Играющие с душами (джен)

20.09.1985

Бам!..

Гриндевальд стукнул кулаком по столу так, что столешница немного подпрыгнула, а одиннадцать собравшихся сторонников отпрянули на стульях.

Геллерт Гриндевальд обвел своих наиболее приближенных сторонников свирепым взглядом, в котором плескалось бешенство.

— Всем добрый вечер, — сказал он вкрадчивым голосом. — Я рад, что мы снова смогли все вместе собраться, несмотря на потери в личном составе, — короткий взгляд на пустое место возле себя, которое занимал Артур Уизли. — Как вы все знаете, Артур был арестован и отправлен в британскую тюрьму за работу с зачарованными маггловскими вещами. Но во время суда он также обвинялся в шпионаже в пользу других государств. Естественно, даже под сывороткой правды Артур дал отрицательный ответ. Хочу напомнить вам, что еще полгода тому назад Артур писал, что Дамблдор подозревает его в измене. Причем Альбус был уверен, что он работает именно на меня, но во время судебного процесса мое имя ни разу не всплыло. И о чем это может говорить?

— О том, мой повелитель, что британскому министру с Дамблдору пока-что невыгодно обнародовать информацию про ваш побег, — ответила Келена Вочоразне.

— Близко, — кивнул австриец. — Но я хочу услышать более развернутый ответ.

Тишина…

— Ну? Есть ли какие-нибудь догадки?

— Британцы хотят сконцентрироваться на континентальной войне, — подала голос Вероника Длинноногая. — После затяжной гражданской войны моральный дух британских магов явно не на высоте, к тому же борьба с Волан-де-Мортом ослабила экономику и практически опустошила казну министерства. Британцам сейчас просто не на что воевать, у них нет средств, поэтому они предпочтут отсидеться, а, если они обнародуют информацию про ваш побег, то их обязательно втянут в ваши поиски.

— Верно, — подтвердил Гриндевальд. — В континентальной войне британцы предпочтут отсидеться в стороне, выезжая за счет французских и немецких денег. Французы и немцы с радостью будут отдавать свои средства островным союзникам. Хотя даже у самых прогрессивных политиков с континента рано или поздно лопнет терпение. Однако, это произойдет поздно. И еще. Если британцы объявят, что я нахожусь в бегах, то Дамблдор будет обязан стать символом новой войны против меня.

— Мой повелитель, — прервал его Януш Герцогх. — У нас сейчас нет достаточно сил, чтобы вступить войну с Дамблдором. При чем на нас ополчатся и британцы, и русские.

— Британцы и русские вместе будут охотиться на меня, если мы не пойдем ва-банк, — ответил австриец.

Над столом повисла гнетущая тишина.

— Э-э-э… Что вы имеете в виду? — осведомился Арчи Блэшвик.

— Включите логику, — посоветовал Гриндевальд.

— Британцы публикуют сведения о побеге нашего повелителя — британцы и русские объединяются, континентальная война отодвигается, и два лагеря вместе гонятся за нами, — пролаял Гауфтман.

— Три стороны конфликта, две из которых объединились против третьей, — кивнул Гриндевальд.

— Британцы с русскими будут гоняться за нами, — проговорил Блэшвик, хмуря лоб. У него в мозгу происходила напряженная интеллектуальная деятельность.

— Или мы с русскими гонимся за британцами, — отозвалась Вочоразне.

Над столом повисла поистине гробовая тишина, в которой слышалось скрипение работающих мозгов.

— Э-э-э-э… — проблеял Макдаун.

— Если только вы не хотите встать на сторону британцев, — добавила венгерка.

— Верно, — подтвердил ее догадку Гриндевальд. — Я предлагаю присоединиться к русским.

— Но они же все это время требовали ваши крови, — напомнил Герцогх.

— Потому что не отменили Запретный список, — сказала Марта Ван Уиквик.

— А, если они отменят, то… — проговорил австрийский маг.

— Но, мой повелитель, пойдет ли русский император на такой шаг? — озабоченно осведомился Ян Цяньфу.

— Пойдет. Вспомни случай с «Синей рукой», — ответил Гауфтман.

«Синяя рука» — это движение, которое выступало за свержение власти в Российской империи и образовании Славянской Федерации, которая объединит Россию, Польшу и Румынию. Официально она была запрещена в России, а за членство в этом движении можно было получить смертельный приговор, но большинство членов «Синей руки» тем или иным образом взаимодействовали с нынешним императором, который помогал им продвигать свои идеи. Мстислав Федорович следил, чтобы симпатии к «Синей руки» не превышали определенный процент жителей империи. Все-таки оппозиция нужна любой власти, и лучше, если эта оппозиция будет подконтрольна.

— С «Синей рукой» наш император договорился, — подтвердила Вероника. — Так что найдет общий язык и с нашим повелителем.

— Тем более ему будет это выгодно, — сказал Гриндевальд. — В ближайшие месяцы Аргентина и Колумбия пойдут завоевывать Бразилию. Однако, Бразилия — это могущественная держава, которая построила свою экономику и на артефакторах, и на зельеварах, и на разрушителях проклятий. Есть всего несколько стран в мире, где сразу развиты столько секторов магии. В западном лагере это Рим с Тосканой, Австро-Венгрия, Египет, Османский султанат, Магриб и Бразилия, а в восточном лагере — Россия, Китай, Индия, Индонезия и Североамериканский союз. Последний — это несколько стран, которые имеют одинаковый политический курс и, с точки зрения, международной торговли выступают единым субъектом. Мы можем разрешить североамериканским и русским бойцам присоединиться к Аргентинцам и колумбийцам в бразильской кампании, а взамен русские потребуют, чтобы мы присоединились к ним во время континентальной войны. Хотя, на первый взгляд, соотношения сил между лагерями находится в равновесии, однако, я уверен, что восточный лагерь сможет сломить западный. Еще напомню вам, что нам удалось договориться с Ефросинием Петрушевичем.

Ефросиний Петрушевич был лидером популярного у балканской молодежи движения «Великой Славянской Земли». Это движение призывало создать великую магическую Югославию и уничтожить маггловскую, чтобы затем спокойно управлять маггловскими южнославянскими государствами.

— Если Сербия, Хорватия, Албания, Македония и Болгария объединятся, то русские предпочтут видеть великую Югославию в своих рядах, а не в рядах врагов, — проговорил Гриндевальд. — Поэтому Вероника Длинноногая должна передать вот это послание, — он отлевитировал конверт с письмом через весь стол. — Я буду ждать ответ Мстислава Федоровича. Надеюсь, нам удастся прийти к консенсусу.