совсем поехавшие кукухой, однако, считаются самыми результативными в мире после загадочных китайских Лун-Чжи-Цзы (сынов дракона).

В Европе русские могли найти поддержку у скандинавских коллег. Правда, непонятно, что там за шевеления в Швеции, но вряд ли это как-то отразится на русско-шведских отношениях. Скандинавы хорошо выносят нечеловеческие условия и пригодятся в горных местах и на севере Шотландии, где выпадает снег, а про Северную Ирландию можно и не говорить.

Балканы, однозначно. Для отвлечения Балкан можно подключить османы, которые откроют им второй фронт, но греки, болгары, сербы — это и по отдельности внушительные силы, а, если их объединить, и добавить к ним македонцев, хорват и албанцев, то будет полный звездец. Зато есть боснийские бунтовщики, которые до недавнего времени активно преследовались сербскими и хорватскими дружинниками за резкую аппозиционную деятельность. Но что-то в последнее время славяне мышей совсем перестали ловить. Тот же Криви видел недавно на лавочной улице в Сплите Владышича, которого объявили год тому назад в розыск по всем славянским государствам. Где он прятался — а Мордред его знает, скорее всего, среди магглов, где хрен кто его отыщет. Но тут он свободно разгуливал и совершал покупки. Так что приходилось констатировать, что охота на боснийцев прекратилась и конфликт, Крауч надеялся, что временно, перешел в фазу кулуарных переговоров и скрытых от народов договоренностях. Для Запада будет лучше, если боснийцы с легитимными властями ни о чем не смогут договориться и присоединятся к антивосточному лагерю.

В Австро-Венгрии сильны антироссийские взгляды, которые растут с каждым днем. Скорее всего, именно здесь будут самые кровавые битвы грядущей войны. Слишком лакомый кусок для русских, чтобы упускать его.

Польша однозначно за русских. Да, экономически сильно зависит от восточного соседа, но с военной подготовкой и пророссийскими настроениями в народе все в порядке.

Пруссия, Бавария, Дания и Франция точно выступят за западный лагерь. Учитывая конфронтацию румын и итальянцев, стоит надеяться, что и последние присоединятся к Западу. Но вся надежда на Австро-Венгрию и на местных прозападных политиков, которые смогут предоставить немцам, французам и иным всестороннюю подмогу.

Португалия. Их называют лидером западного мира, при этом у них хорошие отношения с русскими. Но вряд ли португальцы и испанцы захотят смириться с продвижением армады с востока.

Остается Ирландия. Спорно. Неизвестно. Все идет, что они снова станут нейтралами, а там их стопроцентно затянут в войну. Не добровольно, так силой и наглостью.

Островной союз, как обычно, заработает кучу золота, продавая наемников и оружие всем сторонам конфликта.

А из Северной Африки в Западную Азию, на Кипр и в Италию можно подтянуть войска. На что способны тамошние специалисты — тайна, но поговаривают про великих воинов древности, чьи умения и знания сохранились до сегодняшних дней и ох как помогут Западу.

Если так посмотреть, то силы примерно равны. Может быть, вылезет какой-нибудь сюрприз от коллег с американских континентов, но у них там сейчас своя возня. Если русские надеются на поддержку бразильцев, американцев, аргентинцев или колумбийцев, то они будут тянуть время, пока в Новом Свете не восстановится относительный мир, или пока не станет окончательно ясно, что там идет затяжная война. Если русские не берут в расчет американцев, то они нападут раньше. Ну или Запад нападет первым. Это уж, как карты лягут.

Окрестности города Грац, Австрия.

Гудели приборы, расставленные по периметру комнаты со стерильно-белыми стенами. В центре комнаты стояло кожаное кресло, на котором сидел мальчик с курносым носом и темными волосами лет тринадцати. Он был привязан к креслу наручниками и цепями, но сам не проявлял никакой тревоги или страха. Он смирно сидел и ждал, что будет дальше.

Вокруг него ходили туда-сюда несколько человек в белых халатах, которые время от времени выходили и заходили в помещение.

— Все по местам! — рявкнул Борисов на конец-то. — Катц, включи измерительные приборы!

— Да, сэр! — отдал честь щуплый, похожий на хорька, человек с беглыми глазками. Он был здесь единственным, кто носил синюю, а не белую одежду.

— Костя, — обратился к мальчику Юрий Борисов уже более дружелюбным голосом. — Ты готов?

— В принципе, да-а, — протянул мальчик, подозрительно косясь на доктора.

— Смотри, какой нам нужен результат.

Борисов взмахнул волшебной палочкой, пробормотав лишь одними губами:

— Люмос.

На кончике палочки зажегся небольшой шарик света, примерно десять сантиметров диаметром. Согласно исследованиям различных Отделов Тайн, в секунду на поддержание такого шарика уходит один Мерлин мага. Это, если с палочкой, а, если без палочки, — то все сто Мерлинов. А сто мерлинов — это достаточно сильное колдовство. На приличный огненный шар с палочкой хватит.

Да, палочка является приспособлением, которая протыкает ткань между явным и астральным мирами, забирая из последнего Мерлины для колдовства, уменьшая затраты самого мага на 99%. В обычных местах. Возле источников маг, в обычной ситуации колдовавший Люмос десяти сантиметров диаметром (523,6 см^3), может накастовать Люмос 21.5 см (5236 см^3). То есть в каком-нибудь Мадриде палочка извлекает из астрального мира 100 Мерлинов на один Мерлин от мага, то возле источников — до 1000 своих Мерлинов на один от мага, а чем дальше от источников, тем сложней колдовать. Где-нибудь по середине Атлантического океана десять сантиметров диаметра Люмоса превращаются в два сантиметра диаметра.