Второй шанс для Избранного (джен)

Следующие несколько часов прошли в тишине, если не считать естественные для космического корабля звуки. Все были заняты своими делами. Энакин же практически все это время просидел в кресле пилота с закрытыми глазами, пытаясь ни о чем не думать и ничего не анализировать. К удивлению самого джедая, ему это удалось, хотя он вначале думал, что не сможет не думать ни о чем, отпустив все эмоции. Энакин этого времени всегда был неусидчивым, активным, ему постоянно что-то надо было делать. Он не мог сидеть просто так, особенно зная, что в ближайшем будущем его ждёт что-то интересное.

Вейдеру же в свое время пришлось приучаться к усидчивости и спокойствию, по крайней мере, внешнему. Слишком много стервятников расплодил вокруг себя Сидиус. Шестёр, которые не понимали, почему Император держит у себя в приближённых калеку. Открыто говоря, в какой-то момент и сам Вейдер перестал понимать задумки своего ситхского учителя. Смысл держать подле себя его, если можно взять в ученики кого-то более… здорового? Более способного вряд ли, но что такое способности против здоровья и молодости?.. Боялся конкуренции? Боялся того, что более молодой и здоровый пойдет против него и в итоге победит? Так и Вейдер мог это сделать, найдя себе ученика… если бы Люк тогда согласился на его предложение, то так бы и было. Хотя сейчас он рад, что мальчик не дал согласие. Такой же упёртый и целеустремлённый, каким был и он, до того, как стал Вейдером.

«Жаль, что в этой реальности он не родится, — взгрустнулось Энакину, — но я рад, что Падме останется жива и, может быть, будет счастлива. Искренне надеюсь на это. А у меня и без запретных отношений есть чем заняться. Но об этом я буду думать по прилёте, а сейчас надо расслабиться и немного поспать… — на этой мысли Скайуокер зевнул. — По моим подсчётам, нам лететь ещё часа два, можно отдохнуть».

* * *

Через какое-то время после того, как Энакин-Вейдер спокойно задремал в кресле пилота, в медотсеке проснулся его мастер, слегка обескураженный тем, что так внезапно уснул.

«Как так?! Я же совсем не хотел спать! И хоть голова у меня и болела, но сильного сотрясения там явно не было, чтобы я снова внезапно отключился. И голова уже не болит, — заметил он, дотронувшись до головы обеими руками и слегка помассировав её. — Неужели кто-то задействовал на мне целительскую Силу? Но, насколько мне известно, никто из тут присутствующих не обладает нужными навыками целительства с помощью Силы… Разве что мастер Фэй. Надо спросить у неё!»

Оби-Ван медленно сел на койке, а потом и встал, немного пошатываясь.

Обретя равновесие и постояв так несколько минут, он целенаправленно двинулся из медотсека к кабине пилотов, справедливо подумав, что либо по дороге кого-то встретит, ведь корабль не то, чтобы большой, либо в пилотной точно кого-то застанет. Так и случилось.

— Почему я не удивлен, падаван? — хмыкнул джедай, увидев своего падавана, дремавшего в кресле пилота.

— Вам действительно нужен ответ, мастер, или это был риторический вопрос? — поинтересовался у него Энакин, открыв глаза. — Как вы себя чувствуете, не спрашиваю, потому что правды я от вас все равно не услышу, — прокомментировал он, пытаясь незаметно просканировать Оби-Вана целительской волной Силы.

— Так вот кто меня усыпил, — прищурился Кеноби, почувствовав прикосновение Силы падавана к себе, проходя в пилотную, чтобы дать закрыться автоматической двери. — Раньше ты этого не умел.

— Пришлось научиться в силу жизненных обстоятельств, — пожал плечами Энакин, зевнув. Он внимательно вгляделся в Оби-Вана, не используя Силы. — Ты помнишь, о чем мы разговаривали?..

— Я помню то, что ты мне рассказал перед тем, как усыпить, — хмыкнул Мастер, садясь в кресло второго пилота и немного поворачивая его к Энакину, чтобы видеть того. — Но, честно говоря, мне до сих пор не верится.

— В какой-то момент мне тоже начало казаться, что это были только видения, но… если бы, — как-то горько усмехнулся Скайуокер. — Я понял, что это точно со мной происходило, когда начал посещать падаванские уроки. Я понял, что давно уже все это знаю. А на уроке мастера Драллига я понял, что с лёгкостью могу победить его, как однажды уже это сделал… Сделаю… Вернее, надеюсь, что все-таки не сделаю, — запутался в собственных словах Энакин.

Ему не сильно хотелось вспоминать тот период своей жизни, но он понимал, что пора открыться хотя бы самому себе и наконец-то откровенно признать, что он сожалеет. Сожалеет о всем, начиная с момента, когда стал официально учеником Сидиуса. Возможно, потому и срывался на подчинённых и вообще всех, кто как-то не так на него посмотрит.

— Расскажешь? — предложил Кеноби, сцепляя пальцы рук перед собой и ставя локти на подлокотники, при этом немного наклоняясь вперед к Энакину.

— Не хотелось бы, но надо, — вздохнул в ответ на предложение джедая Скайуокер. — Как ты знаешь, мне снилась мама, я и тебе, и магистру Йоде об этом рассказывал, — начал он. — В той реальности, которую я прожил, она умерла на Татуине, была замучена тускенами и умерла у меня на руках, когда я её нашел. Это случилось как раз в тот период, когда ты находился на Джеонозисе. Именно с орбиты Татуина я отправился спасать тебя. — Скайуокер упёрся взглядом в обшивку звездолёта над плечом мастера. — Предвосхищая твой вопрос, да, тогда я не послушался Винду и всё-таки полетел. Но в итоге из-за меня Падме оказалась в опасности и сам я… пострадал, — обтекаемо завершил предложение Энакин.

И все так же смотря куда угодно, только не на Оби-Вана, Энакин рассказал не только про Джеонозис, но и про его отношения с Амидалой и про то, как он уже изменил будущее.

* * *

Когда Энакин на мгновение замолчал, раздумывая о том, что он ещё не рассказал, Оби-Ван произнес:

— Браво, Энакин, — он вздохнул, потирая подбородок привычным жестом. — Впервые не знаю, что тебе ответить.

— Ощущаю твой скепсис, — заметил Энакин, прикрыв на мгновение глаза. — А я впервые не знаю, что мне делать и стоит ли вообще что-либо делать? Я уже изменил будущее, и это, ситх возьми, чуть не стоило тебе жизни! А я снова повел себя как обидчивый, закомплексованный подросток, а не как Главнокомандующий с более чем двадцатилетним стажем!

— Откровенно говоря, ты сейчас и есть подросток, вернее, молодой человек, который только вышел из подросткового возраста. Тебе ещё и двадцати нет, Энакин, — снисходительно посмотрел на него Кеноби, не скрывая улыбки.

Когда до Энакина начали доходить слова Кеноби, то он завис на несколько минут, а потом начал хохотать как ненормальный.

«А ведь, Оби-Ван прав. Мне действительно сейчас нет и двадцати. К тому же я падаван не очень любимого мною Ордена джедаев, — думал в это время он. — И если вспомнить, как меня «любили» в Ордене… То что-то рассказывать им смысла нет. Да и был ли смысл рассказывать Кеноби? Ведь этот Оби-Ван не пережил того, что пережил тот. Еще не было Джабиима, не было смерти герцогини Сатин, Оби-Ван ещё не получал большинства своих ранений, мы ещё не пережили смерти первых клонов и джедаев… Хотя нет, это то как раз уже случилось. Джеонозис… Что делать?»

— Так что было дальше? — сквозь мысли Скайуокера прорвался вопрос Кеноби. — Ты остановился на том, что ты с сенатором Амидалой узаконили свой союз.

— Что тебя связывает с герцогиней Крайз? — внезапно даже для самого себя поинтересовался у мастера Энакин, переведя на него взгляд.

— Эм-м-м… — Кеноби от удивления в смене темы приподнял брови. — Откуда ты знаешь герцогиню Мандалора?

— Встречались, — пожал плечами Энакин, сложив руки на груди, и заметил: — Ты увиливаешь от ответа, мастер.